Слухи не врут

Любить — это так глупо, всё получилось не так, как хочется. Лезут холодные, скользкие щупальца в мир одиночества. Калечат и ранят, и сердце сжимают вежливой ложью, Но мы же не станем холодными, скользкими тоже. Кто-то мчался, падая с ног, плыл против течения, ехал на красный. Просто чтобы сказать, что всё будет хорошо, что всё не напрасно, Но ошибся дорогой, и не рассчитал траекторий полёта. И мне снова приходится быть для тебя этим «кто-то». ©

Олег сидел на стареньком скрипучем диване в своей комнате, сжимал в руках телефон и внимательно вглядывался в фотографию того самого человека, которого уже давным-давно пообещал сам себе отпустить, но до сих пор так и не смог, отчаянно цепляясь за воспоминания о нем, прокручивая в голове все те моменты, когда они были вместе и думая над тем, что он сделал не так. Когда именно он ошибся? И почему, та самая наивная и до ужаса неправильная первая влюбленность, переросла в нечто черное, мерзкое и душащее его изо дня в день все сильнее и сильнее? Но ответов на свои вопросы Олег получить так и не смог. Сколько бы он не вглядывался в фотографию, но Илья, смотрящий с нее в упор своими синими яркими глазами, искрививший тонкие губы в привычной ядовитой усмешке, не отвечал ему. Да и никакого ответа от него уже давно и не требовалось никому, тем более самому Олегу. Он ведь прекрасно знал, что дело далеко не в Илье, вернее не только в нем. Если бы Шатов видел в блондине кого-то большего, чем просто свою жилетку или наивного мальчика, у которого можно было переночевать и тем самым спрятаться от брата, от своих собственных страхов и проблем, то, возможно, Олег бы боролся за него и за их отношения. А так… Их совместное будущее изначально было обречено на провал. Илья не любил его. Олег это понял практически сразу же, но до сих пор так и не смог принять. Он слишком долго холил и лелеял в себе то чувство, которое теперь не давало ему спокойно жить, отпустить Шатова и существовать дальше по отдельности. Жалость к самому себе, помешанная с терпким привкусом одиночества — это та самая зараза, что сейчас сидела рядом с ним, держала парня за руку и заставляла Олега раз за разом прокручивать в голове свои первые и до ужаса провальные отношения. Самое грустное и смешное в этом всем, что Олег прекрасно понимал — с ним что-то не так. Он знал, что не должен убиваться по тому, кого даже не любил настолько сильно, насколько это возможно, он осознавал, что потеря Ильи больше связана с одиночеством и страхом остаться одному, чем с реальной потерей любимого человека. Только вот переступить через себя и отказаться от всего этого было куда сложнее, чем казалось изначально. Однако, он это сделал, по крайней мере, он попытался. И уже не так важно насколько больно ему было, когда он увидел фотографию Игоря вместе с Ильей, не так важен тот самый разговор с Максименко, когда Олег настороженно смотрел в чужие глаза и видел там тоже самое, что когда-то так открыто читал в своих собственных глазах — видел интерес к тому, кто теперь уже был не его «парнем», а кем-то чужим и далеким, тем, на кого Олег точно не мог претендовать. Именно поэтому он позволил себе отпустить Илью и дать тому возможность сделать свой выбор. И плевать, кто именно станет тем самым «выбором» Шатова: Игорь, его бывший или кто-то другой. Теперь это не имело никакого значения, как и присутствие Игоря рядом, который явно смущался своей собственной симпатии к Илье, что Олег так открыто читал в его глазах и, который безумно неловко чувствовал себя рядом с блондином, что улыбался ему в ответ и делал вид, что все просто прекрасно. Олег не имел никакого права ревновать их друг к другу, запрещать парням видеться или каким-то образом злиться на Игоря за то, что он решил стать для Ильи куда ближе, чем теперь был Олег. Да, когда-то Максименко говорил, что может быть этим самым «близким» для самого Олега, но опять же, разве теперь это имело значение? Совершенно точно, нет. Олег сделал глубокий вдох, откинул телефон в сторону и подошел к зеркалу, понимая, что уже совсем скоро ему нужно выходить из дома на встречу с Женей, Альбертом и его друзьями, на которой Олег сам настоял, встретив парня в клубе. Но сейчас он смотрел на свое хмурое, потерянное и серое лицо и при этом думал, что совершенно не готов. Ни к чему. Почему он решил, что имеет право снова впутывать в это Женю, что и так старалась для него по полной, а в итоге получила лишь тонну негатива и яда в свой адрес? Почему он должен напрягать из-за этого Альберта, которого сам же и отшил, при этом сейчас используя парня для примирения с Женей, что пускай и согласилась на встречу, но при этом отвечала парню холодно и сухо, явно не желая идти с ним на контакт и окончательно мириться? Почему он вообще решил, что имеет право портить своим присутствием кому-то жизнь? Неужели истории с Ильей и Игорем было мало? — Просто прекрати ныть и иди дальше, — сам себе сказал Олег, стараясь не реагировать на свое лицо в зеркале, что теперь казалось ему еще более серым, исхудавшим и совершенно отвратным. Наверное, корень проблем заключался именно в этом самом лице и в этом самом теле. Если бы он был таким же, красавчиком как Максим или настолько же харизматичным, как Даня, то явно бы не стоял в своей комнате, не смотрел в зеркало и не видел в нем того лица, от которого отчаянно хотелось сбежать, пускай даже спрыгнув с крыши, лишь бы не видеть серые глаза, серую улыбку и совершенно серого себя. Интересно, что в нем когда-то увидел Юра, чем он смог зацепить такого шикарного парня, как Игорь, которого, к слову, сам же и упустил и главное, на кой-черт он теперь сдался этому придурку Альберту? Ответа на свои вопросы Олег так и не нашел, именно поэтому просто усмехнулся тому бреду, что лез в его голову, взял свой телефон с дивана, после чего вышел в прихожую, быстро обулся, накинул на шею серый шарф и такого же цвета пальто, при этом думая, что этот цвет олицетворяет не только его внешность, фактуру и все то, что в его душе, но и вообще его собственную жизнь от рождения до сегодняшнего дня. — Если сегодня все снова пойдет по пизде, то попрошу у Орловского номер его психиатра, — произнес в пустоту Олег, выходя из квартиры и размышляя о том, что у него окончательно поехала крыша, раз он снова думает о том, что ему нужна помощь и раз ему доставляет такой кайф ругаться матом в разговоре с самим собой. Когда он пришел в кафе, то к своему собственному разочарованию обнаружил там четверых парней, что сидели за большим столом на диванчиках и что-то увлеченно обсуждали. Жени рядом с ними не было, от чего Олег скривился и подумал о том, что сначала стоило позвонить подруге, спросить где она и лишь после этого заходить в кафе. Но теперь давать задний ход было уже поздно, Саша увидел его и активно замахал руками, от чего сидящие спиной к выходу Денис и Альберт синхронно обернулись, сталкиваясь взглядами с растерянным и немного испуганным Олегом. Честно говоря, сейчас парень не чувствовал и ни капли уверенности и смелости, что была у него в пятницу, когда он решился подойти к Альберту и даже сам захотел позвать его на эту встречу для того, чтобы наконец-то отпустить и закрыть очередную дверь, а не обходить ее, как он делал это раньше. Пускай и было страшно, но пришла пора становиться смелее и взрослеть. Как бы ему и не хотелось обратного, но вновь убегать в свою берлогу, закутываться в одеяло словно в кокон и жалеть себя было бы слишком глупо. По крайней мере, теперь Олег это прекрасно понимал, что уже означало пройденную половину пути к более-менее счастливой жизни, осталось только понять в каком именно направлении ему двигаться. — Привет, — хрипло поздоровался Альберт, внимательно глядя на парня и пропуская его на диванчик между собой и насмешливо на него глядящим Денисом. — Всем добрый день, — холодно ответил Олег, при этом с недовольством усаживаясь посередине между Денисом и Альбертом и думая о том, что он бы лучше сел с более-менее приятным ему Сашей и привычно хмурым Ильей, нежели с этими двумя придурками. — Добрый день, — закатил глаза Денис, громко фыркнув, — еще бы добавил «дамы и господа». — Среди вас есть дамы? — выгнул бровь Олег, с вызовом смотря на тут же вспыхнувшего от злости блондина. — Эй, Дэн, ну хватит, мы только встретились! — шикнул на друга Саша, при этом открыто и тепло улыбаясь, от чего Олег подумал, что этот парень единственный, кто ему приятен в данной компании. — Привет Олежа, я рад тебя видеть! — добавил русоволосый, протянув блондину руку, которую тот не с большим удовольствием, но все-таки пожал. — Где твоя подружка, очкарик? — не унимался Денис, заставив Олега громко фыркнуть и раздраженно выгнуть бровь. Как такое вообще возможно? Он всегда считал себя самым спокойным человеком, по крайней мере, среди своих друзей его мало кто мог вывести из себя, даже эгоист Максим или безумно шумный Даня не действовали на него так раздражающе, как каждый из парней, что сейчас сидели