Покер со смертью

      Молли лениво водила мокрыми пальцами по черным татуировкам, набитым на мужском предплечье — они валялись в ванной, переводя дух после почти двух часового секс-марафона. Женщине казалось, что в ее крошечной квартирке больше не осталось горизонтальной поверхности, на которой бы они не занимались любовью. Финальным аккордом стал невероятный, совершенно сумасшедший секс в ванной: ее ноги на его плечах, хлопья ароматной пены, вода, волнами выплескивающаяся на пол; ее стоны смешивались с его тихим рыком и резонировали от кафельных стен самой прекрасной музыкой. — Есть хочу… — уткнувшись ей в макушку, пробормотал Рид. — Если не ошибаюсь, доставка была из китайского ресторана? — Да, тофу в кисло-сладком соусе, курица Гун-Бау, салат из водорослей, рисовые чипсы и лапша со свининой. — На один раз хватит! — он хохотнул, поднимаясь из ванной вместе с Мол.

***

      Они сидели на диване, поглощая разогретую в микроволновке еду, и смотрели баскетбольный матч, на который наткнулся Эрик, щелкая по каналам. Молли накинула на себя его рубашку, вытянула ноги на мужские колени, подложив под спину подушку. Впервые за много лет она просто наслаждалась субботой, ни о чем не думая, любуясь мужчиной, что в одном нижнем белье развалился на ее стареньком диване. — Никогда бы не подумал, что тебе нравится баскетбол, — задумчиво сказал Рид. — Почему? Разве девушке не может нравиться спорт? — Может, но, предположу, что не все так просто. Думаю, в школе ты была влюблена в одного из игроков, — он внимательно на нее посмотрел, — капитана баскетбольной команды, — Мол смущенно отвернулась к телевизору, Эрик попал в самую точку. — Ничего не получилось? — Ничего… — она тяжело вздохнула. — Мне казалось, что я ему нравлюсь, он был внимательным, умел слушать, а оказалось, что ему надо было подтянуть баллы по математике. Когда я заикнулась о выпускном, он рассмеялся мне в лицо. Сказал, что… В общем, он бы пошел туда с кем угодно, но только не со мной. — Могу сказать только одно, — после некоторого молчания сказал Рид. — Ты просто выбрала не тот вид спорта. Молли не смогла сдержать улыбку. — Думаешь, капитан футбольной команды был бы меньшим придурком? — она подняла на него взгляд. — Нет, не был… — он ухмыльнулся и сокрушенно покачал головой. — А тебе, между прочим, пошла бы форма черлидерши: короткая юбка, обтягивающий топ, эти смешные балабоны, — в мужских глазах загорелся хитрый огонек, а его рука скользила вверх по ноге, намереваясь забраться под рубашку. — Я пару недель проходила отбор в группу поддержки… — Мол лукаво улыбнулась. — Правда, у нас носили шортики… — договорить она не успела, Эрик молниеносно дернул ее к себе, усаживая на свои колени. Она охнула от стремительности его движений, а Эрик тем временем мучительно медленно расстегивал пуговицы, обрисовывая пальцами контур груди, затем стащил ткань с плеч, скидывая ее на пол, завел руки Мол за спину, удерживая своей ладонью, не давая к себе прикоснуться, гладил ставшую неимоверно чувствительной кожу, запуская стаи мурашек по ногам и спине. У нее внутри все трепетало от предвкушения, свинцово-серые глаза горели диким огнем, и Молли с нарастающим ужасом и возбуждением осознавала, что Эрик чувствует то, как она «течет» от нетерпения. — Пожалуйста… — Что ты хочешь? — покрывая ее шею поцелуями, шептал он. — Скажи мне… Ее било крупной дрожью. Такой простой вопрос, но он словно «сдирал» с нее кожу, обнажая все ее фантазии и желания. Она наклонилась к его лицу, прикоснулась поцелуем к губам, ловя ответное движение языка, всхлипывая от наслаждения. Смущенно уткнулась носом в его волосы, шепча: — Кончить от твоего языка. Боже, неужели она сказала это в слух? Мол дернулась, приподнимаясь с мужских колен, пытаясь вырваться, но Эрик удерживал ее ладонями за поясницу, не давая сбежать, и потянулся следом, соскальзывая с дивана и опускаясь пред ней на колени. На дне его глаз плескалось что-то хищное, примитивное, против чего невозможно было бороться. Он ухмыльнулся, демонстративно облизал губы, выбивая этим незатейливым действием весь воздух из ее груди, и наклонился к бедрам, заставляя Мол запрокинуть голову назад в беззвучном крике. Она вцепилась пальцами в спинку дивана, балансируя на носочках над его закинутой головой. Ноги перестали держать, а волны удовольствия пробивали ее одна за другой. Эрик прижал ее ближе к себе, впиваясь пальцами в бедра, заставляя встать коленями на диван, раскрываясь для него. Она закусила ладонь, всеми силами сдерживая рвущиеся из горла крики. Эрик рыкнул, перервав свое занятие, и требовательно произнес: — Хочу, чтобы ты кричала! Чтобы все знали, что ты моя! Его хриплый, больше похожий на рычание зверя голос сломал последние преграды — закинув голову, Мол подчинилась, заорав от наслаждения. Она уже не чувствовала, как Эрик подхватил ее, обмякшую от сильнейшего оргазма, бережно укладывая на диван.

