Век произвола, или Кругом одна сволота!

Удивительно, но в этот раз мне дали спокойно покинуть Виндхельм. С натянутыми улыбками мы поблагодарили весьма радостного ярла за гостеприимность и отправились домой. — Куда ты ходила вчера ночью? — недовольно спросил Довакин, едва мы покинули город. Похоже, мои попытки напоить его вчера вином для более крепкого сна не увенчались успехом. — В туалет, — сделала вид, будто не понимаю, чего в этом такого. — Как-то долго ты там была. — И что? — Просто скажи мне как есть. И всё, — раздраженно проворчал Миша. Посмотрела на него в недоумении. — Ты ночью встречалась с Ульфриком. Зачем? — Я с Ульфриком? — притворялась до последнего. — О чём ты? С чего ты взял? — Его стражники любят трепаться, — смерил меня злобным взглядом. — Не всё, о чём они треплются, правда. Ты бы еще желтую прессу почитал, — возмутилась такому недоверию к своей персоне. — В следующий раз буду идти в туалет, обязательно возьму тебя с собой. Миша промолчал и отвернулся. Но тишина была не долгой. Если вчера в первую очередь я должна была разобраться с Ульфриком, то сейчас уже могла обдумать ситуацию с неимоверно быстрой реакцией Довакина на летящий кинжал. Конечно, я догадывалась, в чём может быть причина, но мне хотелось услышать всё от него лично. — Как так случилось, что за долю секунды ты успел добежать до меня из другого конца зала, да ещё и прихватить по дороге щит? — Я был ближе, чем ты думаешь, — надо же. А мне казалось, что он мне доверяет. Не одна я здесь что-то не договариваю. — Допустим. Ну, а щит когда успел снять со стены? — Какая разница? Главное, что успел. — Кинжал всё равно пролетел бы мимо, — заявила уверенно. — Не тебя одного посещает замедление времени. Наш герой округлил глаза, насколько это возможно, и испуганно посмотрел на меня, будто его только что поймали на краже. Ехидно улыбнулась и продолжила смотреть на дорогу. Теперь всё стало на свои места. Может Довакин и прирожденный воин, но выходить из всех передряг целым и невредимым без помощи Лорхана у него бы точно не получилось. — А ты не скажешь мне, почему тот мужик думал, что ты мертва, и запустил в тебя свой кинжал? — муженёк продолжил меня допрашивать. Отвечать не хотела. Посчитала, что мои вопросы поинтересней будут. — Если ты думаешь, что при каждой опасности время для тебя замедляется просто потому, что ты особенный, или ты думаешь, что таким образом тебе помогает Акатош, то ты ошибаешься. Уж ради спасения моей туши он так напрягаться точно не будет. Можешь мне поверить, — приятно было, наконец, снять маску и перестать притворяться. Довакин продолжал хмуро на меня поглядывать. Ему сильно не понравилось, что на его вопрос я так и не ответила, но и мне он не нашел что сказать. — Когда Галмар запустил в меня нож, — решила быть искренней до конца, — для меня всё тоже замедлилось. И я бы успела увернуться, не волнуйся. Знала, что делать — такое мне не впервой. Думала, Миша начнёт меня об этом расспрашивать, или будет всё отрицать, но он продолжал молчать и нахмурился ещё больше, оглядываясь по сторонам. — В общем, добро пожаловать в команду Лорхана, Довакин. Всю оставшуюся дорогу до Вайтрана мы не разговаривали. Продолжили обижаться друг на друга молча.

