Для кого нет границ

— А теперь, класс, пока вы не ушли, а если точнее, не убежали, я хочу сделать объявление!       Этими словами кончился первый урок в школе. Их произнесла Сали Бёрк, учительница Алана. Кто-то звал её мисс Бёрк, кто-то — училкой очкастой, но без всяких сомнений можно утверждать, что Сали любила всех своих учеников, несмотря на их различия и странности. У неё была довольно приятная внешность: округлое лицо, каштановые, слегка вьющиеся волосы до плеч, глубокие и ласковые карие глаза, аккуратный носик, на котором сидели узкие очки в чёрной оправе, придающие лицу ещё больше нежности и мягкости. Одета Сали в простенькую клетчатую рубашку палевого и светлого-жёлтого цветов и коричневые брюки.       Алану нравилась его учительница. Всегда спокойна и уравновешенная, не терпящая суеты, но всё успевающая делать; открытая, честная, любящая детей. У Сали была редкая особенность всё всегда узнавать: обо всех драках, шалостях, проделках и проказах. Но при этом она никогда сразу же не вела ученика к директору, не отчитывала перед всеми на уроке, не вызывала прилюдно к себе его родителей. Нет, она всегда скрывала от остальных, насколько это было возможно, детские проделки. Сали умело маскировала встречу с родителями под «помощь взрослых передвинуть парты», «совещание по выбору нового цвета стен для класса» и прочие мероприятия. Но ученики уже научились раскрывать её уловки. Вот и теперь все гадали, что придумает учительница для тайного разговора. Но с кем будет проведена беседа и какую тему затронет, это все знали наверняка. Алан не был исключением.       Мысленно юный сатанист проклинал единственную черту мисс Бёрк, которую он ненавидел. Чрезмерное любопытство и назойливость. Алану совершенно не нравилось, что кто-то наблюдает за ним, пытается без разрешения проникнуть в его тёмный мирок демонов. Что же решит Сали, если узнает, что он помогает нечистым силам? Нет, лучше об этом не думать. — Как я уже сказала, у меня есть для вас важное объявление, — тем временем продолжала мисс Бёрк, — Новый учебный год начался для нас довольно хорошо и приятно: к нам приехала Софи, и в школе практически не было происшествий, — после этих слов среди учеников забегало оживлённое шептание, и класс наполнился противным жужжанием, — Но некоторые из вас пока не очень хорошо учатся, так что я решила пригласить ваших родителей завтра в школу, чтобы дать им советы, как помочь вам с учёбой. Запомните: встречаемся завтра, после уроков в этом кабинете. Запомнили? Отлично! Можете идти отдыхать.       Как и ожидалось, после заветных слов все ученики дружно вырвались из класса, толкаясь и всё время о чём-то переговариваясь. Алан, изменяя своей привычке, стал тоже пробираться вместе со всеми. Он догадывался, что, если останется с мисс Бёрк один на один, она не упустит шанса заговорить о вчерашней драке, а юному сатанисту этого совершенно не хотелось.       Оказавшись в коридоре, Алан сразу же прислонился к стене и стал обдумывать, как сказать родителям о вызове в школу, третьем по счёту за всё время обучения. И если обвинения за кражу сушёного корня бересклета из кабинета биологии и «своевольные упражнения по развитию физических способностей с применением школьного инвентаря» ещё можно простить, то драку… Да, Алан рискует надолго остаться под надзором родителей и, если уж совсем не повезёт, детского психолога.       Юного сатаниста вывел из размышлений подошедший Боб. Вид у него был измученный и подавленный, а на щеке великолепным синим пятном цвёл синяк. Легко догадаться, что от юного мучителя наконец отвернулась удача, и пришла полоса невезения: мало того, что жутко болит щека, родители отчитали за драку, так ещё и одноклассники перестали уважать. Было видно, что теперь Боб просто хочет сорвать свою злость на заклятом враге, и это очень заинтересовало Алана. Хорошее настроение юного сатаниста, оставшееся после вчерашней прогулки с Софи, испортило известие о вызове родителей в школу. Пришло время поднять его, обменявшись парочкой колкостей с Бобом. — Ну что, доволен, Чёрный Рыцарь? — язвительно начал одноклассник, — Мне теперь очень хочется узнать, как твои родители отреагируют на то, что ты избил