Сумасшедший

- Я рядом… Парень из-за дикого страха, накрывшего его с головы до пят, попытался побежать, но врезался спиной о холодную и вертикальную поверхность. Футболка прилипла к потной спине, и Тэхен закричал, видя как густая темная пелена приближается с каждой секундой все ближе… Две красные точки оставались неподвижны, но парень знал: едва темнота накроет с головой, как из нее появится нечто. Со лба крупными бусинками валил пот, ладони вспотели, а колени согнулись; Тэхен кричал, пытаясь заставить себя двинуться с места… Но за спиной была невидимая стена. Схватившись руками за мокрую от пота футболку, у Тэ в ужасе и испуге округлились глаза. Опять эта белая футболка, опять те же белые и широкие штаны, которые обычно санитары заставляют носить психов... Неужели кошмар снова приближается? Нет, юноша ведь только начал становиться нормальным! - Отпусти меня! Отпусти меня! – кричал Тэхен, срывая голос и оттягивая мокрые волосы вниз, заставляя целые пряди опадать на землю. - А ты забыл обо мне… Внезапно все стихло. Звенящий шум в ушах и гром, что исходил от темного тумана, пропали. Тэхен слышал лишь собственный бешенный ритм сердца… и холодное дыхание на лбу. Оно было тут. Два горящих красных огня превратились в глаза, который заглядывали вглубь Тэхена и порождали в его голове мысли о самоубийстве, лишь бы больше никогда их не видеть! Но парень знал, что даже в Аду эти глаза будут преследовать его… То, что врачи называли его второй раздвоенной личностью, Тэ называл чудовищем. И сейчас оно дышало ему в лоб, прожигая красными глазами и искривив рот в немой усмешке. Заточенные зубы походили скорее на акулью пасть, которой монстр любил разрывать новые купленные души. Хотя Тэхен был уверен в том, что единственная душа, которой оно владело – это душа Тэ-Тэ. Ким рухнул на колени, пытаясь закрыть глаза, но оно управляло им… Тэхен чувствовал это. Веки упорно не желали опускаться, а тело словно парализовало. Красные глаза приблизились. - Решил меня своими лекарствами скрыть? – прошипело змеиным голосом оно, обдавая лицо заплаканного Тэхена могильным запахом. – Я же говорил: Я ВСЕГДА БУДУ РЯДОМ. Голову пронзила жгучая боль, словно в уши влили раскаленный свинец. Тэхен уронил голову к ногам дьявола и громко закричал, не сдерживая свои рыдания. Он хотел забиться в угол, схватить нож и перекрыть одним движением все нити страдания, лишь бы избавиться от этих снов, в которых он видел его. Но Тэхен знал, что на границе жизни и смерти ОНО будет ждать его с распростертыми объятиями, как старого друга. Ким кричал и плакал, рвя на себе волосы и умоляя оставить его в покое. - Я готов отказаться от таблеток! – кричал он. – Я снова вернусь в больницу, только оставь меня! Уйди из меня! Пожалуйста! - Мой маленький, трусливый Тэхенни… - послышался ласковый голос вокруг, эхом разнесшийся по пространству. – Ты моя любимая игрушка. Ты еще не сыграл важную роль в моей игре. Ты убил мать одной девочки… настало время следующих жертв. - НЕТ! – Тэхен подорвался, но колющая и адская боль со звуком разорвавшейся плоти вонзился в плечо, вырывая последний и самый громкий крик души парня. - ТЭХЕН, ОТКРОЙ ГЛАЗА! В одних домашних шортах Пак Чимин теребил орущего на всю квартиру Тэхена, сползшего с кровати на пол. Дверь в квартиру слету распахнулась, и вбежал испуганный Мин Юнги: в клетчатой пижаме и куртке сверху. Едва Чимин 10 минут назад позвонил ему, он тут же напялил на себя верхнюю одежду и прямо в тапочках выбежал из дому, вызывая такси. Юнги включил свет, падая на колени рядом с Тэхеном. Больной парень не раскрывал глаз, по-прежнему крича и сжимая левое плечо до побеления костяшек. - Чш, чш, тихо, Тэ… Да что с тобой?! – чуть ли не со слезами кричал Чимин, пытаясь разбудить парня. – Юнги, сделай что-нибудь! И Юнги сделал, со звонким свистом отвесив спавшему Тэхену оплеуху. Это подействовало моментально: Ким широко распахнул глаза, на мгновение замолчал и прищурился, давая время привыкнуть к свету. Тэхен протяжно застонал, позволяя слезам выбежать из карих глаз. Плечо все так же протяжно ныло, и