***

— Приветствую, Довакин, — едва за нами закрылись ворота города, на встречу вышел Аколит. — Великая Кин желает говорить с тобой. Пожалуйста, следуй за мной. — Не собираюсь я никуда идти, — Миша одарил злобным взглядом и жреца и меня. — Боюсь, я вынужден настаивать, — служитель храма заметно занервничал, испугавшись, видимо, гневной реакции нашего героя. — Ничего она тебе не сделает, просто поговорить хочет. Что-то не понравится — встанешь и уйдешь, — изрекла раздраженно. Миша стиснул зубы и раздул ноздри. Ещё бы чуть-чуть и оттуда пошел пар. Театрально закатила глаза, толкнула его в сторону храма и пошла вслед за ним. — Кинарет ждет только Довакина, — Аколит слегка замялся. Последнее не абы как порадовало муженька. Он самодовольно на меня покосился и с гордым видом орла зашагал вслед за жрецом. Разговаривали они очень долго. Я успела разобрать вещи, привести себя в порядок и пообедать, а Миши ещё не было. Наконец, входная дверь распахнулась и с диким грохотом захлопнулась назад. Разъяренный Довакин влетел в Йоррваскр и, ни с кем не здороваясь, направился в нижние комнаты. — Что хотела Кинарет? — побежала вслед за ним в попытках догнать. — Я скажу тебе, что она хотела, — Довакин остановился и злобно на меня посмотрел, — если ты расскажешь, почему тот грёбаный мужик метнул в тебя свой грёбаный кинжал, а ещё объяснишь мне причину вашего с Ульфриком странного поведения! — начал истеричить на весь коридор, активно размахивая руками. — Разве Кинарет тебе всё не объяснила уже? — перешла на полушепот и попыталась успокоить муженька, поглядывая по сторонам. — Да я не о его будущем сейчас спрашиваю, а о природе ваших отношений! Его слова эхом разошлись по просторному коридору. Посмотреть на «Санта-Барбару» из своих нор повыходили все кому не лень. Осмотрелась и потащила Мишу в свою комнату. — Чего ты орёшь как резаный! — закрыла за собой дверь и принялась возмущаться. — А что, тебе есть что скрывать? — ехидно ухмыльнулся, скрестив руки на груди. — Я не собираюсь выслушивать твои истерические вопли только потому, что Кинарет наконец открыла тебе глаза на очевидные вещи, и теперь у тебя плохое настроение! — Я зол не потому, что застрял в Скайриме навсегда, а потому что ты мне врешь! — У тебя паранойя, — равнодушно отмахнулась. — Паранойя, значит. Ладно… — Миша схватил свой рюкзак и направился к выходу. — Я возвращаюсь в общую комнату, — пробасил обиженно и, не оборачиваясь, вышел из комнаты. — Как хочешь, — произнесла ему вслед и закрыла дверь. Не знаю, почему не рассказала ему всё как есть. Особенно после его визита в храм Кинарет. Но чем больше он давил на меня, тем меньше мне хотелось говорить правду. Тем более, за всё это время Миша ни разу не заикнулся на счёт временных глюков. Так что, и за ним грешок имеется. На следующий день Довакина позвал к себе Предвестник. Естественно, Миша так и не сказал мне, о чём они говорили. Никому не сказал. Но после их долгой беседы он похмурнел и затих, что для него совсем не свойственно. Таким подозрительно тихим Довакин был вплоть до дня рождения близнецов, пока не выпил пару бутылок эля и не повеселел. Спустя ещё несколько горячительных напитков он уже сидел в кругу Соратников и с гордостью рассказывал всем о предстоящем путешествии в поисках Свитка. Миша всё никак не мог успокоиться, что пришёл на праздник без подарка, поэтому пригласил близнецов отправиться в Черный Предел вместе с нами. Тоже мне подарочек — лазить по пещерам и развалинам, заселенным «гостеприимными» фалмерами. Но, судя по реакции братьев, с презентом он попал в точку. После гулянки у нас было несколько дней на сборы, и все это время Довакина я почти не видела. Понятия не имею, где его носило. Но спрашивать не рискнула — общение у нас было всё ещё натянутым. Собрать десять шестеренок для Арнела мне было бы не сложно, ведь мы планировали посетить двемерские руины. Но искать их там и тащить на своём горбу я не собиралась. Видала эту шестерню. Килограмм пять как минимум, а то и больше. К тому же, у меня была идея получше. Б! Слыхала, дела у вас идут как никогда хорошо. Впрочем, я это предвидела. Пишу по делу. Мне нужно десять двемерских шестерен. Найти их ты сможешь в Музее двемеров, что находится в Маркарте. Когда добудешь их, отнеси Арнелу Гейну в Коллегию Винтерхолда. Не волнуйся, за хорошо проделанную работу в долгу не останусь. Рассчитаюсь с тобой при встрече по обычному тарифу Гильдии. И еще одно. Скоро у Виттории Вичи свадьба. Уверена, тебе не составит труда раздобыть для меня всю подноготную ее жениха. Жди в гости.

