4.
12 ноября 2016 г., 13:38
Баки проводил Наташу до ее комнаты. Под дверью они остановились, и повисла неловкая пауза.
— Ты не хочешь… зайти выпить кофе? — спросила Наташа.
— Кофе? — переспросил Баки.
— Это просто… такое выражение. Чтобы пригласить кавалера зайти. В 40-е так не говорили?
— Нет.
Да уж, наверно, это было не принято. Но должны были быть какие-то другие фразы. Стив утверждал, что Баки до войны каждую неделю приводил на танцы новую девушку, очевидно же, что он с ними не только танцевал.
— Но я не против кофе, — сказал Баки.
Они зашли в комнату. Наташа включила лампу на столике, и та отбросила неяркий кружок желтого света.
В полумраке они стали целоваться. Наташе не хотелось даже думать о том, не слишком ли они торопятся. Это было естественно. Они и так ждали слишком долго.
Баки слишком сильно сжал ее запястье стальной рукой. Но прежде, чем Наташа успела сказать ему, его рука разжалась сама собой. Баки прервал поцелуй и взглянул на металлические пальцы. «Не слушается?» — хотела спросить Наташа, но тут по металлу пробежали искры, и Баки повалился на пол.
— Баки!
Искры пропали, он лежал без сознания, подрагивая. Наташа упала на колени рядом с ним и — куда делся здравый смысл — коснулась его плеча. Ее током не дернуло.
— Баки. Очнись. — Нет, только не это. Он ведь пообещал, что больше ее не забудет. Она трясла его. — Баки. Зимний. Джеймс.
Его веки затрепетали.
— Никто, кроме матери, меня так не называл, — выдохнул Баки.
— Ты меня помнишь?
Он открыл глаза, отыскал ее взглядом.
— Наташа.
— Можешь встать?
Она помогла ему подняться и усадила на кровать.
— Кажется, рука на меня ополчилась, — сказал Баки.
— Я не думаю, что это случайность.
— Руку сделал Тони, как бы Гидра добралась до…
— Гидра тут ни при чем, — сказала Наташа. — Я оставлю тебя на десять минут, ладно? Мне надо кое-что спросить у Тони. Просто посиди здесь.
Наташа спустилась и пошла к залу. По мере приближения звуки вечеринки становились всё громче, к басам, резонировавшим по всему дому, добавилась гитарная партия. В зале галдели и смеялись. Наташа распахнула обе двери; если бы кто-нибудь обернулся на нее, она бы спалила его взглядом, но никто не заметил ее за весельем.
Наташа взяла пульт, выключила музыку и прошла в середину, где Тони, судя по виду, рассказывал очень смешную историю. В наступившей тишине он оборвал себя на полуслове. Все недоуменно воззрились на Наташу.
— Можно тебя на минуточку? — спросила она у Тони почти ровным голосом.
— Да, конечно, — он развел руками.
— Прошу прощения. Продолжайте веселиться, — сказала Наташа другим.
Наташа включила музыку снова и отвела Тони в сторону. Оставшиеся Мстители, слегка растерявшие энтузиазм, оглядывались на них.
— Почему новая чудо-рука дернула Баки током? — с милой улыбкой спросила Наташа, чувствуя чужие взгляды, хотя ее глаза метали в Тони молнии.
— Он на тебя напал? — спросил Тони, мгновенно меняясь в лице.
— Интересная реакция. Значит, это твоих рук дело?
— Послушай, Наташа, это…
— Пожалуйста, я тебя слушаю.
— Его просто дернуло током? На ровном месте? Что он делал?
Наташа выразительно приподняла брови. До Тони, кажется, начало доходить, и ему стало неловко. Тони Старку неловко. Картина маслом.
— Об этом я не подумал, — признался он.
— А о чем ты подумал?
— В руке датчики. Очевидно, они зарегистрировали то, что стальные пальцы сжались на…
— На моей руке.
— Система проанализировала твой пульс — и расценила ситуацию как угрожающую. Сенсоры была настроены на тот случай, если Баки нападет на кого-нибудь. Тогда электроника отключит руку, а потом временно выведет его из строя.
— Ты хотя бы понимаешь, что из-за удара током он мог опять потерять память?
— Конечно, не мог. Это совсем слабый шокер, вроде полицейского. От такого никто еще память не терял. Наташа, это была просто страховка…
Она прижала его к стене, пережимая локтем дыхание.
— А от меня у тебя тоже есть страховка? Надеюсь, что да, иначе…
— Наташа. Отпусти его.
Это был Стив.