рядом с ним и смотрели на него с явным интересом и насмешкой, от чего Олегу отчаянно хотелось плюнуть в лицо каждому, пожалуй только кроме Саши, а в Дениса и Альберта даже дважды. — С учетом того, что я сегодня без очков, твоя реплика очень остроумная, — улыбнулся Олег, глядя прямо в глаза явно недовольному его присутствием Денису, — но ты прав, Жене позвонить действительно стоит. Олег не стал дожидаться чужих комментариев, а просто достал из кармана телефон, нашел в списке контактов номер подруги и быстро его набрал, слушая длинные гудки и с раздражением думая о том, почему он банально не догадался опоздать также, как это сделала Женя. — Привет, Женя! — громко произнес Олег, услышав в трубке заветное: «Да», — ты скоро будешь? Мы ведь договорились на три часа, все уже в сборе. Ждем только тебя. — Извини, но я передумала, — раздался насмешливый голос Жени, — решила не приходить. — Ты серьезно? — горько улыбнулся Олег, чувствуя, как у него внутри все крошится на мелкие части. — Могла бы хотя бы предупредить об этом, ты ведь знаешь, что… — Олег замялся, поймав на себе настороженные взгляды парней, но все же решил продолжить: — мне не очень приятно находиться здесь без тебя. Тем более, пришел Денис, он был готов перед тобой извиниться. — Что я знаю, Олежа? — раздался в трубке холодный голос подруги. — И что я должна знать? То, что ты до сих пор трусишь и боишься признать самого себя? Или то, что ты можешь запросто обидеть и оттолкнуть от себя людей, которые тебя любят и пытаются тебе помочь? Ты сам должен вылезти из своего кокона, сам должен понять, кто ты и чего ты хочешь, понимаешь? Ты не должен для этого использовать меня, Игоря, Альберта и кого-то еще. Просто вырасти, Олег. И, пожалуйста, прекрати себя жалеть. Это ужасно бесит. Я не пришла не потому, что на тебя обижена, а потому что не хочу потакать твоим желаниям и капризам. В этом мире не все будут идти у тебя на поводу и терпеть твои выходки. Понимаешь это? А по поводу Дениса, передай ему, что он мудак. — Я тебя понял, Женя, пока, — горько улыбнулся Олег, после чего тут же сбросил звонок и судорожно вдохнул терпкий воздух, наполненный запахом кофе и свежей выпечки, что витал в кафе и немного успокаивал готового прямо здесь расплакаться парня. Конечно же, он знал, что Женя права и прекрасно понимал, как сильно он не так давно обидел девушку, которая действительно хорошо к нему относилась и хотела ему помочь. Но от осознания её правоты лучше парню не было. Сейчас Олег чувствовал себя как будто бы преданным. Он действительно хотел что-то поменять в своей жизни, он сам назначил эту встречу, сам пригласил Женю и очень надеялся на то, что она поможет ему сделать первый шаг. Но что в итоге? Он снова должен бороться сам. Один. — Все в порядке? — осторожно спросил Альберт, внимательно глядя на притихшего и вмиг погрустневшего Олега. — Да, — кое-как взяв себя в руки ответил блондин, понимая, что он не имеет никакого права показывать свою слабость перед этими людьми, — просто Женя не придет, у нее появились кое-какие дела. Так что, извините. — Даже она тебя кинула, — тут же оскалился Денис, за что был награжден двумя уничтожительными взглядами — от Альберта и Саши, — ладно, ладно, я просто неудачно пошутил. Так даже лучше, мне хотя бы не придется делать вид, что я раскаиваюсь за то, что наговорил ей. Кстати говоря, я даже не помню, какую именно чушь тогда сморозил. — Ты невыносимый идиот, — закатил глаза Илья, что сидел рядом с Сашей и меланхолично взирал на сидевшего напротив Дениса. — Эй, конечно, очень жаль, что твоя подруга не пришла, — подал голос Саша, явно обращаясь к Олегу, — я бы хотел с ней познакомиться. Но неужели тебе настолько сильно не комфортно с нами, что твое настроение из унылого превратилось в какое-то совсем похоронное? — Честно говоря, да, — не стал юлить Олег, понимая, что сам себе обещал быть честным, сильным и смелым и, наверное, первый раз в жизни желая это самое обещание сдержать, чего бы ему это не стоило, — мне не очень приятно находиться в вашей компании. И я бы хотел уйти. — Ты серьезно? — выгнул бровь Альберт, при этом намеренно толкнув Олега плечом и наградив парня раздраженным уничижительным взглядом. — Если так, то уебывай. Кто тебя здесь держит-то? — Я обещал тебе, что проведу с вами этот день и тем самым, мы будем квиты, — усмехнулся Олег, при этом чувствуя странный прилив сил и энергии, что давали ему эти бессмысленные и глупые перепалки с брюнетом. — Может быть, вы перенесете свою семейную ссору и мы уже закажем что-нибудь пожрать? — раздраженно шикнул на них привычно недовольный Денис. — Я сдохну от голода быстрее, чем вы закончите свои разборки. — Да, Дэн, ты прав, — кивнул Альберт, при этом позволив себе улыбнуться, — знаешь что, Олег, если ты хочешь уйти, то вали, тебя никто не держит. Но если хочешь испытать что-то новое, то останься. Мы не такие плохие, как тебе кажется. — Воу, ты даже меня заинтриговал, — усмехнулся Денис, листая меню, — и, кстати, Алик, раз уж мы все из-за тебя приперлись сюда, то ты платишь. — Я сочувствую всем девушкам, с которыми ты встречаешься, — закатил глаза Альберт, заставив Олега немного расслабиться. Да, компания парней ему была явно неприятна и без Жени он чувствовал себя не в своей тарелке, но тем не менее, он сам этого хотел. Он сам подошел к Альберту в клубе, сам согласился на встречу с ним и только он сам был виноват в том, что Женя не пришла в кафе, решив нарушить данное ей обещание и тем самым, проучить Олега, который без нее чувствовал себя рядом с этими ребятами еще более жалким и потерянным. Но, может быть, именно эта встреча и должна была состояться сегодня? Без Жени и без кого-либо еще. Только он, люди, которые его бесят и собственные страхи, предрассудки и одиночество, что раз за разом душили парня, заставляя его убегать от каждого, кто проявлял к нему хоть какой-то интерес от симпатии до агрессии. Да, безусловно, бегать и прятаться было куда проще, но сейчас, сидя рядом с этими парнями и слушая их дружескую перепалку, Олег впервые понял, что устал бегать. И не только от самого себя, но и от всех тех людей, которые когда-либо пытались его догнать. — Слушай, Олег, — внезапно произнес Саша, при этом смотря на блондина совершенно серьезно, без намека на улыбку. Подобное, честно говоря, немного напрягало, ведь именно этот парень был единственным, кто с первого взгляда показался Олегу самым адекватным из их компании. Саша выглядел спокойным, добрым и милым парнем, он постоянно улыбался, шутил и, наверное, только рядом с ним Олег бы смог по-настоящему расслабиться, чего в компании недовольного Дениса, хмурого Ильи и раздражительного Альберта не получалось вовсе. Однако даже Саша сейчас выглядел сосредоточенным и серьезным, что достаточно сильно напрягало и без того расстроенного Олега, что сидел рядом с ними, но мечтал побыстрее сбежать и утешал себя одной единственной мыслью — он просто исполнит договоренность и они больше не встретятся. — Что такое? — хрипло произнес блондин, очень надеясь, что его голос не звучит жалко и потерянно. — Я, конечно, понимаю, что тебе не нравится наша компания, — усмехнулся Саша, — тем более, твоя подруга не пришла и ты чувствуешь себя еще большее не ловко, но поверь, мы совсем не кусаемся и не хотим тебя обидеть. Признаю, в клубе при первой встрече мы вели себя как придурки, но мне кажется, что есть еще шанс все это забыть и начать сначала. Как думаешь? Мы можем оказаться не такими плохими, как тебе кажется. — И к чему это все? — выгнул бровь Олег, заставляя самого себя набраться смелости и снова противостоять им. Как бы там ни было, но не хотелось быть потерянным и испуганным даже после того, как Женя оставила его одного. Подругу винить не было смысла, потому что виноват в его проблемах был один единственный человек — он сам. — Просто ты нравишься этому придурку и он заставил нас притащиться сюда, — оскалился Денис, кинув насмешливый взгляд на побледневшего Альберта и тем самым, заставив Олега усмехнуться. Не то, чтобы подобные слова удивляли Олега. Альберт изначально не ходил вокруг да около и сразу же сказал, почему именно он к нему цепляется. Однако, одно дело это услышать от виновника всех проблем Олега за последнее время и совсем другое — вот так, сидя в кафе, от его друга, который, к слову, тот еще придурок. — Дэн, ты самоубийца? — маниакально улыбнулся Альберт, не мигая глядя на блондина, что в свою очередь не стушевался и не дрогнул, просто показал брюнету средний палец, кинул насмешливый взгляд на притихшего Олега и снова уткнулся в меню, тем самым давая понять, что разговор закончен. Как ни странно, но подобная ситуация немного разрядила обстановку и Олег даже позволил себе подумать о том, что эти ребята действительно не такие плохие, какими показались изначально. Кроме того, тогда в клубе они с Ваней сами навязались этим парням и тоже вели себя как полные придурки, поэтому, наверное, они квиты. Мысли о Ване заставили