In Time

Централ-сити, квартира Лизы — 11:24 p.m. — Ты улыбаешься, — Лиза уперла руки в бедра и, прищурившись, смерила Лена подозрительным взглядом. — Что произошло? — А что-то должно было произойти? — Лен позаботился, чтобы в его голосе не отражалось ни толики интереса к ситуации в целом и назойливым вопросам сестры в частности. Повесив на вешалку пальто, он прошел в ванную комнату, чтобы ополоснуть руки: на коже все еще оставалось масло, и ноздри забивал горько-цветочный запах лаванды. Ставшая почти привычной боль немного отступила, но Лен сомневался, что причиной тому был массаж. Подсознание опять играло с ним в игры. — О, нет, даже не думай, что я так просто от тебя отстану, — Лиза проследовала за ним следом. — Сначала ты не расстаешься с телефоном, потом пропадаешь куда-то на целый день… и это после того, как я тщетно пыталась избавиться от себя всю неделю! Где ты был? — Закупался подарками, — ответил Лен, даже не пытаясь звучать убедительно. — Черная пятница, забыла? — И где все эти горы твоих покупок? — ядовито поинтересовалась Лиза. — Не нашел ничего подходящего. — Ленни, прекращай этот цирк, — она нахмурилась. — Ты думаешь, я не вижу, что в твоей жизни что-то происходит? Лен вытер руки бумажным полотенцем и, выбросив его в ведро, развернулся к Лизе, скрещивая руки на груди. — Если бы я считал нужным чем-то с тобой поделиться, я бы это сделал, — произнес он сухо. — Как скажешь, — на удивление спокойно отозвалась Лиза. — Но ты ведь знаешь, что можешь? — Могу что? — Поделиться. Чем угодно. — Разумеется. Лен не лгал, но даже для его собственных ушей ответ прозвучал как отговорка. Как бы близки они ни были с Лизой, он никогда не мог полностью открыться перед ней, положиться на нее — не потому, что она этого не заслуживала, а потому, что лишен был этой роскоши по праву рождения. Он был старшим братом, и он должен был быть ее опорой. Не наоборот. Это не означало, что он собирался держать все в тайне от сестры, вот только отношения, зарождающиеся между ним и Барри, были слишком новыми и хрупкими, непростыми даже без чужого вмешательства. К тому же Лиза понятия не имела, что под маской Флэша скрывался ее приятель Ал, и пока этот вопрос оставался нерешенным, у Лена не оставалось иного выбора, кроме как избегать ее вопросов. Лиза едва слышно вздохнула, даже не пытаясь скрыть разочарования. Лен привычно проигнорировал укол вины. — Как прошел твой тест? — спросил он, проходя мимо нее в сторону гостиной. — Кажется, результаты должны были прийти сегодня? — Сдала, — с немалым удовлетворением ответила Лиза. — А ты сомневался? Лен молча покачал головой. Он всегда знал, что Лиза способна была добиться чего угодно, стоило ей по-настоящему захотеть. И он гордился ею: ее смелостью и упорством и тем, что она не оглядывалась на него, принимая решение. Его устроил бы любой ее выбор: не важно, была ли Лиза преступницей или социальным работником, она оставалась его младшей сестрой, самым важным человеком в его жизни. И все-таки в глубине души Лен был рад, что для нее по-прежнему был открыт иной путь — проще и безопаснее, чем тот, по которому они оба шли до сих пор. — Это действительно то, чего ты хочешь? — спросил он, опустившись на диван и сцепив пальцы в замок. Потому что безопасность сама по себе того не стоила, он защитил бы ее в любом случае: это была его работа. Лиза села рядом с ним, но не торопилась нарушать тишину — казалось, будто она всерьез раздумывает над ответом. — Может быть, — несколько мгновений спустя признала она, разглядывая собственные руки. — Мне тоже страшно, Ленни. Изменить всю свою жизнь вот так, в одно мгновение. Я не знаю, получится ли, не знаю, нужно ли мне все это. Но что мне нужно — это запасной план. Лен молчал, даже не думая ее прерывать. Он знал, что Лиза еще не выговорилась. — Мне уже тридцать, и кто я? Воровка и обманщица. Мой единственный способ привлечь внимание хорошего парня — запутать его во лжи. Это я умею, — она искусно скрывала горечь за насмешкой, и любой другой поверил бы обману. — Этот гипотетический «хороший парень» случаем не Циско Рамон? — поднял брови Лен. — А что, если так? — Лиза вскинула взгляд, мгновенно занимая оборонительную позицию. — Проблемы? Лен дернул плечом. У него не было проблем — во всяком случае, не с Циско. Стрелка морального компаса этого мальчишки далеко не всегда показывала строго на север, но он не причинил бы Лизе вред — по крайней мере, не намеренно. Лен никогда не ставил своей целью контролировать отношения Лизы, даже если порой производил совершенно обратное впечатление. И, может быть, он и относился бы ко всей этой идее куда более скептически, если бы хоть на секунду думал, что Лиза делает все это для Рамона — для кого-либо другого. Но она делала это для себя. Чтобы видеть в зеркале ту версию себя, которой всегда хотела быть. Ему было знакомо это чувство, даже если он успел позабыть о нем до тех самых пор, пока Барри не решил вновь разбередить старые раны со своими речами о геройстве и недостижимых идеалах. В отличие от Лизы, он не видел перед собой ни единого пути — и даже старый оказался заказан. Лену