И исчез горизонт

- Комендант! Мужчина неохотно обернулся и взглянул на идущего к нему юношу. - Вот Вы где, я Вас везде искал,- улыбнулся Чарльз, остановившись в паре шагов от мужчины. Вода в пруду была подернута мелкой рябью от ветра. - Я все время был здесь,- ответил Логан. - Через час состоится аудиенция, разве Вы не должны быть в зале? - Принца на аудиенции не будет, а я обязан охранять членов королевской семьи,- ухмыльнулся мужчина. - Что значит "не будет"?- нахмурился Чарльз,- Он не может просто взять, и не прийти на аудиенцию! - Боюсь, переубедить его не представляется возможным,- пожал плечами Логан и стал смотреть в темные воды пруда. - Да что же это такое?!- прорычал Чарльз, резко разворачиваясь на каблуках и направляясь обратно в замок. Шел всего четвертый день отсутствия короля, а он чувствовал, что все уже пошло наперекосяк. Чарльз принялся обыскивать замок, но принца нигде не было; тогда, выругавшись, он один вернулся в малый аудиенц-зал. Пожилой советник удивленно взглянул на него. - Где же принц? - Боюсь, он не почтит нас своим присутствием,- мрачно ответил Чарльз и остановился, в нерешительности, у трона. Сион старчески кивнул: - Трон не должен пустовать во время аудиенции,- сказал он, и юноша осторожно опустился на резной дубовый престол. - Что на сегодня?- тихо спросил Чарльз, стараясь унять вихрь воспоминаний предков, пробужденный прикосновением к древнему трону Ксавье. - Погиб весь улов рыбы, наместник,- заговорил Сион,- Деревни просят помощи короны. - Мы можем себе это позволить? - Мы не можем их содержать, но... - Нам не нужно содержать их. Нам нужно лишь сделать жест, что корона услышала их просьбу и ответила,- Чарльз вскинул брови,- Скажем, по среднему мешку картофеля, малому мешку вяленого мяса и среднему мешку сухарей на семью. Можем мы это себе позволить? - Думаю, да,- неуверенно пожал плечами главный советник и кивнул младшему, который тут же застрочил что-то на разложенным перед ним листом бумаги. - Армия нуждается в пополнении,- продолжил Сион. - Увеличьте количество бойцов, которое обязан предоставить каждый феодал, вдвое,- Чарльз скосил глаза на юношу, который продолжал писать указы. - Орден просит разрешения построить храмовый комплекс на севере. - Нет,- покачал головой Чарльз,- Король не согласился бы на это. Ответь, что в казне на это нет денег. - И последнее - что прикажете делать с бунтовщиками, приговоренными к смертной казни? Они были вожаками тех, кто разрушил два наших города. Чарльз подперел щеку рукой и нахмурился. - Приведи их сюда, я хочу поговорить с ними. Сион кивнул и махнул рукой одному из стражников, и тот удалился. Пока помощник короля ждал, юноша взбежал к его трону и стал давать бумаги на подпись. На секунду задумавшись, он написал "Чарльз, нам. Эрика III". Двое стражников ввели четверых заключенных, одетых в грязные лохмотья. Руки их были спереди связаны веревками, а запах чувствовался через весь зал. - Подведите их ближе,- махнул рукой Чарльз, и когда это было исполнено, заговорил, обращаясь к заключенным,- Вы знаете, за что вас собираются казнить? Те мрачно переглянулись. - Ради чего вы делаете это? Вы ведь даже не с севера! Неужели, вам настолько ненавистен король? - Проклятый Леншерр узурпировал трон!- гаркнул мужчина стоявший впереди; у него была широкая всклокоченная черная борода и маленькие колючие черные глаза. - А этому есть какие-то доказательства?- устало спросил юноша, переведя на него взгляд. - Он не идиот, чтобы их оставлять,- хмыкнул тот. - Доподлинно известно, что Роберт Ксавье умер от ран, полученных на охоте. Причастность к этому короля не доказана и доказана быть не может. Однако, какая разница была вам, кто ваш король, пока он правит сносно? Вы и вправду думаете, что сможете кого-то одурачить этими россказнями об узурпаторе-Леншерре?- Чарльз наклонился вперед, буравя мужчину взглядом,- Рассказывай, что вам пообещали. Заключенные вновь хмуро переглянулись, и мужчина заговорил: - Сказали, что сделают нас и наших потомков лордами на тех землях, которые завоюем, если свергнем короля. - Кто сказал? - Глашатаи императора. Чарльз задумался. - Как они выглядели? - Были смуглыми, словно южане. Юноша потер лоб и вздохнул. Безусловно, императору потребуются городовые на завоеванных землях, и лучше, если они будут из местных... Но это могли быть и наряженные послушники Ордена. Кто потом сможет доказать, что они были в этом замешаны, когда все видели лишь глашатаев императора?.. Чарльз прикрыл глаза. - Такая трата ресурсов...