одноклассника? Спорим, ты будешь неделю сидеть под домашним арестом! И, ох, какая жалость, кто же у нас больше не сможет ходить в свой глупый заброшенный дом? А?! Как ты проживёшь без общения со своими друзьями. Прости, забыл уточнить, вымышленными друзьями. Настоящих же у тебя нет! — А вот меня тоже интересует, как долго родители не будут давать тебе карманных денег, когда узнают, что ты побил невинную девочку и подговаривал на это остальной класс? — невозмутимо ответил Алан, но в его голосе звучали зловещие нотки, а глаза стали ледяными и, в то же время, прожигающими насквозь. — Тебе ни…никто не поверит! — дрожащим голосом ответил Боб. Он уже видел этот взгляд. Взгляд не человека, взор покорителя тьмы и теней, ненавистника людей и всего их рода. Уже в таком юном возрасте Алана, как сатаниста, следует бояться и всеми силами избегать. Его вторую часть воспитывали демоны, а это уже даёт повод для паники. — Ты совершенно прав. Кто мне поверит? Я же всего лишь беспризорник, разбойник, псих, кто же таким доверяет? Уж явно не наши образованные и умные взрослые, которые понимают, что все эти демоны и нечисть — всего лишь сказки. Да, я с тобой абсолютно согласен, правда на твоей стороне… — после этих слов Алан опустил голову и закрыл глаза, но Боб понимал, что он ещё не закончил говорить. Нет, в его голосе только начинал разгораться всепожирающий адский огонь. И напуганный злодей оказался прав. Алан резко поднял голову и дико улыбнулся. В его серых глазах плясали дьявольские огни, извивались языки неистового пламени и мелькали злобные тени, — Зато им все поверят! Люди всегда считают правдой только то, что сами увидели! Что ж… вы увидите, вы поверите! Одно моего слова достаточно, чтобы весь город оказался в преисподние, где каждый подвергнется страшным мукам, которые будут длиться всё оставшееся время существования мира! Но зато вы поверите, что я никогда никому не лгал, говорил только правду, особенно когда это касалось демонов. Моя совесть чиста. Все смогут доверять мне, и я бы с удовольствием открыл всем тайну о той драке, но, увы, ты, как и все остальные люди, и так уже будете подвергаться адским мукам. Вам будет далеко не до этого… Что молчишь, не нравится суровая правда о моей силе и могуществе? Что ж, соглашусь, уничтожать весь город — это чересчур жестоко. Можно же как-нибудь по-другому открыть правду, например, «пометить» преступника. Скажем, на следующее утро у него выпадут все зубы, отвалится рука, он облысеет или лишится языка. Что скажешь? Проверим, кто кому тогда поверит?       Так закончилась угроза маленького приспешника тьмы и, казалось, всё вокруг, и даже воздух, застыло в страхе. Замер и Боб. Несколько секунд он молча стоял с раскрытым ртом, не зная, что ответить. Даже при том, что все уже привыкли к разговорам Алана про демонов, монстров, мертвецов, взрывающиеся черепа и то, какие заклинания можно для этого использовать, такое яркое описание страшной кары могло ошеломить кого угодно. А юный сатанист победно смотрел на трясущуюся жертву, чувствуя, что в этот торжественный миг он как никогда близок к своим друзьям-демонам. Наконец, Боб тихо ответил: — Ладно, просто посмотрим, что будет завтра. Там уже решим…       После этого он, пристыженно вжав голову в плечи, отошел от сатаниста. Зато Алан был невероятно доволен собой. Глупый Боб, он даже не представлял, что сейчас демоны юного Хантера не могут совершить и половины того, что сказал их приспешник! Может когда-то они и могли одним взмахом руки похоронить все континенты и острова под толщей воды, но сейчас это просто невозможно, демоны слишком слабы. Впрочем, от Алана тоже не следует ждать масштабных злодейств. Даже если Боб всё-таки доведёт сатаниста до такого состояния, что он захочет удушить его, черноволосый не будет отправлять в загробный мир весь город. Зачем? Это уж слишком жестоко. Тем более, что Алан ещё слишком мал для таких сложных заклинаний, да и вообще магией занимаются в более старшем возрасте. Но это всё равно была победа! Алан, пользуясь уроками Шадоу, научился обращать врагов в бегство только метким словом и яростным взглядом. А это заслуживает похвалы от демонов. К тому же, в жизни это ему