Жизнь за гранью

— Почему ты дома? Почему не поехал кататься в горы? — Ты серьезно думаешь, что я был в состоянии куда-либо ехать? Мы все остались дома, — он пытался говорить с полным ртом. — Мог бы предупредить! Ты представляешь, что со мной было?! Я целые сутки думал, что потерял тебя! Да я сам чуть не умер! — Правда? — в его глазах вспыхнула детская радость. — Дурак, честное слово. Конечно! Я бросил все и прилетел. — Мог бы позвонить, — я готов был треснуть его по голове! Будто я не звонил! — Станцию сотовой связи завалило, если бы я немного подумал головой, то догадался, но… я думал только о тебе. — Так ты любишь меня? — А о чем я тебе твержу последние полчаса? — Стоп, стоп. Любишь и хочешь быть со мной? — он кажется не мог поверить. — Да, черт возьми! — Но ты ведь женат! И вообще все эти разговоры про общество, про то, что ты хочешь быть нормальным… Все это куда делось? — Во-первых, я собираюсь разводиться со своей женой. Во-вторых, мои проблемы никуда не делись, но теперь все изменилось. Скажи мне одну вещь — ты признался всему миру… зачем? Он улыбнулся и лукаво посмотрел на меня. — А ты как думаешь? — Я думаю, что ты это сделал специально для меня. — Сработало? — Ещё как! Джан, я не верю, что все будет просто, я не верю, что у нас все сразу получится, единственное, в чем я уверен — это в своих чувствах к тебе. И, если ты все ещё чувствуешь то же самое, мы. Он внезапно спрыгнул со стула, и бросился в мои объятия. Его губы накрыли мои, а я язык проник глубоко в рот. Он ловко забрался ко мне на колени, и начал покрывать лицо хаотичными поцелуями. — Люблю, люблю, люблю… Ты такой упёртый, — поцелуй, — глупый, — ещё поцелуй, — мой, мой, только мой… Ему не стоило так делать, когда воспоминания о прошедшей ночи были ещё свежи. Я повалил его на стол, сметя все, что на нем было. Я кусал его пухлые губы, пальцы расстегнули рубашку и сжали твёрдые соски, уши наслаждались громкими стонами. Шорты были спущены, я ласкал его вставший член, он обхватил меня ногами, вплотную прижавшись ко мне. Мы творили какое-то безумие на кухне его дома, места, где он вырос. Но нам было абсолютно наплевать. Охваченные пожаром страсти, мы не потрудились закрыть двери или побеспокоиться о том, кто мог нас услышать. Он ёрзал подо мной, имитируя поступательные движения, терся своим членом о мой, и буквально вынуждал меня взять его. Мой чувственный, раскрепощенный котёнок. Его рука сжала меня сквозь тонкую ткань брюк, и я прикусил его нижнюю губу. — Пьеро, давай же… Он подался вперёд бёдрами, издавая развязные звуки. Черт! Он стянул с меня белье и начал остервенело водить рукой по стволу. В моих глазах все потемнело. Минута на быструю подготовку, и я грубо врываюсь в его тело, исторгая протяжный стон с его уст. — Прости… — Не останавливайся… Он обхватил меня за шею руками и впился губами в губы. Я двигался быстро, каждый раз глубоко погружаясь в узкое тепло. Он двигался мне навстречу, ритмично лаская себя в такт моим движениям. Мы кончили быстро и бурно, я навалился на него, прижав к гладкой поверхности стола, прикасаясь лбом к его лбу. — Сумасшедший, — мне было трудно говорить. — Зато твой, — он доверчиво смотрел мне в глаза, проведя пальцем по моей губе. — Мой, только мой, — я засмеялся. Мы оделись, постарались привести себя и кухню в порядок, насколько это было возможно. Джан мыл уцелевшую посуду, а я выкидывал разбившуюся, когда на кухню вошёл Эрнесто с недовольным лицом. — Я пошёл завтракать в кафе. Больше никогда не буду есть за этим столом. Вы сломали мою психику! — с этими словами он громко хлопнул дверью и гордо удалился. Мы с Джаном переглянулись и дружно расхохотались. — Черт! Теперь мне стыдно и перед Эрни. — Да ладно, он быстро забудет. — Думаю, ТАКОЕ будет нелегко забыть, — в его глазах плясали весёлые искорки. Это были чудесные несколько дней. Мы почти не покидали его комнату, спускаясь вниз лишь подкрепить силы, чтобы снова их потратить в его постели. Его семья отчаянно делала вид, что им не мешали те звуки, что доносились из комнаты, и я им был искренне за это благодарен. — Не хочу, чтобы ты уезжал, — он лежал на моей груди и водил пальчиком по коже. — Я тоже, но мне надо покончить с сам знаешь с чем, — я был расслаблен после продолжительного секса, обнимая своё обнаженное сокровище. — Да, а я буду скучать по тебе, — он вздохнул. — И я, — я перехватил его пальцы и поднёс к губам, начиная посасывать их по очереди. Он задохнулся. — Пьеро… *** В аэропорту он долго не мог отпустить мою руку. Такая нежность с его стороны меня растрогала. — Джан, мы не прощаемся. Все будет хорошо. Я люблю тебя, помни это. — Веду себя, как влюбленный подросток. Просто мне кажется, что, если я отпущу тебя, ты уже не вернёшься ко мне. — У нас концерт и. — Нет, именно ко мне, понимаешь? — Джанлука, я обещаю, я вернусь, — я взял его лицо в ладони и заглянул в глаза. — Ты мне веришь? — Верю.