Бог из пробирки

Маркус Фабий Игнис совершенно по-человечески чмокнул губами, наблюдая, как из грузового лифта выехали сервиторы класса «Катафрон». Бронированный торс на массивном гусеничном шасси, вместо рук неприлично большие орудия или силовые и гидравлические клешни. За этими серво-танками вышли роботы. — И «Кастеляны», куда же без них?! — Впервые за всю свою новую жизнь Маркус испытал клинический шок и это при условии, что Астартес невозможно шокировать. — Но где же их Доминус? — прошипел Шор. — Где человеческая воля, которая поведёт грозные машины в бой? — Согласен… где же он? Боевые машины разбились на три группы: в каждой было два робота и четыре сервитора. Огромная огневая мощь плазменных и фосфорных орудий, подкреплённая силовыми кулаками и клешнями. Одна группа рассредоточилась рядом со входом, две другие начали патрулирование. Над ними взвились сервочерепа, сканировавшие пространство во всех направлениях. Но техножрец-доминус так и не появился. — Неужели струсил? — Маркус сам не верил в вероятность подобного, но чтобы почитатель Омниссии, выбравший военную стезю где-то прятался, выведя на поле боя такие силы? Такого не бывало. — Механикум измельчали. Как думаешь, Шор, пригодилась бы нам сейчас энунция? Ведь достаточно одного слова… а так придётся по старинке. Маркус вскинул левую руку. На раскрытой ладони сформировался широкий излучатель лазерной пушки. — В ПЛАМЯ БИТВЫ! НА НАКОВАЛЬНЮ ВОЙНЫ! — усиленный Варпом рёв разнёсся по округе, забивая помехами ауспексы и авгуры. Преломляющее поле с хрустом схлопнулось, а Маркум с предвкушающей улыбкой выстрелил. Багровый луч, насыщенный энергией, соединил руку облитератора с замаскированной антенной связи. Кубометр реальности просто схлопнулся сам в себя с влажным чпоком и эхом из криков боли. Боевые машины немедленно открыли огонь, грамотно распределив сектора обстрела, не давая противнику и шанса выжить. Лишь демонический смех был им ответом. Четыре попадания из плазменных кулеврин начисто снесли руины здания, из которого начал бой Маркус. — Вы можете лучше! — и новая порция смеха. В этот раз на раздражитель ударило только одно плазмезменное орудие. Завал из двух грузовых вагонов монорельса разлетелся в стороны водопадом расплавленных обломков. Маркуса это не устраивало. — Ну же, дети Омниссии, придите и очистите меня, еретика! — несколько плазменных сгустков ало-розового цвета вылетели из пустоты и поразили сервочерепа, парившие над завалами вокруг инфокрипты. Невидимость снова отключилась, и чуткие сенсоры роботов засекли облитератора. Пусть всего на несколько секунд, но и этого хватило, чтобы огненный вал обрушился в тот сектор, где прятался враг. Маркус неторопливо забирал вправо, обходя спуск в инфокрипту против часовой стрелки. Естественно, только одна ударная группа отправилась за ним. Два Кастеляна и четыре Катафрона. Всё ещё огромное количество огневой мощи, но хотя бы не такой плотности. Лазпушка в руке накопила заряд, и теперь следовало найти удобную позицию для нового снайперского выстрела. — Шор, напомни мне потом, что нам нужна нормальная болтерная винтовка. Чтобы не демаскировать себя выстрелами! Сержант такого бы не одобрил! — Маркус кружил и уклонялся, всеми конечностями пробивая себе дорогу сквозь покинутый квартал города, а позади него катился поток энергии и огня. — Который из многих? — поддел его демон. — Любой!.. — близкий взрыв смахнул Маркуса в сторону, пробив его телом несколько стен. Облитератор мотнул головой, чувствуя, как срастается пробитый шлем. Оптические сенсоры на механодендритах, так напоминавшие глаза, помогли ему сориентироваться. Маркус ухмыльнулся в предвкушении и поднял ладонь: сразу за стеной открывался отличный вид на сервитора с плазменной кулевриной, а полметра рокрита — это даже не препятствие. *** В первые моменты боя Викандер почувствовал