Дневник Яндере

    4 апреля, среда.     Найти магазин, о котором говорила Осана, оказалось несложно: он располагался в двух кварталах от её дома и напоминал помойку: все товары были кое-как разложены по витринам. Но камеры тут были, и они даже работали. Слепые пятна, однако, были легко вычисляемы, так что у меня возникал вполне логичный вопрос насчет степени глупости этой рыжей. У входа сидел тот самый охранник – располневший и неповоротливый мужчина лет шестидесяти с темными полукружиями от пота под мышками. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять: он способен на подлость. Но такие люди обычно трусливы, и я была готова на этом сыграть. Сначала я неторопливо прошлась вдоль полок, а затем встала на одном месте и начала воровато оглядываться, стараясь вести себя как можно более подозрительно. Сработало это не сразу, но охранник всё же начал коситься в мою сторону. Я сжала руку в кулак, будто пряча там что-то, и быстро сунула в сумку, а потом резво пошла к выходу. Был очень ранний час, и магазины, расположенные вокруг, только-только начали открываться. Прекрасная возможность: свидетелей сколько угодно. Я выпрыгнула на улицу, и страж потащился за мной. Схватив меня за локоть, он гаденько улыбнулся и вымолвил: – А вы не прихватили ничего не своего, барышня? Я вырвала руку из его захвата и истошно закричала, привлекая к себе внимание всех, кто стоял на улице. – Помогите! – я всхлипнула. – Он трогал меня! И тотчас все хозяева местных лавочек метнулись к нам. Многие из них были семейными людьми, поэтому такое явление, как пострадавшая невинная школьница, вызывало их живейшее сочувствие. – Это не так... – охранник, не ожидавший от меня подобного, отступил на шаг. – Она всё неправильно поняла... Я просто... – Какой ужас, – одна седая дама в традиционной одежде сурово покачала головой. – Бедная девочка... – Она украла из магазина! – страж, потея ещё больше, указал мясистым пальцем на дверь заведения, в котором работал. – Я просто пошел за ней, вот и всё! Клянусь вам, у меня и в мыслях не было... Я гордо вздернула подбородок и протянула ему сумку со словами: – Обыскивайте. Он с трудом сглотнул и, покосившись на окруживших его лавочников, взял сумку так осторожно, будто там внутри была живая змея. – Если там ничего не найдется, то смело иди в полицию, – проговорила та же дама, обращаясь ко мне. – Таких людей, как он, нужно наказывать. – Вот именно! – поддержал её крепко сбитый молодчик в прорезиненном переднике. Охранник прошел внутрь, оставив дверь открытой, чтобы у суровых соседей не возникло новых нареканий, и я отправилась за ним. Он вытащил все вещи из моей сумки и горестно покачал головой: – Я готов был поклясться... – Теперь вы всё видите, – я начала собирать свои вещи. – Сегодня же я отправлюсь в полицию и попрошу тех людей стать моими свидетелями. Уверена, что они не откажут. – Нет! – выпучив от ужаса глаза, он вышел из-за стола и бухнулся на колени. – Прошу... Пожалуйста... Я не найду другого места... Вы же знаете, я и не думал трогать вас... Я сделала вид, что задумалась, глубокомысленно потирая подбородок. Сколько там нужно держать артистическую паузу? Четыре секунды? – Хорошо, – промолвила я, наконец. – Но у меня есть одно условие. – Что угодно! – он поднял на меня свои мокрые глаза. – Что угодно! – Оригинал видеозаписи, с помощью которой вы шантажировали рыжеволосую школьницу, – кивнула я. – К тому же, удалите все копии и больше не пытайтесь связаться с ней. Он склонил голову и безропотно вручил мне диск, удалив с телефона все копии, как и было сказано. Я кивнула и вышла прочь. Лавочники всё ещё стояли посреди улицы, что-то напряженно обсуждая. Как только я показалась из магазина, мясник сразу же подошел ко мне и спросил: – Ты не хочешь взять наши имена, чтобы потом мы выступили