- едва слышно пробормотал он,- Вас ввели в заблуждение,- обратился он к заключенным,- Император хочет нажиться на вашей глупости, и вы его не подвели. Вы должны быть казнены за то, что совершили, однако, король ваш великодушен - он даст вам шанс на искупление своей вины. Вы отправитесь воевать с тем, с кем хотели изменить своей стране и королю. Чарльз махнул рукой, показывая, что аудиенция окончена. Эрик поднял голову и взглянул на черную громаду замка. Гренцваль остался точно таким же, каким он его запомнил в свои четырнадцать лет - подобным мрачной горе, нависающей над пришельцами, давящей на них своими боками из грубо отесанного черного камня. Зубья поднятой решетки ворот, вырисовывавшиеся в арочном проеме, создавали ощущение чудовищной пасти, готовой поглотить всех, кто осмелится войти. Он и его гвардейцы въехали внутрь. Сквозь темный проход, проложенный внутри крепостной стены, они попали во внутренний двор, оставляя за собой грязную широкую главную улицу. Им навстречу вышли трое мужчин, в одном из которых Эрик узнал лорда Гренцваля. - Мой король,- склонил он русую голову. Леншерр ответил ему кивком и попытался спешиться, но с первого раза ему этого сделать не удалось - ноги затекли и не слушались. Давно я не был в седле так долго... Встав на землю, он посмотрел вокруг. - Будь я проклят, если тут у вас хоть что-то поменялось за последние лет шестьдесят!- хохотнул он, с наслаждением хрустнув позвонками. - Северяне довольно крепко держатся за все старое, мой король. Так выживали поколения наших предков,- пожал плечами лорд,- Вам и Вашим спутникам приготовлены палаты, горячая вода, еда и питье. Вы желаете отдохнуть после поездки? - Да... Да, пожалуй,- кивнул Леншерр. - Хорошо, следуйте за мной,- ответил лорд и повел Эрика в замок. Его покои разместили в бывшей спальне его родителей. Когда он вошел, то удивился тому, как застыло в этой комнате время. Эрик медленно подошел к кровати - по-северному широкой, на высоких резных ножках - и усмехнулся. Поменяли, разве что, постельное белье, а все остальное осталось - даже огромная черная медвежья шкура, которой была застелена кровать. Он запустил пальцы в густой мех. - Я отосплюсь, все остальное - после,- негромко сказал он сопровождавшим его лорду и слугам. - Как Вам будет угодно, мой король,- поклонился мужчина,- Пара слуг будет за дверью, так что, когда Вам что-то понадобится, только скажите им. Леншерр рассеяно кивнул, и его оставили одного. Двери... Он взглянул на закрывшуюся тяжелую, окованную железом дверь. Я совсем отвык от дверей... На юге дверей не было - ни входных, ни внутренних. Для отделения комнат от коридоров служили шторы, занавески, ширмы из фанеры или нитей с бусинами, на входе в домах ставили ставни, в тех, что побогаче, ставни были украшены искусной резьбой. На севере же сами люди были замкнутыми, каждый старался отгородиться от ветров, несущих в себе снег и лед, чем-то более прочным, чем льняная штора. Эрик усталым движением стянул с себя кожаный доспех. Двери... В его памяти - его собственной - было множество дверей. Воспоминания об одних несли радость, о других - страх, ненависть, боль... Он сел на кровать, и сапоги встали под ней. Эрик лег и прикрыл глаза. От этого сна мое тело восстановит силы, но не разум... Мужчина вытащил кинжал из ножен на поясе и, повернувшись на бок, засунул его под подушку. Сон накрыл его своим душным покрывалом. В его руках - таких маленьких! - наконечник от стрелы и точильный камень. Отложив камень в сторону, Эрик попробовал большим пальцем острие и, недовольно засопев, принялся точить наконечник дальше. С улицы, через открытые ворота, до него доносилось множество звуков - ржание лошадей, крики и смех детей, скрип повозок, лай собак; издалека был слышен звонкий стук кузнечного молота. Он украдкой взглянул на отца. Тот, нахмурив брови и подперев подбородок рукой читал донесение пограничной службы. Эрик, высунув от усердия кончик языка, продолжил свое занятие. Его тоску о том, что он не играет сейчас на улице, заглушало возбуждение - отец сказал, что если он достаточно