себя недостойным звания жреца Омниссии, испытав самое человеческое, даже животное состояние — сковывающий ужас. Выстрел из неизвестного энергетического оружия, разрушивший на мгновение саму ткань реальность, вселил в техноадепта страх. Ведь и боевые роботы, и сервиторы сколько бы ни были защищены могли не выдержать даже единственного попадания. Викандер бросил быстрый взгляд на полностью бесполезный терминал связи. Проводного соединения здесь нет, основная антенна разрушена, вспомогательная повреждена всплеском энергии в сети. Признаки скрапкода на всех частотах. Ему даже пришлось запретить обмен беспроводными сигналами боевым машинам и системам обороны. Теперь только тайные бинарные литании смогут усмирить Духов Машины и убедить пропустить других техножрецов. — Если они, конечно, получили сигнал тревоги… Ему оставалось лишь наблюдать на многочисленных мониторах, как противника отгоняют подальше от входа в крипту. Пока что создавалось впечатление, что на святилище Механикус напал одиночка, но специальные программы, отвечавшие за тактику боевых групп, не давали Духам Машины броситься за ним и растерзать его. Пока что главным минусом были потерянные сенсоры в зоне боя: и пикт-камеры, и антенны ауспексов, даже простейшие регистраторы движения — всё было выжжено буйством энергий и температур. Это могло создать проблемы в будущем, когда придётся восстанавливать зону безопасности вокруг крипты. Схватка вспыхнула с новой силой, и один из Катафронов взорвался со всей мощью плазменного резервуара его кулеврины. Опять этот луч, разрушающий реальность. В сервитора уткнулся поток когерентного света, и с влажным хлопком грозный боец превратился в останки гусениц, разлетевшихся на площади пятьсот квадратных метров. Первая серьёзная потеря. Вторая тактическая группа развернула свои порядки, широкой дугой охватывая место, откуда произвели выстрел. Если враг действительно одиночка, то он чрезвычайно мобилен, на уровне сикарейцев. Викандер выпустил ещё два десятка сервочерепов для разведки. Его маленького войска хватило бы для разгона полка Имперской гвардии. А тут всего один юркий противник! Битва кипела, столь же беспощадно, как и бессмысленно: потоки освящённого прометия, белые шарики раскалённых снарядов фосфорного оружия, сияющие шары плазмы били куда угодно, но не могли поразить цель. При этом сражающиеся сместились таким образом, что Викандер лишился возможности наблюдать бой напрямую. Происходящее на экранах легко описывалось словами: «Кто-то куда-то зачем-то стреляет». Бой потерял всякую иллюзию управляемости. Богатые тактические схемы Адептус Механикус, загруженные в сервиторов и роботов, медленно, но верно проигрывали гибкости и выдумке противника. Викандер даже не заметил, как начал бормотать псалом: Защити оружие моё от поломки, Как душу мою защищаешь от нечистого, Омниссия не оставь взором Своим, Яви силу Свою и направь меня, Даруй святость стали, что защищает тело моё и душу мою, Пусть мудрость Твоя направит меня, Благослови меня на жизнь во имя Твоего торжества, Не позволь сгинуть, пока долг мой не выполнен. Его прервал мощнейший взрыв и сигнал тревоги, разносившийся по всей инфокрипте. Техножрец испуганно вскочил, но на экранах когитаторов не было отметок о вторжении. Только неудачный выстрел из плазменной кулеврины. Викандер бросил взгляд на гололит карты: скрупулезные сервиторы ставили отметки обо всех известных передвижениях сил обороны. Да, вот этот манёвр, когда тактические группы, загоняющие противника, оказались в позиции, идеальной для дружеского огня. Сервиторам нужна была управляющая воля, Викандер это понимал, но не хотел, чтобы этой волей была именно его воля. Снова выстрелы, но теперь уже Кастеляны сражались друг с другом и с Катафронами. Викандер с ужасом смотрел, как взбесившиеся Духи Машин безжалостно потрошили недавних