Слухи не врут

Где ты мой друг, с кем смеялся я до икоты, Что стало с тобой — мне вовсе не безразлично. Может быть мы и не стали космическими пилотами, Но хотя бы с воображением у нас все отлично.

© После больницы ребята сразу поехали к Олегу, а не по домам. Пускай второй вариант для Максима был предпочтительнее, но перечить Даниилу, заявившему, что необходимо срочно ехать к Олегу, он не стал. Решил не разочаровывать друга и хотя бы сделать вид, что он волнуется за Олежу. Хотя Максим прекрасно понимал, что у Звягинцева просто стресс, вот ему и кажется, что выключенный телефон — это начало конца, а на деле наверняка Олег просто спит. Но Даня беспокоился и Максим просто не мог оставить его одного, не смотря на дикое желание спать. Поэтому купив в ближайшем магазине два энергетика, парень сел за руль, кинул внимательный взгляд на бледное встревоженное лицо друга и поехал к Олегу, стараясь не думать о том, что Даня все-таки может оказаться прав… Приехав к дому друга, Даниил тут же выскочил из машины и побежал к подъезду, домофон как обычно не работал, поэтому зайти внутрь не составило труда. Максим сделал глубокий вдох, думая о том, что-то ли он бездушная скотина, то ли Даня слишком эмоциональный мальчик. Не его мальчик. Зарецкий зло стукнул рукой по рулю и вышел из машины. Даже в такой ситуации он почему-то думал о Дане, о том, что они совершенно разные и что Максим — человек, который не нужен такому парню как Даниил. Интересно, если бы с ним случилось что-то подобное Даня волновался точно так же или бы был спокойнее? Потому что таких людей, как Максим как правило не жалко… — Зарецкий, я тебя долго ждать буду? — поинтересовался злой Даня, выглянувший из подъездной двери. — Нуждаешься в моем сопровождении? — усмехнулся Максим, отходя от машины и все же направляясь в сторону подъезда. — Мне просто страшно… Я боюсь, что и с Олегом могло что-то случится, — тихо прошептал Даня, от чего сердце Максима болезненно сжалось в груди. Зарецкий сделал глубокий вдох, сжал руку Даниила, тем самым стараясь показать, что он рядом и так и не выпуская ладонь Звягинцева, направился к лифту, ощущая как быстро стучит его сердце. Даня громко заколотил кулаками в дверь Олега, стоило только парням выйти из лифта. Друг дверь упорно не открывал и Максиму становилось как-то не по себе. Этот день обещал попасть в список «самых дерьмовых дней» в его жизни. Однако, через несколько минут они отчетливо услышали повторот замка, от чего оба парня облегченно выдохнули. Только вот дверь открыл не сонный Олег, как они ожидали, а какой-то потухший, бледный и очень пьяный Ванечка. — Ты что здесь делаешь? Где Олег? — грубо спросил Даня, отпихнув блондина от двери и заходя в квартиру. Максим последовал его примеру, стараясь абстрагироваться от места, где он находится. Квартира Олега была жутко убогой, несмотря на чистоту и более-менее свежий ремонт, однако от этого места веяло тоской и бедностью, что немного напрягало привыкшего к роскоши парня, поэтому он и не любил здесь бывать. Однако, не плевать ли сейчас на этот факт? — Я пришел к Олегу, он на кухне, мы выпивали, — спокойно ответил Ваня, однако было видно, что с ним далеко не все в порядке. Да, тон был ровный и спокойный, но голос немного дрожал, а испуганные глаза выдавали его с головой. — Что, блять?! — зло рявкнул Даниил, — Миша в коме, а вы тут выпиваете? Не за его ли здоровье?! — Я не знал, что так получится, — Ваня весь сжался и опустил глаза в пол, стараясь не встречаться взглядом с ребятами, — я не думал, что он пойдет к Мише. Мне просто было больно, я сказал, что Миша меня использовал, ведь так оно и было… Я ведь не шлюха, а он никем другим меня не видел. — Так ты действительно натравил кого-то на Мишу? — вмешался Максим, который смотрел на поникшего Ваню и почему-то не чувствовал злости к нему. В этом парне сейчас он видел отчаяние, потерянность и боль. Он просто запутался и не было никого рядом, кто ему бы помог. Да, Ваню нужно было презирать, но