Не зная равных

Финдарато с легким недоумением огляделся. До Черных Врат уже было рукой подать, но вокруг, насколько хватало глаза, никого не было. Откуда-то из глубины Ангбанда раздавался глухой рокот, но негромкий. Ни одной живой души Финрод, сколько ни вглядывался, не увидел — даже на стенах. И под ноги не прилетело стрел, когда король Нарготронда приблизился к огромным воротам, словно бы всем было абсолютно наплевать на нахального эльда, который притащился в святая святых — обиталищу Черного Врага. Финдарато спешился и потрепал скакуна по холке: - Отправляйся назад, нечего тебе тут больше делать. Конь ласково потыкался мордой в руку, обслюнявил ладонь и послушно повернулся к западу, оставив в напоминание о себе лишь приличную кучу — очевидно, выразил то, что думал об Ангамандо... Финдарато подошел к самому створу ворот и неловко помялся, не зная, как обратить на себя внимание. Открыть двери в одиночку, кажется, было не под силу даже троллю, но Финрод на всякий случай попытался. Не вышло. Финдарато глубоко вздохнул, выдохнул — и постучал. Звук вышел слабеньким и каким-то жалким, и эльфийский владыка постучал сильнее, а потом и вовсе загрохотал, как мог, здорово отбив руку. Тишина. - Есть тут кто-нибудь? - мелодично воззвал Финдарато, хотя было не по себе. - Выходи, Черный Враг, трус и повелитель рабов! Чтобы усилить впечатление, Финрод постучал в окованные сталью ворота эфесом меча. Наконец где-то наверху почудилось какое-то движение, а потом и сиплый голос: - Так тебе кого надо-то? Владыку Мелькора, труса или повелителя рабов? - Моргота! - требовательно крикнул Финрод. - Владыка сегодня не принимает, - голос хохотнул. - Запишись у секретаря на следующую неделю. - Я не буду ждать до следующей недели, - окончательно растерялся Финдарато. - Я хочу поговорить с ним, а если он откажет — то вызвать его на бой! - Подштанники Илуватара, - тоскливо произнес голос, но тем и ограничился. - А кто ты? - Финдарато даже отступил подальше, пытаясь разглядеть, где прячется враг. - Меня зовут Готмог, - обстоятельно объяснил голос. - Так что если тебе повелителя рабов, то можем и поговорить. После Гортхаура военачальником крепости являюсь я. - Мне не о чем с тобой разговаривать, - гордо произнес Финрод, хотя внутри все похолодело — он уже слышал это имя от сыновей Феанаро, что сражались с балрогами на самой заре Эпохи. - Позови ко мне своего хозяина, или я... - Или ты что? - хмыкнул Готмог. Финдарато не нашелся с ответом, зато тяжелая дверь начала со скрипом проворачиваться на петлях. Король Нарготронда почувствовал, что сердце колотится втрое сильней, а в горле встает противный ком, поэтому сглотнул и постарался взять себя в руки. Дверь отодвинулась совсем чуть-чуть, ровно на то расстояние, чтобы внутрь можно было пройти, да и то меч пришлось придержать, чтобы не загреметь по дороге. Финдарато решительным шагом вошел внутрь и постарался осмотреться. Внутри мрачной крепости явно кипела жизнь, но во дворе почему-то никого не было, лишь у ворот стояла одинокая фигура, выше самого Финрода на пару голов. - Ну, что крутишься? - прогудел собеседник, приближаясь, и Финдарато с легким ужасом заметил, что в глазах его горит алое пламя. - Хотел к повелителю — пойдем, отведу тебя к повелителю. Может быть, он даже с тобой поговорит... А то скучно ему, ваши воины такие предсказуемые... - Веди, - гордо вскинул подбородок эльда. Путь оказался дальним. Финдарато проходил темными коридорами, едва освещенными редкими факелами, и понимал, что это путь в один конец — ему бы не удалось пройти здесь