Олега вздрогнуть и немного помрачнеть. Блондин не знал, почему именно, но около суток Ваня не появлялся в сети и это, честно говоря, немного напрягало. Еще вчера друг сам написал ему и предложил встретиться, а теперь пропал, не отвечал на сообщения и звонки, от чего Олег немного нервничал, но старался сильно себя не накручивать, понимая, что Ваня наверняка просто отсыпается после двух рабочих дней и обязательно перезвонит ему или напишет, когда посчитает нужным. — В общем, что я хотел сказать, — снова подал голос Саша, заставив Олега выплыть из своих мыслей, — не слушай придурка Илью и не обращай внимания на то, что Алик сейчас такой колючий, он просто стесняется… — Саша, блять, — шикнул на друга Альберт, который заметно нервничал и наверняка уже пожалел о том, что позвал с собой друзей, которые своими словами убивали его все сильнее и сильнее, но при этом заставляли Олега немного расслабиться и даже мимолетно улыбнуться. — Будем считать, что у нас перемирие, — сдался Олег, понимая, что он явно сейчас находится не в том положении, чтобы спорить и ругаться с ними. Да и какой в этом смысл? Он сам подошел к Альберту, который, кстати говоря, сдержал свое слово и после той вечеринки у Макса вообще его не трогал, он сам настоял на этой встрече и сам принял правила игры. Кроме того, в том, что Женя его подставила и не пришла, виноват тоже только он, поэтому сейчас совершенно точно не хотелось в очередной раз жевать сопли, жалеть себя или ругаться с теми, с кем он здесь сидел. В любом случае, пускай это самое время, что они проведут вместе, Олегу не получится отправить в копилку своих лучших воспоминаний, но так он хотя бы усвоит хороший жизненный урок и преодолеет очередной рубеж, мешающий ему спокойно жить дальше. — Если так, то заказывай себе обед, — подал голос молчавший до этого Илья, — и не стесняйся, Алик угощает. Он у нас не так давно закрыл крутой проект, поэтому пусть раскошеливается. — Вы точно вгоните меня в гроб, — застонал сидящий рядом Альберт, но при этом открыто улыбнулся, тем самым, заставив Олега, заметить, что нервничал и чувствовал себя не в своей тарелке не только он один. — А кем ты работаешь? — решил поинтересоваться Олег, понимая, что он совершенно ничего не знает об этом парне. Не то, чтобы ему было интересно, но спросить хотя бы ради приличия явно стоило. — Я учился на архитектора, — сухо произнес Альберт, заставив блондина недоуменно выгнуть бровь, — работаю дизайнером интерьера, проектирую богатеньким папикам и их девушкам уютные гнездышки. — Так что если что, обращайся к Алику, он и тебе обустроит уютное гнездышко, — хохотнул Денис, открыто глумясь над своим другом, — насчет денег не переживай, отдашь натурой. — По себе судишь, да? Для тебя это самый простой способ оплаты? — не остался в долгу Олег, понимая, что сдерживаться при ядовитых и мерзких репликах этого белобрысого мудака он точно не должен. — О да, в самое яблочко, — рассмеялся Илья, заставив Олега недоуменно выгнуть бровь, потому что, за все время их знакомства до сегодняшнего дня, он не видел, чтобы этот парень вообще улыбался, — Дэн у нас та еще шлюшка. — Да пошли вы, — фыркнул Денис, при этом театрально надув губы, — кстати, Алик, а где дружок Олега? Ты ведь его тоже звал. Он же сказал, что придет или я что-то путаю? Олег резко дернулся и повернул голову в сторону Альберта, что замер на одном месте и не мигая смотрел на побледневшего Дениса, который явно понял, что сказал что-то не то, но свои слова забрать обратно уже не мог. — В смысле? — выдавил из себя Олег. — Ты позвал Ваню? — Я… — Альберт сделал глубокий вдох и молча кивнул, понимая, что скрывать правду уже бессмысленно. — Я хотел сделать тебе сюрприз и пригласил Ваню тоже. Тем более, перед ним мы не меньше виноваты, чем перед тобой. Я написал ему вчера Вконтакте, попросил составить нам компанию и он согласился. Позже я скинул ему время и адрес, он пообещал прийти, но сегодня не отвечал на мои сообщения. Я не стал тебе говорить об этом, побоялся, что тебя это расстроит. Повисла напряженная тишина. Олег просто сидел, молча смотрел куда-то в стену и осознавал, что он ни черта не понимает. Какого черта вообще происходит? Зачем этот придурок Альберт пытался достать не только Олега, но еще и Ваню? Для чего друг согласился на эту встречу и почему не пришел? А самое главное, куда он пропал?! — Я отойду ненадолго, — хрипло произнес Олег, поднимаясь своего места и набрасывая на плечи куртку. — Ты куда? — тут же напрягся Альберт, недоверчиво, но при этом обеспокоенно глядя на выходящего из-за стола блондина, что жестом попросил его встать, вылез из-за стола и направился к выходу из кафе, оставив вопрос парня без ответа. Да, он понимал, что это не совсем правильно и осознавал, что не имел никакого права так себя вести, но сейчас даже желания не было задумываться над всем этим. В груди закололо, а в горле образовался неприятный ком из беспокойства и его собственных страхов, мешающий спокойно дышать. Олег до последнего не хотел себя накручивать, но сейчас он понял, что явно что-то случилось. Ваня не мог просто так внезапно пропасть и не выходить в Сеть, не мог не прийти в кафе и пропустить такое веселье, а самое главное — он просто не мог подорвать доверие Олега снова, ведь он был его лучшим и единственным другом. Почему-то в голове вспыли воспоминания о том, каким когда-то давно пришел к нему Ваня, после того как сбежал из дома. Его тогда избил собственный отец, заставив парня покинуть зону комфорта, скитаться по знакомым, а позже и пойти работать, чтобы хоть как-то себя обеспечить. А что если этот самый отец не оставил его в покое и теперь нашел Ваню? Олег нервно выдохнул, сделал глубокий вдох и вновь набрал номер друга, слыша длинные гудки и нервничая еще сильнее. Ответа не последовало, именно поэтому Олег написал сразу три сообщения, а после вновь набрал Ваню. Потом снова, снова и снова. Но ответ был один — тишина. — Черт, — Олег нервно закусил губу, сделал глубокий вдох, открыл список контактов, нашел номер Юры и тут же нажал на вызов. Пускай с этим парнем совершенно не хотелось разговаривать, да и вряд ли он мог помочь, но Юра был начальником Вани и теоретически он мог что-то знать. По крайней мере, этот человек оставался единственным шансом Олега узнать все вот так просто. — Да, — хриплый и уставший голос Юры заставил Олега вздрогнуть и напрячься, тем самым немного теряясь и не находя нужных слов, чтобы начать этот разговор, — алло, Олежа, ты чего звонишь? — Привет, Юра, — выдохнул блондин, понимая, что молчать больше не имело смысла, — извини, что я тебе беспокою, но… Ты случайно не знаешь, где Ваня? Он вчера на работе не говорил, какие у него планы? Просто он не отвечает на звонки и я немного волнуюсь. Думаю, поехать к нему, но боюсь не застать его дома или разбудить. — Блять! — ругательство от Юры было неожиданным и пугающим одновременно, от чего Олег вздрогнул, а после нахмурился, заметив подошедшего к нему Альберта, что вышел из кафе в одной рубашке и настороженно смотрел на замершего напротив блондина. — Что такое, Юра? — тут же нахмурился Олег, по тону парня понимая, что здесь явно что-то не так. Альберт, услышав имя незнакомого для себя человека, тут же напрягся, внимательно посмотрел на Олега, а после усмехнулся — точно также как, когда увидел Шатова когда-то в клубе и после этого назвал Олега шлюхой. От подобного пренебрежения тут же стало неприятно, но сейчас парень решил не зацикливаться на этом, понимая, что судьба Вани ему куда важнее, чем мнение какого-то самодовольного придурка. — Олежа, извини меня! — раздосадованно произнес Юра, заставив блондина нервничать все сильнее и сильнее. — Я настолько сильно ахуел со случившегося, что совершенно забыл тебя предупредить. — С ним что-то случилось, да? — сипло спросил Олег, чувствуя, что земля уходит из-под ног. Пускай он и не очень хорошо знал Юру, но этот парень всегда старался быть максимально вежливым, милым и спокойным рядом с ним, поэтому подобный тон заставлял Олега нервничать и переживать. — Ты только не бойся за него сильно, хорошо? — каким-то странным голосом произнес Юра. — В общем… Ваня в больнице сейчас. У него ножевое ранение, но жизни ничего не угрожает, он просто… — Что? В смысле ножевое ранение? Как он? Почему ты рядом с ним? Почему не позвонил мне сразу, почему ты… — Олег резко замолк, задыхаясь от своих собственных слов и практически был готов осесть на землю от шока и страха, если бы не сильные руки Альберта, что успел его подхватить и осторожно обнял за плечи, тем самым как будто бы дав растерянному и испуганному Олегу опору и защиту, — Юра, я ничего не понимаю, что случилось? — Он нормально себя чувствует, не нервничай, — постарался успокоить парня Юра, — ранение прошло по касательной и с ним все будет хорошо. Я сейчас в больнице. Приезжай тоже, если хочешь. Я скину тебе сообщением адрес и номер палаты. Извини, что не позвонил сразу, я был в таком шоке, что свое имя почти