Сквозь время

      В это утро Драко проснулся ужасно раздражённым. Во-первых, у него ужасно болела голова, из-за того, что он вчера напился до беспамятства из-за этой грёбанной симпатии к грязнокровке. Во-вторых, мало того, что он выхлебал из-за неё в два раза больше алкоголя, чем когда-либо пил, так она ещё и снилась ему. Третья причина сейчас сидела на окне, постукивая своим клювом в стекло, и ждала, чтобы Малфой открыл ей форточку и забрал письмо. Парень поглядел на часы и простонал: — Шесть утра! Да я голову оторву этому умнику, который написал мне так рано! Надев пижамные штаны, он подошёл к окну и впустил сову. Сипуха рассержено влетела в комнату и, бросив конверт на стол, гордо улетела. «Ох уж эти министерские совы!» — подумал Драко. — «Видимо, долго ждала.»       Он с интересом взял конверт, чтобы посмотреть на адресанта, которому он должен был открутить его тупую голову, и, увидев имя и фамилию, с горьким вздохом чуть ли не проорал: — Грёбанная Грейнджер!       Он с обречённым видом открыл письмо, проклиная девушку и обвиняя её во всех смертных грехах, и начал читать: «Малфой! Прости, что так рано, но это очень срочно! Пришла информация, что старшего Паркинсона убили два дня назад. Его родственники только сейчас заявили об этом! Всё сходится! Дафна исчезла три дня назад, значит она, скорее всего, не убийца, а это значит, что убийца каким-то образом узнал, что она в курсе, кто следующая жерва, и похитил её! Срочно приезжай! Грейнджер.» — Ну, Грейнджер! Даже смерть отца моей бывшей невесты не позволяет никому вытаскивать меня из кровати! Убью! — прошипел Драко и плюхнулся обратно на кровать, решив проигнорировать сообщение. Сна не было ни в одном глазу. Злобно стукнув кулаком по кровати, парень встал и пошёл в душ. Холодная вода всегда отрезвляла его и прогоняла плохие мысли. Уже повеселевший, он оделся, посмотрел на себя в зеркало, немного взъерошил волосы и вздохнул.       Гребанная Грейнджер! Она ему нравилась еще в школе и, пытаясь привлечь к себе её внимание, Драко иногда перегибал палку, о чём сейчас очень жалел. А потом было как-то не до налаживания отношений, ведь они были по разные стороны баррикад. Ещё раз взглянув на своё отражение, парень трансгрессировал.       Когда он вошел в кабинет, Гермиона сидела за своим столом и сосредоточенно что-то читала. Кашлянув, Малфой попытался привлечь к себе внимание. Девушка подняла глаза, и когда её взгляд сфокусировался на Драко, она сразу же начала быстро говорить: — Прости, что подняла так рано, это было необходимо! Я должна задать тебе пару вопросов, чтобы проверить мои теории об убийце. Семья Гринграссов была связана с Пожирателями? Дафна была одной из вас? — девушка увлечённо подалась вперед так, что взгляд Драко случайно упал на её декольте. Упругие груди в белом кружевном лифчике хорошо просматривались через широкий вырез в блузке. Поспешно отведя взгляд, пока девушка не заметила, он прочистил горло и начал медленно говорить: — Во-первых, ты должна мне два часа сна, во-вторых, перестань орать, потому что у меня раскалывается голова, в-третьих, нет, Гринграссы никак не были связаны с Волан-де-Мортом, а Дафны вообще не было в стране последний год, насколько я знаю. — Значит, моя теория верна! — взбудоражено проговорила Гермиона. — Убийца узнал про расследование Дафны и похитил её! И кстати, Паркинсон уже здесь, но она сказала, что говорить будет только с тобой. — Грейнджер обиженно нахмурилась. Видно было, что ей самой не терпится узнать подробности. — Так что давай, она ждёт в зале допросов.       