хорошо заточит наконечник, то он подарит ему кинжал. Он перевернул наконечник и стал точить другую его сторону. Настоящий кинжал! Когда наконечник стал достаточно острым, Эрик отложил камень и вновь взглянул на отца, который теперь задумчиво смотрел прямо перед собой. Эрик знал, что он его прекрасно видит, и поэтому не стал тянуть и, спустив ноги на пол и соскользнув со стула, он поспешил к нему. - Ну-ка,- мужчина осторожно взял протянутый ему наконечник и положил его к себе на ладонь. - Магнус, вы с ним засиделись, мы ждем вас на обед,- его мать выскользнула из-за двери и подошла к трону, на котором сидел отец. - Взгляни, насколько упорен твой сын, Лиза,- мужчина закатал рукав и провел наконечником по руке; сбритые волосы посыпались вниз. - Я никогда в этом не сомневалась,- женщина положила одну руку мужу на плечо, а другую подала сыну,- Идем. Отец отдал Эрику наконечник от стрелы и взлохматил его волосы, поднимаясь с трона. Его лицо с рыжей бородкой и усами сохраняло мрачное задумчивое выражение... Его разбудили крики и звон металла, несшиеся из-за двери его спальни. Вытащив кинжал, подаренный ему отцом, из под подушки, он выскользнул из постели и бросился запирать дверь, и как раз вовремя - спустя долю секунды после того, как толстый стальной стержень щеколды вошел в петли, дверь стала сотрясаться от ударов снаружи. Эрик отпрянул, подбежал к окну и распахнул ставни. Снаружи люди его отца бились с теми, кто ворвался в замок. Вдали, за стеной замка, полыхали избы, низко гудел колокол. Эрик чувствовал, как дрожали его колени. Зажав кинжал в зубах, он подтянулся на подоконнике и сел, свесив ноги в окно. Нащупав босой ногой знакомое углубление в камне, Эрик зацепился руками за подоконник и стал осторожно спускаться вниз. Он лез и лез. Подошвы ног саднили, пальцы были содраны в кровь, но он упрямо лез. Лез, пока не услышал внизу за спиной смех. Он скосил глаза вниз и увидел несколько солдат-северян. Рядом с ними был всадник. - Слезай, мальчик. Тогда я, может, сохраню тебе жизнь,- с ухмылкой крикнул ему тот,- Будешь развлекать мою невесту и челядь. Солдаты заржали. Эрик вгрызся в рукоять кинжала. Ярость горячим узлом затянулась у него в груди - он узнал всадника. - Спускайся, акулий выродок, я сказал,- тот поднял заряженный арбалет и направил его на Эрика,- Считаю до трех. Стрела с громким стуком отлетела от стены в нескольких сантиметрах от его руки. Солдаты снова загоготали. - Это был "раз",- улыбнулся всадник. Эрик стал медленно спускаться. Его руки дрожали от ярости. На алом треугольном щите, висевшем слева у седла, был изображен черный волк с зеленой змеей в зубах. Шоу... Солдаты подошли ближе, сжимая кольцо вокруг него. Увидев это, он усмехнулся, вознамерившись убить столько северян, сколько сможет. Он с силой оттолкнулся от стены и прыгнул на ближайшего мужчину, сжав кинжал в руке. Клинок вошел тому в шею, и Эрику в лицо ударила горячая тугая струя крови. Он свалился на землю вместе с мертвым солдатом. Кинжал все еще торчал в горле северянина; Эрик потянулся за ним, но его схватили - за ночную рубашку, за руки, за волосы. - У акуленыша есть зубы! Ну-ка, дайте мне на него взглянуть,- весело хмыкнул Шоу, спешившись и подойдя к Эрику. Он зарычал и замотал головой, когда мужчина попытался схватить его за подбородок, за что получил сильный удар по щеке. Эрик почувствовал, как рот наполнился кровью, и сплюнул ее на землю. - Может, просто прирежете его, господин?- предложил один из державших его солдат,- Дикий он. Эрик попытался лягнуть этого солдата, и тот ответил ему тычком в затылок. - Обязательно прирежу,- улыбнулся Шоу,- Только не так скоро - он, пока что, меня забавляет. Эрик поднял на мужчину глаза. Скуластый, гладко выбритый, с коротким, немного вздернутым носом, тонкими губами и прищуренными глазами тот стоял и ухмылялся, глядя на него, и ветер, несший в себе копоть и искры от горящих домов, трепал его русые волосы и волчий мех накидки у него на плечах. - Я запомнил твое лицо, Себастьян из рода Шоу, да будет он проклят во веки веков,- прошипел Эрик. Мужчина рассмеялся - слишком уж неуместно звучало старинное проклятие из уст одиннадцатилетнего мальчика. - К остальным его,- приказал он, поворачиваясь к солдатам спиной... Эрик сидел, отвернувшись к стене, зажмурившись и зажав уши руками, но все равно слышал крики сестры, которую солдаты Шоу насиловали с соседней камере, все равно видел голову отца, насаженную на пику у ворот. Слезы катились по его щекам... Юноша, приносивший ему еду, осторожно промокнул смоченной в настойке тканью его вспухший воспаленный глаз - сегодня Шоу был в дурном настроении. Эрик внимательно смотрел на него. Тот был не намного старше него самого, у него были темные волосы и глаза, а кожа напротив белела нездоровой бледностью. Одет он был бедно. - Как твое имя?