оставалось ждать, но это тоже было привычным, и интуиция подсказывала, что на этот раз ожидание будет впустую. — Не собираюсь вмешиваться в твои отношения, — ответил он, вновь возвращаясь к теме. В самом деле, из всех тех, на кого Лиза когда-либо обращала внимание, Рамон был самым безобидным вариантом. И это… навевало воспоминания, к которым он предпочел бы не возвращаться, но выбора не оставалось. Он и так игнорировал эту деталь слишком долго. — К слову об отношениях, — Лен подчеркнуто расслабленно откинулся на спинку дивана, но его взгляд стал острее. — Неделю назад тебе звонил Роско. Чего он хотел? На лицо Лизы набежала тень. Лен не думал, что она пыталась что-то скрыть — скорее также отложила разговор в дальний угол памяти и не слишком желала о нем вспоминать. — Не уверена, — она прикусила губу. — Он недавно вернулся в Централ-сити. Не знаю, как раздобыл мой номер — я уже сменила карту, не беспокойся. Лен не мог не беспокоиться, потому что то, что Роско достал информацию в первую очередь, не могло не тревожить. — По всей видимости, он слышал о нашей репутации, — она насмешливо вздернула бровь, но ее глаза все равно были беспокойными. — Предложил работать вместе. — Ты? — Послала его ко всем чертям, — усмехнулась Лиза, но, помолчав, добавила уже серьезнее: — Не уверена, что он последует моему совету. Лен свел брови у переносицы. Возвращение Роско было дурной новостью. Для Лизы, для него самого, для Централ-сити. Тот всегда был несдержанным, витающим где-то в своих больных фантазиях и неоправданных амбициях. Но он также был предприимчивым и хватким, и его попытки заработать себе имя как правило оставляли след… Лен усилием воли заставил себя отложить эту мысль на потом, когда сможет уделить ей все возможное внимание и заполучить недостающую информацию. Чувство ожидания только усилилось: внутреннему хронометру теперь вторил обратный отсчет. — Кстати, — Лиза закинула ногу на ногу и изогнула губы в дразнящей усмешке, — о Циско. Я говорила, что они с Алом друзья? — В самом деле? — пробормотал Лен. Барри вообще прилагал хоть какие-то усилия, чтобы скрыть свою личность? Не то чтобы Лен когда-либо всерьез считал, что тот мог намеренно обманывать Лиз — даже когда озвучивал обвинения. — Не думай, что я не заметила, как ты избегаешь говорить о нем, — Лиза картинно надула губы. — Он мой друг, Ленни, а ты сначала запугал его до полусмерти, а теперь вообще игнорируешь его существование. Лен недовольно дернул уголком рта. Вся эта ситуация чем дальше, тем больше вызывала глухое раздражение. Он не хотел врать Лиз, но сказать правду не мог тоже, и это оставляло ему единственный возможный вариант: закрыться намертво. — Я не игнорирую, Лиз, — произнес он устало, потерев пальцами переносицу — было еще не слишком поздно, но он с удовольствием бы лег спать пораньше; этот день вымотал его эмоционально. — Что ты хочешь, чтобы я сказал? Лиза поджала губы и некоторое время молчала. — Как насчет того, чтобы ты мне сказал, что у вас приключилось с Миком? — Я не это имел в виду, — процедил он — от растущего напряжения между бровями начала скапливаться головная боль. — У нас все в порядке. Мик в порядке. Трахает Палмера. Лиза едва не поперхнулась воздухом. — Кого? Есть какая-то связь с Palmer Technologies? — Прямая, — Лен позволил себе усмешку, признавая успешность отвлекающего маневра. — Красавчик был одним из членов нашей так называемой команды. Похоже, они с Миком сдружились больше, чем я полагал. Он пожал плечами, будто новость не сильно его беспокоила — он держал эту маску и когда впервые узнал об этом от Барри. И, в самом деле, нельзя было сказать, чтобы такой исход был столь уж поразительным. Вот только Лен знал лучше многих, что Мик всегда заглядывался исключительно на женщин, и если тюрьма не заставила его этому изменить, то вряд ли можно было списать все на замкнутое пространство «Вэйврайдера». Значит, дело было в самом Рэймонде — и, вероятно, в его щенячьей непосредственности и щенячьей же неспособности выпустить из зубов кость, единожды в нее вцепившись. — Он тебе сам сказал? — У меня свои источники. Лен явственно видел, как разгорался огонь любопытства в глазах Лизы. Раньше она, может быть, не стала бы уделять этому внимание, но за его отсутствие что-то изменилось в их с Миком отношениях. Он не хотел думать о причинах, да в этом и не было нужды — те были болезненно очевидны. — Так, все, я звоню Мику, потому что ты так и не соберешься. Переубеждать ее не было смысла, и первым же инстинктом Лена было уйти прочь из комнаты, чтобы хоть как-то избежать сомнительной радости стать свидетелем очередного спектакля, но бегать было не в его привычке. К тому же — он слишком устал. Он вытянул ноги под столом и сцепил руки на животе. — Включи громкую связь, — посоветовал он. Лиза сощурила глаза, явно собираясь отказать хотя бы из вредности, но потом сменила гнев на милость. — Так уж и быть. Она достала из кармана халата телефон и, порывшись в списке контактов, нажала на кнопку вызова. Тишину комнаты наполнил звук длинных гудков. Даже после трех попыток к трубке так никто и не подошел.