Для кого нет границ

      Алан и Боб одиноко стояли перед грозно чернеющим впереди зданием. Сквозь мрачные тучи, полностью поглотившие небо, пробивались тусклые лучи стоящего в зените солнца. Юный сатанист задумчиво посмотрел на небо. Он очень хотел закончить нежелательную экскурсию до вечера и поэтому старался придумать самый короткий путь для их маленького приключения. И дело было не только в том, что черноволосому не хотелось зря убивать время с ненавистным одноклассником. Какое-то внутреннее чувство подсказывало ему, что не стоит оставаться в доме с наступлением темноты. Это была необъяснимая уверенность, которую мальчик ощущал всегда, когда сталкивался с различными мистическими явлениями. И чем больше возрастало это чувство, тем скорее исчезало постоянное ощущение безопасности, живущее на доверии к демонам. — Ну и долго мы тут ещё будем стоять? — нетерпеливо вывел Алана из задумчивости Боб. — Сейчас не лето! Если я ещё хоть минуту простою на этом жутком морозе, я замёрзну! — Хотя бы станешь менее говорливым, — злобно усмехнулся юный сатанист и направился к разбитому окну. Его спутник молча пошёл за ним, завороженно разглядывая полупрогнившие стены строения. Отодвинув штору, загораживающую проход в дом, Алан с ухмылкой обратился к однокласснику. — Через это разбитое окно мы и проникнем внутрь. Сам сможешь залезть, или мне придётся идти первым, чтобы оттуда помочь втащить твою тушу? — Спасибо, справлюсь и сам, — обиженно пробурчал Боб, — но, знаешь, иди лучше первым ты. Пока я буду залезать внутрь, ты успеешь вдоволь наболтаться со своими вымышленными дружками… И кстати, зачем такие сложности? Почему нельзя просто войти через дверь? — Она закрыта, а открывать её каждый раз просто не имеет смысла. Её обязательно потом опять заколотят. Приказ мэра, что поделать, — пояснил Алан и, ловко запрыгнув на подоконник, аккуратно пролез в дом. За ним тут же последовал Боб, но у него это вышло более неуклюже.       Юный сатанист вздрогнул, почувствовав страшные изменения в атмосфере дома. Раньше вся эта полутьма и причудливые тени казались Алану такими прелестными и дивными, будто бы из сна, а теперь вся гостиная напоминала пейзаж кошмара. Комната утопала в удушающей тьме, которая сгущалась и сгущалась, поглощая всё больше предметов и проникая в души двоих ребят. Давно знакомый дом стал в один миг чужим и враждебным, холодным и пустым. А главное, юный сатанист с облегчением, страхом и тоской понял, что совершенно не ощущает во всём строении присутствия своих демонов! Более того, они, возможно, не появлялись здесь с тех пор, как Алан отправился за астрами…       Черноволосый не знал, связано это жуткое ощущение скорой беды с нагнетающей атмосферой на улице, пасмурными тучами и слабым, полумёртвым солнцем, или же над ним просто подшутило богатое воображение. Но Алан очень хотел избавиться от этих опасений, поэтому решил отвлечься и поскалить зубы вместе с Бобом. Старая добрая перебранка явно поднимет ему настроение. — И как же это ты не боишься оставаться один на один с «главным злодеем нашего городка»? — грозно усмехнулся сатанист, стараясь забыть про все тревоги. — А ты серьёзно поверил, что я искренне наговорил всю эту чушь там, на вечеринке у Софи? — стараясь казаться спокойным, ответил собеседник. Но его страх всё ещё был хорошо заметен,. и вызван он был тоже мрачной атмосферой дома. — Я наговорил это так, чтоб тебя взбесить. Сам подумай, я слишком хорошо тебя знаю, чтобы считать злым. Ты слишком добренький и весь из себя правильный, чуть ли не святой! Ну как ты можешь быть злодеем! Да и не трус ты вообще, должен это, к сожалению, признать. Ты единственный безумец, который не боится соваться в этот дом и лазать около пещер. Ну, а на счёт твоих демонов… Ладно, допустим, они существуют. И хоть ты им предан и даже больше, чем это следовало бы, я всё равно не смогу поверить, что они хорошенькие и добренькие существа. Слишком много историй про них ходит, слишком много… — Ну тогда зачем тебе всё это? — уже совершенно ничего не понимая, воскликнул Алан. — Да так, давно хотел побродить по этой развалине. Ну, а как это можно сделать, без твоего разрешения? Тем более, что крутой проводник никогда не бывает лишним! Вот и пришлось схитрить. А сейчас у тебя просто нет выбора, ты должен будешь тут со мной походить. Иначе, кто знает, может, один я сломаю что-нибудь ценное, и твоим демонам ой как это не понравиться. А если выбросишь меня из дома, я вернусь к остальным и наговорю им таких небылиц!.. Поверь, придумывать я умею… — Шантажировать