Хельга Огненная Рука

Заплатила гонцу двойную плату за быструю доставку и объяснила, где искать Бриньольфа или кого-то из его коллег. Осталось только найти время, чтобы повидаться со старым знакомым.

***

— Ты бы ещё футбольную команду собрал, — недовольно покосилась на Лидию, которую в последний момент привёл Миша. — Она — мой хускарл и будет меня сопровождать, как и положено, — решительно пробасил, не без интереса наблюдая за моей реакцией. Лидия в свою очередь измеряла меня презрительным взглядом. — Твоё право. Как по мне, сопровождения достаточно, — изрекла на выдохе и закинула на плечи рюкзак. — Ну что, идем? — Для начала посмотрим на карту и решим, какой дорогой лучше пойти, — похоже, наш герой решил полностью перетянуть одеяло на себя. Пока покорно доставала кусок пергамента, остальные члены команды Довакина то и дело переглядывались, пытаясь понять причину наших постоянных семейных разборок. — Особого выбора нет. Здесь только одна дорога. До таверны «Ночные ворота» едем на лошадях, а там посмотрим. Возможно, придется оставить их там и дальше идти пешком. — Согласен, — с видом эксперта добавил Вилкас и ткнул пальцем в карту. — В эту пору года у подножья гор будет много снега. Да и через этот перевал лошади тоже могут не пройти. Наш командир нахмуренно посмотрел на Вилкаса. Видимо ему не понравилось, что кто-то вставил свои пять копеек. Но Соратник не растерялся и ответил Довакину таким же хмурым взглядом. Ох, я бы посмотрела на битву этих двух титанов.

***

Миша ехал впереди, задавая темп остальным. — Если и дальше будем так гнать лошадей, нам придётся остановиться и сделать перерыв, чтобы животина отдохнула, — Фаркас осмелился развеять напряженную тишину. — Ты слышал его, Миша?! Даже в обычном темпе, мы попадем в таверну к закату. Наш герой остановился и посмотрел на свою команду. Было видно, что все согласны с Фаркасом. — А если поторопимся, то уже после обеда оставим лошадей в таверне и продолжим путь пешком к перевалу, — он продолжил настаивать на своём. — В горы? На ночь глядя? В такую погоду? Да и куда ты спешишь? Никуда свиток от тебя не денется, — посмотрела на товарищей в поисках поддержки. — Не терпится оголить свой клинок, да? Понимаю, — добродушно рассмеялся здоровяк. — Но если идти так, как ты говоришь, мы не успеем дойти до Перевала к первой звезде. Свежий выпавший снег всегда рыхлый. Будет трудно передвигаться. — К тому же мы не знаем, чем окажется этот Перевал. Вдруг там не будет подходящего места для ночлега и придётся искать другое, — добавил Вилкас. Лидия единственная не посмела перечить своему тану. — Ладно тебе! Чего такой хмурый? — здоровяк дружелюбно похлопал Довакина по плечу. — Впереди нас ждут приключения, полные бравых сражений и побед. Но не нужно забывать о хорошем отдыхе и для себя. Миша слегка улыбнулся Соратнику и пришпорил свою лошадь, на этот раз сбавив темп. Напряженная атмосфера немного развеялась, и Фаркас принялся развлекать толпу разными веселыми историями. Теперь ритмичный топот копыт лошадей сопровождался диким смехом гиен. — Кстати, Оль, — здоровяк поровнял свой транспорт с моим. — Я всё спросить хотел, почему ты называешь Майка другим именем? Миша, или как там?! — Ага, — добавил его братец, — звучит как «мешок». — К твоему сведению, — возмутилась такому сравнению, — имя «Миша» как и «Майк» происходит от его полного имени «Михаил», значение которого «подобен Богу». А что значит твоё имя? «Столовый прибор»? — Вилкас весь покраснел от злости. Фаркас же разошелся диким хохотом, чем распугал всех птиц в округе, а Миша едва улыбнулся.

