Слухи не врут

Хочу пить вино и не спать всю ночь. Хочу быть никем, чтоб пропасть и всё. Молодым лишь быть до конца всех дней, И друзья со мной — вместе мы сильней. ©

От Марка Даниил приехал к себе только ближе к обеду и сейчас, сидя на своей кухне и попивая из кружки горячий чай, был очень благодарен этому парню за то, что тот позволил ему остаться и тем самым не дал натворить кучу необдуманных поступков. Обидно конечно, что рядом с ним в этот момент был именно Марк, а не кто-то из близких друзей, но подобная ситуация открыла глаза на многое. Во-первых, они снова были сами по себе. И, если день рождения Олега и сблизил их, как когда-то, казалось, то не настолько сильно. У каждого до сих пор были свои проблемы, свои страхи и свои желания. Они не делились чем-то друг с другом, не пытались вместе решить какие-либо трудности. Это видимо было для них всех слишком сложно, куда проще оказалось решать всё в одиночку или банально забивать на своих друзей. Даня не знал, что думают на этот счёт Миша и Максим, а главное, думают ли вообще. После встречи с Глебом поведение Олега стало понятным, только вот ещё больше раздражало. Раньше Дане казалось, что именно он находится ближе всех к Олегу, ведь достаточно часто лишь друг другу они могли излить душу и рассказать все то, что происходит. А сейчас что? Олег молчит, ссылается на какие-то дела, на учёбу, а сам за их спинами встречается с этим Ильёй. И самое смешное, что об этом знают, похоже, все. Кроме самого Дани. В курсе Глеб, наверняка знает Юра, может быть, ещё кто-то. Олег просто взял и поделился самым сокровенным со всеми, кроме своих друзей и это раздражало и угнетало одновременно. А самое главное, это заставляло задуматься. Даня понимал, почему Олег не говорит ничего Мише — учитывая его непростые отношения с Ильёй друг просто боится реакции Зареченкова, с Максом тоже всё понятно — тому плевать, только вот почему Олег промолчал и не поделился этим с ним самим, порядком напрягало. Тем более, если учесть факт того, что Олег не в курсе, что Даня знает про тяжёлые взаимоотношения Ильи и Миши, это напрягало вдвойне. Зареченков так и не поговорил с Олегом, решив спустить всё на тормозах и не напрягать друга. Только вот сейчас эта Мишина забота явно вышла им боком. Но, если дело не в том, что Даня знает про Илью, то что тогда? Этим парень долго ломал себе голову, пытаясь понять поступок Олега, осознать почему друг решил им пренебречь, придумывая тысячу оправданий и откладывая их встречи. А потом его просто осенило. Внезапно и быстро. Олег наверняка прекрасно помнил реакцию Дани на Илью на новый год, помнил, как презрительно Даниил кривил губы, глядя на этого парня, помнил всё то, что он говорил. А самое главное, знал характер Дани и наверняка просто боялся его не совсем здоровой реакции. Парень невесело усмехнулся и зашёл Вконтакте, услышав звук пришедшего сообщения. Последнее время слишком уж многое от него скрывали, и Даня бы не удивился, если бы узнал, что отношения с Ильёй — это не последняя новость, которую он не знает. Да, было обидно, конечно, но в какой-то мере сейчас он понимал друга. Просто анализируя свое поведение вспоминал, как вёл себя при разных обстоятельствах и осознавал, что если бы узнал об этом от Олега, то наверняка снова бы психовал. Видимо друзьям было куда проще скрыть от него правду, чем потом пытаться успокоить или ждать адекватную реакцию. Даниил сделал глубокий вдох и постарался отвлечься от своих мыслей, заметив оживление в общем чате с бессменным названием «Бесславные ублюдки». Как ни странно, беседу начал Максим, который, казалось, вообще никогда ничего первым не писал, да и отвечал редко. Максим 15:02 Ребята, привет) Может быть, посидим у меня сегодня? Футбол посмотрим?) Oleg 15:03 Привет :) Я не против, действительно давно не виделись. Тем более, хотел с вами поговорить. Даниил 15:05 Олеж, случилось что-то? Oleg 15:07 Всё в порядке, просто я тоже замотался и… В общем, хочу встретиться. Михаил 15:10 Я после семи свободен, но я собирался к Никите. Даниил 15:15 Мы с вами все вместе уже ТРИ НЕДЕЛИ не собирались. Тут в коем-то веке сам господин Зарецкий снизошел до нас, а ты думаешь только про то, как будешь трахаться вечером: О Михаил 15:17 Не ревнуй, я всё равно только твой: 3 Максим 15:20 Я и раньше не забывал про вас. Просто много всего произошло, я устроился на работу и очень сильно устаю. Но сейчас выходные и я действительно хочу провести с вами время) Максим 15:22 Ну, а если честно, я действительно вел себя как дерьмо. Думаю, это касается нас обоих, Миша. Я вчера пил с Никитой, а потом долго думал. Думал о том, что несмотря на усталость не должен забывать про вас. Даниил 15:25 Ой, Макс, твои извинения уже настолько надоели, что я даже их не читаю. Но, если все хотят встретиться, то я за, конечно же. Во сколько к тебе приходить? Максим 15:27 Давайте у меня в девять?) Можно остаться на ночь, если кто захочет 😉 Даниил 15:29 Ок. Я приеду. Oleg 15:30 И я. Михаил 15:30 Можно с Никитой? Даня закатил глаза, вновь подумав о друге, который с такой скоростью погрузился в отношения с Орловским и стал вести себя ещё более раздражающе, чем обычно. Мишу действительно хотелось чем-нибудь стукнуть, желательно тяжелым, потому что, ну блин, он и раньше особо не считался с желаниями своих друзей, пускай не игнорировал их как Макс, но зачастую предпочитал зависать с каким-то мальчиками, чем с ними, а теперь у него появился постоянный парень и… Думать о том, что Миша решил их заменить Никитой не хотелось совершенно. Даня знал наверняка, что их дружбу Зареченков ценил, пускай как-то по-своему, но всё же просто взять и забить на них было точно не в стиле Миши. Сейчас он, скорее всего, просто увлекся Орловским и его голову покинули остатки мозгов. Ведь как иначе объяснить это тупое: «Можно с Никитой?». Хотя… Лучше уж так, чем вообще встретиться без Зареченкова. Тем более, в свете последних событий им всем было, что обсудить. А самое главное, поговорить без Олега. Втроем. Чтобы поделиться своими переживаниями, рассказать про встречу с Глебом и решить, что делать дальше. И желательно при разговоре не сорваться на Зарецкого и не высказать ему всё то, что накопилось на душе. А накопилось действительно много всего… Даня до сих пор не мог отойти от слов Глеба, вспоминал, анализировал, пытался понять, когда именно Максим решил избавляться от него таким радикальным способом. И ничего не выходило. Только раздражался ещё больше. И ничего не мог с собой поделать. Мысли о том, что он ревнует Максима, как и говорил Марк, Даня старался от себя отгонять, потому что… Ну при чём тут ревность, в самом деле? Просто было противно. Противно от того, что Зарецкий в очередной раз повел себя, как придурок, трахая доступных мальчиков в клубах, заливаясь алкоголем и забывая о своих друзьях. Подобные выходки Максима не удивляли, конечно, но раздражали бесспорно. А теперь он сам взял и позвал их всех в гости. То ли действительно совесть проснулась, то ли просто Орловский ему мозг промыл. Сейчас это было неважно. Главное, что они все наконец-то встретятся и поговорят. Поговорят о том, о чем молчали так долго. По крайней мере, Даниил сделает всё от себя зависящее, чтобы всех их проблемы, сомнения и страхи были вытащены наружу и, если уж не разрешены, то хотя бы осмыслены каждым. Бояться и переживать лучше вместе, чем в одиночку. И, если за почти три года дружбы никто из них этого так и не понял, то какой смысл продолжать общаться дальше? Чтобы потом ехать к парню, которого ты почти не знаешь и получать поддержку от него, а не от лучших друзей? Даня сделал глубокий вдох и снова открыл Социальную сеть, думая о том, что последнюю попытку предпринять он всё-таки может, по крайней мере, если даже в очередной раз ничего не получится, то он хотя бы будет знать, что сделал всё, что мог. Заставлять остальных ребят цепляться за эту дружбу было бессмысленно. Тебе либо нужны твои люди рядом, либо нет и решать за кого-то подобный вопрос казалось полной глупостью. Но поговорить им всё-таки стоило. Именно поэтому, немного подумав, Даня всё-таки создал общую беседу для друзей, в которую включил всех кроме Олега, после чего, тут же написал первым. Даниил 15:47 До прихода Олега я хотел бы поговорить с вами. Михаил 15:48 Ты назвал беседу «Солнышко и два придурка». Серьезно? Даниил 15:49 Я вчера был в клубе и встретил там Глеба, брата этого Ильи. Он мне рассказал много занимательных фактов. Не хотите обсудить? Максим 15:51 Олег во что-то вляпался? Даниил 15:52 Думаю, да. В Илью. И произошло это только потому, что один очень занятой и работающий парень забил на своих друзей, а второй решил не рассказывать Олеже про парня, который ему нравится. Зачем беспокоить друга, да? Лучше уж пусть он вляпается в дерьмо сам, ведь куда интереснее проводить время с Никитой, чем с друзьями, да, Миш? Михаил 15:55 Бля, не истери, я приеду в восемь. Без Никиты. Максим 15:57 Я буду ждать. Даниил 15:59 Премного вам благодарен. Даня устало прикрыл глаза и откинул телефон в сторону, стараясь в очередной раз не погружаться в свои мысли и не анализировать происходящее. Он не знал, что с ними всеми будет дальше, но очень надеялся, что хотя бы в этот раз до ребят дойдет, что только вместе они могли быть и будут сильнее. Если сами этого захотят, конечно. *** Максим закрыл переписку с ребятами и, отбросив телефон в сторону, упал на кровать, желая сразу же погрузиться в объятья Морфея, чего, конечно же, сделать не получилось. В голове была полная каша, требующая основательного разжевывания и переваривания, в чем сам себе парень в очередной раз отказать не смог и вместо сна просто лежал и анализировал. После вчерашней попойки с Никитой, голова болела нещадно, но Максим прекрасно понимал, что переносить из-за этого встречу с друзьями будет очень глупо и эгоистично с его стороны. Им всем действительно нужно было поговорить и осознание данного факта в очередной раз пришло вчера, когда он сидел с лучшим другом, заливал все печали дорогим алкоголем и думал о том, как он устал. Только вот усталость была не от проблем, работы или чего-то ещё, а больше от себя самого. От своих страхов, страданий и глупостей которые ему похоже нравилось творить двадцать четыре на семь. Как ни странно, к мысли о том, что ему бы не мешало встретиться с друзьями, Максима подтолкнул именно Никита, как будто бы между делом обмолвивишийся о том, что Мише пишет Даня и раздражается, что они все снова не могут встретиться, хотя ещё в конце января казалось, что они наконец-то научились понимать друг друга. Эта фраза и послужила очередным спусковым крючком. Максим снова вспомнил день рождения Олега, вспомнил, как он нашёл в себе силы преодолеть всю свою боль и обиды и приехать к Дане для того, чтобы помочь парню организовать лучший праздник для их друга. Именно в тот день казалось, что куда важнее сидеть рядом, видеть улыбки на лицах друзей и понимать, что если счастливы они, то счастлив и ты сам, а не зацикливаться на своих чувствах сжирая себя изнутри изо дня в день. Да, пускай больно видеть Даню, пускай раздражает тот факт, что он общается ещё с кем-то, если верить Никите, конечно, но… Так они хотя бы были вместе. Как и со всеми остальными. А ведь действительно, когда эти люди были рядом, ощущение ненависти к себе в такие моменты почти исчезало, даже дышалось легче и свободнее. А сейчас? Теперь они снова закрылись в своих четырёх мирках и обвинять в этом можно было бы каждого из них, только какой смысл? Именно поэтому Максим сделал глубокий вдох, стараясь задвинуть все лишние мысли в долгий ящик, завёл будильник на телефоне на семь вечера и лёг спать, думая что в его случае это самый лучший выход из ситуации. Даня с Мишей пришли вместе. Сказали, что решили встретиться в метро и добраться до Максима вдвоём. Они оба были красными с мороза, улыбались и говорили о том, как рады встрече, но от цепкого взгляда Зарецкого не укрылся тот факт, что Даня был каким-то не таким. Да, пускай и старался вести себя как обычно, но получалось у него, мягко говоря, хреново. Он постоянно как будто бы замыкался где-то в себе, смотрел как-то странно и было ощущение, что явно что-то скрывал, при этом украдкой поглядывая на Максима и как будто бы ища в нем ответы, на ещё не заданные вопросы. — Вы будете чего-нибудь пить? — улыбнувшись спросил Максим, пропуская друзей в комнату. — У меня есть пиво, сок или же могу предложить чай. — Единственное чего я сейчас хочу — это спать, — широко зевнув ответил Миша, — у тебя нет какого-нибудь «Сонина» на часов так пять? — И чем же ты занимался всю ночь, если в восемь вечера тебя так клонит в сон? — поинтересовался Даниил, насмешливо смотря на Мишу. — Я занимался тем, что ты замещаешь дрочкой, — не остался в долгу Миша, при этом как обычно что-то печатая в своём телефоне, — и знаешь, тебе нужно с этим что-то делать, ты становишься нервным и агрессивным. Может быть, резиновый член купить? — У тебя вместо мозга резиновый член, — шикнул на друга Даня, — мы наконец-то собрались вместе, а ты снова пишешь своей невесте. Вы можете хотя бы час друг без друга прожить? — Не ревнуй, крошка, меня и на тебя хватит. — Так, ладно, я пойду на кухню за пивом, — встрял в дружескую перепалку Максим, понимая, что если ребят вовремя не заткнуть, то они могут спорить в подобной манере и по несколько часов. — Принеси мне стакан сока, — расплылся в улыбке Миша, при этом пиная ногой резко поднявшегося со своего места Даниила. — Я пойду помогу тебе с напитками, — натянуто улыбнувшись пояснил парень и, под удивлённый взгляд Максима, вышел из комнаты. Зарецкий, немного помедлив, последовал за ним. На душе тут же стало как-то волнительно и неспокойно. Голова до сих пор болела после выпитого, мозг отказывался соображать, а нахмуренный и больше обычного взъерошенный Даниил не помогал мыслительному процессу, а лишь ещё больше всё запутывал. — Так, ты возьми пиво, — стараясь говорить как можно спокойнее, произнёс Максим, достав из холодильника две бутылки пива и поставив их на стол, — а я возьму сок и стакан для Мишки. — Макс, подожди, надо поговорить, — окликнул его Даня, при этом дернув парня за рукав рубашки. Максим нервно замер и тут же закусил губу, ощущая как по его телу бегают предательские мурашки. К тому месту, где пару секунд назад были пальцы Даниила, тут же захотелось прикоснуться своей рукой, но Максим сдержался, мысленно останавливая себя. Вместе этого он натянул на губы дежурную улыбку и резко развернулся, тут же встречаясь взглядом с взволнованным и явно каким-то странным Даней. — О чем ты хотел поговорить? — настороженно спросил Максим, внимательно смотря на Даниила, который заметно нервничал, смотрел куда-то в пол и вёл себя крайне странно для обычно болтливого и эмоционального Дани Звягинцева. — Я был вчера в клубе с Марком, — тихо начал Даня, а Максим тут же с силой сжал кулаки, ощущая как начинает злиться. — Рад за тебя, — ядовито прокомментировал парень, при этом стараясь держать себя в руках, хотя внутри всё снова клокотало и будоражило. Да, он ревновал Даню. Ревновал остро и зло, потому что жутко раздражал тот факт, что Звягинцев вот так запросто заменил их всех каким-то придурком, с которым он очень быстро и непонятно по каким причинам подружился. Да и только ли в дружбе дело? Конечно, мозг кричал Максиму, что это не его дело и что он не должен лезть в личную жизнь Даниила, так как сам решил прекратить все попытки построить хоть какие-то отношения с этим человеком, но тело и разум твердили лишь о том, что Даня его. Весь. С головы до ног. С вечно встрепанными волосами, дурной привычкой бросать курить по пять раз на дню, со всеми его капризами, непростым характером и тараканами, которые периодически полчищами проживали в его голове. — И я за тебя рад, — парировал в ответ Звягинцев, голос которого стал каким-то нервно-злым. — В смысле? — удивлённо спросил Максим, стараясь осознать почему Даня так быстро изменил тон и из-за чего он смотрит сейчас с таким презрением и злостью. — Я тебя не понимаю, Зарецкий, — обречённо выдохнул Даниил, — ты говоришь, что тебе тяжело рядом со мной, бегаешь от меня, поливаешь меня говном, сначала соглашаешься со мной поехать к своей маме на могилу, потом снова меня кидаешь, забираешь свои вещи, потом отдаёшь их мне, кричишь, что не хочешь меня видеть, в итоге ночуешь у меня каждый раз, орёшь о вечной любви, а потом трахаешься по туалетам клубов. Что за приколы, не подскажешь? Ты можешь определиться или нет? Дай уже конечную версию того, кто я для тебя и чего ты дальше хочешь. Так хотя бы и мне будет легче. Я перестану нервничать и ждать от тебя чего-то. Ты говоришь, что я тебя не знаю, но ты ведь даже не даёшь мне этого сделать. Ты как маленький ребёнок просто кричишь, потому что тебе не дали игрушку. Но при этом, ты не прикладываешь никаких усилий для того, чтобы получить то, что ты хочешь. Только ноешь и ебешь всем вокруг мозги. Если у тебя переболело и ты решил, что лучшее, что может быть — это зажимать шлюх по углам, то зачем ты строишь из себя страдальца, избегаешь меня и ставишь крест на нашем общении? Тебе вообще хоть чуть-чуть важна наша дружба, я, ребята? Или самое главное для тебя — это твоё нытье? Я правда не понимаю? Давай ты просто мне объяснишь всё последний раз и мы на этом закончим. Либо разговор, либо общение. Решать тебе. Максим замер на месте, стараясь переварить слова Даниила и осознать всё сказанное им. Только вот мозг зацепился за одну единственную фразу, от чего на сердце сразу же стало темно и муторно, а в голове снова всплыли события месячной давности, когда он вместе с Никитой, Игорем и Олегом был в клубе, где напился и повёлся на ухаживания симпатичного мальчика, затащил его в туалет, а потом выскочил оттуда с осознанием того, что банально не может опуститься ещё ниже. Помнил, как мерзко себя чувствовал, помнил глаза замеревшего у раковины незнакомого парня, пялящегося на него слишком уж сильно, помнил как смеялся над ним потом Никита. Да, он помнил всё это, но даже не думал, что сейчас будет вынужден говорить об этом с Даней. С кем угодно, но только не с ним. — Откуда ты знаешь про клуб? Никита? — хрипло спросил Максим, совершенно не понимая зачем Орловский в очередной раз влез в их отношения и рассказал об этом. — О, неудивительно, что вы были вместе, — закатил глаза Даня, — мальчика по кругу пустили или ты один развлекался? — Откуда ты знаешь? — повторил свой вопрос Максим, чувствуя как становится трудно дышать. Слышать подобное от Дани было до ужаса страшно и больно. Да, Максим знал — в том, что он влюбился в него виноват сам, как и в том, что поддался на уговоры больного сознания и пошёл с тем парнем в туалет, но даже в самом страшном сне он и подумать не мог о том, что будет вспоминать этот позор с человеком о котором он грезил и грезит до сих пор. — Не волнуйся, не твой дружок рассказал, — скривился Даня, — видимо ты очень любишь эксгибиционизм, раз тебя палят в открытых кабинках туалета. Понравилось хотя бы? — Ты… — в голове был полный вакум. Максим не пытался понять почему Даня говорит с ним подобным тоном, не задумывался о том, от кого и почему он узнал о том неудавшемся сексе. Он просто стоял, смотрел на Звягинцева и снова ненавидел себя самого. А ещё ощущал острую потребность… Потребность в том, чтобы рассказать Дане правду. Не пытаться выяснить отношения, не кричать, не просить Даниила не лезть не в свои дела, а просто сказать всё как есть. С болью, отчаянием и полным разочарованием во всем, а главное в себе самом. — У меня не было ничего с тем парнем, — устало произнёс Максим, стараясь не смотреть Даниилу в глаза, — я, может быть, и хотел попробовать с ним. Но банально не смог. Поэтому ушёл, оставив его сидеть в открытой кабинке туалета. — Зачем, Макс? Голос Дани звучал почти не слышно, но Максиму казалось, что он набатом отдаёт прямо у него в голове, где-то глубоко под кожей. Внутри него. — Я просто устал тебя любить. И это было истинной правдой. Устал настолько, что последнее время уже дышать мог с трудом, из рассудительного и вроде бы раньше не глупого парня превратился в сопливую малолетку, не способную отвечать за свои поступки и слова. Устал настолько, что уже в серьёз задумывался над тем, чтобы в один прекрасный день просто собрать свои вещи, закинуть их в машину и уехать. Неважно куда. Просто подальше отсюда. Подальше от человека, жизнь без которого казалась пресной и нелепой, но находиться рядом с которым он больше никак не мог. — Я не знаю, сколько ещё ты будешь меня мучить, — продолжил Максим, нервно закусив губу, — я не виню тебя ни в чём, но… Даниил не дал ему закончить. Просто резко схватил Максима за ворот рубашки, притянул ближе к себе и припечатал его губы своими, при этом даже не пытаясь начать поцелуй или же углубить его. Максим в ступоре замер, ощущая на своих губах вкус Даниной ментоловой жвачки, чувствуя запах его духов и смотря в его испуганные распахнутые глаза, в которых отчётливо читался страх, волнение и что-то ещё, плескавшееся и внутри самого Максима… Такое же маленькое и хрупкое. — Эй, вы где там? Сейчас Олег придёт! — донёсся до них громкий голос Миши. Даня тут же вздрогнул, а Максим резко отстранился, отпихнув от себя парня и отходя от него на приличное расстояние. — Полагаю, разговор закончен, — хриплым от переизбытка адреналина в крови голосом сказал Максим, после чего резко развернулся и направился в комнату к Мише, оставив замеревшего Даниила в полной тишине наедине с самим собой. *** Кит 20:10 Детка, тебя сегодня ждать? ❤️ Михаил 20:11 Никит, я, наверное, после Макса поеду домой, мама хотела, чтобы я был с ними сегодня. Папа в понедельник опять в командировку, хотим посидеть вместе. Кит 20:11 Ты же только вчера с ними ужинал. Ты мне обещал. Михаил 20:12 Прости, в воскресенье я к тебе приеду. Кит 20:13 Ты поговорил о переезде? Михаил 20:13 Пока нет, но как будет подходящий момент, я скажу. Кит 20:14 О, серьёзно? Ты уже неделю этим мне мозги ебешь. Они вообще в курсе нас? Михаил 20:15 Никита, прекрати сейчас так тупо выяснять отношения. Кит 20:16 Я не выясняю отношения, я задаю вопрос. Михаил 20:16 Давай поговорим об этом не в сети. Кит 20:17 Чтобы ты снова отмазался?) Миш, если ты не хочешь жить со мной, то просто так и скажи. Кит 20:20 Не готов ты к этому, окей. Возможно, я тороплю события. Но неужели нельзя об этом сказать? Зачем бегать от меня, говорить что не было времени поговорить и прочие отмазки? Ты стесняешься меня или просто не знаешь как мне отказать? Кит 20:21 В общем ладно, не приезжай сегодня. Я буду занят. Михаил 20:22 Никита, ну что ты разводишь? Михаил 20:23 Я не стесняюсь тебя, просто не знаю как сказать им это. Я хочу с тобой жить. Ответа от Никиты так и не последовало, от чего Миша тяжело вздохнул и отбросил телефон в сторону, ощущая себя явно не в своей тарелке. Вся эта ситуация с Никитой знатно напрягала и как её разрулить Миша пока не понимал. Да, предложение Орловского жить вместе было неожиданным, странным и очень приятным и изначально Миша даже не думал об отказе, но потом… Уезжать от родителей не хотелось, потому что банально было страшно. И больше не потому что придётся жить самостоятельно, а потому что казалось, что быт спокойно может разрушить их только начавшиеся отношения. Пускай Миша ещё ни с кем не жил, кроме родителей, но прекрасно понимал, что в быту он ужасен. И одно дело, когда для него готовила или заставляла убирать раскиданную по комнате одежду мама, и совсем другое, когда это будет делать Орловский. Почему-то казалось, что с учётом их непростых характеров, Мишиной лени и педантичности Никиты, скандалы неизбежны. Кроме того, как сказать маме и папе о Никите, Миша также не знал. Да, его родители Орловского видели, он им даже понравился и мама несколько раз интересовалась Никитой и приглашала его в гости, пару раз даже пыталась выяснить про их отношения. Но одно дело разговаривать с мамой в шутливой форме и совсем другое сказать, что он решил переехать к своему парню. Парню, с которым встречается всего ничего. Только вот, и с Никитой поговорить об этом Миша не мог. Да и что бы он сказал: «Извини, я не готов с тобой жить, потому что мне привычнее с родителями»? Слишком уж глупо бы это выглядело, да и Никита такое бы точно не простил. Поэтому осталось либо пойти на попятную и поругаться с Орловским, либо всё-таки рискнуть и попробовать, предварительно откровенно поговорим с родителями. Что конкретно выбрать Миша пока не знал, но понимал, что сейчас явно не лучшее время для всех этих вопросов. — Эй, вы где