Почувствуй.

Мистер Уэйн всё продолжал стоять передо мной на коленях, не обращая внимания на всю неловкость ситуации. Сам Бэтмен у моих ног. Его голова в районе того места, которым я только и думаю последнее время. Хотя и не отказалась бы поменяться с ним местами, стоять на коленях перед ним. — Немного опоздал. — Он широко улыбнулся и выпрямился, к моему огорчению. Я едва не застонала от обиды. — Пойдемте, мисс Уолш, я попробую вызвонить охрану, если она будет в состоянии помочь нам. Телефон с включенным фонариком и учебник перекочевали ко мне в руки, а сам учитель пошел вперед к своему временному месту работы. С помощью дежурного проводного телефона, мистер Уэйн пытался связать с постом охраны. Не зная, куда себя деть, я кинула книгу на стол и подошла к дверям, а точнее к рубильнику, который обязан был вывести нас из темноты. Пара нехитрых манипуляций с моей стороны, но чуда не свершилось. — Мне жаль, мисс Уолш, но похоже, что мы тут застряли. — Сильнее, чем требовалось, учитель повесил телефон на место, даже ударил, а не повесил, отчего пластмасса наверняка треснула, и закрыл лицо руками. Я его понимаю, застрять на всю ночь со студенткой, которая пускает на тебя слюни — не на первом месте в списке его желаний. К сожалению. — Я закурю, ты не против? — Что? — Бэтмен что-то сказал, но я видела только, как он открывает рот. Так, Уолш, веди себя нормально! Иначе он окончательно решит, что я малолетняя психопатка и сбежит через окно. — Я хочу закурить, если ты не возражаешь. — Тонкая сигарета идеально смотрелась в его музыкальных пальцах, будто она всегда должна была там находиться. А когда тонкие губы дотронулись до сигареты, то сердце остановилось на несколько секунд. — Не хочу подавать плохой пример, но думаю, что это тебя не сильно шокирует. Ну, ты понимаешь. Учитывая современную молодежь, да и общество в целом. — Эм, да, к-конечно, курите. — Словно капля, стекающая по стакану с ледяной колой в жару, мистер Уэйн скатился по поверхности кафедры и уселся на пол, согнув одну ногу в колене и уложив руку на него. Я точно не доживу до утра, меня схватит сердечный удар. Или как это правильно называется. — Вас никто бы не осудил, даже если бы сейчас закурили косяк. — Что? — Учитель искренне расхохотался. Знаете, так тепло, широко раскрыв рот в улыбке и прищурив глаза. Я ошибалась, именно это самое эротичное и интимное, что я видела. — Это такой молодежный юмор? — Извините, я не хотела этого говорить. — Ко мне вновь вернулся, приветливо помахав при входе ручкой, нервный тик. Пальцы принялись перебирать тонкую ткань выцветшей футболки. Только так я смогу справиться с бешеными руками. — Просто вы как Бог для студентов и преподавателей. Ну понимаете, для девушек вы словно принц, а для парней как эталон для подражания. Думаю, вы и так это знаете, просто слишком скромны дабы признаться в этом. Что ещё больше превозносит вас. — Выговорившись, я наконец подняла взгляд, перестав разглядывать маленькую ниточку на шве футболки и кусочек отломившегося лака на большом пальце. И сделав это, до боли прикусила внутреннюю сторону щеки. Светлые глаза, которые ещё больше выделялись во мраке, с любопытством смотрели на меня, а тонкие губы чуть изогнулись в улыбке. — Я просто новая кровь для вашего потока и не только. Скоро это пройдёт, тем более, в этом месяце закрывается мой временный контракт. Миссис Неттлз уже рвётся в бой. Наверняка соскучилась за преподаванием. — Неприятный холод прошелся по спине. Как Бэтмен может меня оставить? Что я буду делать на переменах, если не смогу сидеть на подоконнике недалеко от его кабинета и мельком поглядывать на него, когда он выходит в коридор. — Да и сомнительный из меня принц. У меня маленькая квартира, прожорливый кот, скучная работа и даже на эту скучную работу я добираюсь на автобусе. — Не этим принц определяется. Я тоже езжу на автобусе. Это удобно. — Мне было неловко смотреть сверху на мистера Уэйна, поэтому я весьма неаккуратно присела на стул, который