Магия, что обитает в твоём тёмном сердце

      Пёс сделал глубокий вдох, чтобы наполнить лёгкие воздухом и сделать паузу в рассказе. Но продолжить так и не посмел: Змей был бледен как смерть, из-за чего главарю банды сделалось не по себе. Не слишком ли владелец камня собаки перегнул палку, вдаваясь в некоторые подробности, казалось, таких второстепенных деталей? Но всё же, была одна вещь, которая смогла сломить дух и Пса и Змея одновременно. Но никто из них не знал, что именно эта «второстепенная» деталь рассказа всегда роднила и будет роднить давних друзей.       Змей поднёс свои дрожащие и ослабевшие руки к горлу, будто хотел задушить себя. Быть может, он и хотел это сделать, ведь, как известно, пережитый ужас и проклятые воспоминания о прошлом лишают рассудка, но одна вещи удерживала…       — Кто… — прохрипел Змей, пристально смотря на Пса, словно на известного убийцу, который беспощадно разделался с его семьёй прямо на глазах парня. — Кто убил ту женщину? Лебедёву. — Змей произнёс эту фамилию то ли с отвращением, то ли с некой гордостью, которую всячески пытался скрыть в осипшем голосе.       Пёс хотел дать ответ, но странный выпад владельца камня змеи остановил. Главарь слишком хорошо знал характер своего друга, а поэтому мог с уверенностью заявить, что проявление интереса к такой незначительной детали вызвано неслучайно. И тут до парня долетела потрясающая, но в то же время и ужасающая всё сознание мысль.       — Кто? — повторил Змей, видя терзания Пса.       — Я не знаю, — покачал головой парень. — Всё, что я рассказал тебе, было когда-то рассказано Фридой, а ей некоторые подробности передала Львица. Смысл мог исказиться…       Пёс попытался сделать свой голос как можно более твёрдым, чтобы слова походили хоть чуточку на правду. Убедившись, что Змей погружён в таинственную тоскливость, которая была вызвана такой «второстепенной» вещью, Пёс, торжествуя, но одновременно и карая себя за такую безответственность, видя состояние лучшего друга, вздохнул с облегчением. Теперь владелец камня собаки убедился полностью, что сумел соврать прямо в лицо человеку, с которым вместе делили общий кров, а иногда и еду, делили все радости и горе, соврать без тени сожаления. И в другое время Пёс бы испытывал вину, но осознавая обстоятельства и зная имя убийцы Лебедёвой, понимал, что правда может окончательно лишить ума Змея. Главарь был только рад хранить страшную тайну в своём сердце, неся одному это бремя.       — Прости, — хрипло произнёс бывший Оберегающий. — Минутная слабость. Просто довольно тяжело осознавать, что магия амулетов вышла из-за убийства невинной женщины, которая должна была оставить своих сыновей одних. Которые лишились отца. И которые сейчас непонятно где. Их забрали в детский дом?       — Или же их могла забрать сестра Лебедёвой, — предположил Пёс. — Но… Фрида говорила, что этого не случилось, ведь…       — Потому что…       — …эти две сестры были друг другу заклятыми врагами, — прошептали одновременно два друга и смолкли.       Погода становилась суровее — несмотря на то, что наступили первые дни июня, им вообще не пахло, все приметы походили больше за осень: хмурое и неприветливое небо, заволоченное тускло-серой пеленой, морозный и слегка бодрящий ветер, дующий прямо в лицо, а так же парящая в воздухе тусклая атмосфера. Холод пробирал до костей, а вместе с тем, постепенно завладевая своим льдом душу человека, словно играя на его чувствах. Погода была живой. Она хотела окончательно помутить разум людей, завладеть ими, импровизируя на больных воспоминаниях.       Змей протёр глаза, желая убедиться, что услышанный рассказ — лишь плод его воображения. Быть может Пёс просто шутит? Этого не происходило? Ну, тогда он выбрал не самое удачное время для розыгрыша.       — Но как эта история связана с тем, что ты разбил амулет? — спросил Змей, желая поскорее сменить тему о Лебедёвой.       — После смерти первое поколение амулетов само избирает нового владельца, — пояснил Пёс. — И даже после смерти второго поколения, мы — третье поколение, избрались так же по их воле. Но Фрида не знала, кого избрать: меня или Мрака. И тогда она попросила Львицу создать ещё один амулет, но менее слабый, чем первый. Амулет Мрака окрасился в чёрный цвет, и я долго не мог понять почему. И лишь недавно я понял, что всё зависело от нашей клятвы. Мрак её сразу же нарушил, а я… Эрик был слишком привязан к брату, а поэтому ради него убил Львицу и коснулся дара Силы. В тот роковой день дар отнял жизнь не у Эрика, а у Мрака, чтобы отомстить за его злодеяния.       После смерти Андрея, я стал чувствовать эмоции остальных амулетов… Это было связано с тем, что при совмещении двух камней, сила становится в два раза больше, но в моём случае, из-за сильных эмоций Фриды в день смерти первого поколения амулетов, моя сила заключалась в ощущении ваших эмоций… Иногда я даже мог читать ваши мысли. Благодаря тому, что Фрида смогла заключить договор с Гордеем и пользоваться силой камня кота, она показывала мне будущее. Но с каждым днём сила росла, я стал ощущать и физическую боль, я должен был уничтожить один из камней. Но как понять, какой слабее другого, когда на вид одинаковы? Ошибка была недопустима, и я попросил Фриду стереть мне память о банде Святых Королей, чтобы лишить себя при этом части силы. Как говорят «Многие знания — многие печали», я не хотел мешать тебе провести обряд.       После этого ты всё прекрасно знаешь. Не думаю, что мне надо продолжать говорить то, что со мной произошло, когда ты сам был свидетелем моего сумасшествия. Но именно то, с какой силой обрушился на меня вирус Рейчер, я понял — насколько сильным оказалось влияние двух камней. И лишь после я смог всё взвесить и решить рискнуть разбить подделку — свой камень. Ведь именно камень Мрака стал чёрным, а когда он перешёл ко мне, то влияние не изменилось, а лишь ослабело в руках противоположного хозяина. Мой амулет лишь был чуточку больше, чем подделка, но единственное отличие, которое чуть не ускользнуло от меня — он не может регенерироваться после вируса.       Мрак же долгое время водил Льва за нос, что если существуют два амулета, то значит, что и два клана Собак. Лев же был очень ослеплён местью за то, что не стал Оберегающим, что не видел подвоха… Жаль, что во время вируса Рейчер, я так же лишился рассудка.       Пёс грустно улыбнулся, наблюдая за реакцией Змея. Тот лишь кивнул, показывая, что внимательно слушал собеседника, но в мыслях был совсем в другом месте.       Главарь банды резко насторожился — он точно слышал чей-то смех! И скорее всего, он принадлежал сразу двоим!       — Змей, — шёпотом взмолился Пёс, смотря прямо в глаза давнего друга, — сейчас иди в банду Эрнагесена и сообщи всем, кому встретишь, что я вернулся. Если в банде и вправду есть предатель, то я думаю, что он наверняка выставит меня вместо него.       — Но… — пролепетал Змей, но его резко прервал владелец амулета собаки:       — Сейчас же!       Бывший Оберегающий увидел в глазах Пса не прошение, а приказ. Кивнув, парень рванул в город, едва сдерживая себя, чтобы не обернуться. Змей не хотел видеть эти суровые серые глаза, предзнаменовавшие беду и угрозу. И если бы ученик Львицы знал, что всё будет намного серьёзнее, чем думал…       Кошка поспешила надеть на свою голову капюшон, дабы хоть чуточку скрыть своё лицо и волосы от посторонних глаз. Амулет продолжал лишь слабо поблёскивать, и девочка чувствовала, что силы вновь начинают её покидать.       