почему-то не получалось. Однако, и пожалеть его Максим тоже не мог. Ваня был жалким и это вызывало отвращение. — Я не знал, что так получится, — вновь повторил блондин, — он спрашивал меня, кто такой Миша, почему я постоянно переживаю из-за него. И мне стало так обидно… Я ведь ничего плохого ему не сделал, я просто хотел быть рядом, хотел быть ближе к нему. А в итоге. В итоге он использовал меня, как обычную шлюху и выбросил. Мне было обидно и больно… И поэтому я сказал, что Миша преследовал меня и хотел изнасиловать. Знаю, что подло, но я не знал, что он разозлится настолько сильно, не думал, что пойдет выяснять отношения с Мишей. Я не… — В смысле ты не знал, сука?! — Даня окончательно вышел из себя и сейчас готов был разорвать стоявшего напротив Ваню. — Ты ныл своему дружку о том, что Миша тебя достает и преследует. О том, что он тебя чуть ли не изнасиловал, блять! И ты не знал? — Я не думал, что так все произойдет, — едва слышно пояснил Ваня. — Успокойтесь, ребят, — вмешался Олег, только что зашедший в прихожую и явно оторопевший от происходящего. При чем парень выглядел неважно, еле стоял на ногах и явно был сильно пьян, что не могло укрыться от Максима. И в добавок ко всему, еще и ничего не понимал, о чем говорил его недоуменный и удивленный взгляд. — Еще скажи «давайте жить дружно», — зло выплюнул Даня, после чего резко отпихнул Олега в сторону и накинулся с кулаками на стоявшего напротив Ваню. Максим тут же кинулся оттягивать от блондина слетевшего с катушек Звягинцева, который уже успел зарядить Ванечке по лицу и не хило разбить тому нос и губу, от чего парень тут же всхлипнул и схватился за лицо. — Да что тут происходит вообще? — подал голос Олег, смотря на парней расфокусированным и недоуменным взглядом. — Ты серьезно сейчас?! — зло прошипел Даня и постарался вырваться из цепких рук Максима, который все же смог удержать парня на месте и тем самым не дать Звягигцеву наброситься уже на самого Олега, за спиной у которого стоял испуганный Ваня. — Эта сука натравила на Мишу своего ебаря и он в больнице сейчас, в тяжёлом состоянии! А ты тут сидишь, отдыхаешь с этим выблядком и спрашиваешь, что случилось? Серьезно?! — Что?! — Олег явно ничего не понимал и его недоуменный взгляд говорил сам за себя. — Что ты говоришь такое? Что с Мишей? Я не… — Мой брат избил Мишу, — всхлипнул Ваня из-за спины Олега, — он решил с ним поговорить… И не сдержался, видимо. — Не сдержался, теперь это так называется?! — вновь заорал Даня, вырываясь из рук Максима. — Я ничего не понимаю, — Олег сел прямо на пол, что вызвало у Максима недоуменный смешок. Пьяного Олега он видел редко и обычно тот сразу шел спать, но сейчас ситуация явно не позволяла уйти в объятья Морфея. Хотя Максим бы и сам не отказался от нескольких часов сна. После тяжелой и долгой ночи он чувствовал себя разбитым и усталым, но оставить Даниила одного он тоже не мог. Или не хотел. — Я вот тоже ничего не понимаю! — зло усмехнулся Звягинцев. — Какого черта ты сидишь и пьешь с этой мразью?! — Я сам пришел к Олегу, потому что мне некуда было пойти, — ответил за друга Ваня, — он не знал о Мише. Я… Я не знаю, как так произошло. Я правда не хотел, чтобы Миша пострадал. Я ведь его люблю… Очень сильно. — Что, любишь?! Серьезно? — Даня уже буквально орал на всю квартиру и по-прежнему вырывался из рук Зарецкого. — Именно поэтому он сейчас в больнице? Из-за твоей любви? Если ты хоть на метр к нему приблизиться посмеешь, я тебе череп проломлю, ты меня понял?! — Даня, что с Мишей? — подал голос Олег, по-прежнему сидящий на полу и смотрящий в одну точку. — Он впал в кому после того, что с ним сделали! — прорычал в ответ Даня. — Миша в коме, а ты пьешь с этим уродом! — Но я… — Миша вышел из комы, его состояние тяжелое, но стабильное, — перебил Олега Максим, решив наконец-то вмешаться, — я поговорю с отцом, если понадобится, подключу Никиту, его дядя хороший врач и они могут помочь с клиникой, держать Мишу в городской больнице