одному и не заблудиться. Впрочем, что путь в Ангбанд – это путь в один конец, Финрод понимал, еще выезжая из Эйтель Сирион. Коридоры и лестницы постепенно уводили все ниже, и когда Финдарато уже хотел спросить, далеко ли еще, Готмог неожиданно остановился и махнул рукой: - Тебе туда. - Куда? - Финрод вгляделся во тьму и нашел ответ и сам — впереди высилась дверь. - Именно туда, - хмыкнул Готмог. - А ты не представишь меня? - Еще чего, - военачальник вразвалку отправился назад и уже через плечо бросил. - У нас тут слабовато с этикетом... Удаляющийся звук шагов уже затих вдали, а Финдарато все еще стоял в коридоре, объятый противоречивыми чувствами. С одной стороны, в душе горело удовлетворение — он добрался, цел и невредим. Но с другой стороны, стоять в этом коридоре перед тронным залом Моргота было очень странно. Казалось, поверни Финдарато сейчас назад, никто не остановил бы его. Тут Финрод одернул себя. Черные Врата явно легко распахиваются для эльфов лишь на вход, за выход придется дорого заплатить... Эльда решительно распахнул двери и быстро зашел, чтобы не дать себе ни времени, ни передышки, чтобы в последний миг не отказали смелость и решительность... От волнения он почти не видел вокруг себя, и лишь безотчетно закрыв за собою дверь, огляделся и даже замер. Он ожидал увидеть горделиво-мрачный тронный зал или, на худой конец, трапезную, но перед его взором стояла роскошная кровать с балдахином, на которой развалился и что-то читал темноволосый вала. Точнее, читал он, вероятно, до этого, потому что сейчас рука его с книгой опустилась, а изумленный взгляд обшаривал фигуру вошедшего. Неожиданно даже для себя, Финдарато отметил, что выглядит Моргот странно — одеяние его больше смахивало на халат, зато на лбу высилась корона с тремя камнями, теми самыми. Машинально поправив собственный венец, король Нарготронда прервал затянувшуюся паузу и срывающимся голосом проговорил: - Прости, я не хотел отвлекать тебя от отдыха. - Ничего, ради такого я отвлекусь, - продолжая странно разглядывать гостя, сказал Враг. Собственная вежливость еще больше смутила Финрода, и еще больше увеличила странность ситуации. Вызвать на бой Врага сейчас не представлялось возможным — он безоружен, а разговаривать было как-то неловко... Второй раз тишину нарушил сам вала: - Ты кто вообще? И как здесь оказался? - Меня провел Готмог, - нервно брякнул Финдарато. - Я догадался, что Готмог, - Мелькор иронично хмыкнул. - Он оставался на воротах, а сюда бы ты один не дошел. Я имел в виду, как ты оказался в моей крепости и — главное — зачем? - Я хотел поговорить с тобой, а если ты откажешь — то сразиться. - Ну... говори, - вала отложил книгу и сел. - Сразиться, в общем, тоже можно, но у меня Гронд в тронном зале остался. Не таскать же мне его вечно с собой. - Если будет нужно, я подожду, - кивнул Финрод. - Но... скажи... Тут он вновь замялся, не зная, как обратиться к Врагу. Оскорблять его не хотелось, учитывая, что тот пошел на диалог, хотя бы пока, а других — не ругательных — слов у эльдар применимо к Темному вала и не было... - Можешь звать меня Мелькор, - понял сомнения эльда Враг и вновь усмехнулся. Финдарато благодарно улыбнулся и продолжил: - Скажи, Мелькор, зачем ты начал эту войну? - Так ты пофилософствовать, что ли, пришел? - вздернул брови Моргот. - Скажем так: я — само Зло, и мне положено творить злые дела. - Но почему сейчас?! Ты четыреста лет не являл себя, а тут... - Тогда вопрос неуместен, - фыркнул вала. - Потому что он возник бы в любом случае, когда бы я ни двинул свое воинство на