Не зная равных

- Финдэ, - замученно выдохнул Моргот, - отстань, я не могу больше. До рассвета не больше двух часов... - Кстати, не понимаю, как ты определяешь, когда тут рассвет, - Финдарато болтал ногами в воздухе, лежа на животе. - Тут же темень кругом. - По внутреннему хронометру, - Мелькор блаженно прикрыл глаза. - Поначалу мучился — к Древам привык. А потом приноровился и к этим Светилам. С башен Тангородрим видно, когда наступает день. - А меня на башню отведешь? А то я тут уже почти два месяца, а до сих пор не был... - Ты и так много воли имеешь, - недовольно откликнулся вала, но произнес это не зло, а скорее наставительно. - По всему крылу шастаешь, Готмога замучил... - Я не люблю мыться в холодной воде, - пояснил Финрод. – Ему что, воду погреть сложно? А с тобой хочется ложиться в постель после... - Давай ты на этом остановишься? - перебил его Моргот. - Просто со мной хочется ложиться в постель — и точка. А кроме того, я из этой постели с тобой почти и не вылезаю. Так, пробегусь посмотреть, как орки сливают — и назад. Мне начинает казаться, что это твой коварный план. Финдарато замер, но расслабленный и ленивый Черный Враг этого не заметил, продолжая как ни в чем ни бывало: - Мне эта война уже боком выходит. Я за все это время не нашел даже нескольких часов, чтобы осмотреть пленников. Веревки ты из меня вьешь, нолдо. - Нолдо? - Нолдо с потрясающей зад... - Давай ты на этом остановишься, - фыркнул Финрод. - Просто нолдо. - Так вот слушай меня, просто нолдо, - зевнул Моргот, - ты сейчас уймешься и дашь мне... Финдарато заинтересованно приподнял голову, но Мелькор возвысил голос: - ...поспать! - Я просто верю в любовь, - рассмеялся Финрод. - Я уже тоже верю, - измученно покивал Мелькор и прикрылся чуть ли не с головой. - Нельзя же без любви так затрахать... Финрод подвинулся ближе и начал бездумно почесывать любовника по длинным роскошным волосам. Тот что-то довольно пробурчал, а вскоре его дыхание выровнялось и стало глубоким и тихим. Финдарато выждал с полчаса — по личному ощущению — и соскользнул с кровати. Тело немного ломило, как всегда после нескольких часов с Морготом, но ломило приятно. Эту акцию он планировал давно... Где живет и отдыхает Готмог, Финрод уже прекрасно знал. Балрог встретил эльда с глухой тоской во взоре: - Чего тебе опять? Воды горячей? Комнату прогреть? - Нет, - Финдарато собрался с мыслями. - Ты можешь провести меня к пленникам из Дортониона? - А это еще зачем? - Готмог вперился в него полыхающим взором. - Наш господин Мелькор наверняка не знает их точного количества... - Верно, - огненные глаза прищурились. - А господин наш Мелькор знает, что ты сейчас здесь? - Нет, - Финдарато потупился. - Но мы можем договориться. О том, что приказы Моргота нарушаются высшими чинами на каждом шагу, Финрод уже знал прекрасно — много чего видел. Многие обитатели Ангбанда уже желали смерти много чего знавшего и вездесущего эльфа, но никто не отваживался даже «случайно» повредить новую игрушку хозяина. Случайно-не случайно, а Темный вала за такое развоплотит или уничтожит... и смерть быстрой не будет. - И что же ты можешь мне предложить? - хмыкнул Готмог. Финрод уже знал, что тот согласится — потеря пары пленников гораздо предпочтительней того, что Моргот может узнать — однако игру поддержал: - Я постараюсь навсегда забыть о... о том, что видел. - И что ты за это хочешь? - мрачно спросил балрог. - Скольких? Больше двоих вывести не смогу. И помни, мы рискуем. И если у тебя еще есть шанс быть убитым сразу... то у меня — нет. - Договорились, - легко кивнул Финрод. - Но тогда я выберу сам. - Нет, ты подожди! А какие у меня гарантии, что ты и впрямь забудешь о том, что