Выбор

Кладбище в отдалённом уголке парка рядом со стеной было совсем ещё крошечным. Особенно ужасно было видеть маленькую могилку Мики, у которой расцвели пышным цветом жёлтые цветы, посаженные Кэрол, и хоронить уже второго ребёнка за год. Совсем измученной чувством вины Карен Калеб сказал, что Патрик умер как минимум за два часа до того, как его отыскали. А когда он, ещё более отчаявшийся, остался наедине с Кэрол, то тихо признался: — Кому оно нужно, точное время смерти в такой ситуации. Парень умер гораздо позже. И, может быть, был шанс его спасти, если бы они искали лучше. А может быть, не было. Но одно я могу сказать точно: он был бы жив, если бы я относился ответственней к своим обязанностям. — Ты не давал ему эти таблетки, — мягко сказала Кэрол. Она могла сказать только это. Потому что её язык просто не поворачивался произнести слова о том, что он не виноват. Виноват. Пусть отчасти, но виноват. Виноват был он, который хранил опасные лекарства так, что их мог взять любой ребёнок, тихонько пробравшись в помещение больницы. Виноваты были Карен с Райаном, сами вызвавшиеся обыскать парк и так безответственно отнесшиеся к этому. Виновата была она, Кэрол, Лори, Бет и Дейл, что не заметили странностей в поведении Патрика в последнее время. Виноват был Блейк… Кэрол не знала, в чем конкретно, но чувствовала, что без него тут не обошлось. Виноватых можно было искать бесконечно, вот только замотанному в светлое полотно Патрику, на уровне головы которого виднелось тёмное пятно — после осмотра доктором его должны были упокоить окончательно — было уже все равно. На похоронах собрались все жители города. С того момента, как они услышали, что ребёнок пропал, прошло всего несколько часов, и многие пребывали в состоянии шока. Здесь, в таком небольшом городке, все друг друга знали. А уж немногочисленных детей так и подавно. Чужих детей здесь не было. Все присматривали за ними, все заботились о них, готовы были помочь, проследить. Но в этот раз не уследили. И Кэрол тоже не уследила, больше сосредоточившись на других делах. Губернатор говорил длинную речь, которую она совсем не слушала. От личности Патрика, могилу для которого вырыл расстроенный Дэрил, он перешёл к делам города, и это не могло не раздражать. Он всегда находил возможность покрасоваться перед горожанами, он даже из трагедии создавал для себя рекламу. Пожалуй, Рик был прав, когда говорил, что убийство Губернатора может обернуться гражданской войной. Его любили и уважали, судя по тому, как внимательно слушали, как кивали, как смотрели на него снизу вверх, хотя он стоял вовсе не на возвышении, а у открытой могилы, бросая туда первую горсть земли. Следующим был Дейл, которого под руки с обеих сторон поддерживали Глен и Мэгги. Когда пришла очередь Кэрол, она сжала в руке мокрую ладошку совсем ослабевшей от рыданий Софии и на мгновение задержалась у могилы, прошептав: — Прости, дорогой, я должна была… Что она должна была, Кэрол не знала. Но что-то определено. Поговорить лишний раз, выслушать, внимательней посмотреть на тихого мальчика в круглых очках, всегда послушного и примерного, любившего книжки и сложные конструкторы. София отошла к Карлу с Дуэйном, которые искусали все губы, чтобы не плакать. Младшие дети тоже понимали, что случилось что-то нехорошее, и растерянно озирались, наблюдая за скорбящими взрослыми. Хотя некоторые мужчины из окружения Губернатора выглядели довольно безразлично. Мэрл — тот так вообще в течение всех похорон устало закатывал глаза и лишь изредка бросал встревоженный взгляд на вцепившуюся в его руку бледную Эми. Его волновала она одна в этой жизни. Ну ещё и Дэрил, конечно, но за его душевное равновесие в этой ситуации Мэрл уж точно не беспокоился. Правда, на Дэрила смерть ребёнка всё-таки произвела впечатление. Кэрол не сомневалась, что он корил себя за то, что сам не решил пойти в парк. Слова Калеба о времени смерти его ни на миг не убедили. Кэрол