***

Как и планировалось, добрались до таверны «Ночные ворота» после заката и там же остановились на ночлег. Сытно позавтракав утром, прикупили у Хадринга, владельца таверны, провизию в дорогу и, на всякий случай, по паре примитивных снегоступов для каждого. За ночь дороги замело снегом, но не смертельно — мы легко сориентировались и уже к закату добрались до Перевала. Сама локация представляла собой обычный переход между двух скал, по которому постоянно гуляли лютые сквозняки. Пришлось немало постараться, чтобы найти подходящее укрытие для ночлега. Мы развели большой костёр, разложили вокруг него свои спальники и принялись доставать провизию. Если нам ума хватило брать с собой всё только самое необходимое, то Фаркас умудрился половину своего рюкзака заполнить бутылками мёда. Впрочем, осуждать его за это никто не стал. Наоборот, все были рады наконец расслабиться, попивая сладкий горячительный напиток. Кроме меня. Мы с Мишей так и не помирились и толком не разговаривали. Так что не было у меня ни аппетита, ни желания выпить в веселой компании товарищей. — В принципе, снега не так много. Не стоило оставлять лошадей, — подытожила, пытаясь разглядеть в долине за Перевалом золотистые крыши двемерских построек. — Думаешь, дальше снега будет меньше? — съязвил Довакин. — Можно было взять хотя бы одну, чтобы везла наши вещи, — изрекла не оборачиваясь. — Доберемся как-нибудь, — произнес Фаркас, довольно потягиваясь на спальнике. — Что ты опять, как неженка? — Не поняла, — настроение было препаршивейшее, так что юмор Соратника я не оценила. — Когда это я была неженкой? — Да постоянно, — здоровяк рассмеялся. Очевидно, мой злобный взгляд он не рассмотрел в полумраке. — Видели бы вы её в первые дни, — обратился к Лидии и Довакину. — Хохма одна. Что-то не получается и уже нижняя губа дрожит! Скажи, брат! — Угу, — Вилкас улыбнулся и принялся ворошить горящие ветки. — Вообще не было такого! — возмутилась бурной фантазии здоровяка. — А как её Скьор гонял по Вайтрану! Аха-ха! — здоровяк продолжил насмехаться. — Вы бы видели. Это уже сейчас она воином стала, а в начале даже меч в руках держать не умела. Верно, брат? — Угу.  — А я рассказывал вам про медведя? Судя по веселой реакции присутствующих, его историю «Как она пошла попИсать» слышали уже все. Но Фаркас решил ещё раз поведать свою байку. На этот раз она обрела новый окрас — кроме медведя появилась ещё парочка волков, а до туалета, по его новой версии, я так и не добежала. — Может, хватит ржать! — закричала едва не с пеной у рта, пытаясь остановить всеобщее веселье. — Да ладно тебе. Мы просто шутим… — добродушно изрек здоровяк. — Вы. Все. Даже понятия не имеете, — злобно посмотрела на каждого, — что мне пришлось пережить за этот год, проведенный в Скайриме, чтобы сейчас насмехаться надо мной и над тем, чего даже не было! На моё упоминание о прошлом, Вилкас демонстративно фыркнул и уже даже открыл рот, дабы сказать мне что-то, как обычно, надменное и презрительное. — А ты вообще заткнись! — я его опередила. — Посмотрела бы на тебя в нашем мире! От увиденного обосрался бы уже на месте! Фаркас продолжил хохотать уже над братом, так до конца и не понимая, что веселье уже давно закончилось. — Почему же, — спокойно произнес Миша, дождавшись, когда большой мальчик, наконец, успокоится. — Мне известно, что ты пережила! — бросил на меня лукавый взгляд. — Я читал твои дневники. Судорожно вспоминала, когда видела свои рукописи в последний раз. Дура! Еще не записанный полностью дневник положила в рюкзак, как обычно, а остальные выