Последний джентльмен удачи

      Список святых и нужных дел этим не ограничивался. Нужно было и самому вернуться на найденный корабль. Сейчас его интересовали бортовые журналы, вооружение, если такое сыщется на этом исследовательском корабле и прочие приятные мелочи. Пройдоха оставался на корабле, ему нужно было следить за «подарком» капитана.       Пока Локи раздавал указания, пока общался с Тиаматом на предмет того, чтобы тот носил новости между кораблём и «находкой», Пройдоха перенёс Александру на корабль. Отдельных кают тут было целых пять. Капитана, старпома, лекаря и две пассажирские, которые почти всегда пустовали. Иногда, после битв их использовали как палаты для тяжелораненных, но такое случалось нечасто. — Мой тебе совет, — Локи посмотрел на носилки с женщиной, — прикажи набрать ей лохань с горячей водой. Так будет легче восстановить мышцы. — Но ведь на корабле женщин нет, — Пройдоха начал краснеть. — Ну, для команды она твоя жена, так что никто не удивится, если ты будешь ей помогать. — Но…. — Слушай, я же не насиловать её предлагаю. Поверь, стеснительность исчезнет, как только появится перспектива оказаться в мокром белье. А она появится очень скоро. Судя по-всему, криосон увязывает воду во всём организме и предотвращает его старение, но как только происходит высвобождение воды, заново запускаются все процессы. Тут Пройдоха покраснел, а Локи оценив выражение лица друга добил его, — знал бы, что ты такой целомудренный, взял бы с собой гувернантку. Вот только Жозиана говорила, что ты…. — Так, о чём мы говорим, капитан. Я просто…. — О жизни, сын мой, — Тоном пастора ответил Локи, попутно разрубая какую-то лиану. — Целомудрие и воздержание, вот подлинная цель нашей долгой и совсем неинтересной жизни, — он не смог договорить, наслаждаясь выражением лица своего друга.       Пройдоха стал нежно-свекольного оттенка и это порадовало Локи. Он засмеялся и уже серьёзно сказал: — Знаешь, наверное, хорошо приходить из похода, зная, что кто-то ждёт тебя. Что в камине горит огонь, а в котелке булькает горячая похлёбка. Она сможет любить тебя, только сделай всё правильно. А я ещё немного покуражусь и в синий край, — глаза его сделались серьёзными. Локи смотрел куда-то вдаль. — Капитан, столько лет прошло. Вы же выжили всем назло, у вас есть всё, что вы хотели. Зачем же так? — иногда на Локи накатывала внезапная апатия, и он начинал философствовать. В таком состоянии он был опасен сам для себя. Он сам себя отковал, сам пришёл к тому, что у него сейчас было, но иногда не хотел принимать этой судьбы. — А откуда ты знаешь, чего хотел я? Так странно, все вокруг знают, что хочу я. Хоть бы раз меня просветили в этом вопросе, — почти весело сказал Локи, — а то без всего этого я бы так и не узнал, какой у меня богатый жизненный опыт, и как интересно я живу. — Локи, — Пройдоха снова перешёл на «ты». Была у него такая привычка, скакать при обращениях. Откуда она появилась, он и сам уже не помнил, но особо остро она проявлялась при общении с Локи, — жизнь долгая, — тут он улыбнулся, — и минимум одна маленькая девочка любит тебя, серьёзно считая своим мужем. — Любила, Пройдоха, любила. Сейчас она уже взрослая и с удовольствием запустит в меня камень при встрече. — Думаешь? — с сомнением спросил друг. — Уверен. — Хорошо, а те дамы, к которым ты ходишь? — Так, как меня, они любили многих. Поверь, им нужно только денег и плотской радости, — он попытался улыбнуться. — Не хандри, командир. Всё ещё будет. — Это точно, главное, когда будет это всё нам быть подальше.