— Стив, не вмешивайся.
— Нам не нужна еще одна война. Пожалуйста.
Наташа выпустила Тони. Тот закашлялся и согнулся, упираясь руками в колени.
— Ничего, Стив, — сказала Наташа. — Нового раскола можешь не бояться. Если у меня с кем-то разногласия, я, в отличие от тебя, не буду собирать собственную армию. Справлюсь сама. А ты, — она повернулась к Тони, — отключи эту электронику, сейчас же.
— О чем речь? — спросил Стив.
— Ни о чем. Тони, я жду.
Тони нехотя достал из кармана крошечный пульт и нажал на кнопку.
— Спасибо, — резко сказала Наташа.
— Наташа, извини, я просто хотел позаботиться о вас.
Наташа помедлила.
— Я знаю. В том-то и беда, Тони.
Она развернулась и вышла.
***
Баки ждал ее. Наташа присела рядом с ним.
— Тони исправил глюки электроники, — сказала она. — Больше такого не повторится.
— Наташа, я понимаю, что это было, — невесело сказал Баки.
— Только не надо…
— Я не собираюсь делать глупостей. Не беспокойся. Я могу понять Тони. Может быть, я сам так сделал бы на его месте. Страховка.
— Страховка, — повторила Наташа. — Как мило, вы с Тони даже называете это одним и тем же словом.
— Он по-своему прав. Откуда мы знаем, что еще со мной может случиться. Что-то… всегда скрыто от меня, что-то темнеет подо льдом, и я не знаю, воспоминания это или будущая угроза. То, что я не могу вспомнить, или то, что заложено в меня на будущее. Что-то всегда ускользает.
— Баки…
— На оружии должна быть кнопка, чтобы его отключить. Я бы испытал только облегчение, если бы знал, что меня можно вовремя остановить.
— Ты больше не оружие. Мы оба с тобой были оружием, слишком долго, но больше нет. Другие должны перестать тобой управлять, из этого не выйдет ничего хорошего. Ты справишься сам. Должен справиться.
— Я думаю, если бы у Халка была такая кнопка, Брюс был бы рад.
— У Халка есть такая кнопка, — Наташа отвела глаза. — Я могу остановить его.
Баки невесело усмехнулся.
— Но ты не обязана останавливать меня. Наверно, я старомоден, но я не могу позволить девушке защищать меня.
— Значит, Стиву тебя защищать можно, а мне нельзя?
Это упоминание было лишним. Баки явно не хотел об этом говорить.
— Я не уверен, что тебе вообще стоит ввязываться в это.
— Под «этим» ты имеешь в виду наши отношения?
Так она и знала. Разве можно услышать что-то хуже, чем «ты заслуживаешь лучшего»? Брюс однажды сбежал от нее, теперь Баки попытается проделать ту же штуку.
— КГБ, Гидра… Даже Тони Старк — ты видишь, как легко мной управлять. Кто будет следующим? Наташа, тебе нужен кто-то с порядком в голове и с двумя нормальными руками. Посмотри, мы даже один вечер не можем провести без инцидентов.
Наташа помедлила.
— Ты прав. Я думала, у меня будет хотя бы один обычный вечер. Но, похоже, это невозможно. Ты действительно никогда не будешь нормальным.
Баки выглядел так, будто она дала ему пощечину.
— Но никто из нас не будет, — продолжила Наташа. — Тони — точно нет. И я тоже. Наша жизнь всегда будет безумной смесью из заданий, перестрелок, взрывов и вещей похуже этого. И из украденных спокойных часов в чужих домах. Всё, на что я могу надеяться — может быть, когда-нибудь у меня будет свой дом. Может быть, мне повезет его с кем-то разделить. Но если нет… Послушай, Баки, я не Стив. Если ты побежишь прочь — я не буду тебя догонять.
Он смотрел на нее.
— Тебе лучше уйти, — резковато сказала Наташа.
Она поднялась. Баки выглядел растерянным. Сначала он отказывается от нее, а теперь не рад, что она отказывается от него? Слишком быстро, да?
— Пожалуйста, просто уйди.
У него был такой вид, будто он посреди замерзшего озера, лед под ногами начал трескаться, и у него всего секунда, чтобы решить, что делать.
— Я не могу, — выдохнул он.
— Чего ты не можешь?
— Я только нашел тебя. Я не могу расстаться с тобой сейчас.
Она вдохнула, пытаясь успокоиться. Ее неизменное самообладание дало трещину. Похоже, одним глубоким вдохом тут было не обойтись.
