Ты всё ещё веришь в любовь?

      Зену было очень сложно оторваться от её губ. Они такие нежные, сладкие и мягкие, подобны спелым плодам сладкой вишни. Всё тело актёра безумно желало лишь одного — чтобы этот миг не заканчивался никогда. Ему хотелось целовать эти удивительные руки, прижимать к себе робкое худенькое тело, ощущать прикосновения её волос на своих щеках, всё это заставляло его душу блаженно трепетать и подниматься ввысь в своём восторге.       — Ариэль, будешь ли ты моей девушкой? — едва найдя в себе силы, чтобы оторваться от её уст, тяжело спросил Зен, переводя дыхание. Его глаза смотрели на неё с такой трепетной нежностью, словно через него смотрит сам Бог со всей своей любовью к человечеству. Этот взгляд гипнотизировал, Ариэль ощущала себя так, словно её тело стремительно теряет вес и сейчас она взлетит в небеса. Туда, где располагается рай, где рождается искренняя нечеловеческая любовь.       — Я люблю тебя, Зен, и хочу стать твоей девушкой.       Ариэль нежным движением погладила его щеку и улыбнулась, прищуривая залитые слезами глаза. Мун никогда ранее не приходилось плакать от счастья, но сейчас среди холода снежного декабря ей было настолько тепло и хорошо, что она не могла не плакать. Казалось, что слёзы выбрасывают из души всё то негативное и тёмное, что могло в ней жить до этого момента. Девушка всё ещё не была уверена, что любит его той любовью, которая живёт в сказках и книгах, но думала, что если сейчас всё её тело трепещет, а глаза по неволе плачут, то она обрела то, что так долго искала и во что столь упорно отказывалась верить.       До Зена суть происходящего доходила очень медленно, словно кто-то приостановил время. Изначально он смотрел на девушку и видел лишь движения её слабых губ. Она что-то говорила и улыбалась, но Зен не мог понять, что именно. Что она ему ответила. Сердце пропустило глухой удар.       Ты самый замечательный, Зен, но мой свет это Люсиэль.       Кажется, в этот миг актёр понял, что может чувствовать человек, которого на кресте распятого живьём сжигают на костре. Он только-только обрёл новую любовь, новый смысл жизни, как получает то же, мучения и боль? Но это всего лишь бред больной души и отравленного предательством сердца. Он услышал её слова, почувствовал всю её любовь и нежность в её бережном прикосновении к его щеке. Ради этой девушки, ради её рождённых теплом и радостью глаз, ради её тонкого голоса и самой светлой в мире улыбке стоило страдать. Стоило пройти все те тернии, об которые столь безжалостно ранил свои ноги избитый жизнью Рю. Хён не смог бы ни описать, ни точно передать того, что он сейчас чувствовал. Счастье понятие слишком обширное, никаких человеческих слов и жестов не хватит, чтобы передать его. Порыв чувств охватил разум парня и словно на автопилоте, он стремительно поднял девушку на руки и закружил, еле удерживаясь на коньках. Да даже если бы они упали ему всё равно бы было, сейчас ничто не в силе разрушить её абсолютное счастье.       Ариэль смеялась и смотрела в его нежные глаза.       — Я так счастлива, Зен. Этого мига я всю жизнь ждала, я ведь теперь всегда только твоей буду, ни за что не брошу, никогда не предам.       Слова сладостным потоком срывались с её губ, ей хотелось вновь и вновь говорить о любви, давать обещания и класться в вечной верности. Сейчас она испытывала острую потребность как можно больше сказать о своей любви. Казалось, что слова образовываются где-то изнутри, в груди, точно посередине и рвутся наружу. И если прекратить высказывать их, то они застрянут в горле и будут болеть. В конце-концов от них можно просто задохнуться, поэтому Мун говорила и говорила, а Зен слушал и не мог поверить своему счастью. Он лишь удивлялся, откуда в этом маленьком создании нашлось столько любви и чувств? И неужели правда все они лишь для него родились, лишь ему одному предназначены?       