Белерианд. Финдарато признал логичность вывода и замолчал, собираясь с мыслями. Моргот внимательно оглядел его, и глаза его неожиданно сверкнули яркими искорками: - Если это всё... То мне сходить за Грондом? - Нет... - задумчиво ляпнул Финрод. - Я хотел предложить тебе договориться. - Вот как? - казалось, что Враг сейчас рассмеется. - Что тебе нужно, я и так догадываюсь — убрать мои войска из занятых ими земель... возможно, заключить какой-нибудь дурацкий мир... Я понимаю. И что же ты хочешь предложить мне взамен? Так Финрод вопрос еще не ставил, поэтому несколько неуверенно предложил: - Мы могли бы заключить перемирие и договориться о чем-нибудь... - О чем же? - не сводил с него ярких темных глаз вала. - Клятва сыновей Феанаро неисполнима, но они все равно не оставят меня в покое. А я предпочитаю не ждать, пока тут у меня под самой дверью соберутся гомонящие нолдор и чего-то потребуют. Приходили уже и громыхали, как не знаю кто... - Я могу попробовать устроить тебе встречу с владыками нолдор... - А ты, что же, не нолдо? - заинтересованно оглядел его Моргот. - Хотя верно, не нолдо... - Нолдо, - оскорбился Финрод. - Я и сам — король нолдор! - Да что же я, Нолофинвэ не помню?.. - с досадой бросил Мелькор. - Ты — не он. Хотя подожди... На лице Мелькора мелькнула тень узнавания, и он даже щелкнул пальцами: - Ты — один из сыновей Арафинвэ, я же видел тебя в Валиноре. - Ну да... - Финдарато кивнул. - А говоришь, что нолдо... - хмыкнул Моргот, но, не дав собеседнику вновь возмутиться, продолжил. - Знаешь, мне эта возня с вашими владыками давно надоела. Брали бы пример с Эльвэ — сидит тихо, молчит в тряпочку. Пусть даже в роскошную тряпочку, я не против. Но вас проще перебить всех — и дело с концом. И тогда я с полным правом смогу назвать себя владыкой Эндорэ. А дальше и о моих эрубоязненных коллегах можно подумать. - Мы могли бы разделить владения, - неуверенно брякнул Финрод. - В конце концов, у нас тоже есть счет к валар... - Интересные вещи говоришь, сын Арафинвэ, - ухмыльнулся Враг. - Пожалуй, я даже не буду тебя пока убивать... - Ты подумаешь? - с надеждой воззрился на него Финдарато. - Возможно, - фыркнул Мелькор. - Тогда позволишь ли ты мне остаться здесь, пока ты не примешь решение? - Оставайся, - Мелькор подвинулся, уступая половину постели. Финдарато в изумлении уставился на него, потом на кровать, а потом вновь посмотрел на Врага: - В смысле?.. - Ложись, - мотнул головой вала, указывая направление. - С тобой?! - А что же мне, на коврик у двери перелечь? - весело хмыкнул Мелькор. - У меня там Кархарот спит, это его место. Финрод невольно посмотрел себе под ноги и отметил, что да, тут явно кто-то спит — на ковре виднелась светло-серая шерсть... - Мелькор, - Финрод покачал головой, - я не понимаю, когда ты шутишь, а когда говоришь всерьез. - Я всегда говорю всерьез, - пояснил вала. - Просто я не такой, как Манвэ, чтоб его... впрочем, ладно. Ложись, третий раз я тебе уже не предложу. - И отпустишь? - недоверчиво произнес эльда. - Нет, уложу силой, - небрежно отозвался Моргот. - Но мне бы этого не хотелось. Эльдар упрямы, а мне вовсе не хочется попортить симпатичную мордашку. - Я не понимаю тебя, - Финдарато вздохнул, но послушался, приблизившись и осторожно опускаясь на мягкую постель. Тело тут же дало знать о своих потребностях — после двух дней в седле и почти бессонной ночи, когда покой короля охраняли его приближенные, очень хотелось лечь и просто заснуть, но эльда не мог себе этого позволить, хотя и не очень понимал, чего боится — здесь Моргот в своем праве, ему ни