плохо, — после недолгого молчания угрюмо и сурово проговорил юный сатанист. — Да, не спорю. Но если ты всё-таки меня проведёшь, я обещаю рассказать всем ребятам, что в этом доме нет ничего интересного, я ошибался и что ты, как там сказал, «защитил честь свою и своих демонов». Хорошо? Это же тогда нельзя назвать шантажом? — сказал Боб, протягивая черноволосому руку для заключения договора. — Откуда мне знать, что я могу верить твоему слову? — с недоверием покосился на спутника Алан, скрестив руки на груди. — Да, знаю, я не самый честный парень в нашем городе. Но ведь если я обману, то твои демоны всегда смогут меня как-нибудь наказать за нарушенный договор. Ну так что? — шатен ещё сильнее протянул ладонь к однокласснику. — Хорошо, — фыркнув, с неохотой пожал руку спутника юный сатанист. — Отлично! Тогда идём. Не хочется долго торчать в этой дыре! — воодушевлённо воскликнул Боб и проследил за взволнованным взглядом своего проводника. Алан с тоской смотрел на лестницу, которая столько раз приводила его на родной чердак, и которая теперь может проложить путь совершенно чужому человеку к его тайнам. Устало вздохнув, шатен продолжил, угадав мысли одноклассника. — Ну хорошо, хорошо. На твой любимый чердак мы не пойдём, побродим по остальному дому. Вламываться туда будет слишком жестоко. Это же всё равно, что прочитать чужой дневник. Хотя тоже заманчиво… — Ну, тогда, начнём что ли? — успокоившись и поняв, что его тайничку ничего не угрожает, сказал Алан и подошёл к одной из дверей, ведущих из комнаты. — Давно пора! — быстро ответил Боб и подошёл к юному сатанисту. — Эх, как в старые добрые времена! Мы с тобой, два непревзойдённых разбойника, один на один против опасностей и приключений в погоне за сокровищами!.. Вот только в этот раз, я надеюсь, нам попадётся что-то более ценное, чем орехи и сладости… — Мечтать не вредно, — хмыкнул черноволосый, собираясь с силами, чтобы толкнуть дверь и окунуться в таинственный запретный мир. — Только я уверен, что ничего ценнее пуговиц и старых, сточенных карандашей мы не найдём.       С этими словами Алан резко, на одном вдохе толкнул дверь и весь дом наполнился противным скрипом, предвещающим много тайн и много бед. Когда пыль рассеялась, перед ребятами предстал мрачный коридор, кажущийся только декорацией к жуткому фильму. Сквозь дыры в стене просачивались тусклые лучи солнца, наполнявшие мрак помещения таинственным сиянием. Фантастический свет, перекатывающийся с одной пылинки, застывшей в воздухе, на другую, создавал ощущение того, что всё происходит не на земле, не в доме, а на дне глубокого мутного озера. По бокам коридора плотным клубком лежали тени, которые казались логовом невидимых ещё монстров. Как и положено в старых, безлюдных зданиях, все стены только благодаря какому-то чуду стояли сейчас по обе стороны от незваных гостей и не рассыпались в прах. Обои свисали с них гнилыми клочьями, доски пола срослись с мокрой почвой и слякотью, посеревший потолок был опутан чёрной паутиной трещин. И ко всему этому мрачному пейзажу добавлялись завывания ветра, тихие скрипы, шуршания, звон капель, запах гнили, сырости, ветхости, неприятное хлюпанье под ногами и пробирающий до костей жуткий холод. Можно было не сомневаться, что подобные картины будут ждать мальчишек и в остальном доме.       Не говоря ни слова, одноклассники тихо, крадучись подошли к ближайшей двери и остановились в сантиметре от неё. Они оба уже тысячу раз пожалели о своём решении, стоя в сыром коридоре, но какое-то пугающее чувство говорило им, что отступать уже поздно. Алан краем глаза посмотрел на Боба и, прочитав на его лице неподдельный страх, понял, что и этот шаг ему придётся совершить самому. Черноволосый аккуратно коснулся пальцами сырой, дряхлой древесины и слегка толкнул дверь, всем сердцем надеясь, что она заперта. Но вот снова раздался противный старческий скрип, заставивший мальчишек разом вздрогнуть от неожиданности и предчувствия неминуемого нападения тёмного врага.       Однако страхи ребят не оправдались. Перед ними была самая обычная комната, которая есть во всех домах, только более неухоженная и старая. Из-под небрежно накинутых белых покрывал пробивалась разодранная, потемневшая от времени и сырости ткань кресел и дивана, около стен стояли шкафы, прогибаясь под тяжестью своей ноши. Между шкафов находился самый обычный письменный стол, над которым всё ещё висели растрескавшиеся худые полочки. Около него на кривых ножках стоял стул с некогда мягкой, приятной спинкой. Стены, потолок и пол были в таком же печальном виде, как и в коридоре, что совсем неудивительно. Единственное, что было странно, так это невероятное количество зеркал в комнате. Они были в красивой, дорогой оправе, на каждой стене, украшали дверцы шкафов, даже стояли гордой парой на письменном столе. И это не могло не вызвать множество вопросов у юного сатаниста. — И это всё? — возмущённо воскликнул Боб, увидев вместо тайной лаборатории алхимика самый простой рабочий кабинет. — Где здесь хоть что-нибудь интересное!       