Очень аккуратно и бережно Зен положил девушку обратно на землю и приложил палец к её губам, призывая на минуту замолчать. Он поцеловал её лоб, а потом тихо прошептал: «Ариэль, ты мой свет. Весь смысл жизни моей и если вдруг я потеряю тебя, меня просто не станет. Ни в какой рай или ад моя душа не отправится, она просто исчезнет, словно никогда и не было».Чувствуя, как в её душе встрепенулась каждая клеточка, Ариэль со своей любовью и привязанностью, словно маленький ребёнок, прижалась к груди Зена и тихо-тихо шепнула, что всегда будет рядом, ведь чувствует, что не сможет жить без него, даже банально существовать.       Мун ощущала, что впервые испытывает такое сильное чувство. Оно не похоже на привязанность или симпатию. Оно не является пошлой страстью или ванильным самообманом. Это словно торнадо, которое загребает в свой круговорот всё подряд. Из всего, что только имелось в её душе получилась целостная система чувств, которая направлена на одного лишь Зена. Ей хочется всего от него: от нежных поцелуев в макушку, до самого страстного обладания ею в кровати. И хочется всё сделать для него, она сейчас готова на всё, банально на всё, будто бы любовь нагло отключила в ней страх и инстинкт самосохранения. Сказали бы сейчас умереть за него и она умерла бы без раздумий. В принципе, так казалось ей сейчас, когда красные глаза пленили, а сердце так больно колотилось в грудь, желая выпрыгнуть в его столь красивые руки.       Он улыбнулся и взял её за руку. Ему больше не хотелось кататься, потому что здесь слишком много людей. Зену хотелось в мир, где есть только она и он, поэтому он спешит покинуть это место. Ему хотелось к себе домой и её забрать с собой, чтобы больше никогда не отпускать. Чувства настолько накрывали душу и разум парня, что ему казалось сейчас, будто бы они вместе уже тысячи лет и являются слишком родными и близкими. У них одно сердце, одна душа, один разум и одна система чувств.       Ариэль посильнее сжимала его руку и слушала, как громко трещит снег под ногами. Улыбка не сходила с её лица и девушка ощущала, как от неё уже болят щеки. Но это была приятная, счастливая боль. Тишина улиц убаюкивала душу, а абсолютное беспроглядное счастье пленило сердце. Мун была благодарна Богу за то, что встретилась с Зеном. За то, что он научил её любить, так искреннее, так сильно. Настолько по-настоящему. Ей хотелось, чтобы они всегда были вместе, чтобы всегда держались за руки. Сейчас Ариэль казалось, что не способна отпустить от себя актёра ни на минуту. Даже за долю секунды она соскучится по нему до безумной тоски.       — Зен, я не хочу сейчас расставаться с тобой, пожалуйста, не веди меня домой. Погуляем ещё немножко, прошу, — совсем тихо, немножко стесняясь своему детскому поведению прошептала Ариэль.       Зен остановился и внимательным счастливым взглядом окинул её, затем медленно наклонился и со сладкой улыбкой прошептал ей: «Я не собираюсь отпускать тебя сегодня, поэтому мы идём ко мне домой».       Глаза Ариэль заметно расширились, а сердце пробило глухой стук. Ей на мгновение стало страшно. Уже не впервые ей ночевать у Зена, но она понимала, что сегодня она не просто будет спать на одной из кроватей в его квартире. Скорее всего ей придётся отдаться ему, Ариэль хотела этого, но боялась. Несмотря на свою популярность, Мун ещё не имела интимных отношений с парнями. В этом плане она была трусихой, да и мать смогла вложить в неё воспитание по этому поводу. Девушка не могла пойти на этот шаг, не будучи точно уверенной, что этот человек ей нужен и что с ним она сможет прожить свою жизнь. Вот и сейчас она ни в чём не была уверена. Да, без сомнений она любит Зена и хочет его, но они парой являются всего несколько часов и нельзя же так сразу отдавать ему всё, что только есть у неё. Или стоит? От тяжелых и столь откровенных мыслей щеки Ариэль густо покраснели и вся она сжалась. Глядя на это, Зен уловил ход её мыслей и громко засмеялся, поднимая её на руки и занося в свой подъезд.       — Какая же ты у меня глупышка, — открывая дверь своей квартиры со своей яркой улыбкой произнёс Зен и внёс её в дом. Ему натерпелось скорее одарить её своей нежностью, ласками, поцелуями и любовью. Когда он закрывал дверь на ключ, его руки слегка тряслись от нетерпения. Но как только замок уверенно щелкнул, Рю тут же повернулся и вплотную подошёл к Ариэль. Он взял прядь её волос и начал нежно поглаживать пальчиком, оглядывая их.       — У тебя удивительные волосы. Они словно сотканы из шёлка божественных одеяний. Ариэль, твои глаза подобны золоту Олимпа и я являюсь самым счастливым человеком только потому, что имею радость смотреть в них и в отражении видеть твою любовь ко мне. Твою нежностью и трепетную ласку, — с этими словами он аккуратно поцеловал прикрытые веки девушки и одной рукой приобнял её, прижимая к себе, — твои руки словно сделаны из слоновой кости выдающимися мастерами. Такие белые, гладкие и невыносимо ласковые, — он наклонился и со всей своей любовью поцеловал её нежную ручку.       Мун слушала его слова и чувствовала, как каждая буква произнесённая ним завораживает её, хватает во владения её душу и очаровывает. В уголках её жёлтых глаз вновь просочились слёзы, а сердце преисполнилось благодарностью. Никто и никогда в жизни не шептал ей столь возвышенных и вдохновляющих слов. От них она подобно свече загоралась всё ярче и ярче, в то же время истлевая и плавясь. Её сердце замирало, время от времени издавая глухие удары, счастье остановило все механизмы в её теле и ей казалось, что сейчас она слушает какую-то невыносимо красивую мелодию. От которой идут мурашки по коже, останавливается кровь, закипает разум и бушуют чувства. Нет, такого человека как Зен определённо не любить невозможно, он словно восьмое чудо мира, словно посланный с небес ангел, чтобы спасти этот город от всего тёмного и мрачного, что существует в нём. Ариэль верила, что его улыбка способна исцелить любое сердце, а любовь зародить в душе погоны доброты и радости.       Отдаваясь порыву чувств, девушка приподнялась на носочки и нежным поцелуем накрыла его губы, запуская тонкую ручку в его густые белые волосы. Отвечая на поцелуй, Зен ощущал, что хочет обладать ею, но любовь заставляла сдерживаться и он лишь нежно водил рукой по её плечам, прижимал к себе всё сильнее и целовал всё более страстно. Хён ощущал, как от переизбытка чувств тело начинает уставать, банально не выдерживая столь сильной нагрузки, а мир всё сильнее и сильнее кружится. Отрываясь от поцелуя, Зен вновь поднял девушку на руки и отнёс в свою кровать. Аккуратно, словно родитель своего ребёнка, Рю уложил любимую девушку на кровать и по её дыханию осознал, что девушка боится. Нависая над ней, он нежно улыбнулся и прошептал ей на ушко: «Не бойся, я никогда не сделаю тебе что-либо против твоей воли и никогда не обижу тебя, клянусь тебе». С этими словами, он устроился сбоку и нежно укрыл девушку, прижимая её к себе. Он ощущал, как сильно бьётся её перепуганное, но в то же время счастливое сердечко и улыбался. Сейчас и ему самому хотелось плакать от счастья, но вместо этого он шептал слова о любви. Запинаясь, повторяясь и время от времени роняя слёзы, Зен всё говорил и говорил. В некой степени он боялся, что если прекратит говорить, то МС вновь появится в его разуме. Вновь овладеет им и он будет страдать.       