нет смысла, они его там залечат или год будут на ноги ставить. А при должном уходе он может… — Вот только Орловского приплетать не надо, а, — злобно рыкнул Даня. — Он реально может помочь, чем ты не доволен? Чаще видеться будете, — усмехнулся Максим, чувствуя как вновь в его груди закипает злоба стоит только вспомнить о том, какие чувства испытывает Звягинцев к его лучшему другу. — Ребят, а Мишу навестить можно? — встрял в их разговор Олег, в глазах которого до сих пор плескалось недоумение и неверие. — Ему только сделали операцию и к нему нельзя, а человеку, который спокойно пьет с этой мразью я туда идти не советую, — прорычал Даня. Максим тяжело вздохнул. Он видел, что Даню несет, но ничего не мог с этим поделать. Звягинцев явно вышел из себя и что делать с таким другом Максим даже не представлял. — Я думаю вам лучше уйти, — еле слышно сказал Олег, стараясь не смотреть на друзей. — Что? — усмехнулся Даня. — Ты еще нас и выгоняешь? Ты охуел, Олеж, серьезно?! — Дань, нам правда лучше уйти, завтра встретимся и все обсудим, — кивнул Максим, направляясь к двери и таща за собой сопротивляющегося Даниила. — Я просто не хочу ссориться, — вздохнул Олег, — а сейчас вам бесполезно что-либо объяснять, поэтому свалите. Все. Оставьте меня одного. — Даже так?! — Даня резко вырвался из рук расслабившегося на секунду Максима и подлетел к сидевшему на полу Олегу. — Ты телефон отключил, я боялся, что с тобой случилось что-то и поперся к тебе! А ты просто бухал с этой шлюхой, еще и нас выгоняешь. Это нормально, Олег? — Дань, он просто пьян, а ты на эмоциях, всем нужно успокоиться, — в очередной раз вмешался Максим, буквально таща Даню к двери, — завтра все обсудим, нам всем необходимо отдохнуть. — Олежа, скажи своей блондинистой сучке, чтобы уходила после нас, иначе я ему шею сломаю, — прорычал Даня, после чего кинул еще один раздраженный взгляд на Олега и вышел за дверь. Максим последовал за ним. *** — Сука, как же бесит, я ведь реально думал, что с ним что-то случилось, а он просто бухал с Ваней, — зло шипел Даниил, сидя на переднем сидении в машине рядом с Максимом. Парень был зол и в то же время потерян. С одной стороны он понимал, что зря сорвался на Олега и друг возможно действительно ни о чем не знал, впуская к себе Ваню. Но с другой стороны, Олег ведь его защищал и выгнал их всех, не став даже ничего объяснять. — Дань, тебе просто нужно успокоиться, — тяжело вздохнул Максим, — давай я отвезу тебя домой и ты поспишь, а я пока попрошу отца, чтобы он договорился о посещении Мишки. Вряд ли нас просто так пустят к нему. — Нет, я не поеду домой, — помотал головой Даниил, — давай к тебе. Завтра вместе поедем в больницу как раз. А папе я позвоню. Не хочу их беспокоить и оставаться один я тоже не хочу. — Ты собрался ночевать у меня? — нервно выдохнул Максим, что заставило Даню слегка улыбнуться. — Папа с Даней еще не дома, не хочу им звонить и волновать их, а одному мне не комфортно. Или ты против? — Я? Нет, конечно. Не против, — поехали, — Максим явно смутился, хотя не подал виду, что в очередной раз позабавило Звягинцева, которому было просто необходимо отвлечься от угнетающих мыслей и компания Максима этому способствовала как никогда лучше. — Я так устал, если честно, — подал голос Максим, заходя в свою квартиру и сбрасывая обувь с ног. — Да, день был ужасный, — кивнул Даня, только сейчас ощущая, как он вымотался всего за несколько часов. Кошмар, происходящий за все это время как будто бы отступил и сейчас парень не чувствовал того ужаса и страха, что испытывал в больнице, а позже гнева и раздражения, что так отчетливо ощущал у Олега дома. Теперь его как будто окатило волной осознания и наконец-то полностью приняв ситуацию, что с ними случилась, Даниил как будто сдулся. Ничего не хотелось, не думать, не говорить. Просто лечь в кровать и проспать до утра. — Пойдем на кухню, выпьем чего-нибудь и нормально поговорим, — предложил Даня, решив, что усталость и апатия зайти к нему в