Малфой пожал плечами и направился к девушке. Она сидела на стуле и рассматривала свой маникюр. Увидев Драко, Панси обворожительно улыбнулась, встала и, завихляв бедрами, подошла к парню. — Драко, милый, я так рада тебя видеть! — девушка повисла у Малфоя на шее. Он поморщился и убрал её руки с себя. Паркинсон обиженно надула губки: — Даже не поцелуешь? — Отвали, Панс, мы уже давно не встречаемся. Я здесь по делу убийства своей матери и твоего отца. Расскажи всё, что видела. — раздражённо сказал Драко, сел и взял в руки перо.       Панси сложила руки на груди и нахмурилась. Хоть её все и считали дурой, но на самом деле девушка была достаточно догадливой и умела различать, когда к человеку можно приставать и бесить его, а когда лучше не стоит. Она попросила у парня закурить и, затянувшись, начала говорить: — В тот день я вернулась с работы раньше, чем должна была. У меня очень болела голова, поэтому я отпросилась. Когда я зашла домой, то увидела письмо. Отец написал, что к нему в дом кто-то вломился и устроил погром, и если это один из моих бывших решил подшутить, то он придушит меня собственными руками. Я не обратила на это внимания и легла спать. — Девушка горько усмехнулась. — Я проснулась от шума и голосов. Посреди комнаты стоял патронус отца и говорил: «Панси, в моем доме кто-то есть, и я чувствую, что он очень силён. Приезжай скорее, я один не выживу».       Потом шли крики, звуки драки и тишина. Я сразу же трансгрессировала и побежала в поместье. Когда я зашла в дом, то увидела, что отец подвешен на люстре, а на стене кровью написано: «Предателей нужно наказывать. Скоро все изменится.»        Паркинсон замолчала. В её глазах стояли слёзы. Она подняла взгляд на Драко и прошептала: — Хоть я не очень ладила с отцом, но он только начал новую жизнь после смерти матери, и я была счастлива за него. Найдите эту гниду, Драко, пообещай мне это! — девушка снова заплакала. Малфой сжал перо в руках и тихо сказал: — Обещаю. — он привстал и обнял девушку. В душе парня кипела злость, которая так и норовила вырваться наружу. Он ненавидел всей душой, того человека, который посмел решать за людей их судьбу. Наказывать их за прошлые ошибки, которые они совершили САМИ… Драко сжал кулаки и ещё раз прошептал: — Обещаю тебе.       Панси благодарно всхлипнула и внезапно сказала: — Когда я трансгрессировала к дому, на улице напротив стоял кто-то в чёрном капюшоне. Я не обратила внимания на него, но как только мой взгляд прошёл по нему, он трансгрессировал. — Она подняла горящий взгляд на парня. — Это был убийца, я уверена. — Дай мне свои воспоминания, пожалуйста. Это может помочь. — Драко взял девушку за плечи. — Мы отомстим этой мрази.       Паркинсон, ещё немного дрожа, кивнула, достав палочку, наколдовала сосуд, приложила его к виску и вытянула оттуда серебристую нить. Отдав Малфою колбочку, она снова посмотрела на него, ободряюще кивнула и затушила сигарету.       Драко вышел из кабинета. Прислонившись к стене, он закрыл глаза и попытался успокоиться. Парень понимал Панси как никто. Его мать тоже начинала новую жизнь, ждала отца из тюрьмы, ведь ему оставалось всего 2 года, купила аптеку, собираясь заняться бизнесом, чтобы когда он вышел, у них был законный доход… Мать по-секрету сказала Драко однажды, что очень хотела бы второго ребенка. Она действительно мечтала об этом, но во времена Тёмного Лорда это было очень опасно, а потом… Отец пытался выкрутиться из долговой ямы, завоевать расположение. Потом снова Волан-де-Морт, и родители снова откладывают свою мечту, лишь бы спастись самим. А сейчас… Отец все еще в тюрьме, мать мертва. Драко действительно ненавидел убийцу за сломанные жизни, людей, которые только начали исправляться. Глубоко вдохнув и выдохнув, парень поспешил в кабинет к Грейнджер, чтобы посмотреть воспоминания.       