Жизнь за гранью

Последнее, что я должен был сделать. И меня не волновали последствия. Я часто оглядывался назад и гадал, когда я успел так быстро повзрослеть. Ещё недавно я был мальчиком, который радовался дождю или снегу, а сейчас я смотрел на жизнь совсем другими глазами. Задаваясь этим вопросом, я понимал, что это ОН изменил меня. Он посмотрел на меня, и с тех пор я больше не принадлежал себе. Как трудно в нашем мире любить человека, который столь же сильно любит тебя. Друзья, родные, семья — у меня было все, я был любим и счастлив, но в моем сердце образовалась дыра. Огромная, черная пропасть, засасывающая, гнетущая, отравляющая душу и тело. Если раньше у меня были сомнения или страхи, то после всего, что я пережил, не осталось ничего. Я был готов к последнему шагу. — Микеле, нам надо поговорить, — я успел застать нашего славного гуру до его отъезда. — О чем? Это срочно? После концерта не сможем поговорить? — Нет. И да, это срочно. — Что случилось? — кажется, он поверил, что это важно. — Ты помнишь, как мы все вместе обсуждали свадьбу Пьеро? Ты ещё сказал, что дашь нам с Иньей возможность иметь СВОЮ личную жизнь. Микеле нахмурился. — Да, и ты не преминул воспользоваться этим. Я закрыл глаза на все, что вы тут творили. И что ты теперь хочешь мне сказать? Тоже решил оформить отношения? Но ведь… — Не собираюсь я жениться на мужчине, расслабься. Но моя мысль близка к этой. — И? — Я признаюсь. Мне надоело прятаться от общества. Надоело скрываться. *** — Джан? С тобой все хорошо? Ты в последние дни какой-то странный, — Инья заметил мою нервозность. — Все хорошо, — Пьеро посмотрел на меня, вопросительно приподняв бровь. Я промолчал. Иньяцио правильно определил: уровень моего волнения зашкаливал. Ночь перед интервью была самой долгой в моей жизни. Я знал, что ужа завтра, если все получится, я буду совсем другим человеком. А сейчас этот день уже настал. Я не готовил особую речь, я старался даже не думать о том, как это будет, я просто доверился своим внутренним ощущениям. Пройдут года, но этот день навсегда останется определяющим, самым странным и безумным днем в моей жизни. Я кусал губы в ожидании начала прямого эфира. Мы с ребятами отвечали на вопросы поклонников и слушателей в студии миланского канала. Судьба была благосклонна ко мне — я был дома, на итальянской земле. Я был готов. Череда стандартных вопросов перемежалась парой весёлых ответов, шутки, смех, кто-то заметил, что я нервничаю сильнее обычного… пока меня не спросили о том, что интересовало именно меня. — Вопрос к Джанлуке: как выглядит ваша идеальная девушка? Момент настал. Я вдохнул поглубже и улыбнулся. — Девушка? Мне сложно ее описать. Сложно, потому что… мне стоит говорить об идеальном парне. Я кожей ощутил вибрацию тишины в студии. Я продолжал с улыбкой смотреть на ведущую, которая на какие-то секунды потеряла дар речи и потрясенно смотрела на меня. Пьеро с Иньей резко повернулись ко мне, не скрывая ужаса, который ярко отражался на их лицах. Мне показалось, что даже операторы выглянули из-за своих камер и смотрели на меня. — Джанлука… ты хочешь сделать признание? — девушка отошла от первого шока. Умница! — Да, думаю давно пора. Я не хотел делать из этого сенсацию, созывать пресс конференцию, вы задали мне вопрос, а я просто на него ответил. Просто? Да я сгорал изнутри! — То есть… ты предпочитаешь парней? — кажется, я рано её похвалил. — Да, именно это я и имею ввиду. — И. как давно? Почему ты молчал все это время? — Давно. Молчал? Я сейчас об этом говорю. Этого недостаточно? — Твоё сердце занято? В смысле, существует ли ОН? Ты влюблён? — ну все, прорвало плотину. — Да, я влюблён, — я готов был поклясться, что Пьеро покраснел и отвёл взгляд. — И кто же он? Вы вместе? Как к этому относятся твои родные? А вы, ребята, в курсе? — Меня все поддержали: и семья, и товарищи по группе. А на вопрос кто он — я ответить не могу, — я изобразил самую искреннюю улыбку на лице. — А вы что скажете? — она обратилась к этим двум тупицам, что все ещё сидели с раскрытыми ртами. — Д-да, мы его поддерживаем, — Инья, прекрати заикаться! Пьеро смог лишь кивнуть и нервно улыбнуться. Кто-то дал знак, и на этом прямой эфир завершился. Ведущая тут же подлетела с кучей вопросов, но меня ждала другая расправа. — Все, никаких вопросов! — Пьеро схватил меня за один локоть, сжав его до боли, Инья за другой, и они увели меня в пустую комнату. — Ты обалдел?! Совсем с ума сошел?! — Пьеро заговорил — значит отошел. — Джан! Чем ты думал?! — Инья вторил ему. — Ты представляешь, что теперь будет?! — Микеле убьёт тебя, а Барбара зароет остатки трупа! — Теперь все будут думать, что мы все такие! — Зачем ты это сделал?! — Вы закончили?! — я все же не выдержал. Мои силы были на пределе. Я хотел побыть один, а не выслушивать их упрёки. — Ты понимаешь, что возможно, твоей карьере пришёл конец? — Инья, наконец, перестал расхаживать по комнате и размахивать руками. — Я разговаривал перед этим с великим и ужасным… — О! Слава Богу, он в курсе! — Иньяцио возвел руки к небу. — Вообще-то… мы с ним здорово поругались, и он запретил мне. Сказал, что я пожалею и все в этом духе, — мое настроение поднималось пропорционально выражению их лиц. — Ты. просто. псих, — мой добрый друг тяжело опустился на стул. Я посмотрел на Пьеро. Он молча буравил меня взглядом. Конечно, он все понимал. Это было сделано, чтобы показать ему, что не стоит бояться быть самим собой. Никогда. — Держись. С этого момента тебя ждёт ад, — Пьеро достал телефон, на экране которого светилось имя нашего продюсера.