Даже сейчас, когда он прижимал к себе мирно спящую любимую девушку, МС пришла в его мысли. Зен думал о том, что возможно она сейчас точно как Ариэль лежит в объятиях Люсиэля. Его лицо исказилось от боли и он зарылся в красные волосы возлюбленной Мун. Ему было больно от того, что МС всё ещё не покинула его. И даже сейчас, найдя истинной счастье, он всё равно думает о ней. Ему всё равно грустно от того, что она врала ему, предала, ушла к другому. Рю боялся думать о том, смог бы отказать ей, появись она сейчас на пороге его дома. Смог бы сказать: «Не люблю», закрыть дверь и прогнать. Он давно порвал с ней все связи, порвал со всем, что хоть как-то может с ней свести, но всё равно она упорно продолжает портить ему жизнь и отравлять даже такие счастливые мгновения.       Незаметно для себя, Зен уснул. Наконец-то пришёл спасительный сон и он был счастлив тому, что ему не снилась МС, хотя она очень часто любит заскакивать в его сны, чтобы безжалостно растормошить казалось давно зажившие ранения. Ему снилась любимая Ариэль, которая несла в своих руках своё дрожащее сердце и дарила его своему любимому Зену навечно.       Просыпаться в объятиях любимого человека — явление, которое само по себе есть очень приятным и желанным. А если просыпаться ещё и в ранее утро, при этом наблюдая, как за окном танцует удивительный снег, сверкая под лучами солнца, и знать, что сегодня вовсе не обязательно куда-либо бежать, спешить и так далее, так становится втройне приятно. И тогда во всей красоте в сердце рассветает желание жить, яркими бутонами оно одаряет душу и бодрит тело. Ариэль зевнула и приподнялась на подушке, чтобы разглядеть лицо мирно спящего рядом любимого. Он был таким спокойным, его красивое лицо не выражало совершенно никаких эмоций, только умиротворение и покой. Улыбнувшись, девушка аккуратно провелась пальчиком по его щеке, от чего парень, видимо ощутив щекотку, поморщился и веки его дрогнули. Улыбнувшись ещё шире, Мун погладила его по белым волосам, внимательно вглядываясь в лицо. Девушка хотела, чтобы любимый проснулся, ведь уже успела соскучиться по нему. Хотелось пожелать ему доброго утра, поцеловать, обнять, приласкать. Ею овладело желание услышать его голос, убедиться в том, что это не бред и не сон, он правда рядом и любит её. Легонько стукнув пальчиком по носику Зена, Мун рассмеялась, увидев, что тот поморщился ещё сильнее, чихнул и проснулся. С минуту он кажется даже не понимал, где находится и сонным затупленным взглядом смотрел на Ариэль, пытаясь разобраться в происходящем. А затем осознание словно стрелой влетело в разум Хёна и он вновь ощутил блаженное счастье, которое со вчера терроризировало его истерзанное сердце.       — Доброе утро, моё любимое солнышко, я так рад видеть тебя. Вот бы каждый день засыпать и просыпаться вместе с тобой, — счастливо пролепетал актёр, после чего загрёб девушку в свои объятия, аккуратно прикасаясь устами к её волосам. Он не знал, сможет ли обнимать её так каждое утро и как дальше сложится их жизнь, но знал точно лишь одно: сейчас он до безумия любит её и ощущает абсолютное неповторимое счастье.       — Я тоже очень хочу этого, мой любимый Зен, поэтому буду любить тебя сильно-сильно и верно-верно, чтобы мы всегда могли быть вместе. Ты ведь правда всегда будешь любить меня? — спросила Мун, после чего уставилась на него взглядом ребёнка, который чего-то очень хочет и очень боится получить отказ.       