Еще одна история

* * * В Царь-граде… Святополк рвал и метал. В своей душе. «Но надо же, эта сучка… ненавижу. Как же больно… ааа… не хочу об этом думать…», - он пытался забыть содеянное с ним, игнорировать боль, но получалось не важно. «Как же она удрала безнаказанно с Варварой, обманув лучших воинов?! Хотя, другой на их месте тоже мог ошибиться, вторая Варвара - копия первой. Да какая разница, какая кто есть! Вот женушка бывшая, вот же погань… оставила после смерти подарочек, да не один! Даже после погибели не дает покоя!», - думал князь. «А главное, что я ничего не могу с этим поделать. А тут еще война! Ладно, потом разберусь со всем этим, побью басурман, а там и разберусь… Хорошо хоть эта дрянь не успела никому ничего рассказать, только первой Варваре, а той тоже в городе нет. Нет…, надо кого-то послать на их поиски, пока не случилось непредвиденное. Гера заплатит мне за унижение! За эту чертову боль! Я вырежу у нее все, что можно, пока она не сдохнет». * * * А в избушке все шло по плану Геры: поели, поспали, искупались, завалились на теплую печку, начали делать массаж. Стопы, ноги, бедра, ягодицы… – ученица лекаря умело делала свое дело. - Мне стыдно, - призналась вдруг Варвара шепотом. - В каком именно месте? – спросила так же тихо Гера, продолжая разминать пятую точку белянки. - Не шути, я правду, - Варвара перевернулась на живот. – Тут твои друзья на кухне, Митрофановна храпит внизу, а мы тут с тобой… - И что? Плохого мы ничего не делаем. И вообще, сейчас вечер, пора отдыхать, завтра рано вставать. Чего тебе стыдно? - Мне скорее не стыдно, а неудобно. - Неудобно, что я тебя трогаю? – Гера начала сомневаться в правильности своих массажных познаний. Кажется, она надавила не на те точки… - И это тоже, - Варвара хотела сказать совсем другое, хотела объясниться, но ей почему-то было трудно пересилить себя. Не привыкла она быть в таком положении. Все было не так, как она хотела бы. -Хорошо, если тебе неудобно, давай спать, - Гера не хотела ругаться, она пыталась быть милой, но похоже этого не заценили. Раздражение начинало пробираться к ней под кожу, но было замечено и откинуто прочь. «Спокойствие, только спокойствие», - темноволосая легла рядом, натянув на себя край стеганого одеяла Варвара было тоже что-то хотела сказать, но вздохнув замолчала. Тишина нарушалась, только храпом старушки. - Давай не будем ссориться, - нарушила «идиллию» княжна. - Мы не ссоримся, - сухо произнесла Гера. - Значит, мне показалось. - Да. - Да, - эхом повторила Варвара, и они снова на какое-то время замолчали. - Я…, - сказали они хором. - Говори ты, - опередила затем Гера. Варвара шумно вздохнула. И выдержав долгую паузу, спросила. - Обещаешь, что не будешь смеяться? - Попробую. - Так вот, - продолжила Варвара и немного замялась. – На самом деле у меня есть родинка, и довольно приметная, только не в виде короны, а в виде уголка. Может, это часть короны? А? Гера слушала ее внимательно и вспоминала, где же может быть у девушки родимое пятно. Сегодня, когда они мылись, она ничего не заметила. Правда времени на разглядывание у них было мало, надо было торопиться, чтобы освободить место для парней, но в общем и в целом, Варвару она конечно же разглядела. Нет, родинки она не заметила. - Где? – коротко спросила Гера. - Только не смейся, - предупредила белянка. - Ну, - не выдержала темноволосая. – Говори уже. - На лобке. Герда улыбнулась в темноте, сдерживаясь чтобы не прыснуть со смеху. - Спряталось, значит, пятнышко родимое, - сказала она, все еще улыбаясь. - Но, постой, Митрофановна сказала, что «короны» у тебя не было, значит… Часть короны говоришь? Надо бы рассмотреть. - Родимое пятно совсем незаметное, а сейчас особенно, но я хорошо помню его с детства. Небольшой участок кожи, чуть темнее обычного, немного на букву «Г» похоже. Геру осенило. Вспышкой в ее мозгу встала картина Святополковой задницы, где она поставила свой автограф. Первую букву ей даже «писать» не пришлось, темная загогулина так и просилась, чтоб дальше продолжили. И Гера холодным лезвием