к чему нападать на спящего... - А раздеться ты не хочешь? - недовольно воззрился на него Мелькор. - Пришел тут в пыльных латах... Упрек был справедливым, и Финдарато вскочил, покраснев и смущаясь. Лишаться защиты тоже не хотелось, но он утешился мыслью, что против Гронда никакие доспехи не помогут. Оставшись в нижней рубахе и штанах, он вновь опустился на мягкую кровать. - Двигайся, - Моргот подтянул свое длинное одеяние. - Тебе же неудобно. Тут Финдарато удалось наконец облечь свои неясные мысли в слова: - А ты всех, кто приходит сюда, укладываешь в свою постель? - Нет, некоторых я сразу в пыточные отправляю, - не задумываясь отозвался Моргот. - А иногда — попросту убиваю, когда раздражают. Но ты не думай, у меня тут не так уж много соискателей. - А-а-а, - глубокомысленно протянул король Нарготронда, не придумав, что тут можно сказать. Финдарато подвинулся и опустил ресницы. Было мягко и очень уютно, почти как дома... От прикосновения пальцев к лицу он дернулся и распахнул глаза — Черный Враг, успевший переместиться много ближе, чем позволяла кровать, склонился над ним, словно с любопытством оглядывая. Это пугало. - Что тебе нужно? - Финрод старался, чтобы голос не дрожал. - А ты что, спать собрался? - на лице Мелькора снова мелькнула усмешка. Финдарато зачарованно на него посмотрел — издалека Моргот выглядел, как и все валар, прекрасным, словно каменное изваяние. Вблизи же оказалось, что на щеке его появляется чуть заметная ямочка, когда он улыбается, а глаза, хоть и темные, очень изменчивы — то затянутся дымкой, как глубокое озеро, то сверкают, как дорогой самоцвет... - Что тебе нужно? - отчего-то шепотом повторил Финрод. - А ты не догадываешься? - Моргот склонился еще ближе, так, что горячим дыханием обожгло ухо и висок. Финдарато как раз начал догадываться, но догадка ему не понравилась абсолютно: - Мелькор, я пришел к тебе как возможный... союзник... Как парламентер... - Мне наплевать на кодексы чести, что были придуманы валар и эльдар, - тихо, будто интимно, сообщил вала ему прямо в ухо. - Одно мое слово — и ты больше не выйдешь отсюда. Одно мое слово — и ты будешь мучиться десятилетиями под пытками. Я могу сделать с тобой все, что сочту нужным, раз уж ты так недальновидно пришел сюда в расчете на мою порядочность... Мне казалось, что во всем Эа не осталось тех, кто поверил бы мне, но я, как видно, ошибся. Эльдар еще наивнее, чем я думал. Финрод замер, не в силах даже отодвинуться от этого горячего дыхания, и сбивчиво пояснил: - Нет, это я такой. - Один на весь Эа? - щекотно фыркнул Враг. - Тогда мне повезло. - С чем? - С тобой. Мне вообще всю жизнь с момента создания не везло. С братом не повезло, с Ардой — тоже... Да и с Создателем как-то неудачно получилось. Сильмариллы вот, правда, добыл... - Ты... - Финрод не закончил, ибо по уху влажно скользнул язык, и дыхание эльда прервалось. - Будет лучше, если ты не станешь противиться мне, - слова Мелькора звучали немного невнятно, поскольку занятия своего он не прекратил. - Этим ты только сделаешь себе хуже. - Я не могу, - отчаянно выдохнул Финдарато. - Это неправильно. - Неправильно для кого? - под распахнутый ворот скользнули уверенные пальцы. - Для всех, наверное, - Финрод даже зажмурился. - Для эльдар — точно. - А верно ли для эльдар приходить к Черному Врагу, - ругательство слетело с языка Мелькора легко и насмешливо, - чтобы договориться с ним о союзе? Оцени, эльф, я не спрашиваю тебя, где твой город... Хотя это то, что интересовало меня веками. Или ты хочешь, чтобы я попытался узнать? Да не смотри на меня