ещё не раз понадобиться. У сатанистов много врагов…       В это время на глаза Алану попалась Софи. Она безмятежно и грациозно прогуливалась по коридору, любуясь солнечной мозаикой на стенах и полу школы, созданной льющимся из окон светом. Девочка как всегда была одета в свою пурпурную кофту и такую же милую юбочку. Софи легко прошла мимо вжавшегося в стену и полумрак коридора сатаниста, даже не заметив его, и продолжила радоваться солнцу, легко кружась и вальсируя в потоках света. Алан смутился и почувствовал, что у него от стыда и неловкости краснею щёки. Он не говорил с одноклассницей с того момента, как проводил её домой после наблюдения за закатом, и в этом была только его вина. Перед первым уроком девочка попыталась заговорить с сатанистом, вся светясь от радости и предвкушая скорое общения с другом, но тот быстро сел за свою парту, сказав, что ему нужно готовиться к уроку. В тот момент юный Хантер сам не понимал, что творит, просто какое-то внутренне чувство заставило его немедленно отстраниться от одноклассницы, оставив её удивлённую и ошеломлённую посреди коридора. Во время занятия Алан ещё несколько раз обернулся на Софи, и сердце его болезненно сжалось от увиденного. Она стала такой печальной, несчастной и хмурой, практически не отрывала глаз от парты и рассеяно слушала объяснения урока. А виноват был в этом, конечно же, только юный Хантер. Теперь, после певучей трели звонка, необходимая всем детям свобода, дарованная переменой, и игривый солнечный блеск на стёклах прогнали тоску у девочки, что было очень хорошо.       Сейчас Алану предоставлялась отличная возможность просто по-дружески побеседовать с Софи, как тогда, на вышке, когда их звонкие детские голоса могли слышать только птицы и морские зефиры. Но, вот странное дело, как бы приятно не было на сердце при взгляде на это нежное, кроткое, чувствительное и добродушное существо, как бы не изъедала изнутри потребность в общении, юный Хантер не решался даже приблизиться к девочке. Он просто не знал, что делать, что говорить, как отвечать, на что реагировать и, что было самым мучительным, как начать беседу. Софи была первым человеком, с которым он дружески разговаривал. Да, юный сатанист и прежде общался с разумными существами, которые ему отвечают, поддерживают разговор; с демонами. Он уже хорошо знал Шадоу, что у неё можно спрашивать, какие темы лучше обходить стороной, как можно определить, что собеседница довольна, расстроена, озадачена, не в духе. А тут — человек! Постоянно меняющееся выражение лица; голос, звучащий то громче, то тише, то нежнее, то злее; странные жесты рук… С людьми даже нельзя поговорить о таких интересных вещах, как разные зелья и заклинания, монстры и магические артефакты, колдовские книги и тайны Маркосте! У них на уме только новые технологии, мода, знаменитости, популярные песни и игры, в общем, всё то, к чему Алан не привык и чего старательно избегал. Что же делать, как тогда наладить связь! Алан ещё раз с тоской понял, что совершенно не приспособлен к жизни среди людей, среди тех, кто только внешне на него похож…       И всё же, как сейчас поступить? Подойти к Софи, заговорить первым? Спрятаться в тени, как и положено всем нелюдимым существам? Остаться, подождать что будет, заговорит ли она сама или так и не посмотрит в его сторону? Сейчас этот вопрос для Алана был важнее всего на свете, даже важнее мира магии и монстров. «Подожду, » — после долгого колебания решил Алан и стал тихо наблюдать за подругой, стараясь как можно больше выйти из тени и открыться миру. Но сама сущность юного сатаниста сейчас была против этого. Всё как будто шептало: «Спрячься, уйди! Ты сатанист, а не человек! Ты должен вечно сторониться человечества. Сам же знаешь, что приспешникам тьмы нет места среди простых людей! Ты ничего не сможешь с этим сделать, таковы правила мира». И всё же Алан пытался не слушать свой внутренний голос. Даже сам того не зная, юный Хантер сейчас продолжал делать то, что всегда делал и будет делать всю свою жизнь: несмотря ни на что рушить границы между разделёнными глупыми суевериями и негласными законами людьми.       