союзников. Противник смог воспользоваться одной из немногих уязвимостей боевых роботов: ограниченным программированием. Дружественный огонь должен был верифицировать техножрец, но Викандер сам ограничил связь. Если бы у него сохранились волосы, он бы сейчас их рвал от стыда и ужаса. Излишне параноидные протоколы обороны вылились в… разгром. Защитники инфокрипты уничтожали сами себя. Враг даже не проявлял себя, чтобы не привлечь внимание сражавшихся. Викандер бросил последний взгляд на цилиндр информационного хранилища, покрепче сжал рукоять серпенты и шагнул к лестнице наверх, туда, его ждала неминуемая гибель. — Машина должна быть сохранена для торжества Омниссии! — подбодрил себя Викандер перед первой ступенькой. В этот момент на него снизошла божественная благодать технолингвы. Песнь бинарного кода наполнила ноосферу инфокрипты сложнейшими трансцендентными формулами, словно калёное железо выжигая из Викандера сомнения и страх. Схватка наверху прекратилась. Сервиторы и роботы выстраивались в две линии перед вышедшим из развалин Доминусом, потому что никем иным фигура на мониторах быть не могла. Викандер с благоговением смотрел, как трёхметровая фигура в просторном одеянии Механикус размеренно шагает вперёд, источая Свет и Слово Омниссии. Пространство вокруг окрасилось золотыми линиями информации, заставляя работать некогда почившие механизмы, пробуждая их Дух. Викандер почувствовал, как его собственная аугметика становится эффективнее. Самое жуткое, что за его спиной началось некое движение. Он боялся обернуться, благоговение пополам с ужасом боролись в его душе: технолингва неизвестного жреца пробудила информационное хранилище. Здесь и сейчас произошло чудо, манифестация Воли Омниссии. Возможно, нападение неизвестного стало испытанием для веры самого Викандера? И если бы он не решился выйти наверх, то его бы ждала бесславная гибель? Техножрец побежал по ступенькам лестницы так быстро и легко, как не бегал никогда. Тело словно обновилось, словно прошло полноценное техобслуживание. Духи Машины его протезов пели в унисон. Викандер выскочил на поверхность без какой-либо благопристойности, которую следовало бы продемонстрировать перед магосом Доминус. Тот замер у спуска в инфокрипту и скинул капюшон, приветливо улыбаясь. Его глаз и часть черепа были заменены сложным сенсорным комплексом, но в остальном — перед Викандером стоял скорее технодесантник, чем техножрец. — Маркус Фабий Игнис, грандмастер Кабала Синтеза, дитя. В линзах сенсорного комплекса прорезался вертикальный зрачок, а выстроившиеся в линию уцелевшие роботы и сервиторы расхохотались потусторонним демоническим смехом. Сердце Викандера пропустило удар, кровь отлила от кожи, а затем резко прилила. Техножрец пал на колени, одновременно скидывая капюшон и демонстрируя специфический порт подключения к коре головного мозга. — Господин! Мы думали, что вы никогда не придёте! — Это не так, я просто задержался в пути, — огромный механодендрит показался из-под одеяния, его клешни обхватили голову Викандера, и в порт подключения вонзился штырь. Холодные пальцы прикоснулись к разуму Викандера, медленно перебирая его память. Всё глубже и глубже, не игнорируя ни единой мелочи, каждое мгновение извлекалось на свет и изучалось. Знания, события, лица и имена — всё удостоилось внимания грандмастера. Викандеру не было стыдно за свою жизнь: немногочисленный еретический культ, с корнем вырванный Префектурой Магистериум, смог восстать из пепла собственных ошибок и неудач. Пусть их деятельность стала сомнительной, ресурсы — минимальными, несколько десятков техножрецов под управлением скрывавшего свою личность магоса находились во многих ключевых местах Аквиты, знали некоторые тайны этой планеты, видели её чудеса. — Как это неожиданно… и как приятно! — прошипели вокс решётки подкатившегося Катафрона. — Наше