громко заскрипел. Всё просто не может быть настолько ужасно. — Да, я знаю, что вы ездите на автобусе. Видел в нём неоднократно. — Мысли словно пчелы зажужжали в голове. Он меня видел. Бэтмен может выделить меня из сотни других людей. Это же хорошо, правда? А если он видит, насколько растрепанной я выхожу из автобуса и смеется надо мной. Это совершенно не хорошо. — И с удобностью можно поспорить, учитывая тесноту в самих автобусах. — Одна из пчел была весьма злой и решила напомнить мне недавнюю эрекцию в автобусе. В нос сразу ударил терпкий запах одеколона, а кожа почувствовала прикосновение мягкого свитера.- Это может быть… опасно. Опасно? Он сказал опасно? Что он имеет ввиду? Удары локтями от немощных старушек, шустрые руки карманников, ядовитый запах. Или большие члены, которые прижимаются к животу, или чуть ниже. А если он видел, как я прижималась к неизвестному мужчине? Мелкая дрожь прошагала по телу. Надеюсь, что это от холода. Да, точно от холода. Холод. Свитер! Это ведь удачный момент, чтобы отдать его. Свидетелей нет, я не у него в кабинете и сейчас довольно холодно, чтобы ненавязчиво напомнить о нём. — Всё не так плохо, как кажется и к тесноте можно привыкнуть. — Достаточно медленно встала, чтобы не выглядеть нервной и подошла к стулу, где лежал мой рюкзак. Надеюсь, я не покажусь заторможенной. — Так ты уже привыкла ко всему, что происходит в этой давке? — Тон был более холодный, чем раньше или мне показалось? Спокойно открываю основное отделение и почти панически смотрю на кучу исписанных и помятых бумажек, которые я неделями складировала в рюкзаке. Аккуратно просовываю руку в недра моего хаоса, второй же стараюсь удержать этот хлам внутри рюкзака, и как только пальцы нащупывают мягкую ткань, достаю свитер. Нелепо прижимаю свитер к груди, пытаясь напоследок насладиться этим запахом и мягкостью. Всё, соберись. Уолш, не будь размазнёй! — Мистер Уэйн. Ваш свитер, который вы сняли. Нет, не просто сняли, я не зацикливаюсь на том, что вы разделись. Чёрт, я не должна была говорить разделись. Вы же не были голым. — Из груди вырвался нервный смешок. С каждой глупостью, сказанной мной, я приближалась к учителю на один шаг.- Я имела ввиду, что вот ваш свитер. Я думаю, он вам нужен. Это никак не относится к автобусу или маленькой квартире, или что мне не нравится свитер. Очень нравится. Просто сейчас холодно, а вы в тонкой рубашке. Вот. — Словно дикому животному, я протянула мужчине его свитер. Как в медленной съемке, светлые глаза перевели взгляд со свитера на моё лицо. Дрожь вновь пробежалась по всему телу. Затушив об пол вторую сигарету, учитель поднялся, наконец возвышаясь надо мной, и аккуратно взял вещь из моих рук. — Думаю тебе он сейчас нужнее, ты вся дрожишь. — Теплая рука прошлась по моему плечу вверх-вниз, поглаживая меня. Я точно умру. — Или ты меня боишься, маленькая Бренда. — Я… я не боюсь вас. — Выровняв спину, я с трудом сглотнула, чтобы прочистить горло. — И я не маленькая. — Очень и очень маленькая. — Словно кукле, учитель поднял мои руки и надел на меня свитер. Спустя секунду полной темноты, я вновь встретилась с его взглядом. — Настолько маленькая, что иногда становится больно. С особой осторожностью, он высвободил мои волосы из-под воротника и убрал несколько прядок с лица. Меня словно молнией прошибло. Никогда ранее подобного трепета я не ощущала. — Я не хочу, чтобы вам было больно. Я давно выросла, мистер Уэйн. Даже, если вы этого не замечаете. — К сожалению, я это знаю и чувствую. — Я затаила дыхание, опасаясь спугнуть мгновение, а учитель наклонился чуть ниже, ближе. — И зови меня Алекс, Бренда. — Да, конечно мистер Уэйн, как только захотите. — Голос мучительно сорвался на шепот, когда я осознала, насколько близко мы находимся друг к другу. — Алекс. — Требовательно поправил он меня. Неужели от свитера стало настолько жарко, что внутри всё горит. — Да, мистер Уэйн. В смысле, Алекс. И он приблизился ко мне максимально, вышибая весь воздух из моих легких.