дописала свое имя. «Значит, Варвара все-таки дочь Святополка… Одной метка от матери, другой – от отца. Интересно получается. Наверно, не стоит Варе этого знать, пока. Зачем портить ей настроение тем, что ее пытался изнасиловать собственный отец», - решила про себя воительница, оставив эту новость до лучших времен. Затем ее посетила более приятная мысль. - Буква «Г»? Это значит, что место на котором написана первая буква моего имени, заслуживает моего особого бережного обращения, - хрипло промурлыкала Гера. – Моих особых поцелуев. Такое откровенное желание, сквозившее в голосе и словах темноволосой девушки, заставило белянку покраснеть, но в темноте это было совсем не заметно. - Мы же не одни, - проронила княжна. – Тише. - Все спят, никто ничего не слышит, - уверила ее Гера шепотом, проводя руками вдоль тела светловолосой девушки. - Ты уверена? - Если кто-нибудь услышит нас сейчас, я его убью его завтра утром, - Гера уже залезла рукой под ночную сорочку Варвары. - Просто забудь обо всем, представь, что мы одни во всем мире. Ты и я. Варвара тихонько застонала, прогнувшись от того, что горячие руки ласкали ее тело. Она больше не могла сопротивляться своему желанию, она и так держалась до последнего. Хватит, наверное. - Я так люблю тебя, - слова выпорхнули из нее еле слышно, но Гера сумела поймать их в темноте своими губами. - Девочка моя, любимая, будь моей навсегда, - прошептала воительница после сладкого поцелуя. Слово «навсегда» как-то напрягло Варвару, но немного поразмыслив (совсем немного), она ответила. – Да. Гера уткнулась носом в ложбинку меж полных грудей, вдыхая запах тела белянки. Удовольствие ни с чем не сравнимое, когда любишь. Пальцы воительницы сжали мягкие соски, упиваясь шелковой кожей. Сдержанный стон вырвался из уст княжны, и Гера начала прокладывать дорожку из поцелуев по животу девушки. Тихо скрипнула входная дверь. Варвара замерла в руках Геры, и та приподняла голову. - Леший дери…, - тихо выругалась воительница, вслушиваясь в звуки помимо своего громко стучащего сердца. Гера плавно и нехотя оторвала ладони от груди Варвары. «Кто бы это мог быть?» - она одернула полы свой ночной рубахи. - Я проверю, - еле слышно проронила она, спускаясь с печи на холодный пол. Бесшумно ступая босыми ногами она вышла из-за печи, проходя мимо мирно сопящей старушки. Вглядываясь в полумрак, Гера не заметила никого постороннего, наоборот, отсутствовал один из парней. Гера подошла ближе и склонилась над спящим… Лехой. «Значит, брат вышел. Слышать не может нас с Варварой? Или еще чего?» - девушка решила последовать за братом, разузнав причину его исчезновения. Она думала, что это не просто желание справить малую нужду. Натянув на себя сапоги друга, она тихо сказала Варваре, что сейчас вернется. Выйдя за дверь, она нашла Миху около лошадей. - Не спиться, брат? – спросила Гера. - Уснешь с вами, все же слышно, - недовольно ответил парень. Гера замялась. Ей было немного не удобно. Она поддалась желанию, и совсем не думала, что кто-то будет таким уж слишком чувствительным. - Прости, - просто попросила она. - Да чего уж там, я понимаю, - Миха почесал затылок. – Хотя, ну, ты даешь! - он улыбнулся. - А ты зараза, мог бы и потерпеть, притворившись спящим, - улыбнулась Гера в ответ. - Это старушки и раненые спят, а мне здоровому парню думы всякие в голову лезут, от охов, ахов и стонов девушек. - Ладно, ладно, перестану тебя с ума сводить. Пошли спать, завтра трудный день. - Уйми сначала свою красавицу, а я уж потом, следом, - Миха погладил морду гнедой коняки и та фыркнула в ответ. Гера запрыгнула на печку, прижимаясь прохладой к горячей коже белянки. -Что случилось? – спросила Варвара. - Михе не спиться, и похоже он все слышал. - А я тебе, что говорила, - белянка оторвала руку воительницы от своей груди. – Неудобно ведь. - В следующий раз буду слушать только тебя, а не мое разыгравшееся воображения, что мы одни на всем свете, - Герда чмокнула оголенное плечо Варвары. – И я помню твое «Да». - Ты злая искусительница, и против тебя трудно устоять, надо