Умилившись поведению возлюбленной, Зен кивнул и принялся её щекотать. Когда она вела себя как меленький ребёнок, Рю ощущал сильное желание дурачиться с ней, вести себя так, словно она в самом деле пятилетняя девочка. Наблюдая за тем, как Ариэль смеётся до слёз, качается на кровати, пытаясь увернуться от его крепких рук, Зен всё сильнее ощущал задор и принимался щекотать её с двойной упорностью. В одно мгновение Мун крайне неудачно повернулась, в следствии чего оказалась на самом краю кровати и свалилась с неё. Рю лишь громко рассмеялся, медленно подползая к тому краю кровати, чтобы увидеть, как там его пострадавшая любимая. Ариэль же упала с кровати и рассмеялась, ведь она так давно не дурачилась по утрам в постели. Последний раз может лет в семь, когда ещё спала с Самюэлем, потому что очень боялась темноты и различных монстров. Насмеявшись, девушка повернула голову и увидела какую-то картонку под кроватью Зена. Ей стало очень интересно увидеть, что там, поэтому потянулась за ней. Вытащив картонку из-под кровати, Ариэль во все глаза уставилась на фотографию Зена и какой-то девушки. Сердце пропустило болезненный удар, ведь Зен смотрел на неё так влюблённо и выглядел таким счастливым. Неожиданно Мун вспомнила все припадки грусти Хёна. Когда внезапно на его глазах просачивались густые слёзы и он уходил, бросая абсолютно всё. Она знала, что что-то из прошлого очень его беспокоит, но всё не могла понять, что именно. Глядя на эту фотографию, Ариэль ощутила страх. Ей казалось, что та девушка — тень из прошлого, которая способна сожрать их любовь, совсем как тот ненастный монстр из фильма ужасов.       — Зен, кто это? — встав на колени, Мун опёрлась на кровать и показала любимому фотографию. Её глаза со страхом уловили резкое изменение чёрт лица любимого. Его глаза сверкнули слезами, а губы искривились в линиях страдания. Он застыл, словно антическая скульптура, а Мун страдала от боли. По всему было ясно, что он был очень влюблён в эту личность и не исключение, что он любит её до сих пор, возможно даже намного сильнее, чем тогда любил. Отчаявшись, Мун опустила голову, сдерживая слёзы. Ей сейчас следует собраться, взять свои вещи и уйти. Видимо, вчера он ошибся, говоря ей столь пламенные слова о любви. Может, эти его страдания совсем ему голову затуманили и он уже не отдаёт себе отчёта в своих действиях, поэтому вчера случилось это. Мысли вихрем кружились в несчастной красноволосой макушке девушки, но ни одна из них не утешала. Дойдя до абсолютного опустошения, Ариэль так и не услышала ответ, поэтому сильнее оперлась рукой о кровать, чтобы подняться и уйти, что сейчас будет единственным правильным решением. Но не успела она подняться на ноги, как Зен схватил её за руку и потащил на себя. Мун свалилась в его тёплые объятия и заплакала, ведь понимала, что просто не хочет быть без него. Она не готова услышать его слова о том, что всё было ошибкой, но он просит прощения и не желает терять такую хорошую и крепкую дружбу.       — Ариэль, это тёмное пятно в моём прошлом, которому нет места в моём будущем и настоящем, потому что ты моё настоящее, моё будущее и весь мой мир. Я пережил всё то, что мне следовало и сейчас мне никто и ничто кроме тебя не нужно.       Он замолчал, после чего слабо выдохнул и аккуратным поцелуем поцеловал её плечо, на минутку оторвавшись, он вновь поцеловал её уже в шею. Его поцелуи становились всё более жаркими и страстными и Мун откинула голову назад, поддаваясь порыву страсти. Как бы больно сейчас не было, она верила ему. Хотела верить и хотела, чтобы он всегда был рядом с ней, дарил свои тепло и нежность, без которых она подобно тому цветку на морозе увянет. Повернув голову, девушка поцеловала его в губы и закрыла глаза, полностью отдаваясь закружившему её вихрю чувств. Громкая трель телефонного звонка разорвала их идиллию и чертыхнувшись, Зен яростным движением схватил свой телефон, чтобы сбросить трубку, но увидел номер и поубавил свой пыл.       — Прости, милая, мне звонят с работы и это очень важно.       