видел? - Мое слово, - решительно ответил эльда. - Даже если Мелькор будет меня пытать, я тебя ему не выдам, раз уж дал обещание. Готмог тяжело вздохнул, и в воздухе заклубился тяжелый дым. - Ладно, пошли, - глухо произнес он. - Я сниму охрану. Мысль о том, что братьев там может и не быть — и даже скорее всего нет — была мучительной, но Финрод утешался тем, что спасти даже двоих других — уже немало... Военачальник крепости появился еще более недовольный, чем уходил, но уже с добычей. Впрочем, ноша на его плече — небрежно заброшенная и слабо шевелящаяся — внушала надежду. Финдарато, затаив дыхание, разглядел в полумраке коридора спутанные светлые локоны, свисавшие почти до пола, и почувствовал, как ногти впиваются в ладонь — этот цвет волос, эти лохмы он бы не перепутал ни с кем, еще когда в первый раз увидел в полумраке темницы, и когда сразу же указал на них балрогу с полчаса назад. Готмог, которого ноша явно не напрягала, с легкой снисходительностью глянул на эльфа, попытавшемуся у него отобрать пленников: - Стой, - прогудел балрог. - Не лезь. А то испачкаешься еще или поцарапаешься... Что хозяину скажу? - А почему они в таком виде?! - строго вопросил Финдарато, стараясь успевать за широким шагом военачальника крепости. - За два месяца-то бунты не прекращаются, - фыркнул пеплом Готмог. - А эти — такие же, как ты. Всюду поперед лезут, всех защитить хотят. Сказать по правде, без них, поди, поспокойнее станет. Будет что хозяину доложить... Финдарато все-таки сбился с шага и замолчал, стараясь сохранить дыхание. Балрог, видимо, уже планировал что-то свое, поскольку топал все веселее, да еще и насвистывать что-то начал. Однако стоило подойти ближе к крепостной стене, как Готмог сбавил ход. - Воды принесешь, - начал Финрод, постепенно приходя в себя. Балрог не ответил. - И кандалы снимешь, - непререкаемым тоном произнес Финрод, уже шествуя вслед за Готмогом. - У них должен быть шанс пробраться через равнину и хоть как-то защититься... - А я умею их снимать?! - наконец возмутился балрог. - Может, этим двоим еще и оружие дать? - Разумеется, - пожал плечами Финрод. - Ладно, раз не умеешь — не снимай. Инструменты дашь им с собой, сами снимут. Они умеют... - Знакомые твои, что ли? Они предводители, кстати, - недовольно ответил Готмог. - Орки говорили. - Но ведь Мелькору об этом еще не докладывали? О том, что захватили предводителей? - Да доложишь ему! Как ты здесь появился, он же сам не свой... - Ну вот и чудно... Клади вот сюда, я сейчас приведу их в чувство. И иди за оружием и инструментами... только смотри, не орочье тащи, а трофейное. Думаешь, я не знаю, сколько здесь этого? Балрог только за голову схватился и чуть ли не застонал, но пленников уложил на пол, в небольшом помещении, куда они как раз дошли. Финрод уже давно знал, что отсюда можно тайно выйти на Анфауглит, но бежать не пытался. И не потому, что обычно здесь стояли сторожевые посты — их можно было попробовать обойти; а потому, что пришел он в Ангбанд добровольно, и сбеги он сейчас — никакой цели он бы не достиг. Финрод с болью посмотрел на бесчувственные тела. Дыхание слышалось, пульс чувствовался, оба были живы. - Айканаро, - тихо прошептал он, положил прохладную руку на лоб тому, кто был ближе. Светлые ресницы дрогнули, глаза чуть приоткрылись, но взгляд потемневших голубых глаз на собеседнике плохо фокусировался. - Финдэ? - послышался едва слышный шепот. - Я умер, раз вижу тебя? А почему тогда так больно? - Потому что ты жив, - тихо ответил Финрод. - Не спрашивай ни о чем, лежи... - Повторите еще раз, что я должна сделать, - возмущенно произнесла Лютиэн. - Тише, - шикнул на нее Майтимо. - А то Берен услышит. - Поняла, - сразу понизила тон дева. - Ты отправишься в Тол-Сирион... - Ныне ему другое имя, - язвительно произнесла дочь Тингола. - Тол-ин-Гаурхот! Я люблю зверей, но не всяких. - С тобой пойдет несколько отрядов, - утешительно заметил Фингон. - Твоя задача — Саурон. - И как вы себе представляете эту битву? - дева поморщилась. - Меня учил Маблунг, но я недостаточно владею мечом. Меня учила мама, но я не владею силой майар... - Ты что, не веришь в себя? - подначил ее Майтимо — он уже понял, как вести себя с этой сильной, но воспитанной в тесноте Менегрота девицей. - В себя-то я верю, - с сомнением отозвалась дева. - Но он — второй после Моргота. - Он не сможет биться на два фронта, - успокаивающе произнес Финдекано. - Пока воины будут сражаться, ты применишь свои умения... Ты ведь сама говорила, что кое-что умеешь... - Кое-что, - веско произнесла Лютиэн. - Возможно, мне удастся его усыпить... А дальше? - А дальше мы захватим его, - пожал плечами Майтимо. - Можем, например, в каменном мешке заточить и воинов рядом поставить. Если даже выберется — будет слаб. Или развоплотим... Духом-то тоже, поди, несладко. - Ладно, а если мне не удастся? - прямо посмотрела на него принцесса. - Тогда, - глухо отметил Фингон, - уже есть добровольцы... Те эльдар, что ищут смерти. Они готовы броситься в безнадежный бой, чтобы ты успела уйти. Ты не воин, ты не погибнешь. - Ладно, - Лютиэн устало вздохнула. - В конце концов, мне давно хотелось опробовать свои силы. А правда, что погибшие возрождаются в Валиноре? Я ничем не провинилась перед теми, кто увел народ моего дяди. - Правда, - уверенно кивнул Финдекано. - Только ты лучше не торопись в Валинор... Мы ж не зря оттуда сбежали... - Надо же мне чем-то утешаться, - буркнула дева. - И когда выступаем? Завтра? - Да, - Фингон вздохнул. - В Ангамандо — наш брат. Мы хотим попробовать вызволить его. - Хорошо, - Лютиэн явно решилась. - В Тол-Сирион пойду, а в Ангбанд — извините, сами. Мне Сильмариллы ни к чему... Когда повстречаю достойного эльда... а у вас тут много достойных, я видела... напишу папе. А лучше — сначала замуж выйду, а потом напишу. Если я вам помогу, вы меня укроете? - А как же Берен? - невольно заикнулся Фингон. - А что Берен? - фыркнула дева. - Ему там уже и без меня спели. Отважный адан! Экзотика, видно... - Был бы здесь Беор... - кисло поморщился Фингон. - Беор давно у Эру загорает, - отмахнулся Майтимо. - А король? - вдруг вспомнила Лютиэн. - Он-то хоть в курсе? - В курсе, - кивнул Маэдрос. - Но его больше занимает поход в Ангамандо. Он верит в тебя и в нас. - Совсем как мой папа, - дева вздохнула. - Верить — верит, но что-то его занимает. А куда вы меня уведете? - В Хитлум, - улыбнулся Фингон. - В этих землях собрались лучшие и достойнейшие из эльдар... Иди, Лютиэн, а то Нельо, как в себя придет, начнет меня сейчас убивать за эти слова. - Подсоби, - Финдекано рванулся вперед, отсекая голову очередной твари. Голова, уже снесенная с могучих плеч, яростно клацнула зубами, но жёлтые глаза померкли и закатились. Маэдрос успел вовремя — лезвием на наруче левой руки он сбил нетопыря, а мечом проткнул распахнутую пасть очередного варга. Меч феаноринга был длиной под стать росту — и клинок пробил голову зверя насквозь. - Что там? - залитый кровью, Майтимо отчаянно пробивался вперед вслед за возлюбленным. - Не знаю, - Финдекано тяжело дышал. - Я видел Гортхаура — чистенького и опрятного, в дорогих одеждах. Он весьма вежливо пригласил ее в зал. Воины рванулись за ними, но дверь захлопнулась — и их просто отбросило! - Если это сила майар, мы не сможем отпереть, - с волнением воскликнул Маэдрос. - А мы обещали сберечь ее! - Пустите, - раздался за спинами крик. Предводители оглянулись и увидели Нолмоньяро, размахивающего мечом. Врагов вокруг уже не было, и от меча отшатывались в стороны свои же — Нолмоньяро, казалось, был готов поразить вообще любого, кто попадется на пути, даже эльда. - Пустите, я!.. - Нолмоньяро выдохнул и добавил уже спокойнее. - Король Финдарато владеет заклинательными песнями. И меня учил, хоть из меня и не слишком хороший певец. Я попробую… Нет, я смогу! Посреди широкого коридора захваченного Тол-Сирион, где полы были залиты кровью — алой и черной, где пахло зверем и где шумели над головой стаи летучих мышей, зазвучала песня. Робкая и открытая, она звучала поначалу тихо и неуверенно, но все больше набирала силу, все больше разливалась, и дверь поддалась — скрипнула, провернулась на петлях. Майтимо и Финдекано переглянулись и, не сговариваясь, ворвались в зал. Оба они сразу отступили от дверей, позволяя воинам последовать за ними, и встали в боевые позиции, готовясь отражать удары многочисленного воинства, но... Но внутри не было никого, кроме двоих. В просторном и высоком тронном зале, где некогда восседал король Финдарато, а потом и лорд Артаресто, сейчас на троне сидел Темный майа — высокий и прекрасный Гортхаур в пламенеющих одеждах и с роскошной гривой огненно-алых волос, а у него в ногах сидела и заливисто смеялась дева... - Лютиэн? - осторожно окликнул принцессу Финдекано, не веря своим глазам. - Он околдовал тебя? - Майрон? Можно сказать, что и так, - дочь Тингола вновь рассмеялась. - Долго же вы шли! Наша дуэль была тяжелой, но никто не мог победить и никто не мог проиграть... И Майрон сам пошел мне навстречу... Я могла бы одолеть его, но не стала. - Это как? - неуверенно спросил Маэдрос. - Лютиэн, ты должна была победить его! Мы ведь об этом договаривались! - Мы договаривались о том, что я нейтрализую прислужника Моргота, пока вы идете на Ангбанд, - тряхнула черными волосами принцесса. - Вот и идите. - Идите-идите, - рассмеялся и майа, и голос его был завораживающе-мелодичным. - Мелькор хотел победить разом... Пусть побеждает. Я свою задачу выполнил — сижу здесь. Фингон беспомощно посмотрел на возлюбленного: - Он убьет ее, как только мы уйдем. А потом ударит нам в спину. - Да что мне, делать, что ли, нечего! - поморщился Гортхаур. - Я веками сидел в Утумно, потом веками сидел в Ангбанде. Нет моих сил больше. Вам все равно Мелькора не победить. Он эту битву давно планировал, а я отдохнуть хочу. А то хозяин валяется и читает, а я ношусь, как варг распоследний.. Пусть Готмог побегает... Лютиэн, а вы когда-нибудь видели живого балрога? - Я и мертвого не видела, - кокетливо отозвалась девица, смущенно опуская взгляд. - Когда нолдор закончатся и станет тихо, я вас познакомлю с Готмогом. Вам понравится... - А Тингол? - неуверенно брякнул Фингон. - Он не будет против такого жениха? Или ты, Гортхаур, жениться не собираешься? - Для майар нет таких строгих обетов, - тонко улыбнулся Саурон. - Мы — не вы. - Ты не очень-то, - невежливо уставился на него Майтимо. - Даже валар браки заключали. - А я что, против? - фыркнул Саурон. - Только пока как-то рано о браке... - А отец... - Лютиэн скривилась. - Я его предупреждала. Говорила, что когда-нибудь сбегу и найду себе адана последнего... Правда, когда нашла, поняла, что погорячилась. - О, Эльвэ поймет, - бархатно заметил Саурон. - В конце концов, он когда-то был так же пленен... - Идите, - Лютиэн улыбнулась. - Это ваша война. А я... Если я и ошиблась, то вы знаете, что сполна расплачусь за это. Она повела плечом, и Финдекано отметил, что на ней все еще тот самый плащ, что она сшила для похода. Как бы то ни было, в спину Гортхаур не ударит. Финдарато дожидался своего вала в постели, хотя с каждым днем ему становилось все более не по себе. Уже было слышно, что бои идут где-то совсем недалеко, но Моргот последнее время категорически запрещал своему эльда покидать жилое крыло. Финрод уже подумывал о том, чтобы нарушить запрет, но не был уверен, что это стоит того. Нолдор приближались, и приближались уверенно. Жить дальше финальной битвы он не планировал, хотя и не позволял чувствам взять верх над собой. Никаким чувствам. Нельзя было надеяться выжить. Если нолдор победят, Мелькор выйдет на бой последним, но его — виновника проигранной битвы — не пощадит. Если же Мелькор поймет раньше, что его провели — убьет раньше, и дай Эру, чтобы мучения быстро окончились. Если нолдор проиграют, Финрод знал — он сам не сможет жить, зная, что надежда навеки утеряна. Когда сейчас у Черного Врага в собственной кровати завелся сторонник сил Света — и это последний шанс. Даже если нолдор победят... Нельзя было надеяться ни на что. Финдарато точно знал, что чувство, которое поселилось в его сердце — убийственно; что любовь, которая всегда хранила, сейчас разрушает, но не мог с собой ничего поделать и надеялся только на то, что ему достанет сил в последний миг просто отступить... и не спасти. Глупое, иррациональное, но ничем не заглушаемое чувство мучило, давило. Он часто по вечерам всматривался в покойное лицо спящего любовника — и понимал, что судьба сыграла с ним слишком жестокую шутку. Он вспоминал странные сны — о смерти, и теперь понимал, почему в них фигурировали не битвы, подземелья и пытки, не бойня и кровь, а роскошные залы и дорогие ткани. Сны были разными и заканчивались по-разному, и он не знал своей судьбы; но не сомневался, что выйти из Ангамандо ему не суждено. Как и быть счастливым. Даже в Валиноре он был более счастлив. Даже тогда, когда признавался в любви той, которую не любил. Тогда он верил, что любит, но что такое любить — понял только сейчас. Финдекано обнял спешившегося брата и отступил на шаг, улыбаясь: - Что нового? - Глаурунг убит, - коротко отозвался Тургон. - Как ты узнал? И кто его? - поинтересовался Фингон. - Барахир, - отрапортовался Турукано, огляделся по сторонам и неожиданно фыркнул. - Я сопроводил Берена, как ты и просил. Передал с рук на руки его отцу. Барахир за голову схватился, когда ему в качестве невестки эльфийку предложили. - Чем это ему эльфийки плохи? - удивился Финдекано. За спиной у старшего нолофинвиона замаячила высокая фигура, увенчанная лохматой рыжей гривой, и раздался голос: - Действительно, чем плохи? Умрет Берен, она может еще кому перейти... ну, по наследству, или как там у эдайн принято... - Нельяфинвэ, - неодобрительно уставился на феаноринга Тургон. - Может, хватит на меня так смотреть? - независимо отозвался Маэдрос. - Я все равно от твоего взгляда с позором не уйду. - Если бы, - прищурился Тургон. - Финьо, мы можем поговорить как-нибудь так, чтобы этот... эта рыжая жердь нас не подслушала? - На себя посмотри, - оскорбленно откликнулся Майтимо. - Турьо, перестань, - устало обратился к брату Фингон. - Рассказывай, чем там Барахиру эльфийки не угодили. Майтимо не будет мешать. Не будет, я сказал. - Руки от моего брата убери, - неодобрительно посмотрел на феаноринга Тургон. - Да, даже с плеч!.. Ладно уж. В общем, в народе Барахира, как я понял, девы бойкие, сильные... Лес валят — загляденье! А Берен же деву из песнопевцев избрал. Она, кроме струн-то, в руках ничего особо и не держала. Очи долу — и мурлычет что-то напевное... Берен сам не свой, а я стою дурак дураком... - В общем, как обычно, - не удержался Маэдрос. - А у вас тут что? - Тургон обвел красноречивым взглядом расположившихся огромным лагерем нолдор. - Чего