Не дожидаясь ответа проводника, шатен бросился к шкафам и стал торопливо выбрасывать из них стопки бумаг, исписанных довольно круглыми суммами, тонны письменных принадлежностей и кучи неработающих уже калькуляторов. Алана же то, что первая исследованная ими комната оказалась обычным кабинетом, одновременно и расстроило, и успокоило. С одной стороны, как хорошо, что юный сатанист оказался прав, и его демоны не скрывают в доме ничего плохого. К тому же, осознание того, что одноклассники сейчас бродят по самому обычному, старому зданию рассеивало все страхи и волнения, вызванные жуткой картиной коридора. Но с другой стороны мечтатель Алан был сильно огорчён, что под завесой тайны и загадки не оказалось ничего необычного, что всегда заставляет сердце биться чаще и разум рисовать прекрасные образы. Но причём тут всё-таки зеркала?.. — Мог бы хоть фонарик взять! — недовольно проворчал Боб, выводя черноволосого из задумчивости и стараясь разглядеть написанные на бумаге слова. — Тут же ничего не видно! — А я всё вижу, — спокойно ответил юный сатанист, медленно проходя вдоль стены с зеркалами и нежно смахивая пыль с их серебристых лиц. Невероятное ночное зрение, доставшееся мальчишке с рождения, давало ему возможность и в практически полной темноте чётко различать очертания предметов. Он уже и не помнит, когда в последний раз освещал себе чем-нибудь путь. — Зато я оказался прав, и ничего ценнее пуговиц и карандашей ты тут не найдёшь. — Нет, ну это вообще нечестно! Если смотреть по этим бумажкам, то Парк каждый день зарабатывал миллионы со своих шахт. Так почему же этот скряга не покупал никаких предметов роскоши?! А если они даже у него и были, то почему не достались нам! Что за несправедливость! — с негодованием и злобой возмущался шатен, раскидывая бесполезные листы. — Ладно, так уж и быть. Если мы найдём хоть что-нибудь ценное, скажем, полусеребряную вилку, я разрешу тебе оставить её, — усмехнулся Алан, направляясь к выходу из комнаты. Он уже осмотрел все ящики и шкафы и убедился, что ничего интересного и стоящего здесь нет.       Его спутник беспрекословно направился следом, до сих пор бурча и тихо проклиная злосчастную комнату. Когда ребята оказались в коридоре, юный сатанист в последний раз кинул задумчивый взгляд на ряды зеркал и неторопливо закрыл дверь в комнату. Распрощавшись с одной частью здания, мальчишки уже были готовы ко встрече с новой, с её тайнами и сокровищами. И снова скрип, торжественно провозглашающий открытие следующей комнаты…       Это была гостиная. Та самая гостиная, где много лет назад нашли мёртвое тело хозяина дома. Знания об истории этого места, как и безжизненная обстановка комнаты, нагоняли на двух ребят страх и тяжёлое ощущение скорой опасности. Но на круглом, мокром, превратившемся в болото ковре не было всем известного белого очертания человека. Вместо него о давно свершившемся преступлении говорили тёмно-багровые пятна, происхождение которых можно было легко угадать. Кровь… В отличие от предыдущей комнаты тут практически ничего не было. Стены совсем голые, без картин и фотографий в красивых рамках, даже без дверей. Их украшали лишь армии запылённых зеркал, отражающих в себе мрак комнаты и делающих его ещё гуще, страшнее. Ничто не связывало гостиную, кроме одного единственного прохода, с остальным домом, от чего она казалась гигантской ловушкой, созданной толи для людей, толи для чего-то более страшного и смертоносного. Только старый диван с потемневшими, закрученными на концах подлокотниками стоял посредине помещения перед большим, массивным камином, вросшим в стену. Около него стояли тусклые, местами проржавевшие рыцарские латы. Некогда герои многих войн, они теперь стояли как дорогая безделушка в доме зажиточного человека. Безмолвный рыцарь грустно смотрел вперёд, не в силах освободить себя от плена деревянного постамента, и безнадёжно опустил руки. Рядом с ним небрежно валялся красивый, длинный меч с резной рукояткой. Увидев его, у Алана тут же мелькнула мысль, что с помощью холодного клинка Габриэль Парк пытался защититься от своего грозного противника, но безуспешно. Острое лезвие так и не обагрилось вражеской кровью.       