Время шло ужасно долго. Прошло всего несколько минут от перемены, но для сатаниста сейчас каждая секунда казалась вечностью. Алан нервно вертел головой, покусывал от нетерпения губы и старался угомонить вертевшиеся в голове мысли. «Почему она не подходит? Может, обиделась? Или нарочно злит меня? Может, попытаться первым с ней заговорить?..». Но юный сатанист резко откинул последнюю мысль, теребившую ум и влекущую за собой жуткие последствия. Чтобы окончательно не сойти с ума, Алан стал по памяти перечислять рецепты зелий, которые, прочем, и так знал даже лучше алфавита. А что, как ни как, тоже довольно неплохой умственный труд.       К счастью, события, которые так ждал Алан, наконец стали происходить. До этого жизнь текла своим чередом. Дети, привыкшие к нелюдимому, прятавшемуся во мраке от ненавистных ему людей Алану, спокойно разговаривали о своих непонятных сатанисту увлечениях, куда-то шли, постоянно смеялись и шутили. Но вот в коридоре появился местный тиран, третий по списку «школьный ужас», после директора и его заместителя. Уже знакомые всем короткие коричневато-серые волосы, болотного цвета глаза, довольная и наглая ухмылка, чёрная кофта с каким-то непонятным словом, написанным в стиле граффити, тёмно-коричневая лёгкая жилетка с капюшоном, испачканные снизу тёмные штаны и полностью вымазанные осенней грязью чёрные с белыми полосками кроссовки. Это был он, Саймон Хит. Он был старше Алана всего на год, но при этом уступал сатанисту в разуме на несколько лет. Юный разбойник и беспризорник, молодой наглец и преступник, по которому давно плачет тюрьма. И если Боба останавливали нравоучения родителей, которые он, удивительно, всё же слушал, то против Саймона не было приёма. Про его семью давно ходят разные нехорошие слухи. Поговаривают, будто до того, как наняться на работу в порт, его родители состояли в одной воровской шайке, грабили различных людей. Кто-то даже слышал, что отец Саймона был уже несколько раз замешан в драках и чуть ли не являлся соучастником убийства. Правда это или нет, никто толком сказать не сможет, но в одном уверены все, старшие Хиты совершенно не занимаются воспитанием сына, позволяют ему воровать, не делать уроки, вообще не посещать школу, грубить другим и обманывать. Саймон даже несколько раз говорил, что пробовал курить. Впрочем, тем же самым занимались и его родители. Да, запах табака и спирта, казалось, уже въелся во всё существо Хитов и составлял неотъемлемую их часть. Даже поговаривают, что разные запрещённые вещества для них не редкость.       Саймон был сущим проклятьем Маркосте, чьи родители решали все вопросы угрозами и даже частично осуществляли их. И теперь молодой преступник важно и гордо, чувствуя полную свою безнаказанность, шёл по коридору, одним взглядом заставляя детей опешить, округлить глаза от ужаса, вжаться в стену и задержать дыхание. Уже через несколько секунд после появления Саймона вся школа сгруппировалась около стен, боясь пошевелиться. Только Боб радостно подбежал к своему лучшему другу и начал оживлённо пересказывать ему события минувшего дня. При этом Саймон старался выглядеть как бос, бесчувственно выслушивающий своего подчинённого. В гробовой тишине, повисшей в коридоре, было отчётливо слышно каждое слово. Вот Боб начал говорить про Софи, которой угрожал болезненный удар ногой, и про Алана, который совершенно внезапно решил за неё заступиться. При одном только имени юного сатаниста у Саймона жутко заблестели глаза и на лице расплылась довольная ухмылка.       Разбойник быстро посмотрел в сторону Алана, и два холодно-огненных взгляда столкнулись. Саймон отлично знал, что его тирания в этом городе не наступит до тех пор, пока рядом с ним грозной стеной мрака стоит юный Хантер. И у разбойника были все основания ненавидеть Алана и считать его главной угрозой его планам. Они были невероятно похожи друг на друга: оба ходили только в чёрном, не смотря на различия в возрасте были практически одинакового роста, оба сильные, с пронзающими насквозь глазами, хитрые и коварные, способные натворить кучу бед человечеству. И Алану даже иногда казалось, что Саймон не просто верит в его демонов, он пытается выведать как можно больше информации о них, узнать все тайны и в конце использовать их в личных целях.       