Одержимость 2

«Высоких и низких, легких и близких, Далеких и близких иллюзий не строй И лоб свой напудри В театре абсурда В театре абсурда ты - главный герой» (с) Я смотрю под ноги, киваю, улыбаюсь, изображаю участие в диалоге, хотя едва ли вникаю в суть сказанного Трэвисом, как ни стараюсь… Ненавижу себя. Прячу руки в карманах куртки, слегка ёжусь от порыва ветра, который растрепал мои волосы. - Изабель! – Трэвис дёргает меня к себе. Мимо проносится матерящийся велосипедист. Ещё немного и он бы меня сбил. - Сам мудак! – Кричу я вслед матершиннику. - Ты в порядке? - Нет. – Честно говорю. - Что случилось? – В карих глазах тревога. - Я… - Смотрю на него и слова застревают в горле. Однажды я изменила Трэвису с Лето и бросила его по смс. Недостойно, ужасно, по-гадски, мерзко. Я так и не простила себе то, как обошлась с ним тогда. Но вот я наступаю на те же злоебучие грабли. – Присядем? – Я киваю на круглые столики с ярко-зелёными стульчиками неподалёку. Перед нами не очень шумный перекрёсток, не перегруженный движением, многоэтажки, вокруг то и дело снуют пешеходы и велосипедисты. Нью-Йорк вообще какой-то велосипедный город. Трэвис, кстати, очень любит по выходным покататься в центральном парке... Я плюхаюсь на стул, вдыхаю свежий весенний воздух, запрокидываю голову вверх. Лето тоже любит велосипедные прогулки… ... ...он лежит, прикрыв глаза, как ленивый сытый кот с полуулыбкой на губах. Постель вся измята, в воздухе витает запах секса, в номере жарко, дыхание и кожа горячие. Тишина накрыла пледом… - Мне нравится твой нос. – Признаюсь я и провожу кончиком пальца по его переносице. - Мм… серьёзно? - Угу. Правильный такой. И по-мальчишески вздёрнут. - Что ещё? – Требует Джаред с мурлыкающими нотками в голосе. - Скулы. – Глажу его по колючей щеке. - Ммм… - А тебе во мне? - Мне нравятся твои глаза, улыбка и жопа. - Ты невыноси-и-им. Ты способен испоганить любой романтический момент! – Я мстительно кусаю его за ухо. - О, это был он? – Смеётся. Выворачивается. Внимательно смотрит на меня. - Почему ты сейчас светишься от счастья, если я так невыносим? - Потому что дура… ... - ИЗАБЕЛЬ! - А? Что? – Я выпадаю из воспоминаний. Глупо хлопаю ресницами. - Да что с тобой происходит? – Недоумевает Трэвис. Я хмурю брови, пытаясь собрать мысли в кучу, но в голове несъедобная отвратительная каша. Тупо уставилась на тюльпаны в громадных плошках вокруг нас. В глазах начинает рябить от яркой желтизны. Моргаю, перевожу взгляд на высоченные здания, замечаю рекламу Victoria’s Secret на весь этаж через дорогу… - Я собиралась купить лифчик. – Вспоминаю вдруг, глядя на шикарное бельё супермодели. - Как это связано с тем, что ты сама не своя в последнее время? Мне бы такие сиськи. - Никак. - Изабель… - М? - Я вынуждена посмотреть на Трэвиса. ... Я провожу пальцами по надписи PROVEHITO IN ALTUM, поселившейся на его коже навсегда. - Я люблю тебя. – Тихо-тихо говорю. Джаред приоткрывает один глаз. Я жду в ответ привычное «я знаю»… но он молчит. Снова закрывает глаз. - Почему я обязан давать определение чувствам, которые ты во мне пробуждаешь? – Красивый голос как обычно заставляет меня покрыться мурашками. - Навешивать ярлыки, загонять их в рамки, называть каким-то одним-единственным словом, которое ты так жаждешь услышать… - Я жажду услышать три слова. - Отстань, исчадие Ада. – Лениво отмахивается он. - Скажи это ещё раз. – Шепчу я, покрывая поцелуями торс Джареда, спускаясь ниже… и ниже. - Исчадие Ада. - Не это. – Провожу языком по крепкому животу. Ощущаю, как напрягаются его мышцы. - А что? - Чтобы я отстала. - Обдаю горячим дыханием его пах. - Сбрендила?- Джаред запускает руку в мои волосы и принуждает продолжить… ... Рука Трэвиса скользит по столешнице, через секунду сжимает мою руку. Я слегка вздрагиваю. Он заглядывает мне в глаза с вселенской любовью… Блять. Кусаю губы… - Я должна тебе сказать кое-что. - В чем дело? - Я… - Привет! – Вклинивается в наш диалог голос, от которого я дёрнулась как от выстрела. - Привет… - Трэвис смотрит на Лето удивлённо. - Джаред. – Представляется он, протягивает руку. Ему классно в бомбере «гуччи», чёрной шапке, с которой он в последнее время не расстаётся, а вот когда тёмные очки скрывают его глаза, я не люблю. - Трэвис. – Мой парень вынужден отпустить меня и ответить на рукопожатие. - Можно