Несмотря на свою пустоту, гостиная смогла преподнести юному сатанисту ещё одну загадку. Камин. Он совершенно не похож на те, которые мальчишка видел прежде. Хранитель огня был совершенно пуст, его не украшали ни рамки с красивыми фотографиями, ни дорогие статуэтки, ни настольные часы, ничто. Такой же голой была и стена над ним. Её украшала только пара держателей для факелов. Но, что самое удивительное, правый из них был слегка наклонён в сторону, и, хоть Алан никогда не отличался любовью к математике, он смог безошибочно сказать, что держатель опущен практически на сорок пять градусов. — Как ты думаешь, почему они не параллельны? — вслух спросил юный сатанист, смотря на стену над камином. — А я откуда знаю? Может, просто крепление какое-нибудь ослабло? — сказал первое, что пришло в голову, Боб, усиленно стараясь оторвать хоть что-нибудь от запылившихся лат. — Но ты не думаешь, что тогда держатель наклонился бы не только в сторону, но и слегка вперёд? Нет, тут что-то другое… — задумчиво проговорил черноволосый, наконец сдвигаясь с места и подходя к интересующей его стене. — Да какая мне разница! — раздражённо крикнул его спутник, так и не сумев поживиться с рыцарской брони. Отойдя от доспехов, он прямиком направился к двери. — Ах, к чёрту эту железяку! Ещё возиться бы с ней пришлось, ржавчину выводить! Не дом, а помойка какая-то! Что тут вообще интересного может быть?!. — обернувшись и увидев Алана, с интересом осматривающего стену, Боб с усмешкой сказал. — Во всех фильмах, что я смотрел, за каминами злодеи скрывали тайные проходы в самые интересные и таинственные комнаты, даже в свои крутые логова. Если хочешь, рискни и дёрни за этот держатель-рычаг. Но если он отвалиться, сразу говорю, что я к этому никакого отношения не имею! — Ты думаешь, стоит попробовать? — с неуверенностью покосился на одноклассника юный сатанист. Тот только утвердительно кивнул.       Вздохнув, Алан стал медленно тянуться к рычагу, мысленно молясь, чтобы он просто отвалился. Но с каждым новым пройденным миллиметром пальцы черноволосого будто всё больше погружались в ледяную воду, окутывались хладным туманом. Когда мальчик уже собирался коснуться резного держателя, волны необычной, тёмной, враждебной, неведомой ещё силы, нахлынули на Алана, и какой-то спасительный внутренний голос с дрожанием прошептал: «Не лезь!». Черноволосый мгновенно отдёрнул руку, будто от раскалённого железа, и подошел к двери. Его сразу же встретили насмешливые слова Боба. — Что, струсил? Неужели тебя напугал какой-то ржавый рычаг, который, может, и не рычаг вовсе?! — Если хочешь, можешь сам его дёрнуть, не запрещаю, — стараясь успокоиться после непонятного, неожиданного ужаса, сказал однокласснику юный сатанист. — Знаешь, что-то не хочется. Пойдём лучше отсюда, — с подозрением прищурив глаза и посмотрев на злосчастную стену, ответил шатен.       Выйдя из гостиной и закрыв за собой дверь, Алан тут же почувствовал непонятное облегчение, будто сейчас мальчишки оградили себя от древнего, векового зла. Когда сердцебиение пришло в норму и по бледному лбу перестал течь холодный пот, черноволосый вместе со своим спутником отправился дальше по мрачному коридору.       Страх после посещения места преступления немного притих, и поэтому ребята уже более спокойно стали обследовать оставшиеся помещения. Прочие комнаты первого этажа, как и первая, не принесли им ничего нового. В десятый раз посмотрев на всё те же ободранные обои, гнилой пол, полуразвалившуюся мебель, растрескавшийся потолок и вечный полумрак, мальчишки уже совершенно не боялись небрежной обстановки дома. Боб с негодованием находил всё больше дешёвых, бесполезных вещиц, которые были уже никому не нужны, а Алан с тоской и скукой осматривал уже заученный наизусть интерьер. Единственное, что могло удивить в этом старом, покинутом всеми месте, так это невероятное количество различных комнат. Чего тут только не было! Столовая, бильярдный зал, ванная, кухня и просто невероятное количество комнат отдыха, различающихся только стилями интерьера и убранством. Даже казалось, что Габриэль Парк только на этом этаже и жил, ведь всё необходимое, кроме спальни, располагалось именно здесь. Несмотря на множество комнат, всё остальное было весьма скудно. Сгнивший, рассыпающийся в руках кий, разбитые и поцарапанные бильярдные шары, просроченные продукты, мази, крема и лекарства; побитая и погнутая посуда, не пишущие ручки, пустые блокноты, рваная и грязная одежда и прочее. Никаких дорогих статуэток, электроники, фарфоровых чашек и блюдец, золотых часов и украшений в доме нет и, казалось, никогда и не было. Уже разочаровавшись найти хоть что-то стоящее, Боб стал рассовывать по карманам все более-менее сохранившиеся предметы, было ли это карандашом, пуговицей, блокнотом или простой монеткой. Кстати, к числу его трофеев относилась и обещанная Аланом полусеребряная вилка, единственный столовый прибор, имевший все составляющие и не изогнутый, как змея.       