Он поднялся и вышел поговорить по телефону на кухню, на ходу хватая пачку сигарет. Ариэль провела его взглядом, после чего ощутила едкий укол в сердце. Ему правда звонят с работы? Или может быть это та девушка с фото? Мун закрыла лицо руками и начала мотать головой из стороны в сторону. Ей было противно от того, что они и года не повстречалась, а она уже собственничает и ревнует так, словно уж десять лет его законная жена и выносила ему трёх сыновей. Девушка и подумать ранее не могла, что окажется настолько ревнивой. Ей было страшно от того, что она будет испытывать это ужасное чувство каждый раз, когда увидит как любимый просто говорит с какой-то другой девушкой. Хотя нет, она не будет его ревновать к кому-либо, нет смысла. Она же знает, что они для него никто. Зену нравилось общаться со своими фанами, но никогда он даже в мыслях не мыслил какие-то интимные связи с ними. Она знает, что он любит её и только, это по всему видно. Но ту девушку с фотографии он тоже любит. Пусть и думает, что уже давно всё это пережил и сейчас в его жизни есть лишь Ариэль, он всё равно любит ту шатенку.       Резко встрепенувшись, точно её током ударили, Ариэль быстро упала на кровать, пытаясь дотянуться до той тумбочки, в которую он спрятал ту злополучную фотографию. Достав её, Мун принялась внимательным взглядом изучать её. Нет, сомнений быть не может, Зен ни разу не смотрел на неё так нежно, как смотрит на ту шатенку. И даже вчера не выглядел возле Ариэль таким счастливым, как выглядит возле неё. Что чувствует Зен к ней на самом деле? Неужели он пытается с помощью её самой забыть ту самую шатенку? Мун с горечью отмечала, что незнакомка во многом красивее её самой. Она была похожа на красивую модель из Англии. По её глазам, улыбке и выражению лица было видно, что она мягкий, добрый и любящий человек, чего не скажешь о самой Ариэль.       Может, в чём-то и где-то она была добра, но нет в ней каких-то чёрт особенной мягкости или сочувствия. Она может без особого зазрения совести сделать что-то плохое, не помочь, отказать тому, кто очень нуждается и считать себя правой. В Ариэль нет ничего святого, в то время как на неё из фотографии смотрит настоящий ангел.       Ревность подобно змее закралась в сердце девушки, кусая его и запуская в его чистые клетки свой яд, который медленно, но верно будет убивать в нём все светлые и добрые чувства. Шаги Зена донеслись до ушей девушки и она перепугано забросила фотографию обратно в тумбочку и уставилась в окно, словно её там что-то слишком сильно заинтересовало.       — К сожалению, мне сегодня придётся поехать на работу. Нужно сделать фото для рекламы фильма, в котором я снимаюсь и, конечно же, фотографировать будут меня, как главного героя данного произведения искусства, — Зен присел рядом и обнял за плечи любимую, после чего поцеловал в щеку и улыбнулся, — но мы всё равно будем вместе, потому что ты поедешь со мной. Я давно хотел сводить тебя на работу, чтобы ты увидела, как я тружусь. Там атмосфера правда не очень умиротворяющая, но я думаю, что тебе будет очень интересно и всё очень понравится. Ребята из съёмочной группы тоже очень хорошие и с ними есть о чём поговорить, так что скучать тебе не придётся. Да и не думаю я, что ты заскучаешь при виде блистательного меня. Я ведь настолько красив, что находясь рядом со мной невозможно смотреть на что-то другое, от меня невозможно оторвать восхищённый взгляд, не так ли, любовь моя? — театральным движением откинув чёлку и повернув голову на бок, чтобы лучше было видно так называемый божественный профиль, разглагольствовал Зен, приходя в восторг от того, насколько он красив, красноречив и вообще откуда только его такого идеального Земля взяла.       Голосно рассмеявшись, Ариэль поцеловала любимого в щеку.       — Конечно, ты самый замечательный и красивый, милый Зен. Глядя на твою красоту, я вся замираю в удивлении, как мог только Бог создать такое совершенство. А теперь хватит дурачиться и пошли готовить кофе и мастерить что-то на завтрак, иначе мой голодный желудок устроит революцию века.       Но спокойно позавтракать бедной Ариэль так и не удалось, ведь Зен постоянно мешал ей своими извечными проявлениями любви. То приобнимет, то за ушко укусит, то нагло съест с её руки печенье, то за бок ущипнёт. Всё это пусть и мешало Мун, но очень радовало, ведь она видела, что Рю любит её и понимала, что та девушка из фотографии действительно прошлое, которое им обоим предстоит перебороть и забыть. Кое-как позавтракав и вдоволь подурачившись, они вызвали такси и поехали на съёмки.       Ариэль никогда не была на любого рода съёмках, поэтому ей оставалось лишь удивлённо открывать рот и выпячивать глаза, словно та попавшая на сушу рыба. Столько аппаратуры, декораций, костюмов и актёров мозолило её глаза, что бедная девушка не знала, куда себя деть. Она чувствовала себе инородным телом в организме, которому нет места и которое где не пристроится везде мешает. В конец растерявшись, Ариэль схватила руку Зена и умоляюще остановилась на него, мол не покидай меня здесь, ни на минуту, пожалуйста. Рю в ответ обнял возлюбленную, поцеловал в макушку и прошептал, что ей нечего бояться и как бы здесь все не носились, к ней никто не подойдёт и ничего говорить не будет. Ей нечего бояться. Не успел парень оторвать губ от красных волос девушки, как из всей этой толпы выбежало двое журналистов. Девушка с микрофоном тут же переловила Зена и Ариэль, поспешно подзывая к себе молодого парня с камерой.       — Здравствуйте, меня зовут Джин-Хо, я работаю в журнале "Max Movie", вы разрешите мне задать несколько вопросов и сделать фотографии вас и вашей спутницы?       Услышав это, Ариэль испугано вжалась в Зена, как бы пытаясь спрятаться за ним. Девушка с детства не любила фотографироваться, считая себя недостаточно хорошей для этого искусства. А тут речь шла о том, что придётся не просто сфотографироваться, а показаться в одном из самых известных журналов о актёрах и их жизни.       — Да, конечно, — улыбаясь своей обычной ослепительной улыбкой, Зен покрепче обнял свою подругу, призывая её ничего не бояться и быть смелой. Он посмотрел на неё, пытаясь вложить в свой взгляд всю свою любовь и нежность, пытаясь ним рассказать, до чего же она красивая и милая.       — Отлично, тогда приступим. Как зовут вашу спутницу? Сколько ей лет? Чем она занимается? В каких вы отношениях? Встречаетесь или может уже обручены? Кого собираетесь звать на свадьбу? — девушка палила вопросами словно из пушки и даже Зен обычно привыкший к наглости и беспардонности журналистов удивлённо растопыривал глаза, давясь воздухом. Какая же всё-таки чёрная сфера деятельности эта журналистика. Если ты известный человек, то права на какую-то личную жизнь у тебя совершенно никакого нет. Они будут знать о тебе всё, засунут свой любопытный нос в любую щель и никуда никогда ты от них не спрячешься. Но сейчас Зен был рад прогреметь о своих отношениях на всю страну, потому что он хотел, чтобы она увидела, как он счастлив. Сейчас он не думал о Ариэль, опять его мыслями овладела МС и он хотел показать ей, что она не сломала его, как бы не пыталась. На зло ей и всей этой компании он смог обрести свой свет. Поэтому с радостью отвечал на все назойливые вопросы, позировал с Ариэль для фотографий и даже страстно поцеловал её на камеру.       Как бы не было страшно Ариэль, она всё же пошла на всё это. Даже не ради того, чтобы перебороть свой страх и привыкнуть к тому, что будучи девушкой Зена ей придётся терпеть такое, а ради того, чтобы показать той тени прошлого, что ей больше нет места в сердце актёра. Она забыта и разбита.