Соперники недолго жгли друг друга взглядами. Алан не хотел покоряться Саймону, а Саймон не собирался тратить своё время на свободолюбивого сатаниста. Раз со злейшим врагом ещё не удаётся разобраться, остаётся только укрепить свою власть в школе. Сейчас молодому тирану надо вернуть уважение рабов к его преданному феодалу. Ещё раз косо посмотрев на Алана, Саймон развернулся и тут же глазами нашёл жертву, страданиями которой сможет легко испугать остальных. Юный сатанист уже почувствовал что-то недоброе. Он пристально посмотрел на Саймона, затем перевёл взгляд на того, кого выбрал беспощадный злодей для своего жуткого представления. Алан похолодел от ужаса… Молодой разбойник яростно и уверенно смотрел на Софи, радующуюся солнечному свету и даже не подозревающую, какая тьма снова сгущается прямо за её спиной. Вся школа застыла в ожидании.       Через секунду по коридору промелькнула чёрная молния. Саймон в одно мгновение ока подскочил к Софи и резко, так, что девочка даже не заметила своего врага, дёрнул её за плечо. Ошеломлённая жертва упала на пол и тут же попыталась подняться, но коварный злодей мгновенно наступил ей на волосы. Софи стиснула от боли зубы и попыталась вырвать свои карамельные волосы из-под ноги врага, но это никак не получалось. Самое жуткое было то, что за время пытки Саймон не произнёс ни слова, он только дико улыбался, наслаждаясь чужой болью. И это молчание терзало даже больше насмешек Боба. Кажется, что ты попал не в лапы кровожадного монстра, а к бездушной машине, которой заложено только убивать и мучить, и которую питают страдания других. Софи, после ещё одной неудачной попытки высвободиться, собрала оставшиеся силы и ударила Саймона кулаком по коленям. Враг только слегка качнулся, но этого оказалось достаточно, чтобы высвободить волосы из-под его ноги. Софи немедленно встала, но Саймон тут же болезненно схватил её за горло.       Уже через мгновение тяжесть пропала с шеи испуганной девочки. Саймон злобно ухмыльнулся, убрал руку и отошёл от Софи. Он грозно посмотрел на того, кто стоял рядом с его жертвой, на своего заклятого врага, на Алана. Юный сатанист незаметно подошёл к дерущимся, и одного только его появления было достаточно, чтобы Саймон отступил. Соперники стали снова жечь друг друга глазами. Воздух стал душным, как перед грозой. Все знали, сейчас произойдёт битва титанов. — Алан! Какие люди! Ты же у нас сатанист, враг всего рода человеческого. Что ты тут делаешь? — безмятежно спросил Саймон. Казалось, появление врага даже очень его порадовало, будто он именно этого и хотел. — Перестань обижать других! — сурово и яростно сказал Алан, — Ты не смеешь так поступать, ты здесь не главный!       После этих слов Саймон самоуверенно посмотрел на Алана и подошёл вплотную к своему врагу. В его наглом взгляде читалось всего одно единственное слово: «Уверен?». Этот взор мог сломить кого угодно, но юный сатанист не поддавался. — Саймон говорит, отойди! — бесчувственно сказал молодой тиран и испытывающе посмотрел на юного Хантера. Он всегда начинал свои приказы с этих слов, позаимствованных из детской игры. И, как и требуют правила, остальные должны обязательно выполнить приказ. Но для Алана не существовало правил. — А Алан говорит закрой рот и катись прочь! — свирепо ответил сатанист.       Это ничуть не смутило Саймона. Он ухмыльнулся, повернулся к застывшей школе и приказал: — Саймон говорит, побить девчонку!       В это время дети начали переглядываться между собой. С одной стороны, все очень боялись ослушаться Саймона, с другой — силы Алана. Пока остальные шептались и обсуждали опасный приказ тирана, Боб быстро нашел в толпе Гэри и вытолкнул его к Саймону. Испуганный мальчишка попытался снова спрятаться среди других детей, но грозный злодей успел схватить его за руку и подвести к жертве. — Саймон говорит, бей! — повторил разбойник и, увидев трясущегося от страха Гэри, добавил, — Не бойся, Алану запрещено вмешиваться! — после этих слов Саймон злобно посмотрел на сатаниста.       Алан холоднокровно выдержал этот взгляд, уже зная, как ему поступить. Юный сатанист сначала посмотрел на Саймона, затем на трясущегося Гэри, а затем на испуганную Софи. После этого он сказал: — Да, ты можешь её ударить.       