Разочаровавшись в первом этаже, мальчишки совершенно спокойно пошли на второй, ожидая увидеть там те же комнаты, убранство, вещи и ветхость. Страх перед таинственным домом полностью улетучился. Но надолго ли?..       Уже на лестнице к Алану стало возвращаться чувство тревоги, враждебности. Необычная энергия холодными невидимыми потоками спускалась вниз со второго этажа и с каждой новой ступенью всё усиливалась. Преодолев лестницу, юный сатанист полностью погрузился в это магическое ледяное облако, и в это же время перед мальчишками предстал неожиданный, удивительный и новый пейзаж. Весь коридор был заполнен серебряным светом, льющимся из мутных, пыльных окон, украшенных тёмно-красными шторами. Стены были белыми или белоснежно-серебристыми, всё с теми же зеркалами в драгоценных рамках на них. Рядом с ними стояли разные шкафы и комоды из светло-бежевого дерева с кружевными круглыми платками на них. Со светло-серого потолка ажурными зонтиками спускались красивые люстры, не состарившиеся за столько лет. Пол был выстлан мягким, пушистым бордовым ковром, тянувшемся до самого конца коридора, где от него отходило ещё несколько проходов, составлявших большой, ветвистый лабиринт комнат и ходов. Коридор был в таком прекрасном состоянии, что, казалось, хозяин дома только на пару деньков оставил его для важных дел и скоро вернётся. Но самое странное то, что тут было оглушительно тихо и спокойно. Не было ни скрипов, ни шорохов, ни звона капель — ничего. И от этого становилось ещё страшнее. Будто в одно мгновение оказался в царстве смерти, где ни жизни, ни живым места не было.       Как и в первый раз, ребята, не сговариваясь, подошли к ближайшей двери и Алан, обострив до предела все свои чувства, с осторожностью открыл дверь. Первая же комната моментально рассеяла заблуждения одноклассников о том, что они находятся в обычном доме. Она была очень маленькая, в неё с трудом поместилось бы пять взрослых людей. Тут не было окон, и единственным источником света была старая переносная лампа. Но зато вся комната была забита различными шкафами, дверцами, полочками со всевозможными книгами, блокнотами, записками, мешочками, ларцами, шкатулками, колбочками, склянками и прочими принадлежностями алхимика. Между армией шкафов с трудом теснился небольшой столик с выдвижными ящиками, заваленный странными и необычными приборами, назначение которых было непонятно даже Алану, знакомому с миром магии.       Войдя в комнату, Боб осторожно взял первый попавшийся мешочек и осторожно его развязал. В нём оказался порошок золотистого цвета с нежными рыжими оттенками. С серьёзным видом повертев находку в руке, шатен задумчиво спросил своего проводника: — Что это? Золото? Сера? — Надеюсь, ты не трогал это руками?! — взволнованно спросил юный сатанист, отвлекаясь от ларца с различными узелками. Его слова были встречены энергичным отрицанием. — Фух, отлично. Просто этот порошок очень похож на измельчённый пылкий камень, о котором я читал. Подобные минералы не отсюда, даже скажу больше, они не из нашего мира! И самая главная их особенность в том, что при малейшем ударе они способны вспыхнуть, как сухая трава от огня. — И много тут всяких порошков, которые тоже могут… навредить человеку? — взволнованно спросил Боб, резко, но аккуратно отложив свою находку и постоянно оглядываясь. — Возможно. Но я не могу сказать точно, — ответил Алан, хмуро осматривая остальные узелки. — Но многие вещи, с которыми мне приходится иметь дело, являются жутко опасными… Не советую тебе ещё что-нибудь тут трогать. Легко может оказаться, что в следующем же мешке лежат засушенные листья лёд-травы, прикосновение к которым сразу замораживает руку до костей. Поверь, тебе все эти порошки всё равно ничего не дадут, продавать их не имеет смысла. Или покупатели не поймут их ценности, или найдутся такие, кто…не любит платить за товар… да и оставлять продавца в живых тоже… Впрочем, поступай, как хочешь. — Спасибо за совет, — испуганно прошептал Боб, медленно пятясь к выходу и всё ещё недоверчиво поглядывая на колдовские ингредиенты.       