Кто ты, Чон Чонгук?..

Тэхен проснулся от легкого потряхивания. Парень плохо понимал, кто он, где он и что вообще происходит. «Жаль. Очень жаль». В голову ударили болезненные воспоминания. Обрывались они почему-то на моменте, когда отец приложил парня лицом о дверной косяк. Дальше все как-то аляписто и размыто. Какого черта Тэхен сидит на полу, укрытый теплой зимней курткой – причем даже не своей, и дрожит – было ему неизвестно. К парню постепенно возвращалось ощущение реальности. Старший медленно начинал осознавать, что дрожь исходит не от него. Вся информация доходила до Тэхена будто сквозь вату. Чувствовал парень себя отвратительно. Внутри пульсировала и ныла щемящая пустота. Старший попытался привстать, но понял, что его движения что-то сковывает. Тэхен опустил взгляд и увидел знакомые бледные руки. Парня передернуло. Мало того, что сковывает его не что-то, а кто-то, так этот кто-то еще и в крови. В его, Тэхена, крови. Тэхен постарался разомкнуть руки Чонгука на своей талии, но это оказалось сложнее, чем он мог себе представить. Младший сжимал парня действительно крепко. – Гукки? – из уст Тэхена вылетали лишь хрипы. Вчерашняя истерика сделала свое дело. Старший как-то не на шутку начал волноваться о ребенке, что сидит у него за спиной и почему-то не спешит отвечать. Все личные проблемы и переживания вмиг отошли на второй план. Чонгука трясло. Он не спал, но в сознании толком не находился. Тэхен, не без усилий, все же смог разомкнуть ледяные руки парня. Старший развернулся лицом к Чонгуку и опешил. Младший был каким-то чересчур бледным. Ребенок сидел с закрытыми глазами, неосознанно шевеля губами и как-то странно дыша. В комнате было слишком холодно – отец Тэхена не удосужился нормально закрыть дверь. Да и стена, на которую облокотился Чонгук, была самой холодной – ветер снаружи по большей части дул именно в эту сторону дома. Старший испуганно начал трясти парня, но тот лишь что-то сдавленно мычал и хмурился. – Чонгук! Гукки! Хэй, ты чего? – Тэхен слегка побил младшего по щекам и отметил, что лицо у парня достаточно горячее. Старший положил руку Чонгуку на лоб, но температуры не оказалось. Даже если и была, то не очень высокая, и разморить Чонгука с нее так не могло. – Х… Хен, – младший неожиданно подал голос, пока Тэхен судорожно осматривал его тело. – Гукки! Ты напугал меня. Что с тобой, малыш? – старший взял Чонгука за руку и внимательно посмотрел парню в лицо. – Принеси рюкзак… И воды… П… Пожалуйста, – парень до сих пор сидел с закрытыми глазами и дрожал. Тэхен немного заступорился, но затем сразу же поспешил исполнить достаточно странную просьбу. Старший долго метался по дому в поисках чужого рюкзака. Почему он не додумался спросить у Чонгука, куда тот его закинул? Тэхен вошел в свою комнату, и его взгляд на долю секунды задержался на зеркале. Парень много плакал вчера, поэтому сейчас его лицо выглядело достаточно отекшим. Тэхен усмехнулся, глядя в глаза своему отражению. Он чувствовал себя жалким. Даже несмотря на свою ранимость и чувствительность, парень всегда старался сдерживать слезы. Не показывать слабость. Тэхен плакал редко. Очень редко. До недавнего времени. Парень наткнулся взглядом на рюкзак младшего, и его голову озарила еще одна не очень светлая мысль. Изначально Тэхен гнался за целью разгадать, почему Чонгук такой. Старший всеми фибрами души хотел достучаться до этого паренька, понять, кто он. Но самым смешным в этой ситуации оказалось то, что прошло уже почти четыре месяца их странных отношений, а у Тэхена ощущение, что он стал только дальше от Чонгука. Не телом. Душой. Младший знает о парне уже очень многое. Тэхен не знает о Чонгуке практически ничего. Чонгук научился читать старшего. Тэхен его – нет. Как только старшему кажется, что он вот-вот разгадает личность Чонгука – история набирает все более сложные и непонятные обороты, а ответы на вопросы оказываются все дальше и дальше. Тэхен сглотнул вязкий ком, что подкатил к горлу. Все должно было быть как-то наоборот. Старший лишь очень отдаленно представлял, как скребли на душе кошки у Чонгука в первый день их встречи. Тэхен не раз неосознанно перенимал тот роковой взгляд. Но даже если суть эмоции стала чуть яснее… В чем же ее причина? Старший глубоко вздохнул, стараясь отогнать тяжелые мысли. Тэхен быстро схватил рюкзак младшего и едва не бегом двинулся в сторону кухни за водой. Все его походы заняли не более трех минут. Но по ощущениям прошла целая вечность. Тэхен тихо присел возле Чонгука на колени, поставил стакан с водой неподалеку и кинул рюкзак за спину. Старший слегка наклонил младшего вперед и протолкнул тому за спину куртку. Ту самую, под которой спал до этого сам. – Чонгук, ты почему ничего на себя не накинул?! – Тэхену стоило бы сбавить обороты, но парень был действительно возмущен очередным пренебрежительным жестом младшего в сторону своего здоровья. – Дай рюкзак, п… пожалуйста, – Чонгук проигнорировал причитания старшего и слегка приоткрыл слезящиеся глаза. Выглядел парень очень болезненно. Тэхен осекся и молча протянул рюкзак младшему. – Можешь отвернуться? – Чонгук как-то слишком жалобно, с надеждой посмотрел на парня. На лице старшего читалось полное непонимание, но он привык исполнять просьбы людей, касающиеся их личных заморочек. Тэхен отвернулся. Чонгук медленно и как можно тише один за другим опустошал блистеры от таблеток, сооружая на ладони внушительную горсть. С каждым щелчком сердце старшего все больше уходило в пятки. Парень, конечно, догадывался, что со здоровьем у младшего все не очень гладко, но чтобы настолько… Чонгук закинул в рот пилюли и жадно припал губами к стакану с водой. Очень хотелось пить. Тэхен развернулся, стараясь не смотреть младшему в глаза. Старший выглядел достаточно потерянным. Будто узнал что-то, что знать не должен был. Или просто предпочел бы не знать. – Эй, со мной все хорошо, честно, – Чонгук дрожащей рукой дотянулся до макушки старшего и слегка потрепал того по волосам. – Хен, ну посмотри на меня. Тэхен поднял грустные глаза на Чонгука. Парень осекся и убрал руку. – Улыбнись, пожалуйста, – младший умоляюще посмотрел на старшего. Но Тэхен не мог улыбаться. Чонгуку стало холодно. Изнутри. Ведь улыбка Тэхена способна согреть его душу и заставить забыть обо всех горестях и печалях. – Гукки, мы не сможем какое-то время видеться, – старший говорил тихо и вымученно. Его душа тоже сейчас рвалась на куски. – Это из-за меня, да?.. – Чонгук заметно поник. Казалось, только-только их жизнь стала налаживаться. Казалось, только-только Чонгук почувствовал себя действительно нужным. – Нет! Глупыш. Как ты мог такое подумать вообще? – вопрос был, скорее, риторический. Тэхен пару секунд помолчал. – Я больше не смогу жить в этом доме. Завтра утром я должен уйти отсюда. Мы с родителями живем теперь раздельно, и… – Тэхен не смог договорить, ком вновь встал посреди горла. – Но ты… Ты ведь не уедешь отсюда? – Тэхен неуверенно помотал головой. На самом деле, он понятия не имел, что ему сейчас делать и где искать пристанище. Старший неожиданно положил Чонгуку ладонь на грудь, накрывая подвеску теплой рукой. Второй же он сжал свою и приподнял уголок губ. – Что бы ни случилось и как бы все не развернулось – мы все равно теперь неразлучны, – Чонгук кивнул, и с его ресниц сорвалась одинокая слезинка. Он и сам не знал причины ее появления – то ли слишком грустно, то ли слишком трогательно, то ли больно. То ли все вместе. Младший оттолкнулся от стены и обнял Тэхена. Чонгук заметно похорошел после приема таблеток. Да и сам он себя чувствовал гораздо лучше. Жаль, что такое – редкость. – Ты как вообще? – Чонгук слегка отстранился и посмотрел в глаза парня напротив. – Прорвемся, – Тэхен усмехнулся и поцеловал младшего в лоб. Парни вновь сплелись в теплых объятиях.