присесть? – Спрашивает Джаред и, не дожидаясь ответа, берёт стул, подсаживается к нам. – Рад познакомиться. Изи много о тебе рассказывала. Я упорно молчу. Спрятала руки под стол, сцепила пальцы. Мимо проносится мотоцикл и звук его мотора бьёт по натянутым нервам, я даже слегка морщусь. - Когда? – Любопытствует Трэвис. - После того как я узнал, что вы обедали вместе. В Лос-Анджелесе. - А-а, тогда. – Припомнил он с адвокатской невозмутимостью. – Я прилетал по делам. Лето, еп твою… пожалуйста, убирайся. За соседним столиком седовласый мужчина в очках читает газету, а если посмотреть вправо, то в проулке за перекрёстком можно увидеть сразу несколько символов Нью-Йорка: красно-белую трубу, исторгающую пар, два жёлтых такси и пожарные лестницы… - О тебе она тоже много рассказывала. – Говорит Трэвис. - Надеюсь, хорошее? - Нет. – Заверяю я и, наконец, нахожу в себе силы встретиться с ним взглядом. Пусть и за тёмными очками, но он обжигает меня так же сильно как… всегда. Чёрт бы его задрал. Джаред улыбается: - Грубиянка… - Переводит взгляд на Трэвиса. – И как ты с ней справляешься? - Мне не приходится с ней «справляться», она взрослая умная женщина. Я чувствую, что Джаред вот-вот заржёт от этих эпитетов в мою честь и злобно пинаю его под столом. Он так и быть подавляет смех, громким кашлем в кулак. - Глупости. Ей нравится, когда с ней именно «справляются»… - Его голос обрастает знакомыми дьявольскими интонациями. Я пытаюсь снова его пнуть, но Лето ловко закидывает ногу на ногу и я промахиваюсь. - Что ты здесь делаешь вообще?? – Не выдерживаю я. - Заходил к другу попрощаться. Он живёт неподалёку. – На мой немой вопрос добавляет: - да, я улетаю сегодня. - Важные дела? - Альбом. - Ясно… ... Утро хмурое. Но сладкое. Я снова не пошла на работу, забила на пробежку, не доделала курсовую. - Ты ведь вернёшься в Лос-Анджелес. Не вопрос. Утверждение. - С чего ты взял? – Я отставляю в сторону чашку кофе. Из окна его номера потрясающий вид на город. - Есть другие варианты? – Джаред с невозмутимой физиономией пьёт свой зелёный чай. - Ты опять начинаешь мной командовать. – Недовольно говорю я. - А ты ведёшь себя так, будто тебе это не нравится, но в итоге всё равно сделаешь, как я сказал. – Делает глоток, облизывает губы. – Как всегда. - Пошёл ты. - Ну разумеется. – Фыркает он. Я задумчиво чешу попу, оттягиваю футболку, которая еле прикрывает мою пятую точку. Обязательно заберу её себе. - У меня работа и учёба. - Ты не проработаешь долго там, куда нельзя надеть джинсы и кеды. – Заявляет Лето. Как же он меня бесит в такие моменты! Ненавижу, когда он прав. - Не умничай. - Не психуй. Поздно. Моя беспомощность перед ним, одержимость и тщетность любых попыток что-то изменить каждый раз доводят меня до белого каления. Мы цапаемся. А потом занимаемся сексом на столе… ... Я слегка тряхнула волосами, прогоняя очередной обрывок воспоминаний. Лето снимает очки, пристально смотрит на меня. Беру свои слова обратно. Я люблю, когда он в очках! - Самолёт через четыре часа. - Ясно. – В очередной раз хмурю брови и перевожу взгляд на красивый лифчик от «Victoria’s Secret». Джаред медленно, уверенно и, блять, больно наступает мне на ногу. Тихо шиплю. - Трэвис-с, не купиш-шь мне кофе? – Указываю на кофейню позади. – Прохладно как-то… Он смотрит на меня, потом на Джареда, снова на меня… Ему всё это откровенно не нравится, но он умеет быть благоразумным. Святой человек! - С молоком? - Она не любит с молоком. – Говорит Джаред, не отводя от меня взгляд. – Чёрный. Крепкий. Иногда с корицей. - Она любит с молоком! – Огрызается Трэвис. – Правда? Я смотрю на него и отрицательно качаю головой. - А почему ты никогда об этом не говорила?? - Потому что… …хотела изменить даже это. - Да какая разница? Просто принеси мне чёртов кофе! – Раздраженно вспыхиваю я. Трэвис шумно выдыхает, резко разворачивается и оставляет нас двоих. Подаюсь через столик к Лето: - Какого хрена? - Не льсти себе, я за вами не следил. – Заверяет он меня. - Мог бы сделать вид, что не заметил. - Ты летишь со мной или нет? Молчу. Дуэль колючих взглядов. - Джаред, мы уже говорили об этом. – Сдаюсь я. - Мы не договорили… Да, мы начали трахаться. Как обычно. - Ты давишь на меня! – Так как не могу повысить голос, то тихо пищу пополам с шипением. – Не смей давить на меня! - По