- хрипло спросил его Эрик. - Зачем оно тебе, господин? - Я не твой господин,- усмехнулся он и закашлялся. - Твой отец был моим господином, теперь - ты,- пожал плечами юноша и подал ему кувшин с молоком. Эрик выпил молока - оно все еще было горячим, - не спуская взгляда с юноши. - Ты знаешь, что за это Шоу может убить тебя?- спросил он, отдавая сосуд обратно. Юноша улыбнулся, забирая у него кувшин и поднимаясь на ноги. - Поправляйся, господин. Набирайся сил и беги отсюда к королю - расскажи ему все. Мы все устроим,- он вздохнул,- Мы люди маленькие, но ты, господин, ты - Леншерр. Тебя он должен выслушать. Скажи, что нам тоже несладко живется с Шоу. Юноша уже собирался покинуть его, но Эрик окликнул его: - Как твое имя? - Питер, господин,- спустя несколько мгновений ответил тот. - Если у меня когда-нибудь будет сын, я назову его в твою честь,- негромко сказал Эрик и вновь закашлялся. Юноша кивнул и вышел из камеры, тяжелую дверь вновь заперли снаружи... Он разлепил веки и покосился на дверь, из-за которой доносилась какая-то возня. Через несколько мгновений дверь приоткрылась, и в камеру заглянул Питер. - Пойдем, господин,- махнул он ему рукой. Эрик с трудом поднялся с кучи сена и пошел, словно во сне, к двери. За ней, привалившись к стене, сидел стражник, грудь его была залита кровью. Руки и лицо юноши также были в крови. - Скорее,- шепнул он и схватил мужчину за руку,- Затаскивай его внутрь... Вместе, они втащили тело стражника в камеру, вышли, и Питер закрыл дверь, а ключ сунул в сапог. Они побежали к глухой на вид стене в конце коридора, сложенной из глыб черного камня, но Эрик знал, что небольшой камень внизу закрывает подземный ход. Отодвинув этот камень в сторону, Эрик опустился на колени и пополз. Сзади полз Питер. Они вылезли на поверхность у опушки леса, стоявшего черной стеной в свете яркой полной луны. Пар шел у Эрика изо рта. Юноша похлопал его по плечу. - Скорее!- Питер побежал в лес, и Эрик поспешил за ним. Легкие обжигал холодный воздух осенней ночи, ноги Эрика, ослабшие от заточения, болели нестерпимо, но он упрямо бежал вперед. Наконец, когда силы Эрика уже почти отказали ему, Питер остановился. Перед ними стоял мужчина и держал под уздцы лошадь, на которой было навьючено много, будто для долгой поездки, узлов. Эрик узнал в полном могучем мужчине местного кузнеца. - Содас?- спросил он его, и тот склонил голову. - Господин, полезайте,- он передал поводья Питеру, поднял Эрика, словно пушинку, и усадил в седло,- Езжайте на юг, король разбил лагерь неподалеку от Гренцбурга, держитесь леса. Не покидайте деревьев без крайней нужды - еды Вам хватит,- он накинул на его плечи шерстяной плащ и подал отцовскую перчатку и кольцо-печатку Леншерров,- Берегите это, словно зеницу ока, господин. Три человека погибли, доставая эти вещи. - Мертв ли Шоу?- спросил Эрик, сжимая перчатку с перстнем в руках. - Шоу бежал, оставив наместника,- кузнец кивнул юноше, и тот передал поводья Эрику,- Скачите на юг, господин. Эрик нахмурился, восстанавливая в памяти дорогу до Гренцбурга через лес - пару раз они с отцом и небольшим отрядом ездили туда. - Если я доеду, то клянусь, король услышит вас,- кивнул Эрик, и ударил пятками бока коня... Леншерр открыл глаза. Стена напротив была залита рыжим солнечным светом из окна. Уже утро... Он медленно сел в кровати, провел ладонями по лицу и ощутил на нем влагу. Грудь несильно ныла. Долг зовет. Он усмехнулся и, убрав кинжал обратно в ножны, встал с кровати. Раньше я никогда не отваживался заглядывать так далеко. Эрик взглянул на розовеющее небо сквозь оконный проем. Это Любовь. Она дала ему эту силу, не только причиняла страдания. Слегка нахмурившись, мужчина приоткрыл дверь и сказал слугам, чтобы ему принесли ванную горячей воды и чистую одежду.