из-за этого парень чувствовал дрожь в теле и пульс в голове. - Больно… больно… - плакал Тэ, раскрыв рот и вновь закрывая глаза. – Хочу умереть… Чимин беспомощно пискнул, оседая на пол, в то время как Юнги разорвал на парне ночную рубашку и в онемении замер: на плече зияла разорванная рана, скорее похожая на оторванный и обвисший кусок кожи. И подушка, и кровать, и пол, пижама - всё было пропитано темно-алой кровью Тэхена, нещадно лившейся из куска оторванной кожи. Оба парня замерли, не в силах унять накативши страх. Глядя на плечо друга, создавалось впечатление, будто… - На него набросился зверь? – едва слышно произнес Чимин одними губами. – Ю-Юнги… что… - Я вижу. - Д-дайте мне умереть!!! – кричал Тэхен, хлюпая носом и утирая слезы рукой. Встав на колени, парень попытался поползти до кухни, но одно движение болью отдавалось в плече. Тэ-Тэ кинулся к Юнги, хватая того одной рукой за воротник и притягивая к себе максимально близко. – Убей меня, друг. Застрели, зарежь, утопи, Я НЕ ХОЧУ ЖИТЬ… И Чимин, и Юнги были напуганы и выглядели белее стены. Дрожащими руками седовласый парень усадил Тэхена на пол и перекрикнул: - Закрой рот! Что ты несешь?! - Оно преследует меня, Юнги! – еще громче зарыдал Тэхен. – Я не могу спать, потому что ОН ждет меня там – по ту сторону жизни! Поэтому я каждую ночь принимаю та-таблетки, чтобы не уснуть! Я боюсь! По-помогите мне… мне страшно… Чимин крепко прижал к себе немного присмиревшего парня и громко ответил: - Юнги, вызови скорую!.. Тэ, не кричи, мы тебе поможем. - Мне никто не поможет! – заорал, как резанный, Тэхен. – Спасите Дольчон! Ей грозит опасность, и ее матери тоже… Юнги выронил телефон, успев только назвать адрес квартиры. Затаив дыхание, он глядел на психически нездорового парня, отказываясь поверить в услышанное. Дальнейшие действия повергли его в еще больший ступор: подорвавшись на ноги, Тэхен было кинулся к тумбе с ножницами, но в шаге от нее без памяти упал на пол и закрыл глаза.

***

Строгий и хмурый мужчина сузил глаза в тонкие морщинки и внимательно посмотрел на молодого доктора, умело забинтовывающего плечо молодого паренька на койке. На мужчине сидел такой же мрачный костюм в погонах и лейтенантская шапка, в руках – блокнот и ручка, в которую он изредка что-то помечал. Молодой доктор хлопнул в ладоши и воззрился на полицейского, с фальшивой любезностью спрашивая: - Вы все посмотрели, лейтенант? - Где тэлохранители этого парня? – мужчина указал кончиком ручки на выжатого и обмякшего парня, тусклым взглядом глядевшего в окно. Доктор подошел к белой двери и со вздохом открыл ее. В ту же секунду в палату ввалились два парня и две девушки с самым ужасным что ни на есть видом. Один из парней вбежал в домашних тапочках, полосатой пижаме и с кисляком на морде. Другой – пониже ростом – выглядел довольно неопрятно, с незаправленной майкой в широкие брюки и кожаной жилетке. Две дамы выглядели ничем не привлекательнее. Девушка с короткими черными волосами вошла в ночной сорочке, с мышиным хвостом на голове и толстой паркой под рукой. Ее подруга с ярким цветом волос вообще была мокрая – словно вышла из душа перед тем, как ехать сюда. Молодые люди подскочили к койке, но увидев безжизненный взгляд друга, взвыли и замерли. Чимин со звуком приземлился на пол и простонал: - Неужели все так плохо?! Тэ, ответь мне что-нибудь! Но больной даже не глядел в их сторону. - Так, молодые тэлохранители, - начал полицейский. – Ваш друг выписан из психбольницы, так? Четверо друзей нехотя закивали, а Дольчон осмелилась кинуть на мужчину злобный взгляд. Впрочем, он продолжил: - Все было бы хорошо, если бы не сегодняшняя ночь. Вы знаете, если он снова что-то выкинет, мы заберем его обратно в частную психбольницу. - Вы не смеете! – закричала Хаен. – Он ведь никому не причинил вреда! - А соседи юных людей позвонили именно нам в офис и пожаловались на громкие оры, - басом ответил полицейский. – Одна из них вошла в квартиру Кима и Пака и увидела лужу крови, после чего повторно позвонила нам. - Эта миссис неправильно поняла… - начал Чимин. - Скажите мне