там? Сейчас Олег придёт! — громко произнёс парень, с удивлением замечая, что друзей нет слишком уж долго. Первым зашёл Максим, причём выглядел он очень странно: бледный, с каким-то застывшим взглядом и постоянно облизывал губы. Следом зашёл и Даниил, такой же молчаливый, притихший и бледный. — И где сок? — спросил Миша, настороженно смотря на ребят. — Обойдешься, — отмахнулся Даня, при этом упорно не смотря на присевшего рядом с Мишей Максима. — Окей, — кивнул Зареченков, решив не спорить, — Дань, так что в итоге? Что с Олежей? — Я вчера был в клубе, — бесцветным тоном начал Даниил, бросив какой-то странный взгляд на Максима, — там встретил брата Ильи, он был явно не в себе, нёс какой-то бред, но самое главное из этого, он сказал мне про Олега. Заявил, что Олежа проводит со мной мало времени, потому что встречается с Ильёй. — Олег с этим козлом? — выгнул бровь Миша, с недоумением смотря на Даню. Да, он помнил, что их Олежа учится в одном универе с Ильёй, помнил испуганный и напряжённый взгляд Олега, когда тот увидел Мишу с Шатовым вместе, но также и не забывал про слова своего друга о том, что они даже не общаются, именно поэтому и не стал рассказывать другу про угрозы Шатова, решив, что Олег наверняка будет беспокоиться и вполне возможно сам выведет Илью на разговор, чего совсем не хотелось бы, потому что вовлекать в свои проблемы друга, а тем более Олега, Миша точно не планировал. Поэтому сказанные Даней слова были полной неожиданностью и ударили, как гром среди ясного неба. Поверить в это было сложно. Да, пускай Олег и не знал про ту историю с ножом, но неужели так просто мог купиться на Илью Шатова совершенно наплевав на то, что его связывает с Мишей? — Я не знаю стоит ли верить этому Глебу, — выдохнул Даня, пожимая плечами, — он такой же придурок, как и его брат, но поговорить с Олегом нам всё же необходимо и рассказать ему всё нужно, Миша. Я, конечно, понимаю, что тебе сейчас не до этого, но он твой друг. Надеюсь, ты его таковым считаешь. Олегу нравится Илья, это я точно знаю, так что… — Ты снова пытаешься задеть меня Никитой? — выгнул бровь Миша. — Я начинаю сомневаться в том, что твои чувства к нему исчезли. Ты слишком остро реагируешь. — Я так реагирую, потому что вы снова забили на меня и на Олега, — зло усмехнулся Даня, — когда у вас появляется личная жизнь, работа или какие-то проблемы, вы как будто бы забываете о нашем существовании. Я считаю, что это ненормально и хочу, чтобы мой друг проводил ещё время со всеми нами, а не только со своим парнем, потому что друзья нужны не только для того, чтобы сходить в клуб и выпить или чтобы им поныть, как ты от всего устал, а для того, чтобы быть рядом, ты никогда об этом не задумывался? Я просто честно не понимаю, куда мы все катимся. После дня рождения Олежи мне казалось, что мы снова сблизились и что не было этого холода и недопонимания между нами, но сейчас я начинаю осознавать, что ошибся. Не знаю в чем дело, может быть мы выросли из этой дружбы… Тогда зачем всё это лицемерие, если у каждого из нас разные дороги? К чему делать вид, что вам интересна жизнь Олега или моя, если ты Миша даже не сказал влюбленному Олеже про парня, который… — Просто, блять, прекрати истерить, — голос Максима прозвучал холодно и громко, от чего Миша вздрогнул и напрягся, не ожидая того, что Зарецкий решится встрять в этот разговор, — да, мы вели себя как придурки, но давай не будем сейчас выяснять отношения и психовать. Нужно просто поговорить с Олежей. Хорошо? Даня не стал отвечать, молча поднялся со своего места и куда-то вышел из комнаты, оставив Мишу наедине с задумчивым и непривычно хмурым Максимом. — Макс, всё хорошо? — осторожно спросил Миша. — У вас с Даней опять какие-то тёрки? — Всё хорошо, — отмахнулся Максим, — кстати, Миш, я хотел спросить. Ты уверен, что тебе не нужна помощь с этим Ильёй? — Я могу сам… — Вся эта хрень с самостоятельностью сам видишь к чему приводит. Если ты не можешь рассказать об этом мне, поговори с Никитой, он тебя услышит и подскажет, что делать. Не надо вывозить всё одному, иногда полезно открываться людям. Правда. Проверено на себе. — Спасибо, Макс, — улыбнулся Миша, понимая, что поддержка такого человека как Зарецкий действительно значит многое. Они вновь замолчали стоило только Даниилу вернуться в комнату. В руках у парня было две бутылки пива и стакан с соком, который он протянул Мише, а пиво поставил на пол, после чего сел обратно на диван и просто молчал, смотря куда-то в стену и как будто бы игнорируя также молчавших Мишу и Максима. — Мир? — решился нарушить тишину Миша, выставляя правую руку вперёд и сжимая её в кулак, оставляя только мизинец. — Мирись, мирись и больше не дерись? Так ведь в детстве говорили? — Ты придурок, — тихо, но открыто рассмеялся Даня, при этом сплетая свой палец с пальцем Зареченкова и тем самым позволяя парню расслабленно выдохнуть. — Макс? — выгнул бровь Миша, с улыбкой смотря на замеревшего друга и, когда тот неуверенно соединил их пальцы, Миша вслед за Даней громко рассмеялся чувствуя, что да, действительно скучал по этим ребятам. По каждому из них. *** От Вани Олег вернулся в субботу в пять часов вечера. После пятничного вечера с утра жутко болела голова и за город они всё же не поехали, просто прогулялись по району, пообедали в небольшом уютном кафе и пообещав навещать друга почаще, Олег поехал к себе домой, так как уже к этому времени договорился встретиться с друзьями в девять вечера у Макса и наконец-то с ними поговорить. Поговорить нормально, не думая о непонятных отношениях с Ильей, своих страхах и прочей ерунде, которая последнее время постоянно преследовала Олега. И он понимал почему. Раньше он часто думал о том, что будет, если он начнет встречаться с Ильей. Радужных мыслей даже в то время было мало, но он даже подумать не мог, что всё будет настолько странно и непонятно. Да, он никогда не фантазировал о том, что с Шатовым ему будет просто. С учетом сложного характера Ильи и всех жизненных обстоятельств, через которые он прошел, думать о розовых пони и букетах цветов с этим парнем было бы очень глупо, но… Неужели Олег не достоин ничего больше