Трансформеры: Новое поколение

      Проснулся я, как ни странно, раньше всех. Удивительно, мне больше всех досталось, а они все еще спят. Но я не жаловался. Стресс — это не шутка, а досталось вчера всем. Я даже не знал, что теперь с моим новым «я» делать. Разумеется, я буду бороться за правое дело, как мой предшественник-кумир, но я абсолютно не знал, как. И решил немного отойти от лагеря. Начать я решил с приемов в человеческом виде. Мой выбор пал на дерево. Мне было интересно узнать, смогу ли я опрокинуть его? И решил проверить, насколько я крут, размахнулся, ударил дерево со всей силы и… встретился с жесткой дубовой корой. — Черт, да ладно? — прошипел я, протирая руку. И тут меня как будто осенило, вернее, кто-то подсказал. — Сконцентрируйся и ударь еще раз, — услышал я откуда-то.       Я напугался и осмотрелся, пытаясь выследить советчика. Никого. Тем временем голос повторился. Ну что ж, раз советуют, то надо попробовать. Я чутка ускорился, приложил всю силу и ударил, как было посоветовано. Дерево затрещало, треснуло и повалилось на бок, сшибая другие деревья. От такой силы я просто раскрыл рот от удивления. Если я могу вот так сшибать деревья, — думал я, — то что же я могу в своем новом виде?       Я решил узнать. Подумав про смену формы, тело стало водяным, и я почувствовал, что могу управлять этой водяной массой. Мысленно я указал место, где хочу трансформироваться. Мысли подчинили действия, и воздушно-водяная масса ринулась к поваленному дереву, а затем пошла трансформация. Прошла она на удивление быстро, и тренировка началась. Я чувствовал себя богом: во время бега скорость была увеличена в четыре раза, сила тоже заметно прибавилась, теперь я мог, не задумываясь, опрокидывать деревья, поднимать над собой огромные булыжники, будто гантели. Нарадовавшись своей силой, я вспомнил, что еще ни разу не переходил в альт-форму. Чем и занялся. Здесь уже не нужна была сила мысли, поскольку тут просто работал один интересный механизм — шестерня трансформации. Она позволяла переключаться между транспортом и роботом, отвечала за включение и отключение огневых систем, также помогала перенаправлять резервы энергона в недостающие отсеки. Полезная, в общем, деталь. Транспортный вид был по-прежнему кибертронским, и я решил не выезжать на дорогу, ведь меня могли заметить. Я нарезал круги, выписывая бочки и разнообразные трюки, затем решив повторить все сначала и закончить разъезжанием по лесным дорогам. И тут на дорогу вышли Ваня с Ирой. Мне пришлось резко затормозить и сменить форму сначала на роботическую, затем на человеческую. На все это ушло двадцать секунд. — А я уж думал, ты еще раньше вскочишь, — недовольно начал Иван. — Не дал подольше поспать. — Да, — присоединилась к обвинению Ирина. — Я вчера столько увидела, а ты еще с утра деревья начал валить. Столько грохота было! — Извините меня. Я хотел проверить, на что способен, — начал оправдываться. — И в знак искупления вины я приглашаю прокатиться. — Ну уж нет. — категорично сказали оба.       Мы посмеялись и пошли обратно. Выйдя к поселку, мы увидели, как вся полиция колонной направлялась к месту крушения, даже вертолеты были задействованы. — Черт, они же корабль ищут, — спохватился я. — Я должен их увести. Бегите и скажите что я ушел домой.       Я быстро сменил форму и направился за ними. Грех было не заметить машину неизвестной марки без номеров, да еще и без водителя, с открытой крышей. И правда, стоило мне проехать мимо них, как они меня заметили, развернулись и поехали за мной. — Водитель неизвестной машины, — проголосил капитан полиции из рупора. — Немедленно прижмитесь к обочине или мы откроем огонь! Повторять не буду! А так хотелось, — подумал я про себя, и, разумеется, приказ не выполнил.       Они колесили за мной несколько улиц. Двигатель у меня был мощнее, и они стали отставать. А затем последовали выстрелы. Стреляли по колесам, пытаясь вывести меня из строя, но мои шины не из резины были сделаны, поэтому эффекта от пуль не было. И тут я заметил, что одна из машин резко увеличила скорость. Сначала я не обратил внимания, о чем позже пожалел. Приблизившись ко мне на достаточное расстояние, из машины высунулись орудия и открыли по мне прицельный огонь. И это уже были не пистолеты. Это были мелкокалиберные пистолеты-пулеметы класса А-2. Такие пулеметики легко бы сделали свое дело на близком расстоянии, на каком сейчас находилась эта машина. По стилю орудий это походило только на одного десептикона. Без сомнения, это был Баррикейд, профессиональный разведчик десептиконов и просто неприятный тип. Но как он тут очутился? Их корабль упал гораздо дальше нашего. Я послал мысленный вопрос Джазу, на который он ответил так: — Их корабль был поврежден сильнее нашего. Вероятнее предполагать, что он выпал из поля гравитации во время падения Немезиса. Интересно, сколько еще выпало…       Он был прав. Если десептиконы выпали в нашей зоне, то они угроза как для нас, так и для людей. Они-то с ними точно не будут церемониться. Тем временем я частично потерял над собой контроль и началось то, что бывший владелец называл импровизацией. Картина была следующей. Я дал по тормозам, развернулся и открыл огонь уже из своих орудий. В отличие от его пулеметиков А-2, Джаз, то есть я был оснащен среднекалиберными автоматическими орудиями токсичного действия, и разница была ощутимой. Разброс против точности, останавливающее действие против токсинов. Но стрелять и ехать назад мне было не удобно, поэтому я рванул к нему напрямик, чего десептикон точно не ожидал. После столкновения последовала трансформация наряду с воплями и криками. Как хорошо, что у меня теперь новая трансформация, иначе я бы раздавил как минимум четыре полицейских машины, а поскольку жертвы мне были не нужны, я развернулся во время трансформации лицом к противнику. Но не успел я закончить трансформацию, как получил первый удар в корпус. Я отлетел в ближайшее дерево и, не заставляя себя ждать, схватил это же дерево и метнул в Баррикейда. Он отлетел с еще большей силой. Это сцену можно было спокойно назвать теннисом, будь здесь кто-нибудь знающий все тонкости этой игры. Но мы не играли. Это был мой первый бой. Мой. И я не мог его проиграть. Встав во весь рост, я выставил свою токсионную винтовку на изготовку, ищя противника. Но на месте ожидаемого десептикона лишь пьяно гуляла пыль, а сам он пустился удирать. Но отпускать его было нельзя, поэтому я пустился за ним, расстреливая из своих орудий.