было мне побольше сопротивляться, да не смогла, - девушка стала натягивать на себя ночную рубашку. - Меня это жутко обнадеживает, - Гера усмехнулась, помогая Варваре справиться непослушным рукавом. – В следующий раз … - Если нам никто не будет мешать. - Нет, мешать не будет, я это устрою. Думаешь мне нравиться мучиться? - Думаю, нет, - белянка улеглась под одеяло. – Все, обними меня и давай спать. - А поцелуй перед сном? - Гера, я тебя убью. Воительница тихо хохотнула, но когда входная дверь скрипнула, Гера произнесла полушепотом. - Спокойной ночи. - И вам того же, - донеслось из-за стенки. * * * Было еще темно, кода наша четверка сидела за утренним чаем, обговаривая план действий. Друзья договорились, что Миха пойдет в город, переодевшись в нищего странника. Его план состоял в том, чтобы незамеченным разведать как дела у молодой ведьмочки. Леха должен был остаться у Митрофановны, так как рана на животе еще не зажила. Трехчасовую скачку до Царь-града он перенес бы с большим трудом, прошлая поездка и отняла у него много сил. Гера и Варвара должны будут скрываться недалеко от города в укромном лесочке, и дожидаться Миху. Если тот не появиться до условленного времени, то они отправятся на выручку. Действуя по плану, друзья каждый оказался в своем месте. * * * Ранним утром Святополк вышел из небольшой палатки, наспех разбитой недалеко от места, где была условленна битва. Он не был уверен, что басурмане выполнят обещание и примут бой как полагается. Но что-то внутри него говорило, что сегодняшний день будет особенным. Князь вгляделся в даль и увидел скачущего навстречу конника. Это был разведчик, засланный еще с вечера. Пыль из под копыт его лошади еще не успела улечься на землю, как князь уже знал, что басурмане не обманули ожиданий. Огромное темное войско двигалось на русичей с востока. Святополк приказал часовому будить остальных. Над полем пронеслась тревожная песнь предстоящего боя. * * * Протяжный звук походного рожка донесся до ушей Геры. «Война… Как там наши?», - воительница с тоской подумала, что многих не увидит после этой битвы. - Ты думаешь наши победят? – Варвара прижалась к высокой воительнице. - Думаю, да, - Гера обхватила девушку за талию. – А если нет, нам бы не мешало убраться подальше отсюда. - Скажи а ты бы хотела драться, там, вместе со всеми? - Раньше – да, а сейчас – нет. - Почему? – зеленые глаза с любопытством посмотрели в синие. - Потому, что сегодня со мной ты. И я не хочу умирать. Раньше мне было все равно. Почти все равно. Родителей нет, из близких - только брат, да Леха. Но у нас одна судьба, поэтому я не боялась оставить этот мир. - А со мной, почему боишься? - Я не боюсь, пойми. Просто теперь у меня есть смысл жить. - И у меня, - тихо произнесла Варвара. – Такое чувство, что будто всю жизнь я только тебя и ждала. Помнишь, тот первый раз, когда мы увидели друг друга. Ты шла с Николой. Я увидела тебя, и сердце мое остановилось, я испугалась. Твои глаза, такие синие, пронзительные, словно заглянули в душу. Нет, я не влюбилась сразу, но ты меня зацепила, хоть тогда и не могла признаться себе в этом. А ты что-нибудь почувствовала? - Почувствовала? Нет, скорее испытала шок, когда увидела точную копию лесной ведьмочки. Даже подумала, что ты на самом деле колдунья и умеешь перемещаться по воздуху, - Гера хохотнула.- Потом, правда, все выяснилось. Но твою красу я приметила. Звук рожка снова донесся до их слуха. Лошади дернулись и заржали, они знали этот сигнал, он означал начало военных действий. - Мы слишком близко к месту битвы, - Гера сильнее прижала белянку к себе. Чтобы ни было, знай, в случае опасности мы должны первыми добраться до стен города. Если басурмане победят, они двинуться к Царь-граду. И мы, Варенька, так просто не отдадим им город. Я сделаю все, чтобы он стал твоим. Варвара в непонимании посмотрела на Геру. - Дело в том, что Святополк твой отец. *** Пока на поле разгоралась битва, Михее удалось чудом пробраться в город. Стражи не сразу пустили его, но пожалели убогого и открыли ворота. Миха