кроме непонимания, вечного раздражения Ильи и просто присутствия этого парня рядом? Шатов позволял себя любить и, если сначала Олега это даже устраивало, то сейчас… После своего дня рождения парень считал себя самым счастливым. Илья целовал его сам, сам открыл ему душу и потом сам сказал своему брату о том, что встречается с Олегом. После того разговора с Юрой блондин чувствовал себя самым свободным человеком, он наконец-то не зацикливался на том, что подумает о нем Юра или еще кто-то, все мысли были заняты Ильей, который вроде как стал его официальным парнем и это было так здорово, что дышалось тяжело от всех переживаний и эмоций. Только реальность оказалась куда прозаичнее. Илья пришёл к нему на следующий день, сказал, что устал и хочет отдохнуть от Глеба, поэтому просто лег на кровать Олега и проспал до утра. Они почти не разговаривали, все его вопросы Шатов попросту игнорировал и лишь изредка целовал Олега в нос, говоря, что рядом с ним ему спокойнее. Это было безусловно приятно, но… Такое поведение немного обижало и разочаровывало. Да, Илья не подарок, конечно, но подобное отношение к человеку, которому ты сам открыл душу, которого ждал целый день и целовал настолько нежно, что плакать хотелось, было немного странным и явно непозволительным. По крайней мере, для Олега. А вот Илья, видимо, считал иначе. Он просто оставался рядом изо дня в день, при этом проводя с Олегом практически все время, что немного затрудняло встречи с друзьями, от которых Илья был явно не в восторге и понятно почему. Олег несколько раз пытался поговорить с Шатовым о Мише, но в ответ лишь получал раздраженный взгляд и уже ставшую привычным фразу: «Это не твое дело». Слишком уж много вещей было, в которые Илья просил Олега не совать свой нос и, если по началу блондин понимал его или пытался сделать вид, то по прошествии недели уже начал беситься лишь от одного вида вечно раздраженного и молчаливого Ильи. Да, брюнет ему до сих пор нравился и даже очень, но Олег понимал, что не хочет позволять никому над собой издеваться. Даже Илье. Вернее, тем более Илье. Именно поэтому они и поругались вчера. Олег наконец-то не выдержал и решился поговорить с Ильей, сказав ему, что скрывать от своих друзей он ничего не хочет. Но в ответ лишь получил насмешливое презрение и фразу о том, что отношений у них в общем-то нет. Это очень задело, потому что терпеть Олег мог долго и периодически позволял вытирать об себя ноги, но… Больше не хотелось, спасибо. Как ни странно, после разговора с Ваней он почувствовал себя лучше. Пускай они особо ничего и не обсуждали, но… После того, как Олег открыл кому-то свою душу, то посмотрел на себя как будто бы со стороны. И дышать стало сразу легче. А самое главное, благодаря этому вечеру Олег понял, что скрывать что-то от близких для него людей только потому, что его вроде бы парень не хочет с ними общаться, при этом игнорируя все разговоры и вопросы, отвратительно и глупо. Даня, Максим и Миша не заслужили такого отношения, не заслужили жить в неведении и поэтому обманывая их парень чувствовал себя ужасно. Да, Олег знал, что после того, как они поговорят все может стать еще хуже, но так хотя бы он будет знать поддерживают его самые близкие люди или нет. И уже будет легче, по крайней мере для него. Поднявшись на свой этаж, Олег замер, думая о том, что наступил день сурка и он снова видит сидящего на ступеньках Илью, который выглядит хмурым, усталым и явно кого-то ждет. Ждет его. Олега. Мысли о том, почему Шатов ему не позвонил и не написал, а сразу приехал сюда, Олег постарался отогнать подальше, потому что видеть этого парня всегда было приятно, даже несмотря на их странные отношения. — Привет, — устало улыбнулся Олег, открывая дверь в квартиру, — я тебя не ждал сегодня. Мне скоро нужно будет уехать, я собираюсь на встречу с друзьями. — Я ненадолго, — холодно ответил Шатов, проходя в квартиру в след за парнем и закрывая за ними дверь, — как раз пришёл поговорить об этом. — Ты голоден? — Олег не знал, что еще сказать или спросить. Говорить с Ильей до сих пор было странно и неуютно. И если когда-то с тем же Игорем он тоже чувствовал себя странно, но скорее от смущения, то здесь… Олег не знал, что к нем чувствует Илья, не понимал, о чем он думает и иногда, смотря в эти красивые холодные глаза, не видел ничего кроме пустоты. И от этого было больно. Кстати говоря, об Игоре. Олег сам не понимал почему до сих пор думает об этом парне с учетом того, что Игорь ему в общем-то не нравился, так как Илья. Просто… С этим парнем было легко общаться, Олег чувствовал себя важным, о нем заботились, с ним общались на равных и на него не смотрели презрительно и зло. И не то, чтобы Олег сейчас жалел о том, что выбрал именно Илью, а не Игоря. Просто… Все стало слишком сложно и последнее время реальность пугала Олега до чертиков. Он вспоминал время, проведенное с Игорем, вспоминал все подарки, их общение, тот вечер с Женей и Игорем и улыбался… А с Ильей. Вместо каких-либо воспоминаний были лишь холодные глаза напротив и разговоры о том, что все проблемы Ильи — это его проблемы. Не более того. Это раздражало, как и тот факт, что Илья снова написал Игорю, сообщив тому, что Олег занят и что Максименко пора закатать губу. Игорь ему не ответил, как и на сообщение Олега с извинениями, а блондину захотелось провалиться сквозь землю, потому что это было уже слишком. А если учитывать, как Олег об этом узнал… Ему не сказал Илья или Игорь, просто несколько дней назад написала подруга Игоря — Женя, заявившая, что если Олегу на Игоря плевать, то куда разумнее оставить его в покое, чем просить своего чокнутого парня сообщать об этом Максименко. После ее слов стало жутко стыдно и за Илью, и за себя, потому что это действительно было лишним. Именно поэтому Олег не нашел ничего лучше, чем просто извиниться за Илью перед ребятами, а еще возненавидел сам себя, потому что неосознанно обидел Игоря, так, как только недавно вспомнил про подарок, который парень оставил специально для Олега и, который блондин должен был забрать от Жени. И не забрал, полностью увлекшись отношениями с Ильей и совершенно забыв