огляделась в толпе, надеясь увидеть его фигуру, и чуть не столкнулась с опечаленной Андреа, нервно накручивающей свой золотистый локон на палец. — Почему он это сделал? — спросила подруга так, словно Кэрол могла знать. Словно она, вместе с Лори, Бет и Дейлом, не задавалась этим вопросом каждую минуту с тех пор, как узнала о том, что сделал с собой Патрик. — Я не знаю. Я понятия не имею. У него все было. Дейл изо всех сил старался заменить ему семью. Ты его знаешь, он бы никогда не обидел Патрика, он никогда на него не давил. Хотя на него и давить не нужно было, Патрик был на удивление послушным и умным ребенком. Мальчиком, — грустно хмыкнула Кэрол. — Мне стоило бы почаще напоминать себе о том, что он ребёнок. Подросток, немногим старше Карла и Софии. — Он ведь с ними не так уж и дружил? — Они дружили, но у них, то ли из-за возраста, то ли из-за разницы в интересах, было не так много общего. — Может быть, в этом и есть причина? Например несчастливая любовь? — предположила Андреа. Оглянувшись на Софию, что-то пылко обсуждающую со своими друзьями в сторонке, Кэрол покачала головой. — Я не думаю, что это могло принять такие масштабы. К нему все хорошо относились, его никто не дразнил, с ним никто не отказывался дружить или общаться, он сам предпочитал книги общению с Софией и остальными… — Он мог влюбиться не только в Софию, но и в Бет. А потом узнал про неё с Шейном, решил, что у него нет шансов, что ей нравятся только взрослые мужчины, а он младшее её… Ты же помнишь, в этом возрасте все кажется страшной трагедией. — Если честно, плохо помню, но уже замечаю по Софии, что трагедию подростки могут раздуть из чего угодно. Но настолько, чтобы покончить с собой!.. Он ведь не написал записки, не попытался с кем-то поговорить. Он ещё вчера выглядел совершенно нормальным. Может быть, был более тихим, чем обычно, но он всегда был тихим… Андреа взяла её за руку и вгляделась в лицо: — Только не смей винить себя, Кэрол. Ты не можешь залезть каждому из них в душу. Вы делаете для них все, что можете. — Значит, нужно делать ещё больше. Прости, я наверное уже заберу Софию, ей нужно отдохнуть. Андреа кивнула с грустной улыбкой и подошла к Моргану, о чем-то с ней заговорившему. А Кэрол, так и не увидев нигде Дэрила, приблизилась к Софии и положила руку ей на плечо: — Милая, идём домой. Переглянувшись с Карлом, который сразу умолк при появлении Кэрол, дочка покорно кивнула и направилась вместе с ней к выходу из парка. Идти им было недалеко — всего несколько десятков метров до ручья. А там до дома уже совсем рукой подать. Обернувшись напоследок, Кэрол увидела, как к заплаканной Бет подошёл Шейн. Он что-то сказал ей, а она подалась вперёд и снова расплакалась на его плече. Он положил руку на её подрагивающую спину и почти с вызовом огляделся вокруг. Но никто на них не смотрел. И Кэрол отвернулась тоже. *** На кухне пахло успокоительным. Кэрол пришлось долго уговаривать Софию и Дэрила, который, когда они пришли, уже был дома, покушать. У неё у самой не было аппетита, и смотреть на приготовленную для гостей еду было тошно. Но силы поддерживать надо. И потому все уныло сели за стол и стали ковырять вилками в тарелках. Первым управился с ужином Дэрил и он же с грохотом поставил на стол аптечку с верхней полки шкафчика. — Хватит уже слезами хавку поливать. Выпейте что-то. Снова отвернувшись к полкам, он поставил на стол ещё и бутылку с виски. — А то это придётся пить. — Это тебе, — слабо улыбнулась Кэрол и, подумав, выпила успокоительное и дала немного Софии. Дочке оно определенно требовалось. Слёзы по её лицу текли, не переставая. Смерть Мики в своё время так сильно её не поразила. Наверное, потому что Мика была чуть младше, а с Патриком они общались гораздо дольше. Так рассеяно думала Кэрол, а вот плеснувший на дно стакана виски и залпом выпивший его Дэрил думал совсем о другом. — Рассказывай давай, — приказал он, опустившись на стул напротив