притворялся отменно, даже знакомый дружинник не узнал его в рваной хламиде Митрофановны. На голове его была видавшая виды заячья шапка, из-под которой торчали тщательно вымазанные грязью волосы. Лицо, как и руки, были тщательно украшены коричневым соком какой-то травы, с трудом смываемой и очень напоминали цвет пигментных стариковских пятен. «Дедушка» ковылял прямиком к замку, протягивая по дороге руку с просьбой подать нищему на пропитание. Миха так хромал, упираясь на обглоданную зайцами ветку, что одна девушка не выдержала и подала убогому монетку. Парень принял ее дрожащей рукой. - Спасибо милая, да вернется сторицей твоя доброта, - прохрипел он, втягивая губы как у беззубых, и чуть сам не пустил слезу от умиления, так в роль вошел. Еще недавно он отплясывал с этой девахой на свадьбе, а она его даже не узнала. Миха купил за монетку румяный каравай и сунул его за пазуху. У ворот княжеского замка стояли охранники. Два скучающих паренька сидели на бочонках и травили байки про войну. - Здравствуйте, молодцы удалые, - произнес дрожащим голосом Миха. – Не позволите ли войти в покои княжеские? - Эт еще зачем? – один из стражников поднялся на ноги. - Несу чудотворный хлебушек для княжны Варвары, - он вытащил из-за пазухи купленный недавно каравай. - На кой он ей сдался, хлеб твой? – спросил второй охранник. – Чё, у нее своего мало, думаешь? - Говорю же чудотворный хлебец, чтоб сила у нее была, чтоб детишки славные родились, такие, как богатыри земли нашей звенигородской. В хлебе этом, - он потряс караваем. – Сила чудотворная. Я ведь раньше у Святогора в богатырях ходил, знал княжну еще девчушкой. Вот и решил подарочек ей принесть волшебный. - Сдался он ей, хлеб твой. Иди отсюда, пока пинка под зад не получил, - старший охранник скривил угрожающую рожу. - Зря ты так, сыночек, раз не веришь старому человеку. Хочешь, докажу, что в хлебе этом сила? - каравай трясся в дрожащих руках Михи. - Не дури, старик, какая там сила, - в глазах более младшего зажегся таки огонек интереса. - А вот я и покажу вам. Сейчас, отломлю кусочек краюшки, съем, да и повалю любого из вас на руках. Стражники заржали. Миха был невелик ростом, и не производил на них никакого впечатления, даже с волшебным хлебцем. - Я ж не шучу, - «старичок» отломил ломоть хлеба и стал проворно жевать. – Если выиграю, пропустите? Или силой прорываться? – проговорил он, жуя свежую выпечку. Стражники все еще не верили пришлому старичку, хотя сказки, рассказанные им про чудотворцев прочно сидели в их сознании. Прожевав ломоть, Миха оголил правую руку по локоть. - Налилась силой, рученька? - спросил он, глядя в свою ладонь, как будто там были глаза и рот, чтобы видеть и отвечать. Он с силой сжал пальцы. Суставы хрустнули, являя охранникам довольно приличный кулак. – Ну, кто первый? – Миха поставил локоть на бочку, отбросил посох, и покрутив тазом, упер ноги пошире. Тот, кто был постарше их стражников крякнул, и подошел к «дедушке-задире». Не ожидав особой прыти от старика, парень неуверенно сжал кисть Михи. То же не теряя времени даром, раз, и завалил руку нерадивого стражника. - Эээ, так не честно, - произнес поверженный. - Следующий, - Миха не терял инициативы. Второй тут же подошел и поставил руку на бочку. Напрягся, учитывая ошибку товарища. Но и Миха был не промах, кисти у него всегда сильные были, не зря он с луком и мечом тренировался по полдня. В общем, с усилиями, но второй стражник тоже был успешно «завален». - Вот она сила чудотворная! – Миха снова вошел в роль старика. - Дай кусочек, дедушка, - попросил только что побежденный стражник. - Нет, это только для княжны! А коли кто иной отведает, - зловеще проскрежетал он. - Приобретет силу физическую, но потеряет мужскую, - Миха указал рукой ниже пояса. – Мне то уж это не страшно, а вам молодцы еще пригодиться, так что хлебушек не для вас. Стражники сглотнули набежавшую слюну и как-то сжали колени поближе к друг другу. - Ладно, проходи, старик, - старший из парней попятился к двери, открывая створку. – Но не задерживайся там, нам