забыл. Его мобильный остался в квартире, поэтому я не мог ответить на звонок, а Ване не до этого сейчас, сам понимаешь. — Как это случилось? — хрипло спросил Олег, стараясь успокоиться, но при этом не желая отталкивать от себя стоящего позади Альберта, что крепко его держал и тем самым, давал ощущение спокойствия и умиротворения. — Олег, давай при встрече, — устало ответил Юра, — просто приезжай быстрее, он будет рад тебя увидеть. — Да, я скоро буду! Жду адрес! — выкрикнул в трубку Олег и тут же отключился, понимая, что его посиделки в кафе закончились достаточно быстро, как он и планировал, только жаль, что такой ценой. — Что случилось? — нахмурился Альберт, выпускай Олега из своих объятий и разворачивая парня к себе лицом, от чего блондин скривился, с ужасом понимая, что без чужих рук на своих плечах стало пусто и неуютно. — Ваня… Он получил ножевое ранение, — пролепетал Олег, еле-еле подбирая нужные слова, — он сейчас в больнице. Я должен его навестить. Мне нужно уехать сейчас! Извини, что так получилось, но… — Эй, не извиняйся, слышишь? — непривычно мягким тоном произнес Альберт, настороженно глядя на паникующего Олега. — Подожди меня минуту, хорошо? Я скажу парням, что мы уходим, заберу свои вещи и отвезу тебя в больницу. Я на машине. — Но… — такого поворота Олег точно не ожидал, но, честно говоря, возражать категорически не хотелось, не смотря на нелюбовь к этому парню и свои собственные принципы. — Никаких «но», — шикнул на него брюнет, — ты себя видел? Сейчас в обморок грохнешься прямо здесь! В общем так, просто стой и жди меня, я быстро! Олег молча кивнул, не в силах сопротивляться и при этом осознавая, что сейчас предложение Альберта даже не казалось чем-то раздражающим. Как бы там ни было, но Альберт не издевался над ним и совершенно точно беспокоился за парня, более того, желал ему помочь. Денег на такси у Олега все равно не было, а как он в таком состоянии поедет в метро блондин даже и не представлял, именно поэтому молча кивнул и не читаемым взглядом проводил спину убежавшего обратно в кафе Альберта, при этом совершенно неожиданно думая о том, что первое впечатление об этом парне действительно было обманчивым. *** Максим проснулся от странного, но приятного ощущения губ на своей шее, которые осторожно прикусывали кожу, а потом тут же нежно её зализывали, тем самым пуская по телу парня толпы мурашек, что собирались в один большой ком где-то внутри него и все вместе пищали от нереальности происходящего, до сих пор не веря в то, что рядом лежит не какой-то парень из клуба, не тот, с кем Максим решил забыться в пьяном угаре, не его очередная и провальная попытка начать хоть какие-то серьёзные отношения с кем-то другим, а тот самый Даниил Звягинцев. Его Даня. — И что ты делаешь? — хрипло спросил Максим, потирая сонные глаза и насмешливо глядя на хитро улыбающегося ему Даню, что тут же поднял голову, каким-то странным нечитаемым взглядом посмотрел на парня, а после снова припал к его губам, даруя ещё не до конца отошедшему ото сна Максиму ощущение полной эйфории и нереальности происходящего. — Доброе утро, соня, — улыбнулся Даня, отрываясь от его губ и укладываясь на подушку рядом с Максимом, — между прочим, мы безбожно проспали завтрак и, к слову, обед тоже. Я даже начал думать, что ты умер после вчерашнего, поэтому и решил тебя разбудить таким способом. — Ммм, способ действительно действенный, — улыбнулся Максим, при этом ощущая себя безумно расслабленным и счастливым, — но я не до конца проснулся, поэтому ты плохо старался. Повторишь? — О, как мы заговорили! Не ты ли ещё не так давно даже дышать рядом со мной боялся? — рассмеялся Даня, заставив Максима громко фыркнуть. — И вообще, ты вчера ночью и без того хорошо постарался. У меня все болит. — Я могу ещё лучше, ты в курсе? — хищно улыбнулся Зарецкий, после чего резко приподнялся на локтях, подмял под себя замершего на месте Даню и навис над ним, с удовольствием отмечая предвкушение в чужих глазах и думая о том, что теперь ему больше не страшно. Как ни странно, но после вчерашнего Максим действительно перестал бояться того, что ждёт их в дальнейшем. Конечно, он до сих пор сомневался в ответных чувствах, опасался, что скоро Даниил наиграется и бросит его, но при этом все равно решил для себя не зацикливаться на подобном. Сейчас он был самым счастливом человеком на планете, он мог открыто флиртовать с Даней, мог целовать его, когда вздумается и ему даже никто не запрещал открыто говорить о своих чувствах. В эту самую минуту Даниил был его мальчиком. Только его. И разве страхи, сомнения и вся остальная ерунда имели значение? — Какой же ты придурок, — закатил глаза Даниил, с улыбкой глядя на нависающего над ним Максима, что смотрел на парня в упор и практически не дышал, пытаясь впитать как можно глубже в себя черты такого сонного, растрепанного, но самого любимого парня на свете. — Но зато я красивый, — самодовольно ответил Максим, решив не оставаться в долгу, — и тебе это нравится, признайся. — Что мне нравится? — ухмыльнулся Даня, с вызовом глядя парню прямо в глаза. — Твоя смазливая мордаха? Господин Зарецкий, Вы явно зажрались. Стоило один раз с Вами переспать, как вы сразу же из мнительного страдающего Ромео превратились в какого-то самовлюбленного засранца. Хотя… Вы же всегда были таким. Извините, давно не видел Вас прежним. — Если тебе не нравится, то ты можешь переспать со мной снова и вернуть прежнего Ромео, — улыбнулся Максим, наклоняюсь чуть ниже и целуя в нос ухмляющегося ему в ответ Даниила. — А смысл? — пожал плечами парень. — Такой Макс Зарецкий мне привычнее и роднее. Я даже уже забыл каким ты был до того, как… До своего признания в любви. — Надеюсь за это время я не сильно деградировал, — усмехнулся Максим, падая обратно на подушки и при этом чувствуя как хорошее настроение мигом испаряется, сменяясь очередной апатией и раздражительностью. — Эй, ты снова начинаешь? — тон Даниила из насмешливого и весёлого тут же превратился в серьёзный и поучительный. — Когда ты прекратишь воспринимать все настолько серьёзно, выключишь свою паранойю и действительно поверишь в меня и в мои чувства? Макс, черт возьми, я вчера буквально навязал тебе себя, потому что ты тупил и не понимал, чего мне от тебя надо. Кроме того, у нас с тобой был секс и я… Я сказал, что люблю тебя. Неужели всего этого мало, чтобы ты меня понял и принял? — Но я… У Максима даже не нашлось слов, чтобы ответить парню хоть что-то. Да и что он в этом случае мог сказать? Даня действительно был прав во всем, да и Зарецкий совсем недавно божился сам себе, что никогда больше не будет ничего бояться. Однако, куда сложнее сказать, чем сделать. Но сейчас, глядя на чужое нахмуренное лицо рядом, Максим понял одну простую истину, ту самую, которая сломала последний его барьер и как будто бы открыла глаза, заставляя парня щуриться от яркого света, что несла в себе эта правда. Он понял, что действительно не имеет права заставлять Даниила грустить из-за своих собственных переживаний и тараканов в голове. Чтобы бы там не происходило в дальнейшем, чем бы не закончилась их история и по каким бы углам они не разбежались в дальнейшем, но сейчас Даня лежал рядом с ним, он обнимал его, целовал и не стеснялся говорить о вчерашнем дне. И разве этого было мало? — Я люблю тебя, Максим, хоть ты и мнительный придурок. Тёплый, но немного недовольный тон Даниила, заставил Максима вздрогнуть, развернуться в его сторону и улыбнуться, не в силах сдержаться. Да, ещё вчера эти самые слова поразили его до глубины души и заставили все внутри взрываться фейрверками. Но в это самое утро они звучали в сто раз ярче и правдивее, чем во время секса просто потому, что Даниил это говорил не на пике удовольствия и эйфории, а вот так вот — лёжа рядом с ним и глядя ему глаза в глаза. И, если подобное не являлось счастьем, то этого самого счастья тогда и не существовало вовсе. — И я тебя люблю, Данька, — нервно улыбаясь, выдохнул Максим, утыкаясь носом в родное плечо, что пахло не только его гелем для душа, а как будто бы вообще полностью пропиталось запахом самого Максима, тем самым подмечая кому именно это все принадлежит, — кстати, почему ты пахнешь моим парфюмом? — Вообще-то я в твоей футболке, — нагло улыбнулся Даниил, стягивая с себя одеяло и демонстрируя Зарецкому его собственную ярко-красную футболку, что определённо точно ещё вчера висела в шкафу, — с утра мне стало холодно, поэтому я решил поживиться чем-то из твоих вещей. Не обессудь. — Ну знаешь, жены ходят в футболках своих мужей, поэтому тебе простительно, — улыбнулся Максим, тут же сжимая в объятиях громко хмыкнувшего Даниила и утыкаясь носом куда-то в район его макушки. — Это ты меня сейчас женой назвал? — с наигранной обидой в голосе произнёс Звягинцев, при этом пытаясь вырваться из его оков, но безуспешно. — Между прочим, я ещё не получал свое предложение. Где оно? — Я потом все организую, ок? — усмехнулся парень, отпуская из своих объятий