Баки взял ее за руку, нарушая ход ее мыслей. Наташа взглянула на собственную руку, будто не понимая, как та могла так подвести ее.
— Что ты делаешь? — спросила она.
— Я просто взял тебя за руку. Так же, как ты взяла меня за руку, когда я стал отключаться за ужином.
А он понимал ее. В отличие от Брюса — понимал.
Она и хотела бы отдернуть свою руку, но у нее не было сил сделать это.
Баки поднялся и притянул ее к себе. Наташа положила руку на его стальное предплечье, слегка отстраняя его. Не так быстро.
Она увидела, что под тканью рубашки просвечивает звезда.
— На новой руке тоже нарисована звезда?
Баки слегка нахмурился, пытаясь понять, почему она вдруг заговорила об этом.
— Эта не красная, а белая… в синем круге, — ответил он.
— Американская звезда. Это была идея Тони? Или Стива?
— Я… не знаю.
— И тебе это нравится?
— Что ты имеешь в виду?
— Я скоро вернусь, — сказала Наташа.
— Ты так уже говорила. Наташа, не надо разбираться с Тони еще и из-за этого…
— Я не собираюсь к Тони, — тоном, не терпящим возражений, сказала Наташа.
И вылетела из комнаты.
***
Она уже возвращалась в свою комнату — и прямо под дверью в нее кто-то врезался.
Это о чем-то говорило — если Черная Вдова стала настолько невнимательной, чтобы столкнуться с кем-то, пусть даже в полутемном коридоре.
— Ох, извини, — сказал голос, просто созданный для того, чтобы извиняться.
Это был Брюс.
— Ничего, — сказала Наташа.
Они посмотрели друг на друга.
— Ты тут… случайно… или ты что-то хотел?
У нее в руках был бумажный пакет, судя по очертаниям, скрывавший бутылку. Брюс задержался на нем взглядом.
— Да… нет — ты, похоже, торопишься — так что не буду тебя задерживать, — сказал Брюс.
— В пакете вовсе не вино, если ты об этом думаешь, — зачем-то сказала Наташа.
— Нет, нет, я ничего не думаю.
У него был чуть более печальный вид, чем обычно.
— Брюс… мы должны поговорить… только не так и не здесь.
— И не сейчас.
— Боюсь, что нет. — Наташа помедлила. — Брюс, мне жаль, что так получилось.
Брюс грустно улыбнулся.
— Я пойду.
Он прошел мимо нее.
Наташа глубоко вдохнула, прежде чем вернуться в комнату.
— Смотри, что я принесла, — сказала Наташа, извлекая из пакета бутылку.
— Русская шпионка принесла бутылку с кислотой? — уточнил Баки. — Мне надо начинать беспокоиться?
— У вас потрясающее чувство юмора, сержант Барнс. Пошли в ванную.
Баки присел на край ванны, пока Наташа откручивала крышку.
— Где ты вообще тут раздобыла кислоту? — спросил Баки, развеселенный. Наташу это разозлило еще больше. Надо же, после всего, что он наговорил, он еще и улыбается.
— Здесь очень радушные люди, которые готовы предоставить всё, что гости могут пожелать. Снимай рубашку.
Баки, улыбаясь, расстегнул рубашку и снял ее.
— Наташа, что ты собираешься делать?
— Ты уверен, что тебе нужна звезда на руке? — спросила Наташа.
— Хочешь ее смыть?
— Ты ведь не самолет и не ракета, чтобы на тебе рисовали звезды. Ты не оружие. Что эта звезда вообще означает? Верность американскому правительству? ЩИТу? Они же преследуют тебя. А найдут — будут судить или использовать. И в чем же разница между советской звездой и американской?
— Наташа… не обязательно делать это прямо сейчас.
Баки был спокойнее нее. А она была взвинчена.
— Почему? — спросила Наташа, не в силах успокоиться.
— Во-первых, кислота может разъесть металл и повредить электронику. А, во-вторых… необязательно всем всё доказывать в первый же вечер. У нас будет еще много времени, чтобы во все разобраться. А потом можешь смыть звезду и нарисовать сердечко вместо нее, если захочешь.
Наташа закрутила бутылку с кислотой и поставила на пол. Заставила себя присесть на край ванны рядом с Баки. Он смотрел на нее взглядом, который можно было назвать понимающим, и это одновременно бесило ее и было поразительно хорошо.
— Слишком много всего за один вечер, — выдохнула Наташа.
— Значит, ты попросишь меня надеть рубашку? — спросил Баки.
— Нет. Пожалуй, нет.