не велено никого впускать, да, выпускать. - Я мигом, деточки, - Миха проскользнул в помещение, и с прытью, несвойственной для старика, взбежал по ступенькам, но этого уже никто не видел. Через некоторое время в дверях появилась Варвара. - Не велено выпускать, - проговорил скороговоркой стражник. - А я и не выхожу, я сказать, что дедушка остается у меня, - ведьмочка кокетливо улыбнулась. – Он мне сказки будет рассказывать. - Так ведь велено, чтоб никого…, - начал охранник заученную песнь. - Велено, не велено, а мне скучно. Надоест старик – выпущу. - Ладно, чего он может, вреда не принесет, - буркнул старший. – Оставляем, но отвечать не будем за него. Святополку ежели не понравится, так полетит голова деда, а мы не причем. - Хорошо, хорошо, спасибо, только никому не говорите ничего. Глядишь, и обойдется, - и Варвара пташкой полетела к себе в комнату. * * * Гере до коликов хотелось видеть сражение, она даже на дерево взобралась, но все тщетно - ничего не было видно. Варвара между тем заметно нервничала, переваривая информацию о том, что Святополк ее родной отец. Верить в это совсем не хотелось, но факты говорили сами за себя. Видя переживания подруги, Герда решила ее приободрить - Да не казни ты себя за такого папашу, видно его плохо воспитывали, раз он такой несдержанный - прыгает на всех подряд. Но в последние разы у него промах вышел, теперь уж не попрыгает, – воительница разглядела в небе стайку черного воронья, что ждала своей добычи. - Я мечтаю, чтоб его на том поле убили, и в тоже время мне стыдно за такие мысли, - Варвара сжала кулаки. - Нормальные мысли, прими все как есть, убьют – хорошо, не убьют – тоже. За старые грехи он расплатился, по крайней мере с нами, а за новые, если будут – снова заплатит. - Ты такая уверенная, а вот я – нет. Я боюсь его и ненавижу. И вообще у меня в голове сплошная каша, как же мои не настоящие родители... Отец, то есть князь Святослав, получается, он же всегда думал, что я ему родная дочь, а мать – всегда знала. Сейчас, я понимаю, почему она была иногда со мной так холодна, и мне не хватало ее материнской ласки, - девушка тяжело вздохнула. – Но они заботились обо мне. - Да, все так. Теперь ты знаешь всю правду, у тебя есть сестра, отец, приемные родители, и город по праву принадлежит тебе. Ну, по крайней мере, часть города. Скажи, чего бы ты хотела? – Герда развернула девушку лицом к себе. Синие глаза смотрели на княжну испытывающее, ожидая ответа. Честного ответа. Варвара прикрыла на мгновенье глаза, она запуталась. - А что хочешь ты? – вопросом на вопрос ответила белянка. Герда улыбнулась. Ей было трудно сказать все, что она чувствует, но она все же попыталась. - Я хочу тебя, быть рядом и буду драться за это. Хочу видеть тебя счастливой, и буду жертвовать многим ради этого, - тихо, но очень искренне произнесла Гера. Варвара некоторое время молчала. - Гера, я тоже самое хочу. И я так счастлива уже сейчас, рядом с тобой, - она кинулась воительнице на шею, и та подхватив ее начала кружить, упиваясь собственным счастьем и силой, которая плескалась внутри от взаимного чувства. Она поставила княжну на ноги, но мир еще продолжал кружиться вокруг, давая пьянящую радость. Глаза смотрели в глаза, губы неминуемо приближались. Поцелуй показался прекрасной вечностью, пока не стало хватать воздуха. - Я люблю тебя, - ветер подхватил признание и понес его меж зеленых ветвей. Такие мгновенья разделенного счастья были редкостью, среди людей этого края. Лес хотел запомнить его надолго и оберегал влюбленных, отгоняя посторонних прочь. * * * А в это время, совсем рядом в соседнем пролеске стоял небольшой отряд, ожидающий развязки битвы с басурманами. Словно грифы голодные до легкой наживы, бандиты Кайлины ожидали развязки боя. Они прятались в небольшом овражке, изредка вглядываясь в даль, туда, где люди и кони смешались в жуткую кровавую реку. Красного цвета на поле становилось все больше… Силы сторон казались равными, и от этого исход был практически не предсказуем. На помощь богатырям из Царь-града подтянулись