***

      Локи ушел в экспедицию тем же вечером, а Пройдоха долго мялся, колебался, но всё решил сделать ванну для гостьи. Она была без сознания, когда он, смущаясь и краснея, завернул её в простыню и только потом просунул руки под покров и потащил штаны вместе с бельём вниз. для верности он ещё и глаза прикрыл, чтобы если Александра очнётся — не оскорбить её. Как в воду глядел, очнувшаяся девушка сначала испугалась и лежала тихо, а потом, когда поняла причину столь странного поведения, истерически всхлипнула. Страх прошёл. Пережитые треволнения сказались, и она затряслась от смеха. Когда Пройдоха ощупью, под простынёй, попытался снять с неё довольно странный предмет, который назывался футболкой, она не выдержала и заговорила: — Да откройте уже глаза, — пират аж на месте подскочил. — Откройте глаза, — она едва сдерживалась, её разбирал смех. — Я не смею, я не обижу, я просто…. — Спасал меня. Откройте глаза, — Пройдоха послушался, но сразу уставился в пол. — В моих брюках есть небольшая коробочка со шприцем. — С чем? — Неважно. Там просто игла, возьми её и коли меня в бедро. — Не надо. Вы что такое говорите. Я никогда не обижал женщин. — Я вам верю, — про себя она молилась послать ей терпения. И как можно больше. — Там лекарство.       Пройдоха нашёл «пришц», как он назвал его, чем вызвал невольную улыбку. Повертел его в руках и спросил: — Вы уверены, что это нужно? — Да, коли, — он зажмурился и выполнил просьбу. Александра взвизгнула, он тут же отскочил от неё и начал оправдываться. Поршень шприца он, естественно, не нажал. Вообще он считал это варварством. Неужели целители не придумали никаких зелий? — Я же говорил, что не надо, — Александра не ответила. Хорошо, что шприц был полуавтоматический и сам впрыскивал лекарства. Пройдоха не сообразил нажать поршень и теперь с бледным видом смотрел на то, как красная сыворотка впрыскивается в ногу женщины. А через три минуты она смогла сесть, посмотрела на него и спросила: — А вообще где я? И кто ваш командир? — А…. Я ванну приготовил, — он снова смутился. — Я потом всё расскажу. Александра начала с трудом подниматься, чем напугала его: — Я отнесу. Я без задней мысли, нельзя вставать…. «Вот и как с таким характером он оказался в подобном обществе?» недоумевала медсестра, а в слух сказала: — В шприце был стимулятор. Сильный, на час его хватит. Думаю — я управлюсь. — Хорошо, но я тогда вот тут сижу. Никуда не ухожу.

***

      Локи сидел на капитанском мостике и разбирал трофеи. Тиамат отнёс его на корабль. Синие и зелёные энергетические кристаллы давали зловещие отблески на бледном лице, а в голове стоял туман. Теперь он знал, как создать корабли, превосходящие пространственные корабли тёмных эльфов. Он знал, как расширить территорию драконьего острова. Уж коли Асгард сам испортил с ним отношения, то не зазорно было оттянуть у надменных асов часть территорий, тем самым решив проблему сухопутной границы с Асгардом радикально. Захватить перешеек и соседний остров. С такими мыслями он рассматривал пока не знакомый, но такой интересный корабль мидгардцев. Он ухмыльнулся и подумал, что всё же Мидгард на многое способен.

***

      Тор внимательно слушал доклад военных советников о том, что Ванахейм снова наращивает силы, что опять возникают претензии к Асгарду, хоть ванны проиграли уже две войны, но как ни старался — не мог ни на чём толком сосредоточиться. Проклятие набрало полную силу. Раны не открывались только на лице, ладонях и стопах. Вот и в этот раз с дикой болью открылась кровоточащая рана на внутренней стороне бедра. Терпеть было всё сложнее и сложнее. Все порезы кровоточили, периодически загнивали, но эта зараза не убивала его. Приносила боль, но не убивала.       Из-за того, что он вечно был в крови — он слабел. В ушах шумело, тело ощущалось слабым и нечистым. Он с трудом мог разобрать, что ему сейчас говорят, но никто этого не видел. Через боль и ошибки он стал истинным правителем, и благо Асгарда он ценил превыше всего. Почти всего. На первом месте всегда была Исгерд. — Я услышал тебя. Мне нужно всё обдумать, а пока усильте магическую охрану границ. И с воздуха тоже. — Хорошо, государь.

***

      Совет закончился, Тор запер дверь и начал срывать с себя одежду. Больше всего сейчас хотелось в холодную воду — это иногда помогало, но он не мог себе это сейчас позволить. Придётся терпеть до вечера, а пока нужно сосредоточиться, одеться и звать следующего советника. И так каждый день. Ему казалось, что проклятие сведёт его с ума, но он пока ещё держался. До сегодняшнего вечера он держался, никто не знал, как ещё проклятие проявит себя, но этот день стал одним из самых страшных.