Блондинка вошла в просторный двор, оглядываясь по сторонам, что-то вспоминая. Через несколько секунд она торопливо подошла к одной из дверей подъезда, из которой, к счастью, вышел один из жителей дома. Девочка придержала за ним дверь и прошмыгнула в подъезд. Кошка пару мгновений осматривала двери, а после неуверенно позвонила в одну из них. Насколько помнила девочка, именно в этой квартире должна находиться Алиса. И дверь, как ожидала блондинка, открыла отнюдь не она. Увидев перед собой высокую женщину с аристократичными чертами лица, владелица амулета кота ещё сильнее сдвинула капюшон на лицо.       — Извините, Алиса здесь? — хрипло произнесла Кошка, пытаясь как можно сильнее изменить свой голос.       — Сейчас позову, — безразлично ответила мать Алисы и удалилась.       Кошка сжала губы, чувствуя, как ненависть начинает потихоньку вспыхивать в сердце. Но надо держать себя в руках и не срываться, надо просто подождать… Подождать, пока она и Оберегающая смогут остаться наедине и обсудить минувшие события.       Алисе не понадобилось много времени, чтобы узнать в хриплом голосе и спрятанном лице «следы» от Кошки. Прародительница, не веря своему счастью, едва подавила крики возбуждающего восторга, а поэтому, не теряя ни секунды, повела «незнакомку» в свою комнату. Евгения Львовна смотрела на подругу своей дочери с едва скрытым любопытством. Жажда узнать о незнакомке больше не давала покоя, и женщина стала нервно бродить вдоль коридора, украдкою поглядывая на дверь в комнату Алисы. «Нет, этого не может быть!» — шептала в мыслях женщина, а её ноги подкашивались.       Алиса едва скрывала судорожный крик, томящийся в её груди, когда увидела подругу, — вернее, даже сказать, сестру, — которую девочка считала чуть ли не мёртвой и убитою Псом, пришедшую к ней в дом! Так ещё, когда владелица камня кота сняла с себя капюшон, слегка бледное лицо девочки не показывало никаких признаков болезни.       — Прости, что мы с Псом так резко пропали, — прошептала Кошка. — Но сейчас некогда объяснять. Ты сможешь вылечить?       Девочка аккуратно сняла с себя амулет, протягивая Алисе. Оберегающая, потупившись, взяла его, осматривая. Камень почти не светился, не издавал никаких признаков жизни! Алиса тихо охнула, бросаясь к тумбочке, куда положила книгу, знающую всё о магии. Ну, или почти всё.       — Пёс, что ты натворил? — гневно прохрипела Алиса, мгновенно перелистывая страницу одну за другой.       — Ничего, он наоборот… — прошептала Кошка, а после схватилась за горло: болезнь начинала делать своё, и девочка потихоньку начала лишаться сил.       Прародительница не услышала слов сестры, нервно ища что-то про опасную болезнь. Наконец, найдя нудное описание, Алиса сжала в обеих руках амулет Кошки и закрыла глаза. Сама же блондинка наблюдала за этим процессом, с облегчением заметив, что по венам будто начала течь волна силы, окрепившая мигом всё тело. В такие минуты уже не хотелось думать о том, какие мысли таила в себе Алиса насчёт Пса. Кошка ощущала лишь блаженство и лёгкость.       — Теперь расскажи мне всё, что произошло! — потребовала Алиса.       Блондинка уже открыла рот, чтобы начать длинный рассказ о том, что её с Псом схватили браконьеры. Уже перед приходом к подруге, девочка обдумала, что рассказывать в подробностях, а какие детали опустить. Конечно, Оберегающей не следовало знать о том, насколько сильно ослабела Кошка, что уже Пёс стал за ней ухаживать, и какие чувства и терзания испытывала, когда тот разбил камень и готов был умереть… Иногда Кошка задавала себе вопрос: почему она так сильно переживает за главаря, когда они почти всегда соревновались между собой и почти всегда расходились в мнениях?       