Психически нестабилен

— Ну что, сидим? Карантир опустился на табурет напротив развалившейся на кровати Цири. Вздохнув, она подняла на него глаза — выражение лица эльфа было какое-то до странности неопределенное, на этот раз лишенное своего обычного умиротворения. — А чего сидим-то? — А что я должна делать? — К тебе Креван приходил? — Ну, приходил. — И? — Ушел, — Цири слегка повела плечом. — А почему один? — Сказал, что спать хочет. — Ах да, это я сразу не подумал. Но он вернется? Цири закусила губу и сморщилась. — Не думаю. — Понятно, — золотистые глаза Карантира сузились в щелочки. — А что так плохо? — Честно? — она посмотрела на него виновато. — Моя работа. — А мою, значит, ты свела на нет. Цири понурила голову. — А это была твоя? — Была. Цири, ты меня, конечно, прости, но я вынужден тебя спросить, какого черта ты сделала и зачем? — Так он хотел мне монастырь показать! И рассказать, почему ему надо в монахи. А мне больно интересно! Я не за этим приехала! Или я что-то упустила? Или я чего-то не поняла? Картинно вздохнув и откинув со лба мешающую прядь золотистых волос, Карантир поднялся и прошелся по комнате. Задержался у окна и уставился прямо перед собой. Непонятно было, то ли он действительно рассматривает что-то на улице, то ли просто погрузился в свои мысли. Цири же отметила про себя, что в первый раз со времени их знакомства она видит эльфа таким — с поджатыми губами, суровым, даже жестким. Помолчав с минуту, Карантир продолжил. — Я не скажу, что не мог бы поговорить с Креваном снова, только не уверен, будет ли от этого толк. — Я тоже не уверена, — буркнула Цири, — я так поняла, ему нимб нужней, чем я. Черт! Почему… почему Креван не может быть… ну, нормальным? — В каком смысле? — Ну… ну, как ты, наверно. — А с чего ты решила, что я нормальный? — улыбнулся уголком рта эльф. — Ну ты вон йогин, но с девушками не прочь. — Ну да. На самом деле, Цирь, с любым партнером свои сложности. — Даже с тобой? — она глянула на него с вызовом. — Ага. — И какие, если не секрет? — Не секрет. Как ни странно, мои добродетели порой становятся причиной того, что со мной может быть непросто, хотя сам я — проще не бывает. — Это что значит? Эльф покосился на Цири, но тут же снова отвел взгляд. — Моя мораль не всем нравится… — В том смысле, что ты свободно заводишь отношения с кем хочешь? — Да. — Так и Эредин такой. — Такой, — кивнул Карантир, — да не совсем. Эредин, кроме физической любви, никакую не понимает. По этой причине мне даже немного жаль Францеску. — Ты думаешь, у них ничего не выйдет? — Думаю, что нет, хотя и рад был бы ошибаться. — Так в чем же между вами разница, между тобой и Эредином то есть? — В отличие от него я вполне способен на глубокие чувства и постоянство в отношениях. — Так в чем же проблема? — У меня — ни в чем. А вот у моих постоянных партнеров бывает. Цири посмотрела на него вопросительно. — Я могу любить больше, чем одного партнера. А им порой сложно договориться. Ревность, знаешь ли. А я вот сам нисколько не ревнив… Когда мне было столько лет, сколько тебе сейчас, сожительствовал я с одной девушкой. Все было хорошо до того дня, пока я не встретил еще одну… Первую я не разлюбил, но и вторая была мне дорога. Я, как честный эльф, предложил жить всем вместе, после чего и был послан, обеими, естественно. Они потом еще и сдружились, насколько мне известно. После этого я осознал, что никогда не смогу образовать традиционную ячейку общества — общество с его порядками меня не устраивало. И я уехал черте куда и познал относительную истину: я не верю в то, что называют «второй половиной». Любви в каждом из нас хватит на всех. Разумеется, это не значит, что надо пойти и раздать себя по частям толпе. Это чистой воды лицемерие. Я имею в виду, что каждому, кого я люблю, моей любви хватит и будет еще с избытком. Я имею в виду также то, что любовью, которой я люблю одного, я не могу любить другого, даже если очень постараюсь, да это и не нужно. Но знаешь, не все понимают. — Не все, — повторила эхом удивленная Цири. — Я в том числе плохо понимаю. — И тем не менее это то, как мы устроены. Просто общество еще не готово осознать эту истину. А может, дело не в обществе. Может, это сильным мира сего так выгодно — чтоб была ячейка общества. Так ведь проще управлять. Ведь если все пойдут любить друг друга без разбора, это что начнется? Ладно, мы ушли от темы. Так что ты думаешь насчет Кревана? — А о чем вы говорили, если не секрет? — Обо всем по чуть-чуть. Честно сказать, ты мне ничем не обязана, почти. Я ведь его не уговаривал пойти к тебе. — А как же тогда? — Да я просто дал ему выговориться, и он сам пришел к выводу, что должен тебя навестить. По-моему, он толком и не понял для чего. — Я сказала, чтобы он больше не приходил, — вздохнула Цири. — Ну и что? Приди ты к нему. — Ты думаешь? — Ну да, приди и разбуди — сделай ему сюрприз. — А если ему не понравится? На лице Карантира расцвела его обычная лучезарная улыбка. — Исключено.