Звягинцева и вновь укладываясь прямо ему под бок. — Так дела не делаются, Зарецкий, — закатил глаза Даниил, при этом с силой ткнув парня в плечо, — но так и быть, я могу подумать над твоим предложением, если ты организуешь мне завтрак. Вернее, обед. Мой растущий организм задолбался ждать, когда же спящая красавица в виде тебя наконец-то разлепит свои наглые глазенки и покормит меня. — Закажем пиццу? — предложил Максим, лениво потянувшись за своим телефоном. — А как же сделать завтрак в постель для своего парня? — не унимался Даниил, насмешливо глядя на Зарецкого. — Так возьми и сделай, — пожал плечами парень, а увидев чужой обиженный взгляд громко рассмеялся, чувствуя себя по-настоящему спокойным, счастливым и любимым. Как бы там ни было, но в эту самую минуту парень по-настоящему ощущал себя умиротворенным, а все его прошлые страхи и сомнения казались немыслимой глупостью. И в самом деле, как он мог сомневаться в этом человеке, как мог позволить своим собственным демонам практически отпустить и потерять Даню? Максим не понимал, как он мог вести себя так прежде, но одно осознал точно — в будущем такой оплошности он больше не допустит. Никогда. --- Воскресенье прошло лениво, спокойно и умиротворенно. Дане не хотелось ехать куда-либо, поэтому они просто заказали еду на дом, а после решили остаться в загородном доме еще на одну ночь, посчитав, что вполне успеют выехать утром, переодеться и отправиться по своим университетам. Эту идею предложил сам Звягинцев, а Максим с удовольствием его поддержал, понимая, что таким образом он сможет провести с Даней как можно больше времени. Именно поэтому целый день они посвятили валянию в кровати, просмотру старых смешных фильмов и неспешным поцелуям, от которых Максим плавился все сильнее и сильнее, с удивлением для себя отмечая, что он заводится не только от чужих распухших губ, но просто от одного взгляда этих красивых, хитрых и безумно любимых глаз, которые уже очень давно полностью околдовали его и совершенно точно не собирались никуда отпускать. И, честно говоря, желания избавиться от их плена у парня и не было вовсе, более того, если бы Даниил захотел, то Максим не думая отдал бы самого себя ради этого человека. Хотя, о чем он вообще говорит? Ведь уже давно это сделал, безвозмездно подарив Дане не только свое сердце, но и душу. — Ты снова слишком много думаешь. Насмешливый голос Даниила заставил Максима вздрогнуть и повернуть голову влево, чтобы столкнуться взглядом с улыбающимся парнем, что лежал рядом с ним, читал какую-то книгу, что нашёл в небольшой библиотеке, которая находилась на первом этаже дома и при этом выглядел счастливым настолько, что у Зарецкого перехватывало дыхание лишь от одного его вида. — Но сейчас я думаю о приятном, — улыбнулся Максим, притягивая Даниила еще ближе к себе и лениво кусая его в шею, тем самым вызывая у Звягинцева протестующий, но искренний смех. — И о чем же? — выгнул бровь Даниил, с нескрываемым удовольствием подставляя свою шею под чужие жаркие поцелуи. — О тебе, — рвано выдохнул Максим, откинув книгу в сторону и резко перевернув парня на спину, тут же накрывая его собой, — и сейчас мне хочется не только думать о тебе, но и иметь тебя. — Фу, Зарецкий, какие разговорчики у тебя, — закатил глаза Даниил, при этом нервно стаскивая с Максима футболку и быстро сбрасывая с себя чужую футболку, — когда ты стал таким придурком? — Я всегда им был, — насмешливо ответил Максим, проходясь языком по подбородку вздрогнувшего под ним Даниила, опускаясь на шею и все ниже и ниже, выцеловывая безволосую грудь, осторожно прикусывая зубами соски и распыляясь от чужих рваных вздохов все сильнее и сильнее. Резкий звук зазвонившего телефона вывел Максима из состояния эйфории, заставив парня вздрогнуть, оторваться от чужого подтянутого живота и посмотреть на прикроватную тумбочку, где разрывался его мобильный телефон. — Не отвлекайся, — раздражённо шикнул Даниил, опуская руку на уже возбужденный член Максима и тем самым заставив парня существенно вздрогнуть и закатить глаза от болезненного, но такого крышесносного возбуждения, что ему приносили только одни поцелуи с Даниилом. — Дань, подожди, — всё-таки нашёл в себе силы противостоять Максим, нервничая из-за продолжающего трезвонить телефона, — а если это отец? — Ладно, ладно, — недовольно кивнул Даниил, после чего с неохотой скинул с себя замершего парня, взял телефон Максима со стола и скривился недовольно усмехаясь, в то время как настойчивый абонент закончил вызов, а через несколько секунд зазвонил снова, — это твой чекнутый дружочек-пирожочек, — добавил парень, громко фыркнув. — Даня, не будь стервой, — ухмыльнулся Максим, забирая из чужих рук свой мобильный телефон и тут же принимая вызов от лучшего друга. — Максим? — голос в трубке однозначно принадлежал Орловскому, вот только не Никите, а его отцу, что заставило Максима вздрогнуть и напрячься. Это тут же почувствовал Даня, который осторожно взял парня за руку и пододвинулся ближе, тем самым немного успокаивая напряжённого Зарецкого. — Здравствуйте, что-то случилось? — кое-как взял себя в руки Максим, стараясь не думать о плохом, но жуткие мысли все равно лезли в голову непрошенными гостями. Во-первых, Никита терпеть не мог, когда кто-то брал его вещи, особенно отец и уж тем более, мобильный телефон. Во-вторых, зачем Орловскому-старшему звонить другу своего сына, ещё и в двенадцать часов ночи? Подобное неимоверно напрягало, заставляя Максима нервно кусать губу и раз за разом отмахиваться от мыслей, что Никита снова сделал что-то с собой. Последний раз отец лучшего друга звонил Максиму по этой самой причине. Однако, тогда Никита был в депрессии из-за расставания с Юрой, но сейчас он ведь был счастлив рядом с Мишей. Или же нет? — Вы мне скажите, что случилось?! — ещё сильнее занервничал Максим, злясь из-за чужого молчания, от чего Даниил сжал его руку ещё крепче и осторожно провел указательным пальцем по тыльной стороне ладони парня. — Максим, не переживай так, — спокойным тоном произнёс мужчина, заставив парня немного выдохнуть, — Никита сейчас спит и не знает, что я решился тебе позвонить. Он бы был недоволен этим, но, думаю, ты имеешь право знать. — Что происходит? — Максим снова распереживался, ничего не понимая и злясь на этого урода, который, к сожалению, являлся отцом Никиты и раз за разом влезал в его жизнь, превращая улыбчивого и простого среди своих людей Орловского, в депрессивного, нервного и злого мудака. — Мы снова не доглядели за ним, — устало и отчаянно выдохнул мужчина, от чего Зарецкий даже разозлился сам на себя из-за того, что он настолько плохо думал об этом человеке, — Никита совсем ослабел. Я не замечал этого, но… Он морально измотан. Из-за меня. Мы сегодня поговорили с ним и решили поехать вместе отдыхать в Италию на две недели. Сын сказал, что не хочет ставить никого в известность, но я подумал, что ты должен знать. Не теряй его и не переживай, когда Никита придёт в себя, он обязательно тебе напишет или позвонит. Он тебя очень любит и ты об этом знаешь. Я позабочусь о нем, обещаю. — Подождите… — Максим отчаянно ничего не понимал и пазл совершенно точно не складывался в его голове. — Какая Италия?! О чем Вы вообще? И где Миша? Можно мне поговорить с ним? — Когда я пришёл к Никите, то он был один, — холодно и сухо ответил мужчина, заставив Максима вновь на него разозлиться, — сын сказал, что они поссорились, Михаил собрал свои вещи и ушёл. Никита назвал это расставанием. — Из-за Вас, да? — зло прошипел Максим, понимая, что уже не может сдерживаться даже не смотря на присутствие рядом Дани. — Я в курсе, что Вы были против этих отношений. Это из-за Вас?! Какого черта Вы снова влезли в его жизнь? Вам мало было, когда Кит хотел покончить с собой? Снова решили довести его? — Не кричи на меня, — тон Орловского-старшего был ледяной и пробирающий до костей, от чего Максим вздрогнул и закусил губу, осознав, что действительно перегнул палку, — да, я был против этих отношений, но только потому что мне казалось, что Никита встречается с этим парнем мне на зло. Я не знал, что у них все серьезно и тем более я не являюсь причиной их ссоры. Я думаю, что Никите было плохо уже несколько дней и он решил отдалить от себя любимого человека. Ты же знаешь, что он ненавидит себя слабым и терпеть не может, когда кто-то жалеет его. После того, как мы вернемся обратно, я договорился с Никитой, что мы пригласим его парня на ужин. Я не заинтересован в том, чтобы мой сын страдал, Максим. И мне очень жаль, что я заставил тебя во мне сомневаться. Мужчина замолчал, явно ожидая какого-то ответа от Зарецкого, но парень, в свою очередь, тоже затих, пытаясь переварить полученную информацию и немного успокоиться, что в общем-то получалось достаточно хорошо, благодаря сидящему рядом Даниилу, что немного обеспокоенно смотрел на притихшего Максима, но по по-прежнему крепко сжимал его руку, тем самым как будто бы обещая, что все будет хорошо. И