об этом. — Эй, Олег, — вывел Олега из своих мыслей немного раздраженный голос Ильи. — Извини, — очнулся парень, обратив свое внимание на стоявшего напротив него Илью, который внимательно смотрел на блондина и явно был взбешен тем, что его игнорируют. — Давай мы просто поговорим, и я уйду, если ты не особо рад меня видеть и летаешь в облаках, — холодно произнес Илья, проходя в комнату Олега и бесцеремонно садясь на диван, Олег с тяжелым вздохом молча последовал его примеру. — Мы уже вчера с тобой поговорили, — выдохнул парень, внимательно смотря на Илью, — и мне кажется, что сейчас это не лучшая идея. Потому что мы с тобой поругаемся, а я этого не хочу. — Когда Миша умер, я думал, что сойду с ума, — тихо начал Илья, при этом схватив Олега за ладонь и крепко сжав его пальцы в своих, — я не знал, как это пережить, не мог поверить в смерть еще одного дорогого мне человека и… Я возненавидел Мишу Зареченкова, возненавидел еще сильнее, чем своего отца, потому что, если отец отнял у меня маму еще в детском возрасте, то Миши я лишился в то время, когда уже начал отходить, когда посчитал что смогу быть счастливым, когда наконец-то обрел лучшего друга. И его отняли. Отняли, потому что какой-то ублюдок напился и не посчитал нужным вызвать такси, сел на свой мотоцикл и посадил вместе с собой моего друга, даже не подумав о том, что это может быть опасным. Да, я понимаю, что у моего Мишки была своя голова на плечах, но… Он был слишком наивным и слишком влюбчивым, всегда доверял людям и был оптимистом до мозга костей. Думаю, он просто ничего не боялся, даже не предполагал, что в этот вечер его не станет. И это ужасно. Ужасно осознавать, что я больше никогда его не увижу, не улыбнусь ему в ответ, не хлопну его по плечу… Я возненавидел твоего друга за то, что он лишил меня единственного лучика света. Я очень часто представлял, как отомщу ему, думал о том, что собственными руками сломаю ему шею, я действительно представлял, как убиваю его. И это приносило мне успокоение. Потом мы переехали в Москву, я нашел его, выследил его друзей, я знал всё о нем и о вас. И… Меня отпустило. Я не знаю, что именно повлияло на меня. То ли знакомство с тобой, а то ли осознание одного простого факта — мне не станет легче. Даже, если я уничтожу его, то всё равно буду помнить. Буду помнить о том, что Миши больше нет рядом. И опять же, своим поступком я сломаю жизнь его семье, его друзьям, тебе. Я просто осознал, что не могу стать таким же, как мой отец… Илья замолчал, после чего громко вздохнул и откинулся на подушки, закрывая глаза. Олег внимательно посмотрел на парня, пытаясь понять, о чем именно думает Илья, после чего все же решился и лег рядом, осторожно приобнимая Шатова за плечи и ощущая как болезненно сжимается собственное сердце. На душе было тоскливо и муторно, да, он жалел Илью и мог объяснить его поведение, но осознавал, что не позволит даже Илье причинить Мише боль. Конечно, друг был не святым и в свое время натворил множество ужасных вещей, но месть еще никогда и никому не приносила успокоения. И они оба это прекрасно понимали. — Всё будет хорошо, Илья, — стараясь успокоить парня, произнес Олег, — пожалуйста, не делай глупости. Я рядом. Ты не одинок, никогда больше не говори так. — Не верь тому, что они будут говорить обо мне, — тихо произнес Илья, переворачиваясь на бок и внимательно смотря на Олега, — никому не верь. Только мне, потому что… Я бы никогда не стал тебя использовать, чтобы сделать больно твоему другу. Просто верь мне, хорошо? — Илья… Шатов не дал договорить, просто притянул к себе Олега за шею и накрыл его губы своими, при этом даже не стараясь углубить поцелуй, лишь нежно облизывал его губы, прижимался как-то слишком трепетно и… Олег от этого плыл даже не предполагая, что такой парень как Шатов может быть настолько нежным и уязвимым. — Можно я тебе расскажу кое-что, но обещай, что ты потом не возненавидишь меня? — с мольбой в голосе попросил Илья, отрываясь от Олега и притягивая того к себе за талию. — Илья, я не понимаю тебя, потому что… Договорить Олегу парень снова не дал, просто приложил палец к его губам, уткнулся носом блондину в шею и продолжил: — В твой день рождения, до того как прийти к тебе, я встретился с твоим Мишей. И мы поговорили. Не очень удачно… Я повел себя как придурок, я был зол, поругался с Глебом, не понимал своих чувств к тебе и… Мне снова приснился Миша, который спрашивал меня почему я сдался. И… Это ужасно больно, понимаешь. Больно видеть человека, который убил твоего друга и ничего не делать. Но я перешел грань тогда. Я угрожал Зареченкову ножом и наговорил много всяких гадостей. Я понимаю, что повел себя отвратительно и у него есть право меня презирать, но я остановился и ничего не сделал плохого, потому что… Я боюсь тебя потерять. — Ты угрожал Мише ножом? — тихо переспросил Олег, чувствуя, как внутри него всё холодеет и рушится. — Ты… Ты ведь не… — Послушай, — Илья схватил Олега за руку и, крепко сжав её, заглянул парню в глаза, явно пытаясь найти там какие-то свои ответы, после чего продолжил: — я обещаю тебе, что не причиню боль твоему другу. И не потому, что я всё осознал, а просто… Ты мне дорог, и я не хочу тебя потерять. Я говорю это первый и последний раз и очень надеюсь, что ты меня поймешь. Только, пожалуйста, если я тебя разочаровал или еще что-то, то… Я могу просто уйти, не нужно читать мне нотации, просто выгони. — Илья, я не понимаю тебя, — честно признался Олег, — ты похож на психа, преследуя Мишу и угрожая ему. Он мой друг, я знаю, что он причинил тебе много боли, но… — Они в курсе нас с тобой, — резко перебил блондина Илья, — Глеб видел твоего друга Даню в клубе и будучи пьяным просто рассказал про нас, так что… Думаю, что встреча с твоими друзьями закончится тем, что они поставят ультиматум. Я не заставляю тебя выбирать меня, просто хочу, чтобы ты знал: иногда я делаю странные вещи, я часто злюсь, веду себя, как придурок и да, я ненавижу твоего Мишу. Но… Я никогда не сделаю тебе больно, я веду себя так холодно просто потому, что боюсь, боюсь того, что откроюсь тебе, а ты, как и все от меня отвернешься, решив, что