Речь Кошки прервал резкий и пронзительный звонок телефона. Алиса, подавив вздох, молниеносно схватила с подоконника старый телефон, посмотрев на экран. На нём высвечивалось слово «Рома».       — Немедленно собирайся и встречаемся возле того старинного замка, где ты получила свои силы! — закричал Рома, едва ли Алиса нажала на зелёную кнопку гудка, и сразу же сбросил трубку.       Алиса, позабыв про историю, которую должна была поведать Кошка, даже не попрощавшись с ней, представила в голове то самое место. Совсем недавно Оберегающая смогла изучить ещё одну силу амулета льва — телепортация. И как же она была нужна именно сейчас! Рома был единственным, кто мог помочь ей понять и пролить свет на тёмную историю. Именно он верит ей, что Пёс — предатель. Кошке просто повезло спастись от него.       Владелица амулета кота с открытым ртом смотрела, как перед её глазами испарилась Оберегающая. Конечно, девушка долго не могла прийти в себя. И первое, что вводило её в ступор — резкий голос. Алиса сразу же выполнила приказание этого Ромы, будто бы под гипнозом… И так сильно забить на подругу, о которой раньше так сильно беспокоилась!       Кошка посмотрела в окно. Сердце будто резало ножом, предчувствие велело ей идти туда, где лишь совсем недавно она должна была вынуждена расстаться с Псом, оставив его со Змеем… «Наверное, Рома нашёл их и позвонил Алисе…» — утешала себя девочка. Но сердце продолжало резать лезвием, оставляя кровавые отпечатки ужасных мыслей.       Рома иногда поглядывал на свой жёлтый амулет зайца, спрашивая себя: «Почему же именно это животное досталось мне, и что же оно значит?» Рок судьбы или просто случайность отдали ему этот дар, ради его же выгоды? И если раньше этот подарок казался высшим наказанием, то сейчас именно оно поможет свершить несправедливое правосудие, отомстив банде Эрнагесена за то, что её члены не выбрали только его, но и эту дурацкую сестру Лизу! Вечно выводящую из себя, такую выскочку и себялюбивую личность!       Алиса появилась в нескольких метрах от Ромы всего через каких-то пару секунд после того, как тот положил телефон в карман своей куртки. Выглядела она достаточно встревоженной, отчего владелец амулета зайца вздрогнул. И тут он впервые подумал… А не слишком ли эта слепая месть далеко зашла?       — Пёс предал нас окончательно! — прохрипел Рома, словно актёр на сцене играет драму. — Я видел, что он разговаривает со Львом!       — Я так и знала! — бросила Алиса. — Я не сомневалась!       — Однако, твой амулет должен проучить его! — улыбнулся Рома. — Убьём его?       — Убьём?! — закричала Оберегающая.       Это ужасное слово эхом пронеслось в мыслях, и девочка отпрянула. Слышать это устрашающее предложение от того, кто совсем недавно был робким и тихим…       Алиса приложила руку к груди, но тут же вскрикнула: она не чувствовала своего амулета! Нет, это не могло быть ошибкой! Всего пару секунд назад она чувствовала его, а теперь… Оберегающая молниеносно развернулась, увидев перед собой его: стройную, но одновременно и хилую фигуру, безумные тёмно-голубые глаза, светло-русые волосы. Густые брови, казалось, даже закрывали собой глаза, придавая очертаниям лица серьёзный вид. Сквозь улыбку девочка увидела оскал.       — Ты слишком труслива и наивна, — загоготал Лев. — Слишком. Не подходишь ты на роль Оберегающей!       — Так значит, Рома и ты были заодно? — только и промямлила Алиса.       