***

Тэхен бродил по пустому мрачному дому, полный тяжелых дум. Старший переживал за Чонгука, которого ждала встреча с родителями и друзьями. Старший не знал, куда он сам пойдет и как надолго сможет там остаться. Тэхен прошел на кухню и мягко улыбнулся. Вокруг все до сих пор было в муке. Люстра украшена уже засохшим кремом. Парню совсем не хотелось убирать этот близкий сердцу беспорядок, но вот в его руках уже влажная тряпка и швабра. Тэхен нехотя разбирал елку, так старательно наряжаемую Чонгуком. Как только очередь дошла до самого дерева, парень прыснул со смеху. Ты чертов гений, Чон Чонгук. Тэхен положил елку посреди гостиной и прикрыл достаточно большую дырку в полу ковром. Парень бы многое отдал, чтобы увидеть, как Чонгук устанавливал новогоднее дерево. Старший все еще не понимал, как тот до такого додумался. Тэхен вынес елку и воткнул ее в снег возле дома. Пусть радует глаз соседским ребятишкам. С первым этажом было покончено. Тэхен упаковал все, что посчитал нужным, и двинулся наверх. Парень не сразу заметил, насколько поблекла краска его бетонного неба. Кровать была усыпана темно-синей крошкой. Его Вселенная чувствовала, что скоро станет совсем не нужна своему хозяину. Тэхен изменился. Тэхену больше не нужны бетонные дали. Парень взял в руки детское фото Чонгука, что лежало на подоконнике, и улыбнулся. Намджун все-таки правда хороший парень. Знает, как порадовать. Тэхен прижал к груди фотографию, с которой на него смотрел ребенок с кроличьей улыбкой, и на пару минут прикрыл глаза, стараясь ни о чем не думать. Тяжело. Слишком тяжело. Добро пожаловать в мир взрослых, Ким Тэхен.