Дневник Яндере

    3 апреля, вторник. День обещал быть довольно прохладным и облачным; солнце почти не казало своего лика из-за этих комков плотной ваты. Мне пришлось проснуться намного раньше обычного, чтобы сделать крюк и незаметно, словно тень, следовать за семпаем и его подругой детства до самой школы. Человеку легко стать невидимкой, если он этого хочет. Я старалась соблюдать негласные правила слежки: не приближаться слишком близко, не смотреть на объект слишком пристально, вести себя естественно... Я могла бы стать первоклассным частным детективом. Правда, у входа в школу Осана обернулась, и её глаза равнодушно скользнули по мне, но я не придала этому особого значения: я ведь была просто одной из множества учениц. Во внутреннем дворике они разделились, и семпай по обыкновению присел на краешек фонтана, раскрыв книгу. Я знала, что это за роман. Он читал «Всадника без головы» Майн-Рида. Такая литература очень подходила благородной натуре семпая... Но сейчас не время думать об этом. Я пошла за его подругой детства, пропустив впереди себя группку девушек, обсуждавших разные глупости и почему-то постоянно хихикавших. Они облюбовали себе кулинарный клуб и все перерывы просиживали там. Многие из учеников перед началом занятий предпочитали постоять на крыше и полюбоваться видом, открывавшимся оттуда. Там можно было найти и уединённые, укромные уголки, и открытые площадки, пригодные даже для собраний. Осана начала подниматься по лестнице, и я заключила, что она направляется либо на крышу, либо в свой класс. Что ж, это можно легко узнать... Я обогнала её и, взлетев на третий этаж в одно мгновение, быстро осмотрелась. Порой люди становятся подозрительными, если кто-то идёт за ними, но если обойти человека, то он даже не обратит на вас внимания. К этой тактике я и прибегла, и, похоже, эта клоунесса попалась: она даже головы не повернула. Но всё же мне нужно было спрятаться, чтобы понять, куда именно она идёт, и разработать дальнейший план действий. И я нашла подходящее место. Неподалёку от уборных громоздилось несколько парт в несобранном виде и пара картонных коробок. Если отодвинуть одну из последних, то получалась ниша, которой вполне хватало, чтобы скрыть меня. Присев на корточки и пододвинув коробку ближе к себе, я принялась ждать. Осана как раз поднималась по лестнице, когда её мобильник зазвонил противной и протяжной трелью. Вздрогнув и осмотревшись, она приняла вызов. Не поверив своей удаче, я вся превратилась в слух. Она постоянно оглядывалась, будто боялась, что кто-то услышит. Значит, её разговор был тайной. Именно это я и искала. Её голос, раздраженный и довольно неприятный, прекрасно доносился до моего укрытия, так что я могла не бояться, что что-то упущу. – Я... Я всё верну, я же обещала!.. Нет, не вмешивайте сюда его! Это моя вина!.. Послушайте, я же сказала, что всё исправлю!.. В тоне Осаны явно проскальзывали истерические нотки. Видимо, у неё были серьёзные проблемы... А в такие минуты человек очень уязвим и нуждается в любой поддержке. Рискнуть? Думаю, да. Она спрятала телефон в школьную сумку и закрыла лицо руками, простонав: «И кто просил меня брать эти чертовы заколки?!». Ага. Понятно. Когда подростки воруют в магазинах, в восьмидесяти процентах случаев это говорит о том, что они жаждут внимания. Тут этой клептоманке всё вышло боком. Как именно – необходимо узнать. Я вылезла из своего укрытия и нарочито громко топнула ногой. Осана, утерев глаза, резко обернулась и выпалила: – Что ты здесь делаешь? Я потупилась, изображая смущение, и указала на дверь с розовой девочкой, произнеся: – Я просто шла в уборную, Осана-сан. Она прижала ладонь ко лбу и проговорила: – Извини, я... Я не должна была срываться на тебе. Её глаза покраснели, а нос распух. Вряд ли в её положении можно было сдержать слёзы, и это играло мне на руку. – Что-то случилось? – осторожно спросила я. – Нет, всё в порядке, – Осана помотала головой и резко выдохнула. – Спасибо за участие. Я, пожалуй, пойду. И она быстро зашагала по коридору. Что ж, первый барьер взят: теперь подруга семпая считает меня участливым и сочувствующим человеком. Нужно действовать сейчас, пока она так уязвима, иначе потом мне не удастся завоевать её доверия. Поэтому, едва дождавшись обеденного перерыва, я кинулась к классу семпая. Схватив свою противницу за рукав, я прошептала: «Нужно поговорить». Она молча кивнула, и я повлекла её в угол помещения. Вскоре класс опустел, и мы остались вдвоём. Я подошла ближе и прошептала: – Я знаю о твоих проблемах. Глаза рыжеволосой расширились, и она бы отшатнулась, но, к сожалению (или к счастью), она стояла спиной к окну. – У меня нет... – начала Осана, но я прервала её: – У меня тоже была подобная история. И мне случалось воровать из магазина, поэтому я понимаю, каково тебе сейчас. Я предлагаю тебе помощь, потому что знаю, как вести себя в подобных ситуациях. Обычно простое извинение всё решает. Она помотала головой, и слёзы брызнули у неё из глаз. – Тут это не поможет, – прорыдала Осана. – Есть... видеозапись... Он... Охранник магазина шантажирует меня, обещает опозорить, послать это в школу, моим родителям, Таро... Она закрыла лицо руками. – Дай мне адрес магазина и имя охранника, – твёрдо вымолвила я. – Я помогу тебе. Она подняла голову и с удивлением посмотрела на меня. Сейчас я олицетворяла для подруги семпая надежду, которой она так давно лишилась, поэтому она и потянулась ко мне, как утопающий тянется к щепке. Что ж, половина дела уже была сделана. Теперь оставалось лишь сообразить, что мне делать с полученной информацией.