войска из соседних княжеств, не слишком многочисленные, но поддержка их была существенной. Тем не менее, кочевники клином сумели войти в передний фланг русичей, разбив первый фронт богатырей надвое. Не ожидавшие разлома в своих рядах, царьградцы не смогли вовремя закрыть образовавшуюся брешь. Раньше, чем ожидалось, в дело вступила конница, и на поле из четко распланированных отрядов образовалась сплошная сумятица, где каждый сам за себя. За полчаса кровавой мясорубки Баромир понял, что шансы на победу довольно не велики. Большая часть богатырей лежала на сырой земле вперемешку с врагами. Элитный отряд, состоящий из личной охраны Святополка, стоял в стороне дожидаясь развязки. И она не замедлила прийти. Буквально из ниоткуда появилось еще одно темное войско и накрыло русичей смертоносной тучей стрел. Проигрыш был слишком очевиден. Чувствуя свое преимущество, басурмане ожесточенно накинулись на богатырей. Их было не слишком много, но перед их натиском было трудно устоять. Баромир хотел было бросить в атаку последние силы элитного запаса, но был остановлен князем. - Не зачем лезть на рожон. Битва закончена, мы должны отступить. За стенами города, им нас не достать. Оставшаяся часть басурман нам не угроза, а умирать я не собираюсь. Баромир, недовольно морщась, согласился и приказал трубить сигнал отступления. С болью в сердце он оставлял зажатых в кольцо богатырей, поворачивая свою лошадь к Царь-граду. - Не гоже так, своих оставлять, - пробурчал себе под нос воевода. – Не дело. - Так и не оставляй, – яростный взгляд Святополка, был свидетельством, что фраза не осталась без внимания. Баромир опешил, на него был направлен меч князя. - Если ты такой благородный, ступай! Помоги им! – ехидно добавил князь. – Только избавь меня от своих соплей! Нервы и так были на пределе. - Трус! – бросил в лицо Святополку воевода. – Беги, прячь свою задницу за стенами города, а я действительно лучше умру, зная, что не бросил своих. Спасибо тебе, княже, что не дал вынашивать слабость! Баромир посмотрел на смущенных перепалкой богатырей. - Кто со мной, кому не жалко живота своего?! Ну, кто не бросит своих братьев на забаву темным?! Несколько всадников переместились на сторону Баромира. Затем и другие подались. Святополк сжав челюсть играл желваками, наблюдая за происходящим – почти весь отряд предал своего хозяина. - Прощай, князь, - воевода развернулся спиной и пришпорил коня пятками. Следом за ним двинулись около двадцати всадников. - Сдохни красиво! – пожелал ему в спину Святополк. - А ты в мучениях, - проронил воевода, но ветер унес его слова подальше от князя. * * * Дозорный из отряда бандитов заметил небольшой отряд русичей, направлявшийся в их сторону и позвал своего главаря. - Судя по одеждам, знатные особы к нам едут. Посмотреть на одну сбрую – сколько стоит, - мечтательно протянула Кайлина. Меж тем всадники приближались, она насчитала двенадцать человек. Кареглазая блондинка решила, что это наверняка сбежавшие с поля боя богатенькие витязи, которые отсиживались во время битвы в кустах, и теперь решили тикать, пока им не надрали задницы. Что ж, легкая добыча сама шла к Кайлине в руки от такого она просто не могла отказаться. Приказав своим лучникам сбить боковых всадников, она приготовилась атаковать остальных. В живых предполагалось оставить только троих, чьи одежды наиболее богато выглядели. Кайлина мечтала получить за них выкуп. Атака прошла быстро и удачно, как и планировалась. Бандитка радостно хихикала, объезжая лихого скакуна Святополка, наблюдая, как связанную троицу царьградцев тащат в овражек. Один из пленников особо сильно ругался, но быстро прикусил язычок, когда один из головорезов пообещал его использовать в качестве походной жены. Прикусил, но не надолго, вскоре его ругань перешла в протяжный визг. Кайлина начала злиться, почему ее парни не могут унять буйного, и решила подъехать поближе, разобраться. Она спрыгнула со своего нового скакуна и заглянула в овраг. Дико извиваясь и выкрикивая непонятные ругательства, истеричный пленник со