Психически нестабилен

Кровать жесткая. И постельное белье, хоть и чистое, но неглаженое и грубое на ощупь. Штукатурка на неровном потолке пожелтела, а местами так и вообще облезает. В комнате пусто и жарко, как в печке, но сделать с этим ничего нельзя — кондиционера нет, а даже если бы он и был, то во всей деревне нет и намека на электричество. Зато есть свечи или лучина — на выбор. В комнате тихо, но за окном кипит жизнь: орут дети, причитают их мамаши, слышен собачий лай. Вот кто-то выплеснул на дорогу ушат воды, и, судя по доносящейся с улицы ругани, брызги попали кому-то на одежду. А еще кто-то отдавил попавшейся под ноги кошке лапу или хвост. Все звуки раздражают. Они чужие, назойливые и мешают думать, мешают слушать. Наиль пытается расслабиться и абстрагироваться, набраться терпения, как его учил отец, но у него плохо выходит. Он не привык ждать и терпеть, ведь всю свою недолгую жизнь он получал все и сразу. А теперь ему приходится перебарывать свою брезгливость и сдерживать свой пылкий офирский нрав. И все это для того, чтобы ненароком не сорваться и не показать окружающим свое истинное лицо, потому что, если это случится, весь его детально выверенный план полетит к дьяволу: его узнают и вернут обратно, и тогда он уже не отвертится и ему придется взять на себя ношу, которая, как он чувствует, для него слишком тяжела. Он всегда ощущал, что создан для чего-то другого, более мужественного и свободного, для чего-то менее предсказуемого. И вот он стоит у черты, до его мечты рукой подать — сейчас никак нельзя все испортить. Поэтому он и дальше будет лежать на неудобной постели и ждать, ждать, пока не услышит… Настойчивый и слишком громкий стук в дверь. — Что такое? — К тебе гости. От неожиданности Наиль резко поднялся и сел на кровати. — Какие еще гости? Я никого не жду. — Это… — за дверью помолчали прежде чем ответить. — Женщина. В повязке. Кажется, она слепая. — Хм, — Наиль нахмурился, но морщинки на его загорелом лбу разгладились так же быстро, как до этого собрались. — Она одна? — Вообще-то не совсем. Ее сопровождают еще трое. — Кто такие? — Двое мужчин-эльфов и одна человечка-девушка, неместная. — А эльфы — местные? — Один — да, второй — нет. — При них есть оружие? — Я в сумки им не заглядывал. — Они все желают меня видеть? — Нет, только эльфка в повязке. — Хм… Ну ладно, пусть зайдет.