номер его лечащего врача, доктор, - попросил мужчина, доставая телефон. – У этого психа все еще голова не на месте, и вы это видели. Юнги прикрыл ладонями глаза и вздохнул. Дольчон почувствовала крупный ком в горле и перевела глаза на Тэхена. Он лежал на койке, отвернувшись от всех и свесив руки с кровати. Его состояние и отрешенный взгляд говорили о том, что на душе у него зияла пустота. Девушка внезапно захотела подойти к нему, обнять, успокоить… Но ничего из этого ему бы не помогло. Кто знает, что творится у него в голове или в душе? Почему жизнь иногда так обижает особо несчастных людей, не давая им шанса на личное счастье? Дольчон обошла кровать и опустилась на колени перед Тэ. Парень слегка опустил веки, чтобы разок взглянуть на нее и снова поднять взгляд в окно. - Тэхен. Посмотри на меня, - попросил Дольчон, проглатывая ступор и ком вместе. – Тебе ведь никогда не нравилось, как я отводила взгляд. - М… - от его стона Дольчон вздрогнула и поежилась. Неужели он настолько сильно кричал, что даже охрип? Его голос изменился, став более похожим на старческий и больной. – Все повторяется. Он снова нашел меня. Я в таком… опустошении. Было ощущение, что он сорвал голос. Девушка вдруг дернулась вперед и взяла его лицо в свои руки, беря эмоции в руки. - Не смей так говорить! – грубо сказал она. – И не смей отказываться принимать таблетки или покончить с жизнью! Слышишь? Если я еще раз узнаю об этом – я буду плакать! Ты хочешь этого? - Я не хочу, чтобы ты плакала, - немного в удивлении ответил Тэхен и привстал. – Может, отпустишь меня… нуна? Дольчон счастливо заулыбалась и покосилась на перебинтованное плечо. Улыбка сползла с лица. Та еще загадка: откуда у парня эта животная рана? В квартире ведь не было никого постороннего… Мог ли ты сам это сделать? Проследив за ее взглядом, больной скривился и произнес: - Не смотри туда, пожалуйста. Я урод. Дольчон не успела возразить, как ее за локоть поднял подошедший Юнги и окликнул всех: - Пошлите домой. Чимин, одевай Тэхена. Лейтенант… Мужчина отвесил парню легкий кивок и вышел с победоносной улыбкой на губах. Помогая больному одеться, Пак все время думал о Чонгуке. Когда группа выходила из больницы, он осмелился остановиться и с неуверенностью спросить: - А Чонгук не приходил? Юнги сокрушенно пожал плечами и, встав на остановку, ответил: - Я и Хаен звонили ему – у него отключен телефон. У всех в голове мгновенно пронеслась одна и та же мысль: «Не нравится мне это…»

***

Шатен достал из упаковки последнюю сигарету и выкинул коробочку в мусорную корзинку рядом с холодильником. «Поздравляю», сказал он сам себе, поджигая кончик сигареты спичкой. Сегодня за ночь он впервые попробовал курение и в первый раз (!) выкурил за ночь целую пачку. Что это было – стресс, нервы, депрессия? На часах 10 утра, а Чонгук даже не завтракал. Что уж говорить, он даже не спал! Вглядываясь во время всей ночи за окно и сидя на подоконнике, Чонгук то и дело кусал губу и хмурил брови. Свет во всех домах погас, а он все еще сидел и смотрел на дальний дом затуманенным взором. В какой-то момент он даже откинул голову назад и задремал, проваливаясь в странный и знакомый сон. Хотя сном это назвать было трудно, скорее, воспоминанием… …Чернобровый подросток в упор глядел на встревоженную девушку, не в силах поверить в услышанное. - Юнги… что? – переспросил он, качая головой. – Я не… Девушка опустила голову и поникла. Последней каплей в терпении Чонгука стали хрустальные слезы, градом павшие на ладони содрогающейся девушки. Юноша почувствовал прилив внезапной злости на парня, которого считал своим другом и приятелем. Неужели Юнги… - Где он? – спросил он, грубо тряся Дольчон за плечо. – Дольчон, где он?! - Уехал он! Понял?! – не своим голосом закричала девушка, вскакивая на ноги и не сдерживая рыданий. – Теперь ты доволен?! Меня все покинули! Радуйся! Чонгук обомлел, видя психическое состояние подруги. Времени на размышления не было, а кто-то неизвестным и невидимый призывал парня пойти и найти того, по чьей вине сейчас проливаются слезы любимой подруги. Юноша