Софии. — Ты о чем? — не поняла Кэрол. — Не просто так мелкая наша убивается, тут что-то нечисто, — пояснил Дэрил. Краем сознания Кэрол отметила слово «наша», но оно вылетело у неё из головы при одной мысли о том, что София может быть как-то причастна к смерти Патрика. Неужели это какая-то из тех опасных игр, о которых Кэрол когда-то с ужасом читала? Подростки в поисках острых ощущений залезали на крыши, ложились на рельсы, перебегали дорогу прямо перед несущимися автомобилями. Они делали это просто так, на спор, чтобы что-то кому-то доказать. Но Кэрол и в голову не могло прийти, что в и без того опасном новом мире дети будут искать себе подобные развлечения. — София? — севшим от страха голосом позвала Кэрол. Дочка всхлипнула и кивнула. — Да, ма. Я должна тебе рассказать. Мы с Карлом договорились, что все расскажем. Это… это все я виновата! — Милая, не говори так! Если ты чем-то обидела Патрика или не захотела с ним… дружить, и он расстроился, это не твоя вина. — Нет, мам, ты не понимаешь! Ты совсем не понимаешь! София бросила на Дэрила взгляд, словно взывающий о помощи. Но он только плечами пожал. — Не, мелкая, не смотри на меня так. Я понятия не имею, что там у вас приключилось, что пацан этот самоубиться решил. Тебе придется самой рассказывать все. — Вы меня убьете… — прошептала София. — Милая, ну что ты такое говоришь! Кэрол подошла к ней и присела рядом на корточки, сжимая её безвольно лежащие на коленях руки в своих и заглядывая в её заплаканное лицо снизу вверх. — Просто я не думала, что такое может случиться! Он же нам ничего не говорил! Нам и в голову не могло прийти! Мы не хотели! — Так, давай по порядку, — попросил Дэрил. — Никто тебя убивать не будет. Ты, блин, что, мать свою не знаешь? Она тебя и ругать не станет, говори уже, самой легче будет. — В общем… помните, мы ходили к Лиззи, да? При звуках имени Лиззи Кэрол стало нехорошо. Лицо Софии словно поплыло перед глазами и ей стоило немалых усилий снова подняться на ноги и присесть рядом с дочкой на стул. Дэрил бросил на неё обеспокоенный взгляд, но она крепко сжала кулаки и сделала глубокий вдох. — Да, София, — максимально ровным тоном произнесла она, страшась услышать продолжение. — В общем, я тебе пообещала с ней никак не общаться! И Карл своим пообещал. Дуэйну Лиззи немного нравится, но он сказал, что папа за ним так следит сильно, что ему никак с ней не связаться. А Патрику Дейл доверял, — последнее слово София произнесла тихо и жалобно, сообразив, наверное, как нехорошо получается, когда ты обманываешь чье-то доверие. — И ему тоже Лиззи нравилась. Он хотел с ней пообщаться. Мы его почти не уговаривали. Ну, то есть, поначалу нам пришлось убеждать его, что это ведь ничего такого. Но потом он согласился. А когда сходил к ней в первый раз, так вообще не жалел. Вот только он не хотел рассказывать нам, что она ему говорила. Сказал, что пока ничего важного. Так, по мелочам. И что она брала с него обещание ничего нам не рассказывать пока. Но он сказал, что обязательно расскажет, если узнает что-то очень важное. Например, про Губернатора или ещё что. — То есть он ходил к Лиззи? И не раз? — переспросила Кэрол. И Милтон не мог этого не знать. Милтон и Губернатор знали все. Вот только никто из них не сказал ни слова. И теперь ясно было, почему Блейк так искренно хотел найти мальчика. Наверняка он боялся, что тот может что-то рассказать. На мгновение Кэрол подумала, а не убили ли Патрика, и встретившись взглядом с Дэрилом, поняла, что ему пришла в голову та же мысль. — Не, не похоже было, — сказал он, и Кэрол кивнула. На насильственную смерть это и в самом деле не было похоже. Но Патрика могли убедить убить себя. Губернатор и Лиззи могли забить ему голову своими глупостями о сверхчеловеке. Например, для того, чтобы сделать из него друга для его дочери. Лиззи-то он наверняка опасается делать ходячей, ведь внимание города, так или иначе, постоянно к ней приковано. Ею