***

— Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть, гадалка, — Наиль смерил взглядом изящную фигуру эльфки в дверном проеме. Она почтительно склонила перед ним голову. — Очень рада, что застала вас, Ваше Высочество. — Я надеюсь, ты принесла мне добрые вести. — Откровенно говоря, я не принесла никаких вестей, которые бы касались Вас. — Хм? — принц вскинул густые черные брови. Затем приблизился к Францеске и, взяв ее за запястье, усадил на единственный в его нынешних апартаментах стул. — Очень любопытно… Так с чем же ты пришла? — Мне неловко сидеть в Вашем присутствии. — Это похвально. Не думай об этом, я сяду на кровать. Рассказывай же быстрей, с чем пришла. Францеска судорожно вздохнула и постаралась как можно незаметней стереть со лба пот. — Прежде чем я начну, мне хотелось бы заверить Вас в том, что я не раз взвесила все «за» и «против»… — Опусти уже официоз, мы ж не во дворце, да и мне, я надеюсь, не быть королем. — Что ж… Ваше Высочество, мне нужна Ваша помощь. — Хах, как забавно, — принц весело усмехнулся и прямо в обуви растянулся на кровати, сложив руки на животе. — Продолжай, мне весьма интересно. — Позвольте я расскажу все по порядку, как было. — Валяй и не тяни! — На следующий день после вашего визита ко мне на прием пришла девушка… — Это та, которая сейчас с тобой? — Именно она. Она попала ко мне случайно — хоть в случайности я, как вам известно, не верю — и сказала, что ее возлюбленный пропал. Судя по всему, он где-то здесь в Офире, но найти его в данных обстоятельствах не представляется возможным. Так вот: я погадала ей и обнаружила нечто странное. Карты открыли мне, что сначала она должна искать не пропавшего эльфа, а… — Что? — Ваше Высочество. — Я не очень понял. — Сначала и я не поняла, думала, что ошиблась, но расклад, видите ли, был на редкость однозначен. — Я надеюсь, это не означает, что я должен на ней жениться? — фыркнул Наиль. — О нет, ничего подобного, Ваше Высочество. Просто дело в том, что пропавший эльф, по-видимому, забрался так далеко и глубоко, что без помощи кого-то влиятельного найти его сложно, на это могут уйти месяцы, если не больше. — Вот оно что. То есть, если я все правильно понял, ты предлагаешь мне искать какого-то эльфа? — Ваше Высочество, — Францеска второй раз склонила голову, — я… просто не знаю, к кому еще обратиться. К тому же, карты указали на Вас, а я им верю. — И что, — рассмеялся принц, — если я помогу, эти двое воссоединятся и будут жить долго и счастливо? — Это не исключено. — Ну ладно. Я только не понял, а тебе самой какой прок от всего этого? — Видите ли, эльф этот оказался моим давним другом, и я не смогла отказаться помочь. — Бывший любовник, что ли? — Нет, Ваше Высочество, просто хороший друг. — Точно «друг»? — Зачем мне Вам врать? — Откуда я знаю? — Наиль закусил тонкую губу. — При дворе все врут, так отчего бы и тебе не врать, Францеска? — Мне это не нужно, — ответила она тихо и с достоинством. — Ну хорошо. Ты ведь понимаешь, что на данный момент я ничего не могу сделать. Да и потом не смогу. Но вот Казим — другое дело… Я мог бы попросить его помочь, но только после того, как твои прогнозы сбудутся и я пересеку границу с Зерриканией. — Это само собой разумеется. — Кстати сказать, я здесь уже почти два дня, а в небе все еще так тихо и пусто. — Но разве время ожидания уже вышло? — Нет, но я заждался. Нет сил и дальше сидеть в этом свинарнике — я не к такому привык. — Есть обстоятельства, над которыми мы, увы, не властны. — Поправочка: не «мы», а «вы» не властны. Я тут ни при чем. — Прошу меня простить, Ваше Высочество, я не хотела вас обидеть. — Ты меня не обидела. Ладно, хватит болтовни, я уже все понял и решил вот что: если все пройдет по плану, я попрошу брата и он тебе поможет. Не думаю, чтоб ему это было сложно. Но не думай, что я оказываю тебе ответную услугу; лично ты для меня ничего не сделала, то есть почти ничего. Я сделаю это только по доброте душевной и… предложение, которое я сделал тебе в нашу первую встречу, все еще в силе. — Ваше Высочество, — побледнела Францеска, — я очень Вам признательна, но… — Молчи. Я знаю, что ты хочешь мне сказать — что не создана для гарема. Но и ты пойми — ни один уважающий себя офирец не возьмет тебя в жены, потому что для него ты женщина легкого поведения. Но при этом твоя красота исключительна, и ты могла бы рассчитывать на место наложницы в доме одного из принцев. Мы бы даже закрыли глаза на отсутствие девственности. Я вижу, однако, что тебе это неинтересно. Что ж, решай сама… Я надеюсь, ты и твои друзья останетесь здесь до моего отбытия? — Разумеется, Ваше Высочество. — Хорошо. Я бы советовал остаться и дольше. Через день-другой я свяжусь с Казимом, и он пришлет за вами. Договариваться с братом будете сами, как хотите. — Вы слишком добры, Ваше Высочество. — Да, да, знаю, — махнул рукой молодой человек. — Ладно, ты можешь идти, гадалка, но рот по-прежнему держи на замке. Францеска поднялась со стула и развернулась в сторону выхода. Тонкие пальцы принца снова сжали ее запястье, и он помог ей дойти до двери. — А кстати, скажи-ка мне, ты и твои друзья добрались сюда без проблем? — Не совсем так, Ваше Высочество. Вообще-то мы заблудились в роще. — Хм, какая неприятность. Значит, не один я сбился с пути. — Мы пришли к выводу, что это карта неточно составлена. Кто-то допустил ошибку. — Едва ли это просто случайность, Францеска. — А что же тогда, Ваше Высочество? Принц закатил карие глаза и поджал губы. — Я уже тебе говорил, что кругом одно вранье, гадалка. Это, похоже, одно из его проявлений, причем очень конкретное. Всего доброго тебе и твоим спутникам. И он закрыл за ней дверь.