Драмиона. Колдографии

Сегодня даже море пахло по-особенному празднично. Соленая вода словно в честь торжества не щипала в носу и волны перестали так сильно качать ожидаемый корабль со стороны в сторону. Действительно, погода была не против сегодняшнего торжества: король Шотландии, всеми любимый король Драко III обручался. Солнце слепило всему экипажу глаза, лазурное небо было безоблачно, а море, такое строптивое на всякое вмешательство в его владения, спокойно несло корабль с правителями Шотландии к ее берегам. «— Говорят, она из бедной семьи, — выделился один голос из толпы, стоящей на берегу.» «— Не обессудьте, но также говорят, что ее приданное может закрыть половину долгов Шотландии, — послышался другой.» — Знаете, друг мой, я уже слышу звуки шотландской волынки, — сказала будущая королева Гермиона, — это волшебно, я в полном восторге. Что можно было придумать лучше? Море, жаркое солнце, Шотландия и Вы рядом. Выше всяких похвал. Король вежливо молчал. «И Вы» из уст этой девушки было слышать немного неожиданно и непривычно. Драко видел ее в первый раз на берегах страны, из которой ее забирал: в золотом убранстве и белых тканях, полностью несхожий с кем-либо туалет — нежный и спокойный, и... совсем не похожий на шотландский. Шотландки любят разнообразные краски и живописные платья, а в этой девушке единственно выделялась лишь густая краска смущения на ее щеках. Нотки сомнения в его молчании пугали ее. Воспитание не позволяло ей спрашивать что-то у короля, сердце в груди билось быстро и стало выдавать ее досаду. Слишком много сказала? Сказала что-то не то? И все же сомнение было. Драко не был уверен, что народ его страны примет в роли королевы не шотландку. Но сейчас недоумение на лице Гермионы вызывала улыбку. Король улыбался, все так же загадочно молчал, пока будущая правительница обдумывала свои последующие действия. — А я в восторге от Вас, моя королева, — соврал Драко, смотря на берега, к которым с каждой минутой приближался их корабль. Где-то здесь должна быть первая полоса. «— Король Люциус не одобрил бы этот союз, — кто-то из толпы снова перекрикивает других.» «— Король Люциус был бы слишком ослеплен своей властью, поэтому этот союз бы и не состоялся, — сказал кто-то другой.» — Расскажите мне о Шотландии, — блефовала будущая королева. Она знала об этой стране даже больше, чем о своей родине. Король Драко не мог рассказать ей что-то, что действительно ее удивит. Ради приличия и хоть какого-то разговора, чтобы узнать, чья же она невеста. — Уверен, что Вы знаете достаточно, — он вдохнул морской воздух, усмехнулся и посмотрел на Гермиону самым добрым взглядом, который он мог изобразить на своем лице. Она была недовольна таким ответом. — Шотландия — свободолюбивая и жизнерадостная страна. Здесь нет четкого представления о короне, о которой рассказывали мне еще с самого детства. Тут танцуют и пьют, остаются собой и любят все, что им не вредит. Шотландцы поддаются влиянию очень быстро: наверно, единственная проблема заключается в этом. И все-таки, здесь любят жить так, как нравится. Делают то, что велит сердце. А оно никого не слушает. — Вы любите свой народ, — этого утверждения он очень ждал. Королева поправила подол своих юбок и ждала продолжения рассказа. — Знаете, здесь такой случай. После долгого путешествия однажды весь экипаж прыгнул в море, когда их корабль вошел в наши воды. Я даже был там: видел, как они были измучены этим расставанием с родной землей. Тогда я еще не понимал, какого это — не видеть Шотландию года. Не понимал этой взвинченности во время последних минут плавания и радости во время прыжка. Это был выбор точно не головы. Выбор сердца, и... — король замолчал. Ему было сложно скрывать свои мысли во время такого откровенного рассказа, — и мне очень не хватает этого в Вас. Этого выбора сердца. Теперь замолчала она. Гермиона стояла рядом, смотрела вдаль и ждала прибытья корабля. Король взглянул на нее еще раз, заметил странную улыбку на лице будущей жены и решил оставить ее наедине с мыслями. — Извините, я немного поддался чувству, — сказал он. Король скрылся с ее глаз, а капитан с явной хрипотцой в голосе объявил, что корабль прибыл к берегам Шотландии. Она любила море, никогда не чувствуя этот запах, не ощущая соль на коже. Гермиона ненавидела свое неумение плавать: в ее стране плавать было просто негде. Море было непозволительной роскошью, которые теперь под ее ногами. И было сомнение. Голова щедро пояснила, что это действие может повернуть все ее достижения вспять, что король может не то что не одобрить эту выходку, но и придумать для нее что-то страшное. Зато сердце говорило стуками. И их Гермиона понимала отчетливее. «— Смотрите, королева спрыгнула в воду! — послышалось из толпы.» «— Похоже на шотландку, — произнес другой.» — Похоже на шотландку, — себе под нос повторил король, улыбаюсь той же улыбкой, что и Гермиона несколько минут назад, только еще страннее. И в глазах загорелся огонек: так же в его душе загорелась надежда.