Падшие

Кай вводит препарат в оголенную вену Юнги, пока тот неподвижно лежит, наблюдая за непривычно заботливым парнем. Но эта забота призрачна и иллюзорна, так как Чонин прекрасно понимает, что Юн еще пригодится ему, и будет нужен на ногах. Он кидает холодный взгляд на бледное лицо, цепляется за омут карих глаз… Для кого-то это омут, но не для него. Нет в этом мире ничего, что могло бы поглотить Ким Чонина, что могло бы затянуть, заинтересовать так, чтобы он отказался от холодной рассудительности и гениальной продуманности. Что чуждо этому безумцу, так это чувства. Обычные человеческие любовь, ненависть, страх, жертвенность. Кай любит игру, Кай любит играть. Играть с людьми, жестоко и беспощадно ими манипулировать, заставлять делать невозможный выбор, метаться меж двух огней. Кай наблюдатель, но не на этот раз. В этой игре он и для себя роль выделил, не забыв пригреть себе местечко в зрительном зале. *** - Я видел Тэхена, - Чимин попытался устроится в кресле напротив президента компании, но резко замер, смотря точно на Чонгука. - Видел? – чуть помедлив. – Что с ним? Как он? – Чимин, кажется, выдохнул с облегчением. - С ним все в порядке. Я ездил на Мальдивы со своим другом, Тэхен был там, отдыхал. У него все вроде бы в порядке, - немного задумался над своими словами Чон. А ведь осталось чувство, что с ТэТэ что-то происходит. - Ясно, - Чимин даже расстроился немного. Теперь, зная, что с братом все в порядке, его удивляет, или беспокоит, что тот таит настолько сильную обиду на него, что не выходит на связь. *** Лухан спускается по лестнице в гостиную Сокджина. Он живет здесь, пока не закончится их проект и съемки с Кимом, а после, вернется к себе на родину, в Китай. Тот сидит за барной стойкой, что отделяет огромный зал и тоже немаленькую кухню. Кофе его, наверно, остыл, пока в его руках горит книга. Сок так увлеченно читает, что и вовсе не замечает, как над его плечом склонился Лу, и резко дергается, ощутив горячее дыхание. - Доброе утро, - выдает тот, немного посмеявшись над такой реакцией. - Угу, доброе, - тут же вернулся к чтению. - Я заказал еду из ресторана, скоро приедет, - Лухан включил кофемашину, но понял, что его явно не слушают. – Я устрою вечеринку сегодня в твоем доме? Человек на сто двадцать? - Угу, - также, не отвлекаясь, уловив лишь вопросительную интонацию в голосе, ответил Ким. - И оргию? - Угу… Что? Какую оргию? – всполошился младший, - эй, ты о чем? - Говорю, что это за миленький паренек, которым ты всю ночь продавливал диван? Стонет он, конечно, знатно. Думаю, может и мне в геи податься, раз уж вы все тут такие невообразимо классные? Поможешь с адаптацией? - О боже, хен, что ты несешь? Когда там еда приедет? - Слышал все же? А насчет вечеринки? - Какой вечеринки? - Ай, забей, ты безнадежен. Что читаешь? - 451 по фаренгейту, фанат подарил, затягивает, - Ким вернулся к глубоким смыслам страниц, и продолжил изучение. - Читал, полезная литература, может, ума наберешься. - Толстую иронию Ким не оценил, не смог отвлечься. *** - Что, все же вам от меня, или Чимина нужно? – Тэхен немного осмелел, крутит в руках бокал с коктейлем, вопрошая конкретно к Сэхуну. - Тэхен… - Бэк решил осечь его, но Сэ его прервал. - Мне от вас ничего не нужно, - Сэхун приподнялся с пляжного лежака на балконе его номера. – Я заключил выгодную для себя сделку, мне нужно удержать тебя, до определенного времени, до тех пор, пока Чимин не вернется, а как тот появится, передать тебя заказчику. Через Чонгука я дал понять Чимину, что ты не хочешь его видеть. Тонко, не так ли? Он перестанет тебя искать. Скоро тебя заберут, а я получу заслуженные 11 процентов акций TDS, после, NGA поглотит торговый центр и ваши отели. Мы сможем подняться выше, обойти, наконец. Теперь, в этой гонке, победа за моей компанией. Отец мне передаст управление, если я со всем справлюсь, я уверен. – Сэхун вернулся на лежак, пока Тэ отходит от услышанного. -11 процентов? Ты где столько возьмешь? Отец, думаю, нам на двоих с Чимином столько не оставил… - Есть тот, кто получит крупную долю, после смерти вашего отца. Я выторговал у него 11 процентов. Не знаю, сколько он вам оставил, и сколько в целом ему, но у меня есть основания доверять, он уже получил завещание. – О вернулся в вертикальное положение, - тааак, президент Пак оставил нехилое наследство жене, Чонгуку пост президента и какой-то процент акций, не суть, еще нехилую часть моему заказчику, остались вы. Он что, вам ничего не оставил? - Чонгук сказал, что часть завещания засекречена. Что за заказчик? - Ооо, а это тайна под семью замками, он связывается со мной через посредников, мои адвокаты подтвердили завещание, но узнать я, к сожалению, ничего не могу. Ладно, сложно объяснять. Тебе не понять малыш, не переживай о том, что взрослые решают, - Сэхун лучезарно улыбнулся, а подсевший к нему на лежак Бэкхен потрепал его по волосам. *** Чимин сидит в своем кабинете, перебирая бумаги на столе. Среди пришедшей почты он обнаруживает конверт с единственной надписью: «Если тебе дадут линованную бумагу…». А в конверте он обнаруживает пустой сложенный вчетверо вырванный тетрадный лист. Линованный. И его не заинтересовало бы это странное послание, и отправилось оно бы в корзину для мусора, если бы не было скреплено восковой печатью. Такой, как Тэхен в детстве скреплял письма, что писал Чимину. Но почерк не Тэхена…