я псих и моральный урод. Мне просто страшно, Олег и я не знаю, что будет с нами дальше. — Я всегда буду с тобой. Олег понимал, что не должен говорить этого, знал, что позже пожалеет о своих словах и осознавал, что решить всё с Мишей будет очень не просто, но также он знал, что сейчас нужен Илье, знал, что они оба нуждаются в друг друге и не был готов отказаться от Шатова, потому что понимал, что они друг для друга сейчас единственное и самое нужное лекарство. --- К друзьям Олег приехал ровно в девять вечера. Как оказалось Миша и Даня уже были у Максима, так как собрались они чуть раньше. И глядя на их взволнованные и хмурые лица, Олег понимал для чего и почему. Да, поговорить им явно стоило, только вот, как и с чего начать блондин не понимал совершенно, но знал — делать вид, что все по-старому уже не получится хотя бы потому, что у него дома сейчас спал Илья, который попросил остаться на ночь и обещал дождаться Олега. И эта мысль грела душу, ведь впервые в этой маленькой холодной квартирке его кто-то ждал. — Ну наконец-то мы все вместе, — расплылся в улыбке Даня, схватив его за руку и потащив за всеми остальными в гостиную, после чего усадил на угловой кожаный диван и сел рядом, при этом не сводя внимательного и настороженного взгляда с блондина. — Боже, не смотри так на Олежу, — усмехнулся Миша, закатив глаза, — ты слишком напираешь, Звягинцев. Всё хорошо, угомонись. Мы еще успеем поговорить. — Но я… — Может быть, в футбол порубимся или по телику его посмотрим? — улыбнулся Макс, явно решив разрядить обстановку. — Олежа, бери пиво и расслабься, тебя никто не съест, ты какой-то слишком уж напряженный. — Ребят, нам просто нужно поговорить, потому что сейчас напряжение, между нами, можно разрезать ножом, — всё же решился начать Олег, наблюдая за тем, как меняются лица ребят, превращаясь с наигранно-расслабленных в напряженные. — Олег, мы можем отложить этот разговор и просто… Блондин не дает Дане договорить, он лишь набирает в легкие больше воздуха и говорит то, что должен был рассказать друзьям в самом начале: — Мне очень нравится Илья Шатов. Тот самый, который… Который достает тебя, Миша. — Олег, мы знаем, — кивнул Миша, хмуро смотря на друга, — именно поэтому я хотел рассказать тебе о том, что… — Илья сказал мне, что случилось, — тихо выдал парень, внимательно смотря на Мишу и очень боясь его реакции, — я понимаю, как это всё выглядит со стороны, но… Он не хотел причинить тебе боль. Ему просто тяжело пережить все это. — Ты серьезно? — выгнул бровь Даниил, а Олег лишь сжался внутри, потому что именно этого он и боялся — вмешательства Дани. Он знал, что этот разговор будет тяжелым и больше всего переживал вовсе не за реакцию Миши, который за последнее время морально вырос и даже на историю с Ваней отреагировал спокойно, а именно боялся за то, как поведет себя Даня, который по-прежнему оставался взбалмошным, эмоциональным и импульсивным. — Дань, не влезай, — к всеобщему удивлению произнес Миша, — это наше с Олегом дело, правда. И я думаю, что поговорить об этом мы должны без твоего вмешательства. Он тебе всё рассказал? — Я знаю про нож, — шепотом произнес Олег, не в силах сделать свой голос чуть громче, — и я в курсе, что Глеб говорил с тобой, Даня. Повисло напряженное молчание. Олег переводил взгляд с одного друга на другого и пытался понять, что они сейчас чувствуют. Смотрел на задумчивого тихого Мишу, на молчаливого Макса, на нахмуренного Даню, смотрел и понимал, что просто не может их сейчас так глупо потерять. Но также он знал одно — потерять Илью он точно не сможет, потому что после всего того, что Шатов ему сказал, после их откровений… Он просто не сможет взять и вот так просто бросить человека, который ему открылся, ведь со стороны Ильи это будет выглядеть как самое настоящее предательство и потеря. Еще одна… — И что ты об этом думаешь? — осторожно спросил Миша, явно также думая о чем-то своем и взвешивая каждое произнесенное им слово. — Я очень вас люблю, — выдавил из себя улыбку блондин, — я знаю, что вы за меня беспокоитесь и понимаю, что со стороны может выглядеть будто бы Илья пытается быть ближе ко мне специально, чтобы как-то задеть тебя, Миша, но… Я хочу, чтобы ты знал — ему также больно, как и тебе. Как всем нам. Миша был его единственным другом, он потерял маму, потерял отца, бабушку, у него сложные отношения с братом и Миша был его единственной отдушиной. Он частично понимает, что в этом есть и вина его лучшего друга, но… Ему сложно просто смириться с этим. И знаете, я могу его понять, потому что… Это действительно страшно, страшно взять и лишиться единственного родного для тебя человека. Но мы с ним поговорили и… Он обещал прекратить тебя преследовать. — И ты ему веришь? — насмешливо и как-то зло произнес Даня. — Да, я ему верю, — кивнул Олег, — как и всем вам. Потому что нужно доверять тому, кто тебе дорог. Они снова замолчали. Максим просто смотрел куда-то в стену, Даня нервно щёлкал пальцами и явно еле сдерживал себя, чтобы не нарушить тишину первым, а Миша просто сидел, задумчиво смотрел на блондина и думал о чем-то своем. — Если он тебе нравится, то я не имею права запрещать тебя встречаться с ним, — снова первым нарушил тишину Миша, при этом смотря не на Олега, а куда-то в бок, — да, мне не нравится Илья, но если ты веришь в него, то… Я в тебя тоже верю. Только обещай, что если он сделает тебе больно или будет тебя обижать, то ты скажешь нам об этом. — Мы иногда слишком зациклены на себе, но мы до сих пор друзья, — тут же подхватил Макс, чем вызвал на губах у Олега улыбку. Всё оказалось слишком просто. Он очень многое себе напридумывал, представлял сколько будет споров, скандалов и истерик, а реальность оказалась такой… Его просто приняли, не смотря на недоверие, недопонимание и все те проблемы, которыми они были окружены и через которые им предстояло пройти. Но теперь Олег был уверен, что он справится, потому что рядом с ним были самые близкие и родные люди, понимающие его не смотря на разногласия, а дома его ждал тот, кто наконец-то смог открыться и довериться ему и кого Олег обещал беречь. А это значило действительно многое.