***
— Так, в этом нет ничего сложного, нужно лишь сосредоточиться и представить самую смешную и нелепую вещь. А затем… Риддикулус! — профессор Кейн, преподающий Защиту от Темных искусств, превратил своего боггарта из лесного тролля в того же тролля, но в балетной пачке. Класс прыснул со смеху, а дух вновь исчез в коробке. Я обернулся, встречаясь взглядом с Хэппи, и произнес: — Вроде ничего, так? Тот неопределенно пожал плечами и опять засмеялся, когда уже начавший тренировку однокурсник применил заклятие, представив боггарта-паука нелепо украшенным в рюши и бантики. Наша очередь медленно продвигалась вперед, Хоган и я уже справились со своим заданием и теперь стояли в стороне. Следующей была Поттс. — Помните, ни в коем случае нельзя медлить. Думайте как можно быстрее и применяйте заклятие. Пеппер приблизилась к коробке медленно, с палочкой наготове. Крышка слегка дернулась, выпуская тонкую струйку черного дыма, мгновенно превращающуюся в мужской силуэт. Перед нами стоял высокий мужчина с такими же рыжими волосами, что и у Поттс. Его лицо было печальным, когда он начал говорить: — Джинни? — дух подошел к ней, протягивая руку, — Джинни, прости… Твоя мама и Томми… — его пальцы почти что коснулись ее лица. — Самое время для заклятия, — поторопил профессор, Поттс не шелохнулась. Она стояла как вкопанная, ее голубые глаза смотрели на духа так, будто ей и правда казалось, что все это реально. Нижняя губа слегка дернулась, и она закусила ее. — Их не смогли… — Пеппер, заклятие! — я сжал палочку. — Нет, нет, пожалуйста… — обращение ни ко мне, ни к кому бы то ни было в классе; влага в уголках глаз; легкое подрагивание кончиков пальцев. Больше ждать было нельзя. Я оттолкнул ее плечом, направляя палочку на боггарта и произнося заклятие, превращающее его в клоуна. Дух исчез. — Простите, — лицо Поттс было бледное, испуганное, — Простите, я… мне нужно… Она выбежала из класса, не придержав за собой громко хлопнувшую дверь. Я последовал за ней, плевав на громкие оклики преподавателя. Нагнал лишь спустя минуту, в пустом классе она стояла у самого окна, спиной ко мне. Ее худенькие плечики заметно дрожали от глухих всхлипов. Подойдя ближе, я остановился в паре дюймов от нее, не решаясь больше приблизиться, и тихо позвал: — Пеп? — Прости, я… я просто не могла, — всхлип, утерла рукавом слезы со щек, — Мама и Томми… мне было семь, когда это случилось. Они просто трансгрессировали туда, и этот маггл… Он не заметил, как они появились. Не смог остановить машину… — почти шепотом, — Травмы, не совместимые с жизнью, их даже не успели доставить в больницу. Она замолчала. Я слышал ее глубокое дыхание и как нервно она сглатывает, пытаясь остановить поток слез. Все, что я мог, это легонько сжать ее холодные тонкие пальцы, прошептать: — Пеппер… Пеп, мне очень жаль. Поттс обернулась лишь для тог, чтобы уткнуться лбом мне в плечо. Ее горячее дыхание и слезы смешались у воротника моей мантии. Я подумал: ничего не может быть правильнее в этот момент.***
Мы предпочли не говорить об этом. Просто вернулись в класс и закончили урок как положено. За ужином в Большом Зале Пеппер села рядом с Хэппи и старалась не смотреть на меня, видимо, смущенная произошедшим. Я сделал вид, что не заметил этого, продолжая поддерживать с Хэппи пустой разговор. Когда пришло время возвращаться в спальни, она чуть отстала от нашей однокурсницы Мэри и пошла в шаг со мной. — Я не сказала тебе спасибо, — ее губы легко дрогнули в подобии улыбки, Пеппер перехватила сумку на плече. — Здесь не за что говорить, — бросил я быстро. На мгновение нас разделила тишина, будто каждый боялся сказать лишнее слово. Затем она протянула руку и коснулась кончиками пальцев моей руки чуть повыше локтевого сгиба, произнеся: — Спасибо, Тони. А потом присоединились к девчонкам, обогнав меня по лестнице. Я смотрел на рыжую макушку, мелькающую впереди, и заметил, как один раз она обернулась, глядя на меня. Дружить с Пеппер Поттс уже не казалось мне такой нелепой затеей.