Максим ему определенно точно верил. — Спасибо, что решили позвонить мне, — все же нашел в себе силы ответить Максим, понимая, что их молчание затянулось, — я очень переживаю за Никиту и надеюсь, что этот отдых в Италии пойдет ему на пользу. Передайте ему, что я буду ждать его звонка или сообщения. — Хорошо, Максим, — сухо ответил мужчина, но при этом тон его стал немного мягче и теплее, — правда, не волнуйся. Я не допущу того, чтобы с ним что-то случилось и я найду в себе силы смириться со всеми трудностями и привязанностями, что существуют в жизни моего сына. — Я буду рад, если так, — сам себе кивнул Максим, после чего погладил второй рукой холодные пальцы сидевшего рядом Даниила и немного расслабился, поймав чужую, подбадривающую улыбку, — еще раз спасибо, что позвонили мне. Я буду ждать пока Никита выйдет на связь. — Я обязательно ему передам, — раздался в ответ спокойный голос Орловского-старшего, — извини, что побеспокоил. Хорошего тебе завтрашнего дня и спокойной ночи, надеюсь, Никита свяжется с тобой как можно раньше. — Я тоже буду в это верить. До свидания, — с едва заметной улыбкой на губах произнес Максим, после чего сбросил вызов, откинул телефон в сторону и упал обратно на подушки, утаскивая за собой притихшего и непривычно задумчивого Даниила. — Что-то случилось? — настороженно спросил Даниил, сев по-турецки рядом с Максимом и внимательно глядя на парня, что лежал на спине, не читаемым взглядом смотрел в потолок и думал о том, что он снова облажался. Какая, к черту, ссора с Мишей? Какая Италия? Почему он так долго не замечал за Никитой никаких странностей, почему снова не доглядел за ним и погрузился в свою личную жизнь, оставив лучшего друга на самовлюбленного и ничего не смыслящего в отношениях Мишу? Нет, конечно же, Зареченкова парень сейчас точно ни в чем не винил, кроме того, он пока и не понимал, что именно произошло между ними, но одно Максим знал точно — Никита чувствовал себя одиноким. Не смотря на то, что у него появился любимый человек и на то, что у него был лучший друг, Орловский наверняка ощущал себя брошенным и чужим для всех. Такое с ним случалось часто и обычно Максим всегда был рядом, он развлекал друга, старался окружить его заботой и любовью, постоянно вытаскивал его к общим знакомым, водил в кино и делал все, чтобы Никита в такие моменты не оставался один на один в четырех стенах со своими мыслями, которые наверняка сводили его с ума. Но что же произошло сейчас? Неужели Миша не смог увидеть, как кроет его парня? Или просто не захотел помочь? — Макс! — взволнованный голос Даниила заставил его вздрогнуть, выплыть из своих мыслей и бросить на парня уставший, но при этом извиняющийся взгляд. — Прости, я задумался, — честно признался Максим, протягивая руку, — иди сюда, полежи со мной немного. — Что-то случилось? — настороженно спросил Даниил, послушно укладываясь рядом с Максимом и осторожно обнимая его поперек живота. — Никита, — напряженно выдохнул парень, при этом закрывая глаза и стараясь немного расслабиться в чужих объятиях, — он снова накрутил себя из-за отца, поссорился с Мишей и сейчас не хочет никого видеть и разговаривать с кем-либо. Его отец сказал, что они решили поехать отдохнуть в Италию на несколько дней. — А Миша? — с недоумением спросил Даниил, в голосе которого отчетливо сквозило волнение. — Как я понял, Миша собрал свои вещи и уехал, — сделав глубокий вдох, ответил Максим, — видимо они крупно поссорились. — Что? — Максим открыл глаза и внимательно посмотрел на Даниила, который уже перестал его обнимать, кроме того быстро поднялся, взял со стола свой телефон и уселся обратно, прижимаясь головой к изголовью кровати. — Как такое могло произойти? Наверное, Миша сейчас дерьмово себя чувствует, наверняка твой Никита довел его. — В смысле? — зло усмехнулся Максим, начиная раздражаться. — Ты реально думаешь, что виноват только Никита? Мой друг снова впал в депрессию, наверняка он все это время сходил с ума и чувствовал себя одиноким, а твой Миша… Он ни черта не видел и не понимал! Он эгоист и ему, как обычно, наплевать на всех, даже на своего парня. — Вообще-то Миша и твой друг, Максим, — холодно ответил Даниил, — я собираюсь позвонить ему и все выяснить, — добавил парень, прижимая телефон к уху. — Какого черта, Даня, — закатил глаза Максим, глядя на нахмуренного Даниила, что был настроен серьезно и при этом старался не смотреть на лежавшего рядом парня, что буравил его раздраженным недовольным взглядом. — Привет, Миша! — улыбнулся Звягинцев, услышав в трубке хриплое «Алло». Максим тут же напрягся и замер, стараясь услышать хоть что-либо, чтобы наконец-то понять, что произошло и чем это все грозит для Никиты. Но голос Зареченкова звучал приглушенно, а Даниил как будто бы нарочно не задавал интересующие парня вопросы, болтая с Мишей обо всякой ерунде. И Максим не выдержал. Да, он понимал, что это не совсем правильно, но при этом просто не мог сидеть и слушать всякую ерунду, в то время, как его лучшего друга снова сжирали демоны, большинство из которых наверняка и были вызваны самим Зареченковым, которого Никита, как ни странно, сумел очень быстро и очень сильно полюбить, что казалось счастьем и проклятием для него одновременно. — Даня, извини, но мне тоже хочется поболтать с нашим другом! — усмехнулся Максим, после чего резко выхватил телефон из рук расслабленного Даниила, вскочил с кровати и отошел на безопасное расстояние от парня, что сейчас сидел на кровати и смотрел на него злобно и презрительно. — Эй, Дань, что за фигня там у тебя происходит? — подал голос Миша, заставив Максима раздражаться еще сильнее. — Это Макс, — подал голос парень, — не подскажешь какого черта ты снова довел Никиту? — И тебе привет, Зарецкий, — послышался в ответ насмешливый голос Зареченкова, — в смысле я его довел? Твой любимый дружок уже тебе нажаловался? — Мне звонил его отец, — устало выдохнул Максим, стараясь говорить более-менее спокойно, — Никита очень хреново себя чувствует. — А я тут при чем? Максим с силой сжал руку в кулак и напряженно выдохнул, понимая, что его терпению раз и навсегда пришел конец. Он правда старался держаться, он не хотел выяснять отношения ничего не узнав, не хотел кричать на Мишу и обвинять его в чем-то, но, блять, какого черта этот козел снова вел себя так нагло и совершенно беспечно? Почему он думал только о себе?! — Ты серьезно?! — зло прошипел Максим. — Миша, мне звонил его отец и сказал, что Никита очень плох, он не хочет никого видеть и ни с кем говорить. Они собираются поехать в Италию отдохнуть. Это вообще очень странно, потому что Кит никогда бы не согласился на подобное, да и у его отца совсем нет времени. И, если это произошло, я могу сделать один вывод — Никита в депрессии и ему плевать на все. Наверняка Кит снова себя накрутил до невозможности, а еще он сказал, что вы расстались. Какого черта, не объяснишь? — Расстались, значит, — зло усмехнулся Зареченков в ответ, — ну ок, его право. В таком случае, я вообще не понимаю почему ты звонишь его бывшему парню? Еще и орешь на меня. — Миша, прекрати себя так вести, — выдохнул Максим, стараясь говорить как можно спокойнее, — я понимаю, что ты злишься на него, но тебе не кажется, что сейчас идеальный шанс для того, чтобы вернуться обратно и поговорить с ними обоими? Отец Никиты настроен не так категорично, как ты думаешь. — Ты совсем глупый, Макс?! — усмехнулся Зареченков, заставив Максима снова с силой сжать руку в кулак, стараясь успокоиться и держать себя в руках. — Какого черта я должен ехать к ним и с кем-то там разговаривать? Твой друг чётко дал мне понять, кто я такой и кем он меня видит. Почему я снова должен делать первый шаг и просить прощения у того, кто этого не заслуживает? У меня есть чувство собственного достоинства и я не собираюсь кланяться в ноги ему или его папашке. Пусть отдыхают вместе, им полезно. От меня ты чего хочешь? — Миша, просто поговори с ним, — сквозь зубы процедил Максим, еле сдерживая себя для того, чтобы не сорваться, не заскочить в машину и не поехать на разборки к этому невыносимому придурку. — С какой это радости? — хмыкнул в ответ Зарченков. — Почему я снова должен подстраиваться под него и строить диалог с тем, кто вообще не видит во мне человека? Я слишком долго был мягок с ним, жалел его и старался во всем ему угодить. И знаешь что? Меня заебало! Я живой человек, я тоже имею право злиться на него. — Ты знал, что с ним будет сложно, — хрипло произнес Максим, при этом с горечью сравнивая этот диалог с разговором, который когда-то состоялся у него с Юрой, пускай слова были другими, но смысл оставался одинаковым, — я тебя заранее предупреждал. — Да, ты прав, — без эмоций в голосе ответил Миша, — но, наверное, я переоценил свои силы. Как бы там ни было, но я не могу постоянно комфортить Никиту и жалеть его. Я так со своими родителями себя не вел, как с ним. Конечно, Никита сложный человек, он болен и ему нельзя нервничать, но понимаешь, дело-то не