гости могут и попозже, сейчас нужно понять, что делать дальше и как быть. Максим отвечать не стал и молча кивнув, пошел вслед за другом. Даня поставил чайник греться и по-хозяйски залез в холодильник, вытаскивая на свет колбасу, сыр и пару салатов. В холодильнике у Зарецкого всегда была еда и алкоголь, что не могло укрыться от вездесущего Даниила. — Может быть, выпьем? — предложил Даня, ехидно улыбаясь и доставая из холодильника почти полную бутылку виски. — Я не думаю, что это хорошая идея, — отмахнулся Максим, что немного удивило Даниила, — мне кажется, сейчас лучше всего выспаться и думать, что делать дальше. Я уже написал Никите, он обещал помочь с больницей и отец договорится с врачами, нас завтра пропустят к нему. — Почему снова Орловский? — поинтересовался Даниил, ощущая как внутри него начинает плескаться раздражение. Это казалось странным, ведь раньше любое упоминание о Никите заставляло парня бледнеть и дышать как можно глубже, ощущая как быстро бьется сердце. Теперь же ничего похожего не было, лишь глухое раздражение по отношению к человеку, в которого был влюблен. Возможно, это просто защитная реакция, сделал логические выводы Даня. Пускай он и не может забыть парня так быстро, но верит в то, что когда-нибудь воспоминания о Никите не будут трогать его ни капельки. Только пока до сих пор не прошло, да не было страданий и боли, но рана ныла и так быстро заживать не торопилась. — А что не так, я не понимаю? — усмехнулся Максим. — Он нам реально сможет помочь, ты видишь в этом что-то плохое? Или просто не хочешь, чтобы я общался с человеком, который разбил твое сердечко? — Оу, а ты опять все перекидываешь на других, чтобы в случае чего выйти белым и пушистым? — хмыкнул Даня. Ссориться с Максимом он совсем не хотел, особенно после того, что произошло с Мишей и после неприятного разговора с Олегом. Но поведение Зарецкого жутко раздражало и списывать все на любовь парня не было смысла. Максим был мудаком и это Даниил прекрасно понимал. Красивым, самовлюбленным и эгоистичным мудаком, вдобавок ко всему ещё и трусливым, как выяснилось. Но несмотря на все это Даниил не мог просто так взять и уйти, оставив Максима одного. И дело было не в жалости и не в собственном одиночестве. Здесь было замешано что-то другое, чего парень еще не понял. Да и не хотел понимать… — Так, ясно, — Максим наградил Даниила взглядом полным насмешки и раздражения, после чего поднялся со своего места и подойдя к двери, ведущей прочь из кухни, добавил: — я пойду в душ, смою с себя этот день. Но прежде постелю тебе на диване в гостиной. Как съешь еду из моего холодильника, располагайся там. Спокойной ночи. После этого парень еще раз бросил быстрый взгляд на Звягинцева и вышел из кухни, оставив растерянного Даню одного. Съев тарелку салата и выпив две кружки чая, заедая его бутербродами, Даниил кое-как убрал со стола и направился в комнату Максима, полностью проигнорировав тот факт, что друг действительно постелил ему в гостиной. Никакой подоплеки интимного характера данный поступок не носил, ведь сам Даниил еще до конца не понял, что он чувствует к Максиму. Но оставаться сейчас в одиночестве было тяжело и страшно, потому что парень знал, что грустные мысли снова накроют его с головой. А этого нельзя было допускать. Даниил не хотел накручивать себя и рассыпаться на мелкие кусочки, ведь кому-то сейчас еще хуже, чем ему. Например, Мише, рядом с которым они должны быть. Максим обнаружился у себя в комнате. Сидел на кровати в одних лишь коротких шортах и с кем-то болтал по Скайпу, при этом слишком уж открыто улыбаясь. Даниила это почему-то взбесило еще больше. Ведь нельзя вот так просто смеяться, когда мир вокруг тебя летит в пропасть? Или все же можно? Ведь Максим это не тот человек, который будет расстраиваться из-за кого-нибудь из них. — Зарецкий, это не смешно! — услышал он возмущенный голос Орловского, от чего настроение испортилось еще больше. — Я тебе душу изливаю, а он ржет сидит! — А как