так. Финрод, старший сын Финарфина, король Нарготронда, не так ли? Ты не назвался, но не угадать было сложно. - Я не скажу этого, - Финдарато почувствовал, как кровь отливает от лица. - Тебе ли не знать, Мелькор, что эльдар выносливы и не раскрывают воинских тайн даже под пытками? - Не все, - горячо фыркнул Моргот. - А твой... кто он тебе там? Двоюродный брат?.. В общем, старший сын Феанора. Он тоже не оценил бы твоих речей. - Это почему? - Финрод уперся врагу в плечо. - Хотя бы потому, что имя «Финдекано» слетало с его губ гораздо чаще, чем даже имена его братьев. - Дружба — это вовсе не плохо, - запротестовал Финдарато. Мелькор чуть отстранился, распуская шнуровку на нижней рубахе Финрода, и улыбнулся: - Ты же мне дружить предлагал? Вот сейчас и подружимся. Финдарато ощутил, как тот тяжело навалился на плечо, прижимая к себе за талию, и хотел было попытаться отвлечь его разговорами, как вдруг в дверь кто-то сунулся. Боковым зрением Финрод отметил только подобострастно склоненную голову да немытые черные космы, а голос вошедшего звучал хрипло и низко: - Есть новости с Эред Луин. - Пошел вон, - коротко отозвался Мелькор, не оборачиваясь и ни на секунду не прерывая движения горячей ладони по спине эльда. - Но требуется ваше... - Пошел вон, говорю, - рявкнул вала. - Подождет война! Прислужник послушно исчез за дверью, а Финдарато вдруг ощутил прилив сил — если одно присутствие его в постели Врага заставляет того отвлечься от сражений, имело смысл... Эльда сам потянулся к Морготу, обхватывая его за шею. Широкие плечи под его рукой напряглись, а дыхание вала участилось. - Что, передумал? И что же тому причиной? - Увидел, как отвратительны твои слуги, - не задумываясь, соврал Финрод. - Я создал их в насмешку над творениями Эру, - сообщил Мелькор, - но мне и самому на них глядеть тошно. Правда, недавно доставили большую партию квэнди, захваченных в Дортонионе. Финдарато замер, а потом потянулся к уху будущего любовника: - Надеюсь, ты не собираешься их убивать? - Не знаю еще, - Мелькор лишь нетерпеливо мотнул головой. - Потом разберусь. Финдарато с интересом проследил за тем, как осторожно Моргот снимает свою корону, стараясь ненароком не коснуться вправленных в нее камней... Это тоже следовало обдумать, но не сейчас, когда одеяние Врага распахнулось от движения, а к бедру прижималось что-то твердое и горячее. О боли Финдарато как-то не думал; впрочем, о наслаждении — тоже. Мысли расползались, но одна билась в голове рефреном: кажется, из этого безумного похода можно вынести гораздо больше, чем он изначально предполагал. Лишь бы не ошибиться, не... Тут пальцы Мелькора, до того скользившие по спине и бедру, коснулись плоти, и Финдарато вздрогнул. Никто и никогда не касался его так, и справляться с реакцией тела он не умел. Смущение нахлынуло разом; он как будто забыл, что все это — ради победы и мира, подался навстречу ласкающей руке и невольно прерывисто вздохнул. Мелькор склонился над лицом пленника совсем низко и уточнил: - Ты сам-то не женат? - Нет, - Финдарато попытался было отрицательно замотать головой, но не смог, потому как враг прижал роскошные золотистые локоны локтем к подушке. Тем неожиданней было прикосновение губ к губам. Целоваться Финдарато умел, хоть эти умения и не использовались со времен Амана, поэтому, как умел, ответил. И не мог понять, понравилось ли это Врагу, потому как тот рыкнул, перехватил инициативу и так резко ворвался в рот языком, что было даже немного больно. Финрод пытался не уступать, но напор Моргота был слишком силен. Как на