спущенными штанами пытался вырваться из рук самого сильного в отряде бандита. Остальные же хохотали, и пытались разглядеть какую-то надпись на светлой заднице плененного. Кайлина свистнула, обратив на себя внимание. - Посмотри на это, Кайлина, - проговорил красный от натуги бандит, удерживающий брыкающегося Святополка. – Кажется, тут недавно расписались. - «Ге-ра», - прочитала вслух Кайлина, и тут же хохотнула. – Мило, может теперь мне добавить свою подпись. Правда, боюсь букв в моем имени многовато, может не поместиться. - И чё делать? Он говорит, что он князь, – головорез тупо уставился на вертящийся в его руках зад. – Кажется, ему еще и яйца отрезали... - Делайте, что хотите, я думаю, Гера не обидится, - рассудила белобрысая, оставляя пленного на попечительство своих бандитов. – Только не переусердствуйте, он нужен мне живым, - она отошла от оврага. «Князь, не князь? Врет? Какая к лешему разница. Если Гера оставила на нем свою подпись, то думаю, вряд ли он имеет какую либо ценность для города. Хотя, смерть богатого придурка будет непозволительной роскошью. Пусть живет и мучается, вдруг его кто-нибудь и выкупит…», - подумала про себя Кайлина. - Парни, да он и не мужик получается…, - протянул кто-то из оврага «голодным» голосом. *** - Ну, все, хватит, - с хрипотцой в голосе произнесла Гера, отрываясь от желанных губ. – А то я за себя не ручаюсь, и тогда мы все на свете пропустим. Варвара смотрела на воительницу глазами, полными желания, и сразу не поняла смысл сказанного. Особенно в свете того, что голос противоречил словам. Руки отпустившие ее, заставили таки проникнутся содержанием фразы. - Да, конечно, - девушка тяжело выдохнула. - Я тут дерево чуть дальше высокое приглядела, надо бы снова осмотреться, - Гера быстро сменила тему, пытаясь отдышаться самой. Варвара прохныкала, понимая неизбежность суровой действительности. Рядом война, Миха рискует собой ради ее сестры, не расслабишься. Герда буркнула: «Прости», и побежала в высокой осине. Белянке же оставалось прислониться головой к своей лошади, унимая свое разбушевавшееся сердце. Девушка задумалась о том, как там ведьмочка в Царь-граде. «Сестра…Я даже не знаю, что по отношению к ней чувствую», - промелькнула в голове княжны мысль. Сначала девушка испытывала к своему двойнику некоторую неприязнь, потом интерес, а теперь и некоторую симпатию. Совсем же глубоко внутри, втайне, она всегда чувствовала, что есть на земле кто-то очень похожий на нее, родной и близкий. И вот ее чувства подтвердились. «»видимо, связь между близнецами все-таки существует», - подумалось ей. «Совсем и не плохо иметь сестру-близнеца, можно заменять друг друга при случае». Тут Варвара представила себя на месте дочки Митрофановны, и ей это по-правде не очень понравилось. Потом она представила ведьмочку на своем мете…, а рядом Гера, ожил на губах еще не остывший поцелуй. Это ей совеем не понравилось: «Ну, нет! Меняться мы не будем!» Ход таких мыслей отвлек тихий свист Геры, Варваре пришлось подойти поближе. - Я не знаю, что происходит, но рядом с нами произошла странная заварушка. Приведи пожалуйста сюда лошадей, и будь наготове, - пытаясь говорить не слишком громко Герда все еще всматривалась вдаль. Немного погодя, воительница спрыгнула вниз. Варвара уже сидела на лошади. - Мне кажется, что Святополка и его охрану перехватили по дороге в город. Но не басурмане, что-то мне подсказывает, что это наши старые знакомые. - Но как же? Святополк бросил армию? И какие знакомые? – Варвара задала бы еще кучу вопросов, но Гера ее остановила. - Я думаю, он бежал с поля боя. Наверняка, там не сладко. – Герда с болью в сердце представила, как погибают воины, с которыми она еще совсем недавно разговаривала и играла в лапту. - Тот, кто пытается подло насиловать женщин, вряд ли окажется храбрецом. А на счет, знакомых… я думаю, это банда Кайлины. Все как всегда, взяли богатых заложников и думают получить за них выкуп. Варвара нервно усмехнулась. - Что делать будем? – спросила она. Часть души Геры рвалась в бой, а другая часть - уберечь Варвару и отвести ее в город. Но так как разделиться было нельзя, то она выбрала серединный путь. - Поедем к Кайлине, - воительница подошла вплотную к коню белянки и проверила сбрую. Варвара аж подавилась от услышанного. - Зачем? - почти взмолилась она. – У меня от ее вида мурашки по коже. - А я их потом разглажу, - ласково посмотрела на подругу Гера. - Фу, - фыркнула варвара. – Ты шутишь, а я еще помню как она меня мерила своим взглядом, облизываясь как лиса на колобок. - Колобочек мой, - Герда погладила бедро белянки, двигаясь выше. – Лиса - это я, а она зайчик. - Тогда кто же волк и медведь? – Варвара перехватила руку, пытавшуюся добраться до мягкого места. - Все просто. Наверно, волк – это Святополк, а Медведь…, - Гера задумалась. – Медведя увидим – покажу, - она быстро поцеловала схватившую ее пальцы ладонь, и взобралась в седло свое седло. * * * Дозорные Кайлины сразу и не заметили приближения двух наездниц, все их взгляды были обращены в сторону военных действий. Гера приветливо помахала ручкой парню, первому увидевшему гостей, но не спешила приближаться к месту засады головорезов. Тот сразу признал в наездницах знакомых и свистнул несколько раз. Из-за деревьев показалась предводительница банды, гарцуя на лошади князя. Довольная ухмылочка не покидала ее лицо. Она обменялась с прибывшими кивком головы в знак приветствия. - Какие гости, что-то часто видимся в последнее время, - Кайлина приблизилась к незваным гостям. – Что на сей раз, давайте быстро, у нас тут свои дела-проблемы. - Я знаю у тебя пленные? – Гера решила сразу перейти к делу. - Все то ты знаешь, да… пленные, в честном бою побежденные. И дальше что? – белобрысая пыталась спровадить ненужных свидетелей побыстрее. - Да мы, в общем, не против ваших пленных, держите сколько хотите. Вмешиваться в твои дела не имеем никакого желания. Если только, общий интерес не появиться. Ты же ценишь золотую монету, Кайлина? - Что у тебя? – спросила несколько расслабившаяся бандитка, оснований не доверять воительнице у нее пока не было. - Хочу знать, что там на поле боя происходит, почему Святополк бежал? – Гера оторвала от пояса небольшой кошель. Кайлина опешила, откуда же Гера все знает, даже то, что у нее князь в заложниках. Прямо не девушка, а всевидящее око. Но золото всегда благотворно влияло на ее психику, и она махнула рукой пареньку, что стоял рядом. Изложив быстро проблему, Кайлина отослала его с поручением. Немного погодя тот примчался и выдал всю обстановку на поле боя. Кошель с деньгами перекочевал в руки предводительницы. - Силы почти равны…, - размышляла Гера сама с собой. – Кайлина, а сколько у тебя людей? - Все тебе расскажи…, - ехидно заметила белобрысая. - Гера, ты что задумала? – встревожилась Варвара, она и без того чувствовала себя не в своей тарелке. – Ты же говорила, что не хочешь воевать. - Да, говорила, - воительница начала сожалеть о своих нечаянных признаниях. - Никто не хочет воевать, милая, - ободрила ее Кайлина с легким нисхождением в глазах. - Но там же наши гибнут, им бы совсем немного помощи, - Гера моляще посмотрела на белянку. - Не-ее, я жить хочу, - протянула Кайлина, у меня интереса в этой драке нет. Меня никто не обижал. - Так обидит еще! Думаешь, тебе и твоим дружкам сладко придется, когда басурмане землю здесь всю захватят?! Позволят вам себя грабить?! Я предлагаю вам приобрести законный статус. Да, еже ли вы, да поможете, вам не только слава будет, но и награда достойная. Ты же знаешь, я слов на ветер не бросаю. - Сколько людей хочешь? – огонек выгоды загорелся в глазах Кайлины - Сколько можешь? - Гера, - произнесла сквозь стон Варвара, но ее проигнорировали. - Человек двадцать максимум, остальные здесь останутся. - Договоримся, - Гера даже не ожидала, что наберется такое число, ей помнилось, что в банде гораздо меньше людей. Но удивляться было некогда. Она оглянулась на белянку, вкладывая в свой взгляд гамму чувств, понятную только влюбленным. Она просила разрешения. - Езжай уже, а умрешь – пеняй на себя, - обреченно произнесла девушка.