интересуется отец, учителя, да и другие о ней вспоминают. А Патрик сирота. И никто даже не догадался, что он навещает Лиззи и как-то связан с Блейком. Вероятно, он должен был покончить с собой в каком-то другом месте, а может быть, он просто поспешил и ему ещё не дали финальных указаний. Ведь Блейк и сам не знал, где его искать. А если бы все получилось, как он планировал, дело просто замялось бы, как и с Лили. Нашёлся бы человек из приближенных Губернатора, якобы видевший, что мальчик перебрался через стену и ушёл в лес. Вот и все. А бедный Патрик даже не подумал, что, убив себя в парке, он сможет пойти назад, в город, обернувшись этой ужасной тварью, и начать кусать всех подряд. Хотя, возможно, он, пообщавшись с Лиззи, искренне верил, что останется совершенно разумным существом и не станет причинять никому вреда. Скорее всего, так оно и было. — Мам, мы, правда, не думали, что такое может быть. Он же умный… был. Как он мог такое с собой сделать! — Даже умные люди иногда делают ошибки. Надеюсь, ты поняла теперь, почему я запрещала тебе общаться с Лиззи. Она нездорова. И сделала нездоровым Патрика. — Это мы виноваты. — Есть немного, — вдруг согласился Дэрил, не обращая внимания на укоризненный взгляд Кэрол. — Но, в первую очередь, виновата эта Лиззи, те, кто там с ней живёт, и сам Патрик. А вы просто мелкие идиоты. — Дэрил! — Нет, мам, он прав. Мы даже хуже, чем идиоты, — вздохнула София и потерла ладонями лицо. — Я так устала… Пережитое потрясение и успокоительное дали своё. София отчаянно хотела спать и Кэрол провела её в комнату, помогла умыться и раздеться, как маленькой, и посидела рядом с ней на кровати, пока она не уснула. Даже во сне её личико выражало скорбь. Вернувшись на кухню, Кэрол удивилась, застав там Дэрила. Он успел покурить, судя по запаху, и выпил ещё немного виски. Когда она появилась в дверях, он угрюмо посмотрел на нее исподлобья и зло бросил: — Теперь, блин, ты поняла, почему мне не понравилось, что вы туда шастали?! — Да, Дэрил, ты был прав, — утомленно согласилась Кэрол. — Но об этом уже поздно сожалеть. — Ну хоть выводы сделай, — буркнул он и, словно опасаясь смотреть ей в глаза, встал из-за стола. Он обошел её по большой дуге, не желая проходить близко, и Кэрол, вспомнив то, что произошло между ними днём, то, что теперь казалось чем-то невероятно далеким, окликнула его: — Дэрил, подожди. — Чего? — напрягся он, как будто сообразил, о чем сейчас пойдёт речь. — Я хотела пого… Её прервал громкий стук в дверь и Кэрол в сердцах чертыхнулась, от чего Дэрил недоверчиво хмыкнул. — Ты же вроде обожаешь гостей? — Только не в такие моменты, — бросила она раздражённо и вышла в прихожую вместе с ним. — Кто это может быть так поздно? Когда она увидела Дейла, раздражение сменилось чувством вины. Он выглядел таким опечаленным и беспомощным, что даже Дэрил, кажется, ему посочувствовал. Потому что прервал на полуслове и подтолкнул в сторону кухни. А потом щедро плеснул в стакан виски и приказал: — Пей! Не задавая лишних вопросов, Дейл выпил, а потом долго кашлял. — Может быть, поужинаешь? — предложила Кэрол. Но он отрицательно помотал головой. — Я не хочу есть. Ничего не хочу сейчас. Я пришел за помощью. Я не знал, к кому ещё обратиться. Глен — он хороший парень, но больше всего я уверен в твоём молчании, Дэрил. Ну и не каждому придётся по душе то, о чем я попрошу. Я хочу разрыть могилу. — Чего, блин? — фыркнул Дэрил. — Зачем, Дейл? Ты думаешь, Калеб в чем-то ошибся? Или что? Ты хочешь ещё раз посмотреть на него сам? — удивилась и Кэрол. — Нет, но я не уверен… Тут что-то не так. Патрик бы сам не додумался до такого. Кто-то надоумил его так сделать. И то, как Филип не дал мне возможности попрощаться с мальчиком… Он забрал тело и его потом вынесли уже в этом саване. — Ты хочешь попрощаться? — Нет, я хочу убедиться, что он там, в могиле. И что его в самом деле упокоили. Я хочу твёрдо знать. Вы поможете мне?