войне. - Мелькор, - укоризненно выдохнул Финдарато, едва его отпустили, - зачем так безжалостно? - Я не умею иначе, - без раздумий отозвался вала и навалился сверху, тяжело припечатывая его своим телом. Финрод невольно изогнулся, пытаясь ослабить давление и вздохнуть, и это, кажется, Морготу уже понравилось. Пытаясь закрепить успех, эльда потянулся к темным волосам, пропуская их между пальцами, коснулся виска и острого, как у всех Перворожденных, уха. Неожиданно Моргот отстранился и откатился в сторону. - Что случилось? - Финрод встревоженно приподнялся на локте. - Если тебе не нравится — скажи, и я не буду касаться тебя. - Я собирался тебя взять так, - буркнул Моргот, стягивая свои одежды, что держались уже на предплечьях. - А теперь — не хочу. Порву же. - Так ты... не будешь? - Финрод уже не знал, радоваться этому или огорчаться. - Буду, - развеял его сомнения вала. - Но сначала... Он не закончил фразу, и Финрод ощутил, как входа в тело касаются влажные пальцы. Это было не слишком приятно, но, вероятно, необходимо, поэтому эльда постарался податься им навстречу. - Да что же ты делаешь, - хрипло выдохнул Моргот. - Вроде честный и прекраснодушный эльда... а они обычно упираются до последнего... - Я один такой в Эа, - напомнил Финрод, прикусывая губу. Стало неприятно, если не сказать — больно. - Мне так многие говорили. - Будет лучше, - неожиданно произнес Мелькор. - Потерпи. Финрод кивнул и прикрыл глаза, пытаясь привыкнуть. Вала явно знал, что делал, а то, что он явно не стремится мучить, было несомненно. Внезапно пальцы, похоже, развернулись, и тело пронзило яркой вспышкой чувственного удовольствия — не хуже, чем когда его Темный любовник ласкал естество. Эльда невольно развел ноги шире, подаваясь навстречу уже абсолютно искренне, и вдруг понял, что стонет, тихо, но так многообещающе... Рука Мелькора дрогнула, и Финдарато неосознанно потянулся к склоненной темноволосой голове, возвращаясь к ласкам — невинным, но уж как умел. Это вызвало еще более заметную реакцию — Моргот дернулся и выскользнул, а потом потянул его за предплечье. Финрод мало понимал, что от него требуется, но послушно следовал за безмолвными указаниями: перевернулся сначала на бок, а потом и на живот. Моргот приподнялся. По спине эльда щекотно мазнули пряди длинных волос, а между бедер тяжело опустилось колено. Финрод бросил взгляд назад, сгреб свои волосы через плечо и отбросил, чтобы не мешались, а потом и чуть приподнялся, чтобы было лучше видно. Мелькор вновь опустился сверху; дыхание его, частое и неровное, выдавало колоссальное напряжение, а пальцы уже скользили вдоль позвоночника. Финрод ощутил движение воздуха и почувствовал, как вместо пальцев его касается тяжелая плоть. Теперь он голову опустил, чтобы не видеть. Первое проникновение далось тяжело. Финдарато прикусил кожу у локтя, чтобы не выдать себя стоном или вскриком, а возбуждение, что ярко горело после ласк, отступило. Финдарато смутно подумал было, что это и неплохо — в постели с Врагом следовало сохранять ясную голову, как вдруг почувствовал, что естество любовника давит так же, как пальцы, и даже сильнее, и невольно подался назад. Тем неожиданней было то, что Моргот грубо прижал его к постели за плечо и рявкнул: - Еще раз дернешься — будет больно. Финдарато предупреждению не внял: во-первых, почти и не мог, во-вторых, плохо понял, что от него требуется. Мелькор буркнул что-то грозное, но слов эльда не разобрал, зато последовавшее за ними движение понял и без слов — вала сдерживаться уже явно не мог и вошел полностью. Финдарато вздрогнул, но