Сквозь время

***

      В тот день всё шло наперекосяк, будто бы назло Грейнджер. Мало того, что она проспала работу, так ещё и Живоглот подхватил блох от какой-то бродячей кошки. — Чёрт! — её блокнот с записями расследования куда-то подевался. Она снижалась по комнате, пока внутри вдруг будто что-то не дрогнуло, и Гермиона села на пол и внезапно заплакала. У неё не было сил, это было слишком сложно. Она осталась совершенно одна: Гарри, естественно, или проводит всё своё время с Джинни, или зависает на работе, а Рон недавно начал встречаться с Лавандой. Конечно, Гермиона была рада за него, но осадок от той измены остался. Всё-таки как долго она обманывала себя насчет его любви к ней! А еще этот несносный Малфой с его странным отношением к ней. Девушку это жутко смущало и настораживало, потому что она не верила в то, что люди могут так кардинально меняться. Возможно, он так хорошо относится к ней только из-за их совместной работы и желания раскрыть дело матери и отомстить убийце.       Работа… Вот, что действовало на нервы больше всего. Постоянные убийства, погони. Иногда Гермионе казалось, что смерть преследует её по пятам. И в то же время она любила свою должность. Девушку увлекали сложные логические загадки и расследования. Например сейчас, с дочерью Беллатрисы. Девушка даже за одну ночь научилась решать генетические задачи по биологии (браво магловскому интернету!), чтобы вычислить возможную внешность девушки, цвет волос, глаз. Вздрогнув, Грейнджер поняла, что сидит на полу в коридоре с сумочкой и палочкой в руках. Она посмотрела сначала на палочку, потом вглубь квартиры и, хлопнув себя по лбу, произнесла: — Акцио, блокнот! «Надо больше отдыхать.» — подумала Гермиона и трансгрессировала в Министерство.       Когда она поднялась в свой кабинет, Малфой уже был там и что-то читал. Девушка неловко кашлянула, и когда он поднял на неё глаза, смущённо сказала: — Прости, я опоздала.       Он усмехнулся, посмотрев на Грейнджер своими серыми глазами. Она заметила, что у него тёмные круги под ними, будто он не спал всю ночь. Драко подозвал её и положил перед девушкой какой-то документ: — Смотри, я порылся в архивах и нашёл ещё кое-что интересное. Её дочь появилась в Книге Магов в 1979 году, следовательно она училась на курс старше нас. В примерное время рождения Кассандры ещё шла война, и у многих семей рождались мёртвые дети, случались выкидыши из-за стресса. Скорее всего, Беллатриса подкинула свою дочь в одну из таких семей, изменив память супругам и врачам.       Гермиона удивлённо посмотрела на Малфоя и спросила: — Когда ты это отыскал? Ты тут всю ночь сидел?       Парень опустил взгляд и резко сказал: — Мне не спалось. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросила Гермиона.       Драко промолчал и снова уткнул взгляд в документы. Девушка вздохнула и тоже решила начать работу. Перед ней стояла непосильная задача: нужно было как-то продолжать дело о пропаже Дафны Гринграсс, но не было ни одной улики. Решив отложить это на неопределенное время и послать в Отдел по пропаже её фото, чтобы распечатали листовки и начали строить цепь поисковых заклинаний, она села за генетические задачи. Почему не с помощью магии? Просто таковой науки, как генетика, в магическом мире не существовало, здесь к беременным женщинам приходили ведьмы, которые с помощью заклинаний определяли пол ребёнка. Составив решётку Пинета, она начертила палочкой в воздухе примерный портрет Кассандры. Вдруг её взгляд упал на фото пропавшей Дафны. — Малфой, быстро иди сюда!