***

      Этвуд проснулась и обнаружила себя прижатой к мужскому боку, заботливо укрытую плюшевым пледом. Эрик смотрел какой-то фильм, поглощая мороженое из пиалы, что стояла у него на груди. Почувствовав, что она очнулась, Рид провел рукой по ее спине, поглаживая, словно кошку. — Привет! — Сколько я спала? — Два часа. Я уже переживать начал, — его голос вибрировал от смеха и плохо скрытого мужского самодовольства. Молли встрепенулась, присаживаясь на диване, ее взгляд метнулся к двери спальни. Мозг лихорадочно соображал: Эрик укрыл ее пледом, который обычно лежит в шкафу в ее комнате, значит он видел на столе папки с отчетами. Ей, видимо, было мало просто переспать с подозреваемым, так она еще умудрилась отключиться, оставив его один на один с важными документами, касающимися расследования его дела. Ведь для Рида с его опытом, взломать пароль на ее ноутбуке — занятие на пять минут. Осознание содеянного было подобно ледяному душу, что смыл весь остаток томной неги. Не отдавая себе отчета, Мол слетела с дивана и метнулась в спальню. Ноутбук и папки лежали на столе, прижатые сверху ее часами, так же, как она их оставила накануне вечером. От облегчения она осела на стул, пытаясь подавить дрожь в коленях. Из гостиной донесся шорох, а потом звук открываемого окна. Глубоко вздохнув, она поднялась со стула и вышла к Эрику, по дороге накинув на себя халат. Рид курил, стоя к ней вполоборота, глубоко затягиваясь и выпуская дым через нос, напоминая Молли огнедышащего дракона из фентези-фильмов. — Плед валялся за креслом, — проговорил он, даже не обернувшись. — Эрик… — Твой намек был более, чем «прозрачен». Его бы понял любой, у кого IQ выше двойки. — Только не прикидывайся, что не понимаешь, что стоит на кону? Для нас обоих! Или тебе надо объяснять? Что мне надо было думать? Мы не в диснеевском мультике, я не принцесса, да и ты на сказочного принца тоже не тянешь! — Избавь меня от этой бабской истерики! — он раздраженно отмахнулся. — А то что? Ты меня свяжешь и придушишь? Фраза вылетела быстрее, чем она успела ее осознать. На мужском лице не дрогнул ни один мускул, только уголок рта дернулся словно в ухмылке, и на скулах перекатились желваки. Эрик повел плечами, словно боец разминался перед дракой, медленно затушил сигарету и вернулся к дивану. Поднял с пола джинсы и стал одеваться. Его движения были спокойными и до чертиков пугающими. Молли поежилась, словно в комнате резко похолодало, обхватила себя руками, пытаясь согреться. А Эрик тем временем молча натягивал рубашку, флегматично заправляя ее за пояс джинс. Она отвернулась к окну, не желая смотреть на то, как он уходит. Все правильно, все происходит так, как должно было быть! Это все с самого начала было утопией. Глупой мечтой, которой никогда не суждено сбыться. Мечтой, которая может стоить ей всего… Только почему же ей так плохо, почему хочется умолять его остаться. Не уходи!.. Пожалуйста!.. Не сейчас!.. Только не так!.. Она сжала пальцами ворот халата, как будто пытаясь не позволить мыслям материализоваться в этот отчаянный крик. Пейзаж за окном неожиданно потерял резкость, расплываясь, а Молли зажмурилась, сдерживая непрошеные слезы. Крепкая ладонь сжала ее плечо, разворачивая. Тело безвольно подчинилось властным движениям мужской руки. Эрик приподнял ее лицо, заставляя откинуть голову назад, прошелся большим пальцем по мокрой щеке, прочертил закушенную губу — лаская. Мол распахнула глаза, взгляд Рида был спокойным и изучающим. — У… Он прижался к ее губам своими, не давая произнести этой фатальной фразы. Подхватил на руки, твердо проговорив в ее приоткрытый рот: — Нет! — и понес в спальню. Наверное, ей надо было бороться, кричать, вырываться, но Мол не хотела. Она обвила рукой его шею, зарываясь пальцами в ершистые волосы на затылке. Целовала торопливо, страстно, притягивая его голову к себе, и громко стонала, наслаждаясь ответными ласками.