твердым шагом прошел мимо плачущей Дольчон, эгоистично позабыв о ее чувствах. На уме пульсировало одно лишь имя, которое Чонгук хотел превратить в пыль и развеять по воздуху… Поймав такси, парень назвал адрес аэропорта и через 20 минут уже был там. Мчась на бешенной скорости ко входу и нервно поглядывая на часы, молодой 17-летний Чон Чонгук сжимал кулаки и губы, выискивая глазами знакомое лицо. Это было сделать неимоверно трудно и все же возможно: через некоторое время Гук заметил знакомый лимузин и выходящего оттуда Мин Юнги с рюкзаком в руках. Его лицо исказилось в глубочайшем сожалении, когда он обернулся и посмотрел за горизонт. Чонгук неотрывно и презренно смотрел на Юнги, пока тот не замечал его и свободно двигался ко входу, потупив взор и глядя под ноги. Чон заставит его поплатиться за все страдания Дольчон… Когда Юнги был уже близко, разгневанный парень схватил его за рукав и дернул на себя, отводя в сторону. - Здравствуй, любимый друг, - исказил саркастическую улыбочку Чонгук, срывая с бывшего друга кепку. – Попрощаться не хочешь? Струсил, мразь?! На лице Юнги пронеслась легкая и едва заметная тень испуга, но через миг он превратился в знакомого Чонгуку хладнокровного парня, которому плевать на окружающий мир. Злобно выхватив свою кепку из рук Чонгука, Мин Юнги сжал губы в тонкую линию презрения и тихо переспросил: - А ты сюда пришел за прощальными объятиями… друг? Дико взревев, Чонгук со всей силы тряхнул того за воротник и зашипел: - Не смей называть меня своим другом, ты, трусливый и эгоистичный змей! Мне противно смотреть в твои глаза, в твои предательские и партизанские глаза… Ты мразь, Мин Юнги! Мразь!!! - Я знаю, сука! – закричал Юнги, так же хватая Чонгука за волосы. – Что ты мне еще пикнешь, малец?! Я никогда не считал тебя другом, Чонгук, и никогда ты им не станешь! - А Дольчон считала тебя пупом земли, как же это все мерзко! Шатен сцепил свои пальцы на горле Юнги, но и тот успел зарядить ногой по колену «другу». Два парня, не обращая внимания на прохожих, покатились по земле и попытались ударить друг друга, но какая-то старая тетка решила позвать охрану аэропорта и разнять их. Два крепких негра расцепили парней, скручивая их руки за спиной. Но бывшие друзья не переставали браниться, плюясь под ноги кровью. - Она любила тебя! – орал Чонгук, пытаясь дотянуться ногой до Юнги. – А ты ее предал! В такую минуту взял и предал! Ты сбегаешь, как трус, Мин Юнги! Меня воротит от тебя! - Да мне похрен на тебя, мудак! – кричал такой же взбешенный парень, слизывая языком кровь с разбитой губы. – Я не виноват в том, что Тэхен слетел с катушек и прирезал мать Дольчон! Я тут не при чем! - Сукин ты сын, блять! И Чонгук снова рванулся на Юнги, но охранник еще сильнее скрутил его и потащил в сторону автостоянки. - Только попадись мне в этой жизни на глаза! – кричал он через спину притихшему парню. – Забудь о нас, понял?! Не звони больше ни мне, ни Дольчон! Ты трус! Ты трус! Но Мин Юнги уже освободился от хватки охранника и, подхватив рюкзак и голубой платок, вошел в здание аэропорта. Впереди его ждала новая жизнь за границей, где не было места старым друзьям. Он все еще слышал крики и ругательства Чонгука, свесив голову, он молча глотал слезы обиды и ненависти к самому себе. Он не мог сказать Чонгуку (хоть тот и был когда-то его другом) о том, что не может поступить иначе. Если бы он остался с ними, то… Рюкзак был поставлен в корзинку, а сам Юнги прошел под металлическим проходом. Через несколько минут он нашел туалет и, убедившись, что никого в уборной нет, поставил рюкзак на пол и громко, протяжно заплакал. Чонгук проснулся и сразу же потянулся за сигаретой. Откуда у него воспоминания Юнги?.. Глянув в телефон, на котором было написано время, шатен качнул головой и посмотрел в отражение. С того возраста он успел измениться. Что говорить, все сильно изменились… Неожиданно, его плечо пронзила ноющая боль. Сославшись на неудобное положение, в котором он задремал, Чонгук решил не обращать внимания и идти в ванну, предавшись мыслями о старой обиде на Мин Юнги.