Когда Малфой вернулся, Гермиона с интересом что-то рассматривала. Они с Драко решили проверить теорию о ребёнке Пожирателя и запросили у министра списки всех зарегистрированных магов. Дело в том, что когда рождается ребёнок, его имя появляется рядом с именем родителя, если он был магом, а когда ребёнок поступает в школу и покупает палочку, его имя появляется на отдельной строке, исчезая с места около родителей. Драко понял, что девушка слишком увлечена и не стоит её отвлекать, поэтому начал искать омут памяти, чтобы посмотреть воспоминания Панси. Вдруг Грейнджер ахнула. — Чёрт, Малфой, иди сюда! Ты не поверишь, что я нашла!       Драко быстро подошёл к девушке. Он посмотрел на строку, на которую указывала Гермиона. «Беллатриса Лестрейндж (Блек) Рудольфус Лестрейндж Кассандра Лестрейндж»       Парень замер в изумлении. — У Беллы была дочь?! Мерлин, это невозможно! Она ненавидела своего мужа и любых детей! — Он начал ходить из стороны в сторону и вдруг замер. — Имя её дочери осталось около родителей, а это значит… — Значит, что она либо мертва, либо родилась сквибом! — перебила его девушка. — Если она жива, то я уверена, она и есть убийца!       Драко резко выдохнул. — Скорее всего, её дочь мертва. Ходили слухи, что у неё была дочь, но девочка родилась сквибом, Белла не вынесла позора и утопила ее. — Тихо сказал Малфой. — Это же ужасно! — Грейнджер закрыла лицо руками. — Это Беллатриса. — Он пожал плечами. — Ладно, разберёмся с этим позже. Я допросил Паркинсон. — Гермиона сразу же оживилась и даже чуть привстала на стуле. — Ну и как? — от напряжения и интереса она закусила губу, и в голове у Драко пронеслась мысль, что это очень сексуально, но он сразу же её прогнал, потому что на это сейчас не было времени. — Вот её воспоминания. — он показал флакончик, наполненный серебристой жидкостью. Грейнджер вскочила с кресла и достала из шкафа Омут Памяти. Опрокинув туда флакон, они склонились над ним и погрузились в воспоминание. Они стоят на улице напротив огромного трехэтажного дом, огороженного со всех сторон небольшой рощей. Внезапно ниоткуда появляется Панси и на минуту остановившись, бежит к дому. — Смотри, вот тот странный человек, о котором говорила Паркинсон! — Драко показал девушке на фигуру, стоящую в метрах двадцати от них, но Гермиона не успела рассмотреть её, потому что воспоминание затянуло их в дом, где Панси забегает и видит мёртвого отца, и ужасную надпись кровью на стене. Гермиона в ужасе прижала ладони ко рту и отвернулась, не в силах смотреть на рыдающую девушку. Драко бросился к окну дома и увидел, как незнакомец трансгрессирует. Он хотел уже попробовать выбежать, но вдруг водоворот вытолкнул их.       Парень и девушка оказались на ногах около Омута. Вдруг Гермиона покачнулась и начала резко падать. Драко подхватил девушку за талию, прижал к себе и начал успокаивать. Из карих глаз полились слёзы. — Тише, тише. Все будет хорошо. — он успокаивающе погладил девушку по голове. Она казалась такой хрупкой, как-будто игрушечной, и парень снова задал себе вопрос, почему же она все-таки выбрала такую сложную работу. Гермиона подняла на него свои полные слёз глаза и с уверенностью проговорила: — Теперь мы просто обязаны найти этого ужасного человека. Я не позволю ему находиться на свободе, никогда. — она решительно тряхнула головой, и тут Малфой понял, почему именно она занялась таким тяжелым трудом. Она как-будто горела изнутри, светилась ярким светом. Парень взглянул ей в глаза и утонул в них. Вдруг, будто не понимая, что он делает, Драко притянул её к себе и поцеловал. Её губы были изумительно мягкими и имели вкус спелой ежевики. Почувствовав, что девушка сопротивляется, он отпустил её и словно очнулся. Парень извинился и быстро вышел из кабинета. Гермиона недоуменно посмотрела на его удаляющуюся спину и улыбнулась. На губах всё ещё горел этот неожиданный поцелуй…