Саймон довольно улыбнулся. Это было именно то, что ему нужно, покорность свободолюбивого сатаниста! Юный тиран бесцеремонно толкнул Гэри к беззащитной девочке и начал беспощадно прожигать его взглядом. Бессильному подчинённому ничего не оставалось, кроме как сжать кулак и собрать все свои силы, осмелиться побить девочку. Вот Гэри размахнулся и собрался ударить Софи в плечо. Девочка вздрогнула, закрыла глаза и постаралась защитить тело руками. Софи уже готова была ощутить страшную боль, но удара не последовало. Она с опаской открыла глаза и увидела, что Алан с яростным взглядом схватил кулак Гэри, не давая ему навредить Софи. Саймон напрягся и хмуро посмотрел на сатаниста. Нет, он всё ещё является колоссальной проблемой юного тирана, он непоколебим. Через несколько секунд Алан отпустил свою жертву, давая Гэри отползти к стене и там замереть от пережитого страха. — А теперь слушайте все! — начал юный сатанист, и все застыли, не узнавая своего мрачного одноклассника. Мощный и грозный голос, полыхающие дьявольским огнём глаза. Сейчас Алан не только выглядел как вестник смерти, он был сущим повелителем тьмы! Именно тем, кого в нём видели демоны, — Как я уже сказал, все вы можете ударить Софи. Но сначала вы должны сразиться со мной! Теперь я её покровитель и защитник, и никто из вас больше не причинит ей вреда! Если хоть пальцем тронете Софи, вас ждут адские страдания. И при жизни, и после неё вы будете испытывать дикие муки, такие, которые считаются слишком жестокими даже в преисподние! И поверьте, это правда! Клянусь, что всё будет именно так! Я сам всё для это устрою! Слово сатаниста!..

***

      В это время вся Расколотая Грань застыла, прекратились перебранки демонов, вечные споры, разговоры. Жизнь здесь остановилась. Всё это случилась из-за того, что Трак до сих пор не вернулась с Гиблой Пустоши. Прошло уже больше дня с того момента, когда она ушла с базы в неведомом направлении с неизвестной целью. Обычно она не оставляет подчинённых на такой долгий срок без присмотра, и это очень насторожило Верховного демона. Он приказал всем командам оставаться в своих районах и не выходить за пределы Расколотой Грани. Сейчас вся команда «Альфа» находилась на главной площади и, конечно, такое длительное бездействие никому не нравилось.       Шадоу, уже изнывая от скуки и готова раствориться в воздухе, уныло наблюдала за тем, как её сослуживцы из последних сил стараются как-то себя занять. Феус уже в сотый раз заставляла своих криксов повторять изученные команды, ведь только так их можно было удержать от разрушения остатков города. Лурген снова и снова принималась точить своё оружие и полировать латы, которые и так уже блестели словно солнце. Фэйт, вдоволь наговорившись с друзьями, гневно бормотал себе под нос, считая сколько секунд осталось ждать до появления начальницы. Рин бесстрастно вырывала последние пожухлые травинки с земли, а затем кидала их на ветер. Эйрон всё это время чертил замысловатый план нападения на какой-то замок, но в конце уже сам так запутался, что теперь просто пытался разобрать начертанном. Вой упражнялся с пращей, стреляя в черепа животный. Из-за этого большая их часть была уже дырявой. Так, когда снаряд проходил сквозь череп, полетев именно в одну из образовавшихся дыр, тёмный демон яростно выл от неудачи и скуки. Пэст с тоскующим видом наблюдал, как Крушила лениво катает по земле огромный круглый камень. Тэтрус собирал из своего тела что-то, похожее на карточный домик, и после того, как постройка была готова, аморфный демон всё рушил и начинал с начала. Павер, не имея более интересного занятия, пересчитывал все трещины на старых, полуразрушенных зданиях. И если первое время к нему приставали, в шутку спрашивая сколько насчитал, то после угрожающе большого числа 8 миллиардов, все отстали от электрического демона. Но больше всех от скуки страдала Файрона. Она уже перепробовала всё, чем можно было бы заняться. К этому моменту огненная демонесса выломала руки всем сослуживца, даже смогла уговорить Саркофага на один раунд в армреслинге. Теперь, она просто нетерпеливо расхаживала по всей площади, временами поглядывая то на небо, то на других демонов, то на Саркофага, задумчиво бродившего у края площади. Наконец, Файрона не вытерпела: — Почему мы должны тут сидеть! Это же глупо! Ну и что, что Трак так и не пришла. Она вообще-то часто нас так просто оставляет! У нас есть дела поважнее!       