дело живёт, пусть и нельзя сказать, что процветает! Механодендрит отпустил голову Викандера, подхватил за рясу и вздёрнул на ноги. — Веди меня, неофит. Ты здесь для вскрытия информационного хранилища, и в Воле Омниссии оказать тебе помощь. Пусть я пока что не могу одарить тебя материальным знаком Кабала, знания выступят наградой. Видит Омниссия, Механикум нужны лишь знания и свобода их использовать. — Да, лорд, — Викандер склонил голову, а затем махнул рукой в сторону входа. — Следуйте за мной. Впервые он испытал стыд за то, как небрежно были организованы археологические работы. Инфокрипта была небольшим бункером, очевидно лишь частью куда более крупной системы, но магосы не могли себе позволить вести активные исследования в условиях планетарного бунта. Поэтому никакой красоты технического планирования, лишь петли кабелей, редкие свечи, тусклые сферы люминаторов, воткнутые там и тут когитаторы. Викандер провёл грандмастера к сердцу инфокрипты, и замер на входе в комнату с хранилищем информации, не в силах поверить своим глазам: огромный цилиндр раскрылся цветком, и перед ним парила гололитическая карта Аквиты. Маркус Фабий прошёл мимо него, одновременно затягивая новую бинарную литанию. Сложная даже для Викандера математическая последовательность пробудила Дух Машины инфокрипты, заставляя изменять масштаб изображения, крутить глобус планеты. Легенда значков на гололите была архаичной, но это не помешало понять Викандеру главное: — Это реальное время? Карта отражает события в реальном времени?! — Да, неофит. Акты гражданского неповиновения, угроза неизвестного генезиса… работоспособность основных систем 95 процентов… Грандмастер прикоснулся к инфохранилищу, и снова раздался демонический смех. Страшный, пробирающий до самого естества. Синтез опирался на взаимодействие с Варпом, но ни у кого из техножрецов культа не имелось ни знаний о демонах и колдовстве, ни возможности их получить или реализовать. — Ах… — вокс-решётки испустили томный стон. — Когда прикасаешься к таким сокровищам… я преисполняюсь эссенцией знания. Как будто все планета отдаётся мне во владение, каждая сеть, каждый датчик и сенсор… мне кажется, что я сейчас предскажу… — Хватит, Шор, ты начинаешь вести себя, как свежая демонетка Тёмного Князя, — пророкотал Маркус Фабий — Я нечестивый плод связи Хранителя Секретов и Повелителя Перемен, так что мне можно… От тяжёлого дыхания, вырывавшегося из динамиков, Викандер сжался. Демон, связанный с грандмастером, был бесконечно силён. Даже звуки его голос нарушали работу аугметики техножреца, что уж говорить про возможные проявления Варпа в реальности. Кое-где стены уже покрылись психоинеем, а значит границы с Импереями истончились. — Теперь я знаю, куда идти дальше, — Маркус Фабий. — Скажи, неофит, есть ли у нас глаза и уши в штабе обороны Аквиты? — Да, господин. Информация из штаба поступает в планетарную сеть по обходным каналам, — Викандер не посмел поднять взгляд от пола, рассматривая пурпурные сабатоны. Они были выполнены с куда большим изяществом, чем такие же бронированные ботинки космодесантников Империума. — Да, я вижу… и шифры… — Маркус Фабий прикрыл глаза, обращаясь к знаниям, полученным от техножреца. Инфокрипту наполнила новая трель бинарного языка, и подчиняясь команде над бункером поднялась штатная антенна. Викандер следил за происходящим на мониторе с немым благоговением: он почти прикоснулся к археотеху. Такой чести удостаивались не всякие уважаемые магосы. Радио зашипело, пытаясь поймать сигналы. Демон играюче ломал кодированные передачи, перебирая потоки данных. Наконец грандмастер положил огромную ладонь на плечо Викандера. — Неофит, никогда не доверяй культистам Слаанеш что-то сложнее разврата. Перед нами новая задача. Мы должны остановить их культы Удовольствий. Я решил, что Аквите рано погружаться в Варп.