стоим, кого ждем? Моринготто? Так он не выйдет, мы уже звали когда-то. Ты тут как раз висел. - До вас не доораться было, - сжал зубы Майтимо. - Устроили балаган... - Перестаньте, - сурово призвал их к порядку Финдекано. - Мы пытались взять штурмом Врата — не поддаются. Надоест же Морготу когда-нибудь там сидеть? Твои Орлы поставку продовольствия из Хитлума наладили, так что можем выкуривать его, сколько влезет. - А если он снова огнем тут все поливать начнет? - с опаской посмотрел Тургон в сторону Черных Врат. - А у тебя есть идеи получше? - раздраженно спросил Майтимо. - Тот вход, который Финьо нашел когда-то, наглухо замурован. Мы отправили разведчиков новые дырки искать, вот пока ждем возвращения... Если они вернутся, конечно. - Я поговорю с Торондором, - решительно заявил Тургон. - Финьо, верни рог. - В отцовском шатре, - кивнул в сторону Фингон. - Пойдешь поприветствовать — заберешь. Только я уже говорил с Торондором. Он не отказывается от помощи, но на мою просьбу только крыльями развел. Говорит, мол, что не знает, как оттуда кого-то вытаскивать. Разве что летать и гадить над Тангородрим... - Этим Моргота не проймешь, - пожал плечами Тургон. - Может, вы меня хоть накормите? А то армия Гондолина уже расположилась, а предводителя вы в черном теле держите... - Пора бы, - Финдекано посмотрел на небо и поморщился. - Темно тут... И звезд не видать, но уже наверняка вечер. Есть хочется, и спать тоже... - А мне бы к братьям наведаться, - Майтимо сощурился и уставился куда-то вдаль. - Финьо, дай лошадь, а то я пешком тут часами добираться буду. - Всем от меня что-то надо, - Фингон повел длинным ухом. - Пусть сами приходят. Ты мне тут нужен. - Твой брат мне традиционно не рад... - Вот только не надо меня крайним делать, - возмутился Тургон, но Финдекано сгладил очередной конфликт, призывая брата и возлюбленного к костру. Было уже очень поздно, когда тихий и вполне мирный разговор вокруг походного очага прервался из-за нарастающего шума. Из темноты, которая, казалось, сгустилась еще больше, в красновато-желтых отблесках костра появились несколько смеющихся нолдор. - Это что? - пораженно повернулся к Маэдросу Тургон. - Финьо сказал, «пусть сами приходят», - невозмутимо откликнулся Майтимо. - Я и позвал. - Ты же от нас не отходил! - А я шепнул, кому надо, вот и передали... - Эй, нас тут накормят? - смешливые Амбаруссар кинулись к старшему брату, обнимая и едва не опрокидывая его в огонь. - А выпить дадут? - раздался мрачноватый бас Карантира. - А юных дев вам не надо? - язвительно бросил Тургон, отодвигаясь и высвобождая место. - Если есть, давайте, - беспечно усмехнулся Келегорм и плюхнулся рядом, а потом повернулся к опешившему королю Гондолина. - Сделай лицо попроще, Турукано, я шучу. Не надо нам дев... Тургон нервно посмотрел на Фингона. Тьелкормо взгляд поймал и торопливо добавил: - Юношей тоже не надо. Майтимо сразу же возмущенно вскинулся, но, почти погребенный под младшими братьями, которые по силе ему не уступали, высказаться не успел. Финдекано поднялся на ноги: - Поесть сейчас попрошу принести, выпить — по чуть-чуть — тоже будет. Только сидите тихо, лагерь уже почти спит, одни дозорные остались, наш отец да мы с вами полуночничаем. Тут в круг света вступил еще кто-то, и Тургон недоуменно огляделся: - Один, два, три... шесть, семь... и нас двое. Кого-то еще забыли? - Ты что ли, Нолмоньяро? - Финдекано сощурился на свет. - Опять не спится? - Нет, - раздался тихий, прерывающийся голос, от которого все присутствующие вздрогнули. Мелькнули в темноте чудесные светлые локоны, мягкие очертания лица... - Финдарато?! - Фингон поднялся на ноги резким движением. - Ты жив? Ты здесь?!