***

Профессор Цонг обеспокоенно округлил глаза и пожал плечами, доставая какие-то бумажки. - Знаешь, Тэ, ты не можешь отказываться от сна из-за болезни, - сказал он как можно спокойнее стоящему впереди парню. Тэхен решил лично прийти к своему профессору, которому с недавних пор начал доверять. Выйти из-под опеки Чимина и Юнги было непросто, но он уговорил их постоять хотя бы за дверями. Тема, которую он хотел обсудить, была его личной головной болью. - Я ведь как-то справлялся раннее, - возразил Тэхен. – Когда только-только переехал к Чонгуку домой, я мог не спать сутками. Или спать днем, когда… когда тот, кого я боюсь, не тревожит меня. Последнее предложение он произнес особенно медленно и отведя глаза в сторону. «Он боится, но не заикается», - задумчиво заметил Цонг и запустил руки в волосы. - Теперь, когда у тебя появились друзья и другие интересы, ты стал меньше зацикливаться на преследующем… монстре, - сдержанно произнес последнее слово он. Он ведь доктор, как-никак! Надо уметь находить язык с больными. - И как любой нормальный человек, тебе стал необходим сон. - Он мне всегда необходим, - с нажимом произнес Тэ, буравя профессора Цонга тяжелым взглядом. – Но сегодня ночью, когда я заснул, оно снова появилось! Почему сегодня, профессор? Мужчина устало вздохнул. К сожалению, есть вопросы, на которые мало ответов, и этот случай и плечо Тэ – тому доказательство. - Постарайся не думать о паранойе, - примирительно произнес он. – Чем больше думаешь, тем… - Я о ней почти забыл! – закричал Тэ, но вовремя покосился на запертую дверь и взял себя в руки. – Я… я меньше думаю о ней, потому что я больше рассуждаю о моей дальнейшей жизни. Я нашел друзей, я завел собаку, я захотел стать доктором… Но сегодня ночью мой монстр продырявил мне плечо! Профессор, я не хочу жить, когда эта тварь сидит во мне, понимаете?! Вы слышите меня?! Профессор Цонг встал, глядя в усталые глаза Тэхена. Парень был морально измотан и выжат. Бедняга, никто не понимал его чувства и эмоции, никто не пытался поставить себя на его место. Он только-только начал выздоравливать, как его сны дали о себе знать. Поможет ли кто-то ему? - Тебе никто не сможет помочь, - тихо сказал Цонг, - если ты сам не поверишь в себя и не захочешь помочь. Тэхен глухо застонал, отходя от стола и хватаясь за голову. - Как я могу верить в себя? – говорил он, опускаясь на стул. – Как я могу в себя верить, когда каждый час эта нечисть дает о себе знать? У меня болит голова, профессор. И это потому, что оно сидит во мне. А теперь и плечо. Вы думаете, я сам себе его прокусил? Профессор так не думал. Тэхен физически не мог откусить себе кусок кожи. Да и напороться во сне не мог – следов крови не найдено ни на одном остром предмете, кроме кровати и пижамы… ну и пола. - Давай поговорим о другом, - отвлекся профессор. – Я тебя вызову, когда предприму дальнейшие действия. А теперь скажи, как у тебя дела. Тэ поднял голову, и, казалось, смягчился. - Все почти нормально, - ответил он с усталой улыбкой. – Я надеюсь, Чонгук скоро вернется к нам. Мне его не хватает. Ни слова больше не сказав, парень поднялся со стула и вышел из аудитории, оставив профессора в легком недоумении. Чонгук ведь два дня не появлялся в институте, но все думали, что он болен… Так он и дома не ночевал? Это странно. Тэхен не застал в коридоре ни Чимина, ни Юнги, зато рядом бегал довольный щенок Джорджи. Белый песик, едва завидев хозяина, вразвалочку зашагал к его ногам и радостно завилял хвостиком. Тэхен радостно подхватил Джорджи на руки и вышел из института, идя домой. Голова была ясная, настроение слегка прояснилось, хотя мысль о самоубийстве не оставляла Тэхена ни на минуту. Что его держало в этом мире? Что мешает ему утопиться? Дольчон, вот кто. Эта