в суде? – О, нет, прошу прощения, – поклонилась я. – Произошло недоразумение: его рука случайно соскользнула, он хотел просто взять меня за локоть. И с этими словами я быстро пошла прочь. Отойдя на безопасное расстояние, я присела на корточки и, сделав вид, что завязываю шнурки, вытащила из ботинка несколько заколок – таких же, какие украла в своё время Осана. Быстро переложив их в сумку, я удовлетворённо кивнула: большая часть плана выполнена, теперь дело за малым. Просто обвинить рыжую в воровстве мало – семпай вряд ли отвернётся от своей близкой подруги из-за того, что она оступилась один раз. А вот если она подставит кого-нибудь дорогого его сердцу... Я свернула к школе и прошла через ворота, поклонившись учительнице физкультуры. Подойдя к фонтану и усевшись на его краешек, я начала размышлять. Ответ пришел ко мне сам: я увидела семпая и Осану, вышагивавшую рядом с ним, как солдат. А за его левую руку уцепилась девочка с двумя хвостиками, постоянно пронзительно пищавшая что-то. Ямада Ханако, младшая сестра семпая. Самое дорогое его сердцу сокровище. Конечно. Я встала с бортика фонтана и отошла в сторону, пристроившись к группке девочек, обсуждавших какую-то певицу, чьи синглы сейчас были на пике моды. Мне эта дива не нравилась, но я с милой улыбкой влилась в разговор: надо же работать на репутацию. Настроение у меня было отменное: я поняла, как нужно действовать дальше. Слушая щебет этих идиоток, я с огромным трудом удерживалась от того,чтобы не убежать прочь, заткнув уши. С нетерпением дождавшись восьми часов, я со всех ног помчалась к теплицам – там можно было набрать свежей грязи. У Ханако была привычка провожать своего брата на занятия, а потом уже идти к себе в класс. Я знала это, так как не раз нам с ней оказывалось почти по пути. Притаившись на ступенях лестницы, ведущей на крышу, я зачерпнула из ведерка, которое принесла с собой, немного грязи. Говорят, это полезно для кожи, так почему бы и нет? Сестра семпая показалась через две томительных минуты. Она шла по опустевшему коридору, напевая себе под нос и пританцовывая. Сейчас... Сейчас... Я размахнулась и бросила в неё грязь. Пока Ханако не опомнилась, я бросилась на крышу – к другой лестнице. С бегом у меня всегда было хорошо: через крышу, потом – вниз по ступеням, затем – к душевым. И не забыть оставить ведерко в укромном месте. Таким образом, я уже мыла руки, когда Ханако, вся в земле, прибежала сюда, чуть не плача. – Кто-то швырнул в меня грязью, – пожаловалась я, обернувшись. – Хорошо, что я успела отскочить... Вижу, и тебе они повстречались. Она всхлипнула и нерешительно подошла к одной из раковин. – Э-э-э... Айши-сан? – пробормотала Ханако, открывая кран и зачерпывая воды в ладони. – Можно просто Аяно, – дружелюбно улыбнулась я. – Что-то не так? Я прекрасно знала, что именно не так: душевые построили только недавно, и сменной одежды у нас ещё не было. Уроки физкультуры начинались лишь со следующей недели, так что эта замарашка оказалась в безвыходном положении. – Вся моя форма запачкана, – плаксиво пожаловалась она. – Что мне делать? Меня же выгонят, если я заявлюсь в таком виде! Я наморщила лоб и оглядела её, а потом склонила голову. – Не волнуйся, Ханако-чан, – сердечно проговорила я. – Я знаю, где достать запасную форму. И я побежала к задней стене школы. Инфо-чан всегда была у себя, работая без выходных и перерывов на обед, за это я её и ценила. Несколько крамольных фотографий – и аккуратно сложенная форма к моим услугам. Я отнесла одежду Ханако, и та рассыпалась в благодарностях, не переставая кланяться. С трудом натянув на лицо приветливое выражение, я заверила сестру семпая в том, что я была рада помочь, а потом побежала в класс. Самая важная часть была позади, завтра мне предстояло приняться за финал этой трагикомедии.