***

      — Любимый, ты надолго? — МС печальным взглядом смотрела на Люсиэля, пытаясь поправить воротнички его рубашки. Девушка очень любила его и скучала, даже если он уходил всего лишь на час-другой.       — Ты совсем как ребёнок, милая. Я вернусь как только закончу свои дела, а ты пока можешь сходить в магазин, приготовить чего вкусненького, я обожаю кушать то, что ты приготовила. Я буду писать тебе смс и звонить, так что не скучай, моё солнышко, — он улыбнулся, поцеловал её в лоб и стремительно побежал вниз по лестнице. МС печально вздохнула, закрывая за ним дверь. Она была счастлива с Люсиэлем, она выбрала его и ни о чём не сожалеет. Но какой-то червь точит её душу. Не раз девушка ловила себя на том, что сравнивает Люсиэля с Зеном, причём постоянно. В некоторых аспектах хакер побеждал над актёром, в некоторых проигрывал. МС ненавидела себя за то, что смеет так поступать с любимым, но ничего поделать с собой не может. Зен внедрился в её душе очень крепко и она не могла его отпустить. Девушка знала, что Зен очень любил её и этот факт становился почвой для зарождения каких-то чувств к актёру в её душе. Рю порвал всякие связи с ней и клубом, но МС знала, что он всё ещё принадлежит ей. Она властелин его сердца и это дарило какой-то покой. Пока что она не могла его отпустить, хотя так хотелось, чтобы эти непонимания закончились и она наконец-то зажила нормальной счастливой жизнью с Севеном и того же пожелала Зену. Не раз она задавалась вопросом, сможет ли пройти на улице мимо его персоны. И каждый раз ответ горечью обжигал её душу. Однозначно не сможет. Она остановится, захочет услышать его голос, вновь увидеть улыбку. Он был ей дорог, пусть она никогда не любила его.       Собравшись, девушка вышла на улицу и отправилась в магазин. Одинокие снежинки падали на землю, а многочисленные прохожие всё так же торопливо и озабоченно бежали по своим делам. МС не было куда спешить, поэтому она наслаждалась погодой, хрустящим снегом под ногами и видами города. Она с интересом заглядывалась на витрины магазинов и парадные входы ресторанов. Девушка чувствовала в душе какую-то атмосферу праздника, словно вот-вот наступит Рождество, поэтому на её лице таяла блаженная улыбка. Подходя к газетному киоску, девушка увидела Зена на обложке одного из журналов. Остановившись, она замерла и задрожала. Сколько времени она его не видела, пусть даже на фотографиях? Подойдя поближе, девушка застыла, немо вглядываясь в его изображение. Он совсем не изменился, и ничего в нём не выказывает следов какого-то страдания или мучений. Значит, не так уж он её любил, как об этом говорил, клялся и писал в смс. В душе что-то больно щипнуло и МС уже хотела развернуться и быстро уходить, но тут же подскочила к окошку и попросила тот самый журнал. Дрожащими руками расплачиваясь, девушка начала его листать и от увиденного внутри что-то в ней треснуло подобно снегу под ногами и безнадёжно сломалось. Внутри красовалась целая подборка фотографий Зена и какой-то красноволосой, очень красивой девушки. Кого-то она очень напоминала МС, но девушка не могла понять, кого именно. Наверное, это какая-то известная актриса или модель. Конечно же, именно так оно и есть, ведь незнакомка столь красивая, чего только её волосы стоят, а глаза. Такие жёлтые и большие, даже много красивее, чем глаза её любимого. Колени МС безнадёжно задрожали, а по телу скользнула волна неприятного холода. Глотая вмиг отяжелевший воздух, девушка беспомощно села на скамейку, невидящими глазами бегая по строкам, где описывалось счастье Зена с этой девушкой. Крупная серебряная слеза скатилась по щеке и разбилась о замёрзший асфальт. МС потеряла Зена навсегда . . .