Алан даже не заметил, как в комнате остался только он один. Теперь настал его черёд собрать все сокровища дома! Он ликовал! Наконец такая любимая, родная магия! Он уже ощущал, что этот этаж, как настоящая золотая жила, даст ему много сокровищ! В мгновение ока юный сатанист с трепетом разложил по карманам записки и заметки о магических порошках, но к самим мешкам даже не притронулся. Во время прогулки по дому их содержимое может рассыпаться, и кто знает, чем это грозит. За ними можно вернуться и когда-нибудь потом.       Выйдя из комнаты, Алан, даже не обернувшись на своего спутника, мгновенно вбежал в следующую дверь. В его глазах лесным пожаром пылал азарт, так же растущий со временем и захватывающий всё больше места в разуме мальчишки. Минуту постояв в нерешительности на одном месте, Боб с опаской поплёлся за своим проводником. У него не было никакого желания заходить в новую загадочную комнату, наполненную смертоносными вещами, но ещё страшнее остаться одному посреди пустынного коридора, который только на первый взгляд может показаться безлюдным. Подействовали так на него пояснения Алана к загадочному порошку, или магический холод всё-таки пробрался под кожу шатена, не известно, но с каждой секундой Боб всё больше хотел убежать из дома, как можно быстрее, любым путём, любым способом…       Когда шатен начал с осторожностью намекать юному сатанисту, что можно уже уходить, что прошло много времени и на празднике у Софи сейчас, скорее всего, уже подали прекрасный домашний торт, Алан с восторгом шарил по шкафам, не обращая ни на что и ни на кого внимание, не слыша своего спутника. Это комната была полностью отведена под минералы. Тут пёстрыми рядами лежали ларцы с аметистами, кварцами, топазами, агатами, бериллием, бирюзой, опалами и прочими дарами земли. Собрав, как и в прошлой комнате, все записи о камнях, Алан, как зачарованный, сразу же направился в следующую, так что Боб еле за ним поспел.       Это помещение оказалось одним огромным гербарием. Все шкафы были забиты бумажными папками с засушенными цветами, источавшими головокружительный аромат даже после стольких лет. С неописуемым восторгом рассматривая цветы и с горечью находя повреждённые растения, юный сатанист опять мгновенно собрал все записки и тут же направился в другую комнату, уже обещая себе потом снова сюда вернуться. А его спутник опять робко поплёлся следом, проклиная и свое решение, и этот дом, и заодно своего проводника, который никак не хочет покидать жуткое место.       И так повторялось в каждой новой комнате. Алан, всё больше завлекаемый в мир магии, с невероятной быстротой терял связь с реальным миром и постоянно нашёптывал себе под нос названия невероятных находок: «Корень моли… шерсть химеры… клык вампира…порошок из перьев феникса… яд василиска…сонный порошок…листья сетчатника…». С каждой новой комнатой его восторг всё возрастал. Чего тут только не было! Шкафы с перьями разной длины, цвета и формы; горшки с уже увядшими диковинными растениями, полки с магическими камнями, амулетами, порошками; колбы и склянки с различными отварами и зельями; целые залы, уставленные черепами и скелетами мистических животных: грифонов, химер, гидр, фениксов, саламандр и многих других зверей. Тут было даже то, что Алан ни разу в жизни не встречал или о чём читал только в древних книгах по магии. — Так вот на что этот безумец тратил все свои деньги! — с восторгом воскликнул юный сатанист в одной из комнат, рассматривая громадный коготь загадочной птицы рух. Нельзя сказать, кому именно были проговорены эти слова, себе или кому-нибудь ещё, ведь черноволосый давно уже забыл про своего спутника и, кажется, считал себя единственным человеком в этом доме.       Казалось, коридорам и комнатам нет конца! С каждым новым шагом со всех четырёх сторон открывалось всё больше дверей. Некоторые из них вели в уже изученные комнаты, другие — в новые, а третьи были неподкупными стражами тайн, то ли закрытые хозяином дома ещё до смерти, то ли заваленные обломками стен, шкафов и потолка. И каждая новая запертая комната всё больше разжигала любопытство и азарт Алана, в то время как продвижение в глубь этажа всё сильнее пугало Боба. Непонятный панический страх уже полностью окутал его, дом стал казаться мрачным, гиблым лабиринтом, в котором с нетерпением поджидает своих жертв кровожадный минотавр. Всё это время шатен безуспешно намекал однокласснику, что пора выбираться отсюда, но тот его не слышал. Уже окончательно потеряв надежду, Боб, совершенно забыв про всю свою гордость, стал судорожно, чуть не плача, упрашивать, умолять Алана наконец покинуть мрачное строение. Но даже это не помогло: юный сатанист нисколько не обратил внимания на отчаянную просьбу спутника, что, впрочем, было не так уж и плохо для шатена. Окончательно смирившись со своей участью, Боб, успокоившись, поплёлся за своим опьянённым восторгом проводником, совершенно выбросив надежду выбраться отсюда.       