***

      Баррикейд прославился во время войны тем, что сшибал баррикады автоботов, давая своим возможность пройти. За что, впрочем, и получил свое имя. Также он был необычайно силен, ведь он одним из первый принял от Мегатрона темный энергон. Сейчас он тоже представлял опасность, и я не мог его отпустить. Но вдруг мне вспомнились слова Джаза: «интересно, сколько еще выпало». Наконец мне надоело за ним ехать, и я решил как следует прицелиться в его заднюю часть альт-формы чтобы заставить его трансформироваться и принять бой. Но не успел я сделать выстрел, как он сам трансформировался и застал меня врасплох. Это то и нужно было другому десептикону, сделавшему в меня выстрел из осколочного разрушителя. Эффект получился незамедлительный, разрыв снаряда сделал свое дело, а будь выстрел чуть точнее, и мне бы точно оторвало руку или ногу. В любом случае, взрывная волна отнесла меня с дороги влево на пятнадцать метров, и трансформироваться мне пришлось на лету. Приземление прошло весьма успешно, однако мой взгляд пал на левое предплечье — из него текла непонятная жидкость, что-то среднее между энергоном и кровью. На сей раз атаковать меня решили вдвоем, по очень нехитрой тактике — стрелок и легионер. Баррикейду не терпелось отыграться за прошлую неудачу, поэтому он первый кинулся на меня при союзном огне неизвестного десептикона. Удары наносились хаотически, как мне, так и от меня, хотя я основательно бил в корпус, срезая листы его брони, чтобы затем прикончить его из своей токсичной винтовки. Однако следовало брать во внимание стрелка, ведь на сей раз он стрелял более прицельно, только в бой уже шел автомат стандартной пробивной силы.       Преимущество медленно переходило к десептиконам, а затем, после того, как я получил критический удар, оно и вовсе перешло к ним. Мои микросистемы искрились, и мне трудно было встать, не то что сражаться. И тут Джаз снова решил мне помочь, используя свою легендарную способность. Но только на этот раз управлял ею я. Силы резко вернулись ко мне, и начать необходимо было с уклонения, ведь по мне открыли огонь. Прижавшись к дереву, я тоже готовился стрелять и как только я выставил свою винтовку на изготовку, Баррикейд неожиданно напал на меня. Только бросок был слишком запоздалым — выстрел из винтовки раздался раньше, чем его стремительный прыжок с отсеканием конечности. Броня была пробита с первого выстрела, и токсины делали свое дело. Но ждать, пока они его прикончат, я не стал, поэтому я готовился нанести контрольный удар. Но тут на меня выскочил второй десептикон и стал оттеснять меня от своего товарища. Теперь началась игра на опережение — либо он оттесняет меня от Баррикейда, и они уходят, а я проигрываю схватку, либо я расстреливаю их и выигрываю. Проигрывать, разумеется, не хотелось, поэтому, переведя винтовку в автоматический режим, я открыл беспорядочную стрельбу, медленно приближаясь к десептикону. Стремительная атака на противника — это лучшее, что можно придумать, когда воюешь против группы. После того, как я опустошил обойму, броня десептикона-гренадира не выдержала, и он рухнул. Теперь оставалось только добить. С него же я и начал. Последний десептикон с ужасом наблюдал, как я прикончил второго и направлялся к нему. — Хочешь что-нибудь сказать напоследок? — спросил я у Баррикейда. — Ты… ты ржавый кусок металлолома! — с трудом выговаривал Баррикейд. — Твоя победа будет символом нашей охоты! Ты не сможешь спокойно жить здесь! Десептиконы победят! — Не сегодня. Я выстрелил. Черт возьми, два десептикона в первой же вылазке! Но не стоило расслабляться, ведь из меня по-прежнему тек энергон, и нужно было решить, куда отправиться — домой или на базу. Сменив форму, я направился на Ковчег, последнюю надежду автоботов. Или просто он ей казался…