Падшие

- Это точно он, Юнги? – Бэкхен замер напротив обшарпанной двери в квартиру, не пытаясь даже сдвинуться с места. - Ты об этом узнаешь после того, как нажмешь на звонок, - Мин разворачивает старшего к себе и прижимается губами ко лбу. - Я… я не могу, - еле слышно произносит Бен, оставаясь все также неподвижным, бледным и напуганным. - Я могу, - Юн жмет на кнопку, и за дверью раздается противное пиликанье дверного звонка, настолько раздражающее, что после третьего раза Юнги уже снял бы его нахрен. Похоже, батарейки садятся. Долгую минуту абсолютно ничего не происходит, полнейшая тишина. Мин чувствует, держа руку Бэкав своей, как та холодеет от пота. Ожидание затягивается. Юнги думает, что ошибся, что им никто не откроет, он отступает на шаг назад. Действительно, на что он надеялся: отыскать детей, похищенных торговцами органами спустя столько лет. Это похоже на несмешную шутку воспаленного сознания. Мин так отчаянно пытался поверить в то, что они живы, что он сможет их отыскать, что даже не допускал мысли, что может быть иначе. Он ни разу не думал о том, что те на самом деле могут быть мертвы. Тихий щелчок дверного замка, и дверь приоткрывается на цепочку. - Вам кого? – тонкий девичий голосок с довольно грубой интонацией. Со Миюн, проносится в голове Юнги. - Детка, взрослые дома? – находится Мин, - нам нужен… эмм… Минсу. Здесь живет такой? - Нет, проваливайте! – резко выкрикнула девчонка и попыталась захлопнуть дверь, но младший резко уперся рукой, не давая ее закрыть. - Вот уж не думаю, - он просунул руку к дверной цепочке, и пока мелкая ударяла по ней, кусала и всячески пыталась оттолкнуть, с легкостью справился с замком. Он толкает дверь, встречая сопротивление, но куда уж там четырнадцатилетней шмакодявке. Что и вовсе не тянет на четырнадцать, как заметил Юнги, - тебе лет-то сколько? - Сидеть будешь долго, - огрызнулась девочка, прячась за шкафом, и перевела взгляд на Бэка, - а этот че мертвый такой? Вампир что ли? - Так, не ссы, мелкая. Никто тебя насиловать, грабить и убивать не собирается, - Юнги прошел вглубь прихожей, пока старший замыкал дверь, - судя по твоей реакции, ты знаешь, кто такой Минсу. Верно? И не просто знаешь, выкладывай. - С чего это я должна что-то говорить? – она вышла из-за угла и предстала во всей своей красе. Довольно милая девчушка, белокурая, тоненькие черты лица, худое тело, почти болезненно, и огромные глазища. - Ну, ты сейчас не в том положении, чтобы сопротивляться, - Юн оперся плечом о тот самый шкаф, продолжая изучать ее. - Миюн, верно? – подал голос Бен, а ребенок перевел восторженные глаза на парня, - Меня зовут Бэкхен, я очень давний друг До Минсу, но когда-то, много лет назад мы потеряли друг друга, - он подошел к ней и присел на корточки, взяв ее ручки в свои. – Я долго плакал, когда потерял его, и очень хотел отыскать. - Мне четырнадцать, а не четыре, - возразила Миюн такому детскому обращению с ней. - А по-моему четыре, - прыснул Юнги, а Со перевела на него убийственный взгляд, - ну, может, шесть. - Прости, - стушевался старший, все так же, не выпуская ее руки из своих, - я волнуюсь. Помоги мне, пожалуйста. - Он на работе, - выдохнула Ми, укладывая руки на плечи незнакомого мужчины, - у тебя такой красивый голос, - тот мягко улыбнулся. – Если споешь мне, я ему позвоню. - Это че еще за условия, - возмутился на заднем фоне Юнги, - он даже мне никогда не пел. - Значит, плохо просил, - нахмурилась девочка. - Спою. Что хочешь, сделаю, только дай мне с ним увидеться, - Юн вскинул бровь: - Ты же не поешь. - Это ты так думаешь, - Бэк ухмыльнулся. - Сначала звонок, - продолжил гнуть свое Мин, - а потом он тебе и споет, и станцует, и трагическую смерть сыграет. - Ладно, ладно, поняла, - она двинулась в комнату, скорее всего, за телефоном. - Вот ты че такой злой? Это же ребенок, - Бен встал, поправляя джинсы. - Как она со мной, так и я с ней, - надулся Юн, а Бэк рассмеялся, его немного отпустило в течение разговора. - Тебе точно двадцать семь? Или, может, после комы ты в детство впал? - Да, - появилась в прихожей Миюн, - если ты не приедешь, меня на кусочки порежут и в лесу закопают… - Ты че несешь? – приподнял бровь Юн. - Вон, уже бензопилу готовят. Оппа, давай, бросай свою стройку, иначе будешь реветь, как домохозяйка после сопливой дорамы, - она сбросила вызов, поднимая глаза на парней. – Все, едет. Как заказывали. Песня, танец и сценка с трагической смертью, я жду, - она деловито скрестила руки, а Бэк перевел взгляд на Юнги, мысленно закатывая того в асфальт. - Дядя Мин Юнги мне поможет. Споет со мной, станцует женский танец. Знаешь, как хорошо у него это получается? И убийцей моим будет. Индеец с луком, - сквозь зубы цедит старший, смотря на съежившегося Мина. - Может, только песню? – переводит взгляд на мелкую. - У меня юбка классная есть для женского танца, дядя Юнги, - перекривляла она Бена, - тебе как раз, - Со хитро улыбнулась, а Юн покрылся испариной и побледнел. Похоже, дети – это не его. - Кпхпбх, - захлебывается воображаемой кровью Бэкхен, пока Юнги скачет в юбке по комнате на одной ноге, которую он предусмотрительно потерял в тяжелом бою много лет назад. Со Миюн дико истерит от смеха, катаясь по дивану. Бэк на последнем издыхании хрипит, - я… у-умира… ю, Орлиный Глаз, к-как ты мог, - размазывает ту же воображаемую кровь по щекам, - меня предать? – и скатывается по стене, издавая последние предсмертные звуки. Со стороны комнатной двери раздались бурные аплодисменты, на что Юнги исполнил реверанс в обе стороны. - Я ставил на тебя, Миюн, пока ехал сюда, - смеется парень с ооочень пухлыми губами и огромными, даже больше, чем у девчушки, глазами. – Ты не подвела, - он переводит взгляд на стоящего столбом у стены Бена и сглатывает, - Бэкки? - Давно не виделись, Кенсу, - коротко улыбается старший, отмирая, наконец. - Минсу, - подсказывает Юнги из другого угла комнаты. - Да, хен, - он усмехается, и вовсе не зная, как реагировать на гостей, точнее на абсолютно конкретного гостя. - Знакомься, Юнги, - Бэк не отводит глаз от парня в дверном проеме, - До Кенсу, мой близкий, много лет назад потерянный друг. И не только друг, - тот даже немного растерялся на последнюю, далеко не двусмысленную фразу. - Бэкхен, это До Минсу, его брат близнец. Не пугай так, это меня не так давно вырубило на пару месяцев, - Юнги стаскивает с себя юбку, что была поверх джинсов, неуклюже прыгая на одной ноге, и подходит к Бену. Но тот не реагирует. - Минсу-оппа, у тебя есть брат близнец? – восклицает с дивана мелкая. - Был, крошка, но он погиб, - тяжело вздыхает До, пока еще не известно, какой из. - Так, ты Минсу или Кенсу? Я, конечно, Бэка вез сюда к первому, но думать, что он тронулся, мне вовсе не хочется. - Это Кенсу, Юнги. Я их даже спросонья отличу, - Кенсу улыбается, опуская глаза в пол, подтверждая этим все вышесказанное. - А мне больше имя Минсу нравится, - рассуждает Со с дивана, но ее никто не слушает. *** Чимин лежит на диване в кабинете мозгоправа и искренне не понимает, когда все пошло по пизде. Минсок молча заполняет карты пациентов, изредка косясь на новую, отложенную в сторону. Тэхена, конечно, в психи никто не записал, но Чимин настоял, в свете последних событий, чтобы в голове того хорошенько поковырялись. Да и безопаснее ему будет здесь. Тэхен долго возражал, пока его не убедил скоро прибывший Хосок, которому тактично умолчали об инциденте между братьями. Некогда братьями. - Хочешь, поколдую, будешь спать, как младенец? – приподнимает бровь Минсок после того, как Пак в очередной раз вздрогнул в полусне. Тот в ответ что-то невнятно, но явно отрицательно промычал, переводя себя в вертикальное положение. – Я сегодня выписал Джина, - Ким опустил глаза в документы, - Чонгук присмотрит за ним, - Пак опять что-то устало промычал, на этот раз утвердительно. Чуть завис на минуту-другую, и принялся массировать виски. - Так, ты на зомби похож, - Ким встает с места, закрывая карту пациента, и направляется в сторону сидящего на диване Чимина. Тот лениво сопротивляется, но вскоре лежит припечатанный лицом к дивану без рубашки, а врач растирает в руках пахучее массажное масло, опустившись тому на бедра. – Расслабься, проблемы от тебя никуда не денутся, - Минсок говорит мягким, внушающим доверие и вводящим в легкий транс голосом, пока приятными горячими пальцами давит на напряженные мышцы. Проводит умело сильными ладонями, пуская стада мурашек в разных направлениях. Чимин с трудом сдерживает себя, чтобы не застонать, настолько умело врач манипулирует его телом. Пак чуть теряется в пространстве и времени, успевает уловить лишь то, что Сок сползает с него и накидывает плед на остывающее тело, а после проваливается в крепкий сон.