Но всё-таки у счастья и восторга юного сатаниста тоже был конец. Пред непрошеными гостями дома из-за следующего поворота появилась новая дверь, возникшая будто из глубочайшей тьмы. Она жутко блестела своими бездонно-чёрными лакированными боками под тусклыми лучами солнца, резко выделяясь в выкрашенном в светлые тона коридоре. К тому же, это была единственная дверь, на которой среди красивой резьбы висело большое зеркало, отражающее в себе мельчайшие детали за спинами двоих мальчишек. Уже всё это говорило о том, что новая комната содержит что-то поистине необычное и важное для хозяина дома.       Прикоснувшись к гладкой древесине, Алан почувствовал исходивший с другой стороны уже знакомый холодок, который расплывался и около камина гостиной. Подавив природный ужас перед необычной, враждебной энергией, юный сатанист резко открыл дверь. От его былого восторга и легкомыслия не осталось и следа. Теперь черноволосый с недоверием и серьёзностью вглядывался в заполненное темнотой пространство комнаты. Это было не просто помещение для игр с магией и различными колдовскими ингредиентами. Нет, тут происходило что-то гораздо более серьёзное, чем казалось в начале! Мальчишки медленно вошли в комнату, после чего Алан с недоверием покосился на дверь, уже ожидая, что она захлопнет эту наполненную пронизывающим холодом ловушку, оставив незваных гостей один на один с неведомыми силами. Но, к счастью, ничего подобного не произошло. Постояв всего несколько секунд около входа в комнату, которая оказалась не такой уж и маленькой, черноволосый полностью продрог, настолько, что невольно поёжился от холода. Боб это заметил, но совершенно ничего не сказал и продолжил безразличным взглядом смирившегося человека рассматривать те стены помещения, которые смог осветить луч света из раскрытой двери. Он нисколько не почувствовал той огромной разницы между энергией коридора и комнаты, которая так поразила и заставила очнуться от слепого восторга юного сатаниста. Но, кажется, шатена тоже заинтересовали тайны, хранящиеся в густой полутьме помещения, так как при первом же взгляде на край шкафа, выхваченный светом из мрака, его глаза вновь стали увлечённо поблёскивать. Столь выделяющаяся комната наверняка принесёт много сюрпризов и простому человеку, не посвящённому в тайны магии!       В то время как Боб до предела напрягал зрение, чтобы хоть что-нибудь рассмотреть, Алан уже полностью оглядел комнату, заметив несколько столов с различными приборами, непонятно для чего нужными, и целую армию шкафов, которые облепили стены так же, как мох полностью застилает понравившийся кусочек камня. Центральная часть комнаты была целиком свободна, и ничто не мешало передвижению людей. Но даже прекрасно видя в темноте, юный сатанист сильно захотел найти хоть какой-нибудь источник света, чтобы не чувствовать себя единственным воином в борьбе с царствующим тут мраком. Оглядевшись и найдя на полке ближайшего шкафа маленькую керосиновую лампу, он, не раздумывая, схватил её, резко поднёс к спутнику, чуть не ударив того по носу, и коротко и чётко сказал: — Спички!       Опомнившись от такого внезапного движения проводника, Боб, не говоря лишних слов, покорно достал из кармана найденный коробок спичек, который даже оказался в хорошем состоянии, быстро зажёг одну из его обитательниц и с помощью неё перенёс огонь на фитиль лампы. К счастью, в ней всё ещё был керосин, и уже через секунду яркий рыжий свет пламени заплясал на лицах сотни зеркал, которые, казалось, являются и обоями, и убранством всей комнаты. Они и вправду тут были везде: на каждом свободном клочке стены, полностью скрывая его, по четыре и пять штук на каждом столе, на каждом свободном сантиметре полок, даже были на дверцах шкафов и ящиков! Такое количество зеркал явно неспроста! Это ещё раз доказывает необычность этой комнаты по сравнению с остальными.       