Демоны отвлеклись от своих занятий и посмотрели на огненную демонессу. Было видно, что им очень понравилась это высказывание. Отовсюду стали доноситься оживлённый шёпот и переговоры. — Файрона, уймись, — спокойно и добродушно сказал Саркофаг, — Мне, как и тебе, совершенно не нравится эта идея, но я настоятельно тебе советую сидеть тихо. Трак уже давно не было на базе, Верховный считает, что с ней что-то случилось. Пойми, им сейчас движет страх. Если ты или кто-нибудь ещё попытается поспорить, ничем хорошим это не закончится. — А нельзя было просто всем приказать оставаться на базе? Почему именно на главной площади? — не унималась Файрона. — Верховный хочет, чтобы мы были все в одном месте, чтобы смогли отразить нападение, если оно будет. Он думает, что во всём виноваты тёмные.       После этих слов все замолчали. Каждый демон в измерении знает кто такие тёмные воины и почему их надо бояться. Если Трак столкнулась с кем-то из них, то это может быть её последний бой…       Из задумчивости всех вывела огромная тень, промелькнувшая над головами. Демоны мгновенно кинули взор на её владельца, уже ожидая увидеть грозного врага всей нечисти измерения. Их взбудораженные умы уже рисовали картины скорой кровопролитной битвы, у всех перед глазами стоял неотчётливый силуэт человекоподобной, бестелой твари, созданной из непроницаемой тьмы и тени, с яростно горящими пурпурными глазами. Демоны уже инстинктивно схватили первое попавшееся оружие и приготовились к бою. Но это было лишнее.       Описав круг над площадью, гигантский крылатый змей приземлился на землю напротив собравшихся, после чего принял свою обычную форму. Теперь, перед удивлёнными и разгневанными демонами стояла довольная Трак. Казалось, её сейчас совершенно не волнует то, что она переполошила всю группировку и должна в скором времени отчитаться перед Верховным за такую долгую отлучку. — Трак, ты где была! Мы думали, что тебя загрызли дикие криксы (что, кстати, было бы не так уж и плохо)! — крикнула на змеевидную демоницу Шадоу. Она, как и остальные демоны, была в не себя от ярости и гнева. Но это совершенно не смутило Трак и ничуть не испортило ей настроения. — Успокойся, Шадоу. — безмятежно ответила командирша, — Я просто слишком далеко отлетела в глубь Гиблой Пустоши и не успела вернуться вовремя. Но зато я кое-что нашла!       После этих слов, Трак довольно выставила вперёд руку, до этого спрятанную за спину. Змеевидная командирша держала самую обычную людскую вилку, ничем не отличающуюся от приборов из Измерения. Вся команда с изумлением посмотрела на начальницу, гадая, шутит ли она или просто сошла с ума. — И ты отправилась в глубь смертоносной Пустоши только ради…вилки? — с недоверием и удивлением в голосе спросила Феус. — А что, мне нравится идейка! — тут же воодушевлённо сказала Файрона, — Теперь вместо всех этих злодейств и захватов чужих миров будем вилки продавать. Эй, народ, кому элитную человеческую вилку от грозной банды «Покорителей»! Классная задумка! А то я уже устала от всех этих «покорим мир», «поработим человечество» …       Трак даже не обратила внимания на необдуманные слова огненной демонессы. Видимо, у неё и вправду сегодня просто отличное настроение. Вместо грубостей и колкостей змеевидная командирша грозно блеснула глазами и сказала: — Нет, эта маленькая вилочка показывает, что мы уже близко к нашей цели и отступать ни в коем случае нельзя. Вы, глупцы, даже не представляете, что с этого маленького приборчика может начаться гибель живых. Наше измерение всё усиливается, всё больше проникает в их мир, расщепляет границы между измерениями. И если эта маленькая вилка смогла преодолеть барьер между мирами, значит скоро и демоны смогут без проблем проникать к живым. Они слабею, мы набираем силы! Скоро мы захватим их мир, и вся людская жизнь превратится тогда в сущий ад! Победа будет за нами!