в этом, а в его эгоизме и отвратном характере. Почему ты постоянно говоришь о том, что я должен ценить, любить и беречь его? А меня, кто любить, жалеть и беречь будет? Представь себе, но я тоже не совсем здоров, у меня постоянно болит голова, мне снятся кошмары и я плохо сплю, я не могу учиться, не могу заниматься спортом и мне постоянно нужно беречь голову. Я почти калека, Макс, но об этом ты и он почему-то не помните, самое главное — это пожалеть бедняжечку Никиту, которого снова никто не понимает. — Что ты несешь, Миша? У тебя что остатки мозгов вышибли или ты пока в коме валялся их потерял? — Максим знал, что не имел права говорить это. Он увидел, как замер на кровати Даня и услышал, как затих Миша. С его стороны это было глупо, мерзко и неправильно, но изменить что-либо парень был уже не в силах. — Видимо, да, — раздался в ответ насмешливый голос Зареченкова, — иначе я бы не связался с Орловским и не стал общаться с таким, как ты. Больше нам говорить не о чем, Максим. Передай Дане, что я позвоню ему позже. И еще, знаешь что, надеюсь он тебя бросит, потому что ты уебок, думающий только о себе и о своем чокнутом дружке. На меня, Даню и всех остальных тебе наплевать. — Да пошел ты нахуй! — зло рыкнул Максим, желая с силой швырнуть телефон в стену, но вовремя себя останавливая. Как бы он не был зол и рассержен, Даниил в любом случае не заслужил видеть его таким и главное, Максим не имел никакого права портить его вещи. Перед Звягинцевым стало немного стыдно, ведь Максим обещал сам себе, что не будет вести себя с Даней, как последний мудак, но в итоге именно таким себя и выставил, еще и обидев того, кого Даниил по праву считал своим лучшим другом. — Ты доволен? — холодный голос Даниила, что поднялся с кровати и встал напротив него, заставил парня вздрогнуть и напрячься. — Выпустил пар? — Черт, извини, я не должен был… — Максим даже не нашел в себе силы ответить, именно поэтому закрыл лицо руками и осел прямо на пол, понимая, что подобное поведение с его стороны было недопустимо. Он действительно не имел права срываться на Мишу, потому что прекрасно знал, что Никита не подарок и, что все произошедшее наверняка на совести Орловского. Но как можно было вести себя спокойно, когда Зареченков вместо нормального диалога как будто специально решил довести Максима еще сильнее? — Блять, какой же ты дебил, — устало выдохнул Даниил, после чего опустился на пол рядом с Максимом, обнял его за плечи и осторожно погладил по голове, тем самым немного успокаивая и подбадривая парня, что сейчас было для него самым важным и нужным. Не смотря ни на что. *** Илья лежал на кровати и бездумно смотрел в потолок, стараясь не забивать свою голову мыслями, что раз за разом лезли в его сознания, пытаясь то ли достучаться до парня и вернуть его к прошлой жизни или же окончательно свести его с ума. Пускай Илья и не понимал того, что происходит, но прекрасно знал, что его жизнь теперь изменится из-за того, что было вчера, из-за Игоря, а главное, из-за его собственного желания наконец-то выйти из шкафа и начать дышать полной грудью. Было страшно. Очень. Слишком уж долго Илья жил в своем собственном мире, не желая принимать окружающую действительность и себя самого — вот такого изломленного, неправильного и совершенно точно ненормального. И, наверное, его это устраивало. Он уже давно не чувствовал, что когда-нибудь может быть счастливым, прекрасно понимая, что такой как он никому и не нужен, кроме, пожалуй, еще более поломанных и одиноких людей — таких, как Олег, история с которым должна была закончиться так, как закончилась. А иначе, что именно их ждало? Не смотря на то, что Олег определенно точно был влюблен в Шатова — это не делало его счастливым, как и самого Илью. Они тянули друг друга на дно и, если бы благоразумный Олег не решил рубить с плеча и закончить все сразу, то наверняка потом бы было еще больнее, потому что единственное, что мог дарить Илья Шатов себе и остальным — это страх боль и отвращение. Он не умел любить, никогда не ценил других людей и был потерянным настолько, что все нежное и теплое в нем уже давно разбилось и исчезло, оставив вместо себя черноту и обреченную усталость. Именно поэтому не получилось когда-то с Ильей, поэтому они расстались с Олегом и только по этим причинам Илья осознал, что никогда не сможет и не захочет впускать в свою жизнь кого-то еще. Да и для чего все это? Для чего открываться другому человеку, втягивать его в своей маленький гнилой мирок и портить не только себе, но и этому человеку жизнь? Такой судьбы он точно не для кого не хотел. Однако, его, как обычно не спрашивали. Игорь появился внезапно и совершенно неправильно. Он снес все барьеры, всего за несколько дней перевернул мир Ильи с ног на голову и совершенно магическим образом оказался тем, кому действительно захотелось поверить и, с кем Илья по непонятным причинам решил попробовать. Пускай и было страшно, а все его сомнения и убийственные мысли готовы были свести парня с ума, но он решил не сдаваться, а рискнуть. Первый раз в жизни, при этом очень надеясь, что игра стоит свеч. Кроме того, добрая улыбка Игоря и его извечное: «все будет хорошо» действительно положительно влияли на Илью, заставляя парня ощущать раньше неизвестные и пугающие чувства — такие, как радость, счастье и, к своему собственному стыду, любовь. Он не был уверен, что учащенное сердцебиение, вечные мысли о Максименко и замершее при взгляде на него сердце — это и есть то самое волшебное чувство, о котором постоянно пишут в книгах и с которым так носится совершенно поехавший головой из-за своего Марка, Глеб, но Илья мог совершенно точно сказать, что такого он не ощущал раньше. Даже к его первой любви — Илье и уже тем более, к Олегу. Подобное пугало, вводило его в ступор, но при этом заставляло наконец-то чувствовать себя полноценным человеком, живущим не только в страданиях и ненависти ко всем людям, но и ощущающим на себе все те чувства и эмоции, что были присущи другим, а самое главное — ощущая себя счастливым. Внезапная трель дверного звонка заставила Илью вздрогнуть, нахмуриться и подняться с кровати, чего делать, в общем-то, не хотелось, но трезвонящий в дверь Глеб его возмущения явно не разделял. — У тебя есть ключи, придурок! — в пустоту проворчал парень, после чего бросил быстрый взгляд на часы, что показывали обеденное время и тяжело вздохнул. Глеб собирался вернуться от своего парня в девять вечера, упорхнув к тому еще в пятницу и тем самым, оставляя Илью один на один с самим собой, что парня полностью устраивало, потому что улыбчивая морда брата, что постоянно щебетал о своем прекрасном Марке иногда бесила до невозможности. Более того, Илья был уверен, что брат вернулся не один. Наверняка, Климов не упустил возможности провести с Глебом как можно больше времени и они снова приперлись сюда вместе — будут сидеть на кухне, пить чай и щебетать о всякой ерунде, вызывая у Ильи рвотные позывы. И не то, чтобы Шатов был против, но возмущаться по этому поводу любил, куда уж без этого. На самом деле, он был очень счастлив за Глеба, который наконец-то нашел свою любовь и дорожил этими чувствами так же, как и вечно бегающий возле него Марк. Кроме того, Климов неплохо готовил и, если уж приходил в гости, то помимо извечного торта из магазина, приносил в контейнере для Ильи очередной шедевр, коим он баловал у себя Глеба, не забывая о его вечно раздраженном, злобном, но все-таки брате, за что Илья был ему даже благодарен, но, конечно же, не говорил об этом вслух. — У тебя же есть ключи, — фыркнул Илья, открывая дверь, — какого черта ты заставляешь меня делать так много телодвижений, знаешь же, что я не люб… Он замолчал на полуслове и во все глаза уставился на своего гостя, коим оказался не его родной брат, а Игорь, что стоял с каким-то пакетом в одной руке, а во второй сжимал ручку небольшого ярко-оранжевого чемодана, один вид которого вызывал у Ильи раздражение и изжогу, как и внезапно появившийся на пороге его квартиры, гость. Увидеть Игоря было немного странно, но в тоже время волнующие и неловко. Илья еще не до конца отошел от их вчерашнего разговора и даже боялся вспоминать о тех моментах, когда он сидел на коленях у Максименко после собственной эмоциональной исповеди и чувствовал себя маленьким, потерянным и побитым жизнью котенком, которого почему-то решил обогреть и уберечь этот совершенно невозможный и как будто бы нереальный парень. — Может быть, пропустишь меня уже? — ухмыльнулся Игорь, после чего нагло оттолкнул Илью от двери и прошел в квартиру. — И чего ты приперся? — нахмурился Шатов, при этом чувствуя, как его унылое настроение сменяется на радостное и предвкушающее, как будто бы по щелчку пальцев. — Может быть, я по тебе соскучился? — улыбнулся Игорь, разуваясь и быстро стягивая с плеч свое пижонское кашемировое пальто. — А еще, я купил вкусные пирожные в моей любимой кофейне и решил попить с тобой чай или ты против? — Почему ты с