Всё ещё с недоверием поглядывая по сторонам, Алан стал крадучись подбираться к столам, чтобы лучше рассмотреть приборы и ингредиенты на них. Боб осторожно следовал за ним, с восторгом поглядывая на вещи, похожие на декорации к фантастическому фильму. Внезапно в мёртвой тишине комнаты послышался тонкий хруст. Юный сатанист, определив источник звука, мгновенно поднёс лампу к полу и увидел прямо у себя под ногой крохотные осколки чёрного прозрачного вещества, то ли стекла, то ли кристалла. Определить, что это такое, было уже невозможно, но благодаря ему можно выдвинуть смелое предположение. Раз осколки не убраны, значит, хозяину дома было не до этого, и, возможно, именно в этой комнате Габриэль Парк понял, что в доме он не один. Отвлёкшись от своих размышлений, Алан подошёл к столам и поставил на их тёмную лакированную поверхность лампу.       Свет от огня заплясал на удивительных приборах, которые точно можно увидеть только здесь, в этой комнате. Странные держатели с острыми зубьями, присоединённые к небольшим фонарикам, кастрюли с дырками в боках, зажимы с буравчиками над ними, устройства, похожие на крошечные лабиринты из зеркал, находящихся под разными углами… Так и не поняв предназначение этих странных устройств, юный сатанист обратил внимание на разбросанные по столу ингредиенты. Какое-то тайное чувство подсказывало ему, что дотрагиваться до них нельзя, чем бы это ни было, и поэтому пришлось переворачивать и вертеть предметы лежащими рядом пинцетами. Тут аккуратными кучками лежали сухие, скрюченные, безжизненные чёрные ветви дерева с такими же листьями; лозы тёмно-бардового плюща с острыми шипами, блестящий чёрный камень с временами искрящимися пурпурными прожилками; стояли колбы с чёрной, тёмно-бордовой, зеленоватой и металлического цвета жидкостями.       Алан задумчиво вертел ветвь чёрного дерева, когда его вывел из задумчивости вопрос Боба: — Ну что, узнал, для чего нужны эти штуки? — спросил шатен, не отвлекаясь от игры с прибором, состоящим из двух держателей на длинных ножках. То приближая, то отдаляя от неподвижно стоящего держатель второй, на подвижном ползунке, он с интересом наблюдал, как вещество на втором держателе то вспыхивало ярким синим светом, то угасало. — Почему?.. Почему он проводил опыты над этим?! — с непониманием потряс свою находку юный сатанист, — Это ветвь древа смерти! С ним очень опасно работать, не то что экспериментировать! Но меня даже больше волнует вот это, — с этими словами Алан положил ветку и, взяв небольшой мешочек с серебряной лентой, развязал его. Там мирно лежал серебристый порошок, красиво мерцающий под светом пламени и отливающий чёрным под определённым углом. От него исходил слабый, даже немного приятный холодок, никак не сравнимый с морозом комнаты, — Если честно, даже не ожидал увидеть вживую и крупицу этого вещества. Порошок мандрагоры, также известный как «Мёртвый поцелуй»! Во всех книгах сказано, что его невозможно достать, многие авторы даже пишут, что это просто миф, легенда! Неужели Парк был настолько глуп и легкомыслен, чтобы с титаническими усилиями заполучить этот бесценный порошок только ради собственной потехи? Нет! Он серьёзно занимался магией, изучал её и делал фантастические открытия! Его работы бесценны! С их помощью я могу узнать такое!.. — Ну, так в чём проблема, чудак? — усмехнулся Боб, облокотясь о стол и отвлёкшись от заинтересовавшего его прибора. — Тут много разных записок, читай сколько хочешь! — Дело в другом… Мои демоны ничего не говорили об этом. Почему они не сказали, что Парк серьёзно исследовал магию?! Что они хотели утаить от меня?! А главное, почему?! — с непониманием и тревогой воскликнул юный сатанист.  — Значит, им всё-таки было что скрывать от тебя. И, возможно, скрывали-то они не столько эти комнаты, сколько то, что ты можешь благодаря им узнать, — задумавшись, проговорил шатен. — Тяжело это признать, но ты правильно мыслишь. Раз в тысячу лет и у тебя просыпается логическое мышление, — горько усмехнулся Алан. Затем он серьёзно сказал. — Ладно, нам больше нечего здесь делать. — Значит, уходим?! — оживлённо и радостно воскликнул Боб и слегка наклонился вперёд, готовясь при первом же знаке ринуться к двери. — Да, именно это и значит, — попытался улыбнуться юный сатанист, но улыбка вышла очень печальной, болезненной. — Идём, не хочу здесь больше находиться.       Даже не скрывая своей радости, Боб выпрыгнул из комнаты, предвкушая скорое возвращение к Софи и к её столу, который мальчишки не видели уже больше двух часов. Ещё раз подозрительно обведя глазами всё помещение, Алан быстро спрятал бесценный мешочек в секретный карман штанов и медленно вышел в коридор. Теперь его мучили новые загадки, ответы которые способны перевернуть весь его мир.