мне не ржать, представляя, как он тебя… — Максим сделал многозначительную паузу и вновь громко рассмеялся, только вот увидев стоявшего дверях Даниила, парень резко затих и с раздражением посмотрел на друга: — Ты чего-то хотел? — По-моему, ты хотел спать, а вместо этого сидишь и болтаешь со своим дружком, — как можно спокойнее выдал парень, усаживаясь на диван рядом с другом и махая рукой Орловскому, при этом издевательски улыбаясь. — Не ревнуй, малыш, Максимка только твой, — издевательски произнес Никита, раздражая Даниила еще больше. — Пока, Орловский, было очень неприятно тебя видеть, — пропел Даниил, после чего победно улыбнулся и быстро нажал на сброс вызова, тем самым прекращая общение Максима с Никитой. — И что это было, позволь спросить? — недоуменно спросил Максим, смотря на сидящего напротив Даниила. — А что не так? — хмыкнул парень. — Ты ведь хотел спать и не раз говорил об этом, я просто помог тебе не отвлекаться на всякую ерунду. — Дань, если у вас не сложилось, это не значит, что я должен прекратить с ним общаться, Никита мой друг. — Я и не прошу тебя прекратить ваше общение, — фыркнул Даниил, — просто… — он и сам до конца не понимал в чем дело и почему именно так, а не иначе он реагирует на Орловского. — Я общался с ним по поводу Миши, — сухо продолжил Максим, — Кит сказал, что позвонит дяде и сможет нам помочь. За лечение Миши я буду в состоянии заплатить, поэтому пусть его мама не беспокоится. — И с чего же такое благородство? — не смог удержаться от насмешки Даниил. — Я просто не хочу потерять кого-то из вас, — спокойно ответил Максим, после чего поставил ноутбук на столик и забрался под одеяло. Даниил последовал его примеру, сбрасывая с себя одежду, при этом оставаясь в одной майке и боксерах. — Ты чего делаешь? — недоуменно выдал Максим, наблюдая за тем, как Даниил раздевается и укладывается в кровать под одеяло. Рядом с ним. — Я не хочу спать один, — просто ответил парень, выключая ночник и погружая их обоих в темноту. — Тебе не кажется, что ты немного странно себя ведешь? — подал голос Максим, повернувшись лицо к другу и пытаясь разглядеть в кромешной темноте хоть что-то. — О чем ты? Мы ведь уже спали вместе, разве нет? Тебя это смущает? Или ты боишься, что утром снова засветишь стояком передо мной? — Это не смешно, Звягинцев, пошел на хуй, — зло пробурчал Максим, после чего резко перевернулся на другой бок и перетянул почти все одеяло на себя. — Макс, я правда не хочу оставаться один, — тихо произнес Даня, не зная, что ему делать. Он понимал, почему Максим реагирует именно так, а не иначе, но даже не представлял, как себя вести рядом с ним. Ведь Максим был такой же холодный и пустой как раньше, а попытки понять его заканчивались провалом. Последнее время Даниилу стало казаться, что те слова Максима, которые он слышал у него на даче и вовсе не звучали, а были лишь плодом его больного воображения. Максим, в свою очередь, ничего не ответил, лишь глубоко вздохнул и погрузил их обоих в тишину. В тишину, которая оставалась с Даниилом до самого утра. *** После ухода друзей, Олег так и остался сидеть на полу, не удосужившись даже закрыть дверь. Ваню он так же выгнал, не желая слушать глупых оправданий и прерывая все попытки парня объясниться. Все казалось сном, глупым и страшным сном, который должен был закончиться, только вот проснуться почему-то не получалось. Он то и дело вспоминал взбешенного Даниила и испуганное лицо Вани, когда друг на него накинулся. А в голове всплыла мысль о том, что Миша в больнице. По вине Вани. По вине человека, который сидел с Олегом всю ночь, плакал и не понимал, что делать дальше. Сейчас Олег не думал о мотивах Вани, не думал о ссоре с Даниилом. Не думал ни о чем кроме Миши. Миши, с которым случилась беда и о том, что он как обычно узнает обо всем последним. Парень не знал, сколько он так просидел, когда очнулся и осознал, где он и что происходит, кое-как поднялся, закрыл дверь и упал на кровать. Сон упорно не шел, более