сравнению с тем, как ты давишь, чтобы я сказал, что люблю тебя, мои попытки это нежное похлопывание по попе! - Так ты любишь меня? – Тут же прицепилась я. - Ты летишь в Лос-Анджелес? - Ты любишь меня?! - Я… - Лето резко отстраняется, откидывается на спинку стула. - Чёрный. Без сахара. – Трэвис ставит передо мной стаканчик. Быстро-то как… Грёбанный кофе. - Спасибо. - О чём болтали? – Напряженно интересуется Трэвис. - Изабель скучает по Лос-Анджелесу. – Говорит Лето. - Правда? - Немного. - И ещё она должна тебе кое-что сказать. Я вся холодею и смотрю на Лето почти с ненавистью. Он снова взял в свои руки мою жизнь и вертит ей как хочет. Он толкает меня к краю и не оставляет шанса подобрать для Трэвиса слова, которые причинят ему меньше боли. Хотя не знаю, возможно ли это… - Чуть позже. – Говорю я. - Сейчас. – Лицо Джареда серьёзное и будто выточено из мрамора. Он больше не намерен ждать. Лето отрезал все пути к отступлению... Перевожу взгляд на Трэвиса. Он умный парень, скорее всего он многое уже понял, но в его глазах теплится наивная искорка надежды на то, что он понял всё не так. Яркая глупая искорка… Во мне закипает гнев. Джаред не имеет права растоптать Трэвиса моим признанием в своём присутствии. Сейчас… Здесь... Всё должно было быть не так! Высокомерная голубоглазая сволочь. - Мы говорили не о том, что я скучаю по Лос-Анджелесу... – Признаюсь я осторожно, медленно, взвешивая каждое своё слово. Хоровод мыслей кружится с бешеной скоростью в моей голове, кружится до тошноты, я пытаюсь найти правильный путь… И вот, на одном дыхании я вдруг выдаю: – я рассказала Джареду, что нашла кольцо и собираюсь принять твоё предложение. - Что?! – Два голоса обрушились на меня одновременно. Две ошарашенные физиономии. - Прости, я испортила сюрприз. – Говорю я Трэвису. - Я… и подумать не мог, что ты согласишься! – Удивление сменяется восторгом и ослепительным счастьем. – Я даже не знал, решусь ли вообще, а тут вдруг… Изабель… - Он ласково прикасается к моей щеке. Мне страшно смотреть на Лето. Но, увы, мазохистка во мне берёт верх, я поворачиваю голову… Ох, блять. Если вызвать дьявола в этот мир реально, то он бы выглядел как Джаред: непростительно прекрасен и окутан адским гневом. Даже с его уникальными способностями, ему трудно взять себя в руки сейчас. Идеальные скулы напряжены, глаза – осколки льда, губы плотно сжаты. - Поздравляю. – Говорит он. А я слышу: ненавижу. Надевает очки. - Если у вас родится сын, не позволяй ей назвать его Джонни. – Советует Лето Трэвису, быстро встаёт и уходит. Я не в силах отвести от него взгляд. Трэвис пытается меня поцеловать… Я ничего не могу с собой поделать – смотрю, как Джаред перебегает дорогу и вскоре скрывается за углом. Забыла, как дышать. Нет сил даже пошевелиться. - Изабель? – Тихо зовёт меня Трэвис. Я кусаю губу так сильно, что чувствую вкус собственной крови. - Какой же я идиот… - Шепчет он. - Что? – Я, наконец, обращаю внимание на Трэвиса. - Как давно? - Что… - Как давно, Изабель?! – Всегда уравновешенный милый парень срывается на крик. - Когда ты улетел в Вашингтон. – Признаюсь я. Я слышу мат сквозь зубы. - Мы пытались быть друзьями. Но… - Ты всегда будешь им больна! – Перебивает меня Трэвис. - Прости… Он вскакивает со стула, нервно ходит вправо-влево, его раздирают эмоции, меня уничтожает чувство вины. - Ты слишком хорош для меня. - А он? - А он моё проклятье. Трэвис приближается, присаживается передо мной на корточки, смотрит снизу вверх, боль и обида в его глазах отдаются болью у меня в солнечном сплетении. - Я же просил не делать из меня идиота. Я просил быть честной! Я знаю, что ты любишь его, я ожидал в любой момент услышать «прости, я не могу», но верил, что ты второй раз не поступишь со мной так же, Изабель! Чёрт возьми, разве это так сложно – быть честной?! - Мне жаль… - Только и могу выдавить я. Прикасаюсь дрожащей рукой к его гладко выбритой щеке, но Трэвис дёргается от меня как от чумы, снова вскакивает на ноги. Я смотрю на его удаляющуюся фигуру. Шум города окутывает меня, давит... душит… Меня разъедает горечь. Горечь размером с Вселенную. Если бы я смогла сейчас заглянуть в собственную душу, то увидела бы там копошащуюся жуткую черноту. Она густая, как крики, которые я душу в себе в эти секунды. Я кручу в пальцах остывший не выпитый кофе…