странная девушка, с которой Тэ познакомился необычным и неприятным способом, каждую свободную минуту занимала мысли наивного мальчика. Ее лицо было до боли знакомым, но Тэхен в силу своей болезни не мог вспомнить ее. Шагая мимо моста, парень поглаживал щенка и думал о том, что они могли бы дружить с ней еще крепче. Его мысли оборвал грубый оклик. Обернувшись, Тэхен заметил Джухена, Юна и их друзей, лениво облокотившихся о перила моста. Джорджи в руках злобно зарычал, отчего Тэ прижал питомца еще крепче. - О, Тэхен, давно не виделись, - злорадно оскалился Джухен, подходя ближе. – Все нормально? - Вроде. - А вот у меня нет, как видишь, - улыбка с лица Джухена исчезла. – Кто-то настучал директору о том, что мы курим частенько. И знаешь, что я сейчас сделаю? - Я не говорил никому об этом, - твердо ответил Тэ, поднимая глаза. - Глядите, а он и заикаться перестал, - подколол со смехом Юн. Джухен перевел взгляд на левое плечо Тэхена, которое было подвязано медицинскими бинтами. Один лукавый взгляд – и бедный парень мигом понял его мысли. Джухен с силой пихнул Тэхена в плечо, отчего тот тихо вскрикнул и подкосился на землю, выронив Джорджи. Щенок приземлился на лапки рядом с лицом хозяина, после чего стал обеспокоенно облизывать носик Тэ-Тэ. - Думал, я тебе поверю? – произнес Джухен, наклоняясь и надавливая большим пальцем на бинты. Тэхен стиснул зубы до крови, чтобы не закричать на всю пустую улицу. Кажется, снова пошла кровь… - Знаешь, кто ты? Ты сумасшедший. Внезапно Джухен убрал руку и пнул беззащитного Тэ в живот, после чего ловко схватил Джорджи за шкирку и высоко поднял над головами. Ким дернулся, но вовремя подошедшая компания пихнули его куда-то под ребра, отчего паренек безвольно раскинулся на мостовой. Со слезами на глазах, Тэхен смотрел на то, как Джухен с нескрываемым отвращением держит пса и говорит: - Я не буду тебя бить, Тэ – ты мне даже нравишься. Но не это вшивое существо. С презрением в глазах, оборванец тряхнул попискивающего щенка и поднял с мостовой камень. «Дай мне веревки, Юн», - попросил тот, сжимая тонкое горло Джорджи. Щенок с визжанием заскулил, еще сильнее брыкаясь и извиваясь в крепкой хватке Джухена. Слезы на глазах Тэхена стали еще плотнее, и он сделал еще одну попытку вырваться. - Что ты собираешься делать, хен? – с неким беспокойством спросил Юн, смотря на то, как Джухен закрепляет камень к веревке. – Ты же не собираешься… - Именно. А теперь смотри, Тэ, как жестока бывает жизнь. Со злобным оскалом, Джухен туго затянул веревку на шее Джорджи под громкие крики Тэхена. Мерзко улыбнувшись напоследок, Джухен подошел к перилам. Разжал руку. После громкого всплеска, Тэхен перестал кричать и опустил протянутые руки на землю, с пустотой во взгляде глядя на то место, с которого был сброшен единственный и первый его питомец, которого парень успел полюбить всем сердцем и которому еще не было пары месяцев. Джухен единственный, который смеялся в этот момент. Его приятель – Юн – с ужасом глядел на друга и пятился назад. - Пошлите, ребята, - приказал Джухен. – Пусть наш малыш поплачет в одиночестве. Тэхен медленно поднялся и так же медленно подошел к перилам, роняя крупные слезы. Почему его жизнь так сильно смеялась над ним? Почему она отбирает жизни у невинных существ? Почему сам Тэхен не мог умереть вместо друзей, которому причиняет лишь боль? Маленький Джорджи, который не успел повидать прелести собачьей жизни, медленно шел ко дну, отчаянно шевеля лапками. Глядя на пузыри на поверхности воды, Тэхен был не в силах даже закричать. И вправду... почему нельзя просто уйти вслед за ним, оборвав все нити жизни?Не успел никто среагировать – как псих перекинулся через перила и без слов нырнул в речку, что уносила все живое и неживое дальше по течению.