Challenge accepted, loves

Chord Overstreet–Hold On

      Возможна ли жизнь после смерти? Стефан никогда не задумывался об этом. Да и сейчас, сидя с Еленой в той самой кабинке колеса обозрения, что и несколько лет назад, ему хотелось отгонять от себя вообще любые мысли, но это было так сложно сделать. — Ты не жалеешь о своем выборе? — тихо спросил он, крепче обнимая шатенку, словно боясь, что она ускользнет от него, оказавшись всего лишь сном. — Так спрашиваешь, будто я могу что-либо изменить, — улыбнулась девушка, лбом прижимаясь к его щеке. — Ты всегда поддерживал мой выбор, Стефан. Никогда не осуждал за него, и не пытался его изменить. Что же сейчас не так? — Мне все еще кажется, что это не может быть реальным, — признался он, спутывая пальцами шелковистые пряди ее волос, пахнущие яблоком с корицей. Даже здесь сохранился этот запах. Порой Стефану чудилось, что он преследовал его всю сознательную жизнь, незримо, едва ощутимо, но изо дня в день, скрашивая даже самые мрачные будни, когда на миг, когда на чуточку дольше, но неизменно и постоянно.       Вот и тогда все, чего он хотел — это вновь вдохнуть его, обнимая Елену. В конце концов, он мог себе позволить хотя бы после смерти делать то, что было для него действительно важно. Поэтому попрощаться он явился именно к ней. Столкнулся с шатенкой в школьном коридоре, как в их первую официальную встречу, и вновь утонул во взгляде ее глаз. Теперь можно было не таиться. Теперь ощущения были правдивы, и в призрачной дымке казались настоящими, в отличие от всей его жизни, особенно в последние годы.       Стефан и забыл, как это — быть собой и желать чего-то. После потери Елены он растворился в потребностях других. Попросту отдал себя им без остатка, выполняя все, лишь бы его близким жилось лучше. Так он сблизился с Деймоном, прощая все; так он сошелся с Кэролайн; так он решился на предложение ей. Всего лишь хотел исполнить ее желание, хоть и знал всегда, что они не должны быть вместе, будто Клаус Майклсон являлся не только первородным гибридом, но и пророком, которому, Стефан, кстати, обещал поступить правильно. И наконец поступил. А теперь же получал награду за все, встретившись с Еленой после своего акта самопожертвования во благо всех. Снова. — Рад был видеть тебя в последний раз, — шепнул он ей на ухо, едва сдерживая слезы. — Нет. Это не может быть правдой. Нет, — лишь качала головой шатенка, отказываясь верить в его смерть, все не разжимая пальчиков, вцепившись в ладонь Стефана, не собираясь его отпускать от себя.       Кивнув ей на прощание, он развернулся и отправился прочь, сам не зная, навстречу чему движется, но чувствуя такое опустошение в душе, которого он не испытывал даже во времена, когда над ним властвовал Риппер. И каково было его удивление, когда во дворе школы Стефан наткнулся на поджидавшую его Лекси. Тогда впервые у него появилась мысль, что загробная жизнь не так уж и плоха, если в ней есть место для лучшей подруги.       Но за спиной распахнулась металлическая дверь, и послышались торопливые шаги, а после ноздри вновь защекотало от такого знакомого аромата яблок с корицей. — Ты не должна быть здесь, — выдохнул он. — Я сделала свой выбор, — Елена решительно двинулась к нему навстречу, не собираясь оглядываться, навсегда перечеркнув для себя прошлое.       Им и невдомек было, что там, в настоящем мире, еще до того, как их друзья нашли тело шатенки, Бонни почувствовала все, а когда увидела на щеках так и не пробудившейся от магического сна, умершей Елены едва заметные, почти высохшие дорожки от слез, поняла, что ощущения ее не подвели. Поэтому ведьма Беннет сразу после похорон поторопилась покинуть Мистик Фоллс, дабы не выдать никому чужую тайну, увозя с собой в далекие страны правду о том, кто всегда жил в сердце ее подруги, и будучи уверенной, что Деймон оправится от утраты, ведь он торопливо паковал свой чемодан, собираясь двинуться вслед за ней, хоть из багажа у него был лишь бурбон, да пара черных рубашек. Кэролайн же тоже держалась, посвятив себя открытию магической школы, но так же, как и Стефан, Бонни знала, что на этом история еще не закончена, и на свете есть тот, кому суждено исцелить ее разбитое сердце.       И сейчас, снова и снова целуя Елену, наслаждаясь происходящим, уже не думая о реальности и грезах, просто зная, что внизу их ожидает Дженна, в очередной раз жалующаяся Лекси на Джона, Стефан осознавал, что его история получила счастливый конец, а настоящая жизнь для него началась после смерти…