***

      С момента последней встречи Тома и Мелиссы прошла уже неделя. Парень сознательно игнорировал её и вынашивал план. Ему было нелегко, ведь он понятия не имел, как ухаживать за этой девушкой. Она не была похожа ни на одну, что были у него раньше, и это придавало сложности и интереса. Мелисса не восхищалась им, она относилась к парню с какой-то опаской и в то же время с дерзостью, что сбивало с толка. Его очень настораживало то, что таким отношением девушка только подогревает его интерес к ней. Том заметил, что начал следить за ней, примечать её повадки, манеру общения, находить взглядом в толпе Большого зала. Для него это было очень странно и ненормально.       Сегодня Реддл решил приступить к исполнению плана. Девушка как обычно стояла в одиночестве на перемене, разглядывая пейзаж за окном. Он неслышно подошел к ней и, встав немного сзади, сказал: — Уже выпал первый снег. Так быстро летит время…       Мелисса вздрогнула и обернулась. Том заметил, что она сжала губы и, проигнорировав его, начала уходить. — Постой. — это уже была импровизация. Он планировал лишь завести разговор, но девушка оказалась упрямой и не забыла ещё те пытки. — Я хотел… — он замялся. Мелисса выжидательно посмотрела на него и, ничего не услышав, опять отвернулась и пошла прочь. Том снова догнал её и, набравшись сил, схватил за руку: — Я хотел извиниться. — На выдохе проговорил он. Реддл увидел, как округлились её глаза, и напряглись все мышцы тела: она была готова в любой момент отразить атаку. — Спасибо, конечно, что извинился, но мне плевать. — Ледяной тон девушки удивил даже привычного ко всему Тома. — Я действительно был не прав. — Сквозь зубы выдавил из себя парень и, развернувшись, пошел прочь.       Вдруг Том услышал странный звук, обернулся и увидел лежащую на полу девушку, которую всю трясло. Он подбежал к ней и перевернул. Лицо Мелиссы было всё бледное, на коже выступили капельки пота. Волнение охватило парня, и, схватив её на руки, он прошептал ей: — Тихо, тихо, сейчас я отнесу тебя в Больничное крыло.       Девушка вдруг будто очнулась и простонала: — Только не туда, в мою комнату, пожалуйста.       Том недовольно нахмурился, но всё же послушал её и понес в сторону подземелий. Когда он дошел до этажа девочек, то аккуратно спросил у неё: — Где ты живешь?       Мелисса с усилием открыла глаза и прошептала: — Комната старосты девочек.       Она — староста? Брови Тома взметнулись вверх: он ни разу не видел её на общих собраниях, на планировке, всё время туда приходила Регина Стилл, красивая семикурсница, с которой, к сожалению, переспало уже половина школы. Жаль было, что она так халатно относится к чистоте своей крови, растрачивает впустую авторитет и статус.       Наконец они добрались до комнаты, но Мелисса уже отключилась, поэтому парню пришлось действовать самостоятельно. Он пять минут не мог подобрать заклинание, слишком уж хитро была заколдована дверь. Самое главное, что Том явно ощутил присутствие тёмной магии в защите. Несколько заклинаний он даже не знал, но доверился своей интуиции и попал в её комнату.       Это была обычная слизеринская комната, но холодные зелёные тона разбавлял мягкий бежево-белый цвет кресел. Реддл аккуратно положил девушку на кровать, но вдруг заметил на её руках сеть кровавых ран, которые будто расползались дальше. Он нервно огляделся: на тумбочке стояло какое-то зелье, над которым висела бумажка с надписью «Не забыть!». Том решил рискнуть и, налив в кружку жидкость, влил его в горло девушке. Раны сразу же начали затягиваться, а лицо Мелиссы начало приобретать нормальный цвет. Парень облегчённо вздохнул и упал в кресло. Пока девушка спала, у него была отличная возможность рассмотреть её получше. Фигура была отличная, что она очень выгодно подчеркивала своим стилем одежды: обтягивающие штаны, платья и короткие юбки. Будь он обычным парнем, то наверное, свистел ей вслед, если бы она проходила мимо. Но у Тома не было времени на глупые, по его мнению, отношения и завоёвывание девчонок. Крестражи — вот, что было его основной целью. Лицо у Мелиссы было правильным, выдающим в ней аристократку: аккуратный небольшой лоб, немного курносый нос, хорошо очерченные скулы, острый подбородок и огромные голубые глаза. Почему-то именно глаза являлись для Тома самым важным в этой девушке. Её дерзкий взгляд завлекал его и заставлял думать о ней. Вдруг девушка пошевелилась и застонала. Реддл сразу же вскочил с кресла и подошёл к ней. Выглядела она не очень хорошо, болезненно. — Всё нормально? — как можно более равнодушно спросил парень. — Да, — хриплым голосом ответила она, — уже лучше.       Чуть помедлив, девушка произнесла: — Спасибо, что донёс. Я не держу тебя здесь, всё уже хорошо.       Том вдруг разозлился. Даже в таком состоянии она ухитрялась дерзить ему! Он резко подошёл к ней и прижал к кровати. Мелисса пыталась слабо сопротивляться, но состояние здоровья сильно мешало ей. — Итак, ты ответишь мне на пару вопросов. — Ровным голосом сказал Реддл, не подавая виду, что внутри весь кипит от злости, — Во-первых, что с тобой произошло, и почему ты сказала мне не нести тебя в Больничное крыло?       Эмерсон упрямо сжала губы, но поняла, что сейчас сопротивляться бесполезно, поэтому сдалась: — Это эффект от проклятия, которое наложил на мою семью очень могущественный маг. Если я сопротивляюсь ему, то на моей коже появляются раны, которые можно заживить лишь этим зельем, — она отрешенно замолчала, но потом продолжила: — А если я подчинюсь, то сойду с ума.       Том удивлённо посмотрел на девушку. Теперь она казалась ему ещё загадочнее, и в глубине души он восхитился её силе воли. Сосредоточившись, он задал ей ещё один вопрос: — Почему ты так дерзишь мне и ненавидишь? С самого начала. Я понимаю, что после пыток ты имеешь полное право, но до них? Почему? — А почему нет? — Усмехнувшись, ответила Мелисса, — Я со всеми так общаюсь, если тебя это утешит. А сейчас я хочу, чтобы ты оставил меня в покое.       Реддл снова выдохнул, чтобы успокоиться. Эта девчонка отнимала у него очень много энергии, слишком уж сильно она бесила его. Бросив безразличное «поправляйся», он вышел из комнаты, хлопнув дверью и решив для себя, что план был полнейшей глупостью и нужно придумать что-то другое.