Лев ещё шире улыбнулся, а его зубы стали видны более отчётливо. Но его безумные глазницы не задержались долго на Алисе, а сразу перешли на амулет. Тот ярко поблёскивал своим прозрачным светом, а самому сводному брату Змея казалось, что мощь камня начинает постепенно заполнять всё тело.       — Ну, когда ты наконец проучишь Эрнагесен?! — дерзко спросил Рома. — Мне надоело ждать!       — Раз ты такой нетерпеливый, — Лев довольно вытянул правую руку, сжимая её в кулак, — то с тебя и начнём!       Владелец амулета зайца душераздирающе закричал во всё горло и потерял сознание. Неожиданная вспышка невыносимой боли настолько прожгла его тело, что юный предатель успел всего за каких-то пару мгновений лишиться рассудка. Но теперь бесчувственное тело лежало на сухой земле.       Алиса едва сдерживала себя, чтобы не закричать. Умом она понимала, что если Лев забыл про неё, то лучше и не напоминать. Рома просто использовал её, как его использовал Лев! Выходит, что она была просто тряпичной куклой! Ярость заставила Оберегающую с силой стиснуть кулаки, а ногти настолько сильно сжались в кожу, что даже оставили после себя маленькие кровавые отпечатки. «Дед, почему ты сейчас не приходишь мне на помощь?» — шептала Алиса. — «Ведь ты же приходил во время моего обряда…»       Лев был не в силах сдерживать свой сумасшедший смех, а поэтому громко загоготал. То, к чему он шёл четыре года: активизация всех восьми амулетов, передача камня льва в руки Алисы, чтобы потом начать манипулировать ей! Конечно, на это ушло четыре года, но они того стоили! Все эти мысли вмиг улетучились, когда Лев почувствовал тяжёлый удар прямо в живот. Безумец неуклюже свалился на землю, чудом не упав прямо в глубокий пруд, где можно было запросто утонуть. Мигом распахнув глаза, Лев сразу ощутил, что амулет вылетел из его рук, а над ним возвышалась совершенно другая фигура… Не Алиса и не Рома, хотя только они и были поблизости… Или нет?       Лев прищурился, рассматривая фигуру… Глубокие серые глаза закрывали собой упавшие на лоб пряди волос. Но даже сквозь них можно увидеть презирающий взгляд, полные горечи и нахмурившиеся светлые брови. Некто аккуратно поднял с земли амулет льва, но всё же не отводил глаза от безумца.       — Ты… ты умер! — кричал Лев. — Я видел!       — То, что ты видел — лишь поверхность, — вздохнул Пёс. — Ты верил, что существует два клана Собак? Тогда, я по правде могу считать тебя глупцом. Это невозможно. Ты бросил ЕГО — Нидзёгга, хотя он нуждался в тебе! Ты был слишком опьянён местью, тебе было всё равно на своих друзей, ты лишь хотел убийства врагов. Знаешь, забавно, но это единственное, чем мы с тобой были недавно схожи… Лев зарычал. Горло хотело издать рёв полный ненависти, но вместо этих церемоний, он со всей силы сжал руки в кулак. Ненависть настолько кипела в жилах, что магия этого безумца, пусть и не такая сильная, как любого амулета, но всё же смогла убить.       Алиса смотрела, словно зачарованная. Ужас полностью парализовал её. Сила Льва бешено набросилась на Пса. И прежде, чем она успела хоть что-то с ним сделать, Алиса почувствовала, что что-то неведомое сбило её с ног. Оберегающая свалилась в ледяную воду, которая будто лезвием пронзила всю кожу. Девочка открыла рот, чтобы завопить, но вместо этого изо рта понеслись на поверхность прозрачные пузыри. Ледяная вода полностью парализовала тело, а поэтому Алиса не могла даже всплыть. Силы мигом истощились… И рана, которую оставил на ноге осколок стекла, тут же открылась, окрашивая участок воды в алый цвет.       «Умереть такой нелепой смертью...» — размышляла Оберегающая. Сердце потихоньку переставало бить, а невыносимая боль, которую вызывал пронзающий до костей холод воды, проходила. Алиса закрыла глаза, чувствуя, что сознание полностью улетучивается, и она сама падает во тьму.