Моргот не позволил ему привыкнуть, сразу начиная двигаться. Первое время эльда молча терпел, закусывая губы, но позже попробовал подстроиться, чтобы вернуть утерянное ощущение. Мелькор не возражал, и Финрод чуть приподнялся, чувствуя, как мучительно-сладко давит где-то внутри плоть любовника; а его собственной плоти касается шелк простыней. Такого Финдарато, разумеется, не знал никогда, и сейчас просто позволял Врагу владеть собой, пока не почувствовал, что и этого уже мало. Он вновь толкнулся назад, безотчетно нащупывая руку любовника, на которую тот опирался, и впился в нее пальцами почти до боли. Моргот тяжело выдохнул, увеличивая темп, и эльда вновь застонал, разрываясь между ритмичным и сильным движением сзади и легкими, почти невесомыми прикосновениями к шелковой глади постели. Как бы то ни было, в постели со Врагом было... незабываемо. Финдарато уже плохо осознавал, что делает, когда раздвинул ноги шире, с силой подаваясь назад; когда всхлипывал, ощущая, как по влажной спине скользит горячий язык; когда давление внутри превратилось в сладкую муку... Мелькор почти опустился на него, выдыхая в затылок, и перехватил локтем за шею. Дыхание почти прерывалось, движения внутри стали мельче, а естество зажало между животом и мягкой постелью — и Финрод не выдержал. Низ живота скрутило почти болезненным напряжением; эльда вскрикнул, ощущая, как тело буквально дрожит и каменеет, а мышцы импульсивно сжимаются. Моргот рывком ворвался глубже, и Финдарато вновь застонал, громко и отчаянно, чувствуя пульсацию внутри; от этого — от осознания и ощущений — тело второй раз тряхнуло, словно от удара. Стоило Мелькору лечь рядом, Финдарато подтянул к себе покрывало. В сон заклонило еще больше, чем раньше, но он нашел в себе силы встряхнуться: - Тебе понравилось, Мелькор? Вала, расслабленно развалившись, приоткрыл один глаз: - А как оно может не нравиться? Хотя да, тебе-то сравнивать не с чем... - А тебе? - тут Финрод понял, что сморозил глупость, и вдруг вспомнил. - Ты говорил, что варианта три: смерть, пытки или твоя постель. И говорил о Майтимо... - Это который сын Феанора? - сонно спросил Моргот. - Был тут такой. Только давно. - Тут — это тут? - неловко уточнил эльда. - Тут — это в крепости, - вала зевнул. - Ты всегда такой неуемный? - Да, - смело подтвердил Финдарато. - Ты с ним... тоже? - Надеюсь, в постели ты останешься таким же, - Мелькор уже почти спал. - А рыжего я того к себе в кровать не брал. Я вообще рыжих не люблю. Майрон и тут слажать умудрился... Спи, говорю. Финрод растерянно посмотрел на спящего вала — во сне тот выглядел каким-то... мирным, совсем не опасным, и лишь последние слова его прозвучали угрожающе. Впрочем, Финдарато, скорей, приободрился. Если бы не повезло родиться рыжим, скорее всего, этот поход закончился бы куда быстрей и печальнее. Стараясь не обращать внимания на неприятные ощущения, Финрод убедился, что Моргот уснул, и потянулся к короне. Таинственный свет трех Камней манил и звал, и эльда с легким трепетом взял тяжёлую корону в руки. Черное железо прекрасно оттеняло благословенное мерцание... Финрод коснулся того Сильмарилла, что был по центру, и словно искорка пробежала по пальцам, будто он коснулся чего-то родного, давно утерянного, но милого сердцу. Свет Древ, Блаженный Аман... Все это казалось таким близким и далеким одновременно. Мысли все больше путались, Финдарато с трудом разлепил смеживающиеся веки и вернул корону на место. Немного подумав, он пристроил рядом свой королевский венец и улегся, озаренный неясной, но светлой надеждой.