чемоданом? — пропустив его слова мимо ушей, спросил Илья, закрывая дверь и с недоумением глядя на по-прежнему улыбающегося во весь рот Игоря. — Решил переехать ко мне? — Оу, это заманчивое предложение, конечно, — ухмыльнулся Максименко, заставив Илью громко и возмущенно фыркнуть, — но не сегодня, дорогуша. Я уезжаю в восемь вечера, решил зайти попрощаться, знал ведь, если попрошу тебя приехать ко мне или в аэропорт, ты меня пошлешь, поэтому решил навестить тебя сам. — А я говорил о том, что буду рад тебя видеть? — выгнул бровь Илья, направляясь на кухню и радуясь тому, что идущий позади Игорь не видел сейчас его глупой, непонятно откуда взявшейся улыбки. — Ты такой злюка, — Игорь сел на стул и оскалился, противно улыбаясь, от чего Илье очень сильно захотелось его стукнуть, — ставь чайник и прекрати делать вид, что ты мне не рад, — добавил парень, доставая купленные продукты из пакета, — вчерашний разговор дал мне многое понять, поэтому я больше не поведусь на твои агрессивные речи. Я прекрасно знаю, что где-то глубоко в душе, ты лапочка, а еще ты от меня без ума. И да, на самом деле ты безумно рад меня видеть, не спорь даже. — Какой же ты придурок, — закатил глаза Илья, набрав воды в чайник и нажав на кнопку включения, — зачем я вообще с тобой связался? — Иди сюда, не принцесса, — пропустив его слова мимо ушей, расплылся в улыбке Игорь, похлопав себя ладонями по коленкам и тем самым, заставив Илью раздраженно цокнуть языком. — Ты снова пытаешься меня взбесить, — насмешливо ответил парень, решив не поддаваться на чужие провокации, — когда-нибудь я тебя ударю. Очень сильно. — Ты и так меня избил уже, — не остался в долгу Игорь, — до сих пор все болит. — Не ври, — сузил глаза Илья, сев напротив парня и внимательно глядя ему прямо в глаза, — я тебя ударил всего-то один раз. — Так у меня не тело болит, а душа, — театрально вздохнул Игорь, заставив Илью обреченно выдохнуть. — Вот же ты клоун, — фыркнул парень, под чужой громкий смех и придирчиво рассматривая две прозрачные коробки, в одной из которых были небольшие и аппетитные на вид пирожные, а во второй большие, покрытые шоколадом пончики. — Ты хочешь меня откормить, серьезно? — выгнул бровь Илья, глядя на Игоря, что по-прежнему раздражающе ухмылялся и открыто над ним глумился. — Да, это мой коварный план, — хитро улыбнулся Максименко, — сделаю тебя толстым, страшным и никому не нужным, чтобы никто кроме меня не обращал на тебя внимание. — Я и так страшный и никому ненужный, — усмехнулся Илья, поднимаясь со своего места. Он знал, что не должен был сейчас портить их атмосферу и снова погружать Игоря в собственный черный и побитый мир, но и проигнорировать чужие насмешки он банально не сумел, потому что до сих пор не мог открыться до конца и доверить себя и все свои страхи другому, пускай такому доброму и открытому человеку. Однако, наверное, нужно хоть иногда сдерживать себя и не говорить эту ерунду Игорю, иначе он может потерять и его, а это почему-то в голове Ильи было сродни самоубийству. Игорь был единственным, кто так влиял на него, кто за такое короткое время заставил Илью почувствовать себя живым и счастливым, а главное — он был тем человеком, кого Шатов хотел уберечь, кого вернул и кому открылся. Именно поэтому, сейчас было до ужаса страшно потерять именно этого человека. Илья вздрогнул и резко поставил кружки на стол, которые только что достал, почувствовав, теплые объятия со спины и чужое дыхание прямо на своей шее. Игорь стоял позади него, прижимался всем телом и тем самым, как будто бы передавал Илье свое собственное тепло и спокойствие, заставляя парня немного успокоиться и не зацикливаться на всем том, что беспокоило его раньше. — Отбрось свои дурацкие комплексы и страхи, — тихо прошептал Игорь, обжигая его кожу своим горячим дыханием, — ты очень красивый парень, правда. Именно поэтому Олег когда-то так на тебе зациклился, а позже и я… — Что ты? — осторожно спросил Илья, разворачиваясь в чужих руках, упираясь спиной о кухонный шкаф и настороженно глядя в теплые глаза напротив, что смотрели на него в ответ так спокойно, тепло и мягко, что Илье совершенно точно захотелось в них утонуть. — Зациклился на тебе, — полушепотом произнес Игорь, а после накрыл губы удивленного Ильи своими, заставив парня рвано выдохнуть и схватиться за его плечи ослабевшими вмиг руками. Этот поцелуй было куда нежнее и спокойнее, чем их предыдущий. Не было ни борьбы за лидерство, ни пьяной решимости и всех тех непонятных и пугающих мыслей, что переполняли Шатова в ту ночь в Германии. Сейчас все казалось совершенно иным и куда более приятным. Игорь не давил, не держал его крепко, позволяя Илье вести самому и оттолкнуть его, если бы у того было подобное желание. Только вот, отталкивать не хотелось совершенно, куда сильнее было желание пройтись языком по чужим влажным губам и уж тем более, куда приятнее было ощущать горячий язык на его шее, что заставил Илью опустить руки вниз и вцепиться пальцами в столешницу, при этом рвано выдыхая и стараясь не упасть только от того, насколько сильно его крыло лишь от одного поцелуя с этим человеком. Трель телефонного звонка, внезапно нарушившая их уединение, заставило Илью резко вздрогнуть и оттолкнуть от себя, казалось бы, потерявшего связь с реальностью Игоря, что рвано дышал и смотрел на парня нечитаемым взглядом, вновь вызывая у Ильи желание его ударить. — Надеюсь, теперь ты не будешь меня бить, — усмехнулся Игорь, как будто бы прочитав мысли парня. — Какой же ты придурок, — закатил глаза Илья, после чего взял со стола не умолкающий телефон и принял вызов от брата, который позвонил непозволительно не вовремя. — Привет, Илюша, — раздался в трубке веселый голос Глеба, — ты дома? Мы с Марком приедем через час. Планируем зайти в магазин, тебе купить чего-нибудь? — Почему через час? — нахмурился Илья. — Ты же говорил, что вернешься примерно в девять вечера. — Ну мы решили не оставлять тебя одного и думали вместе посмотреть какой-нибудь фильм, — растерянно начал брат, — или ты против? — Я не против, — тут же решил заверить его Илья, понимая, что Глеб сейчас запросто может себя накрутить, — просто… — парень нервно закусил губу и внимательно посмотрел на наливающего чай Игоря, думая о том, какого черта вообще делает, а после все-таки решился: — я через полчаса уеду провожать друга в аэропорт. Вернусь в часов девять, тогда можем поужинать, если хотите. — Какого друга? — голос Глеба в трубке стал настороженным. — Только не говори мне, что того самого… К которому ты летал… И не из-за него ли ты не хочешь, чтобы мы приезжали так скоро? Он у нас в гостях? — Иди в задницу, Глеб, — фыркнул Илья, с раздражением слушая смех брата в телефонной трубке, — в общем, можете делать, что хотите, когда приедете, только не трахайтесь на моей кровати. Еще в холодильнике будут пирожные и пончики, вернее то, что от них останется. Так вот, выпечку не трогай, это все мое. — Оу, он тебя балует? — открыто расхохотался Глеб, заставив Илью нахмуриться и разозлиться еще сильнее. — Все, давай, пока, — раздраженно шикнул парень, сбрасывая вызов и тут же наталкиваясь на насмешливый взгляд улыбающегося Игоря, что раскладывал пирожные по тарелкам и тем самым, бесил еще сильнее, чем неугомонный Глеб. — И что ты так пялишься? — раздраженно шикнул Илья, сев напротив парня и делая глоток приготовленного Игорем чая. — Где мой сахар? — добавил Шатов, злобно фыркнув. — А задница не слипнется? — прищурился Игорь. — Кстати, ты поедешь со мной в аэропорт? Серьезно? — А что ты предлагаешь? — усмехнулся Илья. — Через час вернется Глеб, я не горю желанием вас знакомить пока что, иначе он вообще меня загнобит. — В любом случае, твое «пока что» меня очень радует, — улыбнулся Игорь, с удовольствием кусая пончик и насмешливо подмигивая и без того раздраженному Шатову. — Давай ешь быстрее и поехали, — рыкнул на парня Илья, при этом немного успокаиваясь и не чувствуя злости на этого человека, лишь смущение и раздражение, которое раз за разом вызывал у него Игорь, наверняка сделавший целью номер один желание довести Илью, — иначе я передумаю и будешь сидеть там один. Ясно тебе? — Я тебя понял, мистер злюка, — улыбнулся явно нарывающийся Игорь. — Любишь меня бесить, да? — насмешливо спросил Илья, закончив с пирожным и откусывая сразу половину пончика, тут же блаженно прикрывая глаза из-за умопомрачительного вкуса принесенной Игорем выпечки. — Люблю, куда без этого, — совершенно спокойным тоном ответил Максименко, заставив Илью закашляться и уткнуться носом в кружку, стараясь скрыть непонятно откуда взявшееся смущение. Какого черта вообще происходит и почему Игорю удается вот так легко и просто задевать его за живое? Почему любое слово, улыбка или реплика, что были сказаны Максименко настолько сильно влияли на него, заставляя парня злиться, но при этом дышать через раз, при этом постоянно пытаясь скрыть свои пылающие щеки? Игорь обладает какой-то магией или это просто Илья такой придурок?