того его мутило, сказывался выпитый алкоголь и усталость, взявшаяся из ниоткуда. Душевная усталость. Полная пустота. Мысли в голове крутились так быстро, что Олег даже не успевал за них цепляться. Он попытался позвонить Дане, но тот упорно не брал трубку, Максим и вовсе отключил телефон. Изначально была мысль позвонить Мише, но парень тут же ее отмел, ощущая себя полным придурком. Не принесет этот звонок ни спокойствия, ни тепла. Трубку возьмет либо мама Зареченкова, либо звонок будет и вовсе проигнорирован. Нет смысла наивно верить в то, что ответит ему Миша, как обычно хриплым и грубым голосом поинтересовавшись чего именно ему надо. И только так. Без «привет», «как дела?», которые так любил Олег и которые терпеть не мог Миша. «Не может терпеть» мысленно поправил себя Олег, ощущая, как пустота добралась не только до его сознания, но уже и до его органов, как будто бы сжирая все изнутри. Сон упорно не шел, а попытка заснуть и вертения с одного бока на другой вылились в то, что Олег побежал в туалет и около получаса прощался со всем тем, что он съел и выпил за ночь. Совершенно обессиленный он упал на кровать и закрыл глаза, думая о том, что завтра он обязательно расспросит Даню и узнает, что случилось, наплевав на глупые претензии друга и всякие недомолвки. Потому что иначе нельзя. Потому что было страшно и тяжело думать о том, что будет дальше. Казалось, что жизни делится на «до» и «после». И то, что происходило с ними раньше больше никогда не случится. А еще почему-то казалось, что больше не будет «их». Ведь перед глазами до сих пор стояло злое лицо Дани, Олег помнил все слова, что сказал друг и видел с каким отвращением Звягинцев на него смотрел. От этого хотелось кричать. Хотелось биться головой об стену, чтобы хоть как-то себя успокоить. Хотелось позвонить кому-то и попросить этого человека прийти к нему, чтобы тот просто был рядом, согревал своим горячим дыханием и говорил, что все будет хорошо. Но таких людей не было. Его единственные друзья сейчас и вовсе не хотят его видеть, а Ваня, которому он когда-то доверял, теперь навсегда исчезнет из его жизни. Олег это знал наверняка. И дело даже не в поступке парня. Олег осознавал, что Ваня натворил дел не из-за злости, а из-за отчаянья и пустоты в душе. Той самой пустоты, что выжигала душу парня в этот момент… И как бы Олег не хотел, но ненависти к Ване у него не было. Лишь жалость. Жалость и сострадание. Он прекрасно понимал, что Ваня себе этого не простит, он видел как мучается парень и не представлял, что бы делал в этой ситуации. Пускай Ваня и не был идеалом, вечно язвил, хамил и не был наделен каким-то моральными принципами, но он тоже был живым человеком, от которого каждый день Миша вытирал ноги. А они «лучшие» друзья лишь смеялись над этим и ничего не делали… Пришедшая смс на мобильный телефон, заставила парня вздрогнуть и подтянуться за мобильным, в надежде, что сообщение пришло от Дани или Максима. Только вот он в очередной раз ошибся. «Привет, извини за то, что сорвался на тебя. Был сложный день. Честно, я не знаю, зачем говорю это, просто не хочу, чтобы ты считал меня мудаком. И я тебе вовсе не навязываю себя, осознавая, что просто-напросто могу тебе не нравиться. А, возможно, мой гей-радар меня подвел. В любом случае, не воспринимай все близко к сердцу. И спокойной ночи.» Олег сидел неподвижно, уже в третий раз перечитывая сообщение от Юры. В душе было пусто и мрачно, поэтому отвечать совсем не хотелось. Нужно было просто завести будильник, отложить телефон в сторону и лечь спать. Но вместо этого, Олег поддался внезапному порыву и написав «Давай завтра встретимся в ресторанном дворике в четыре» быстро отправил сообщение, не давая себе возможности передумать. Он и сам не понимал зачем делает это. Просто одиночество давило и угнетало, заставляя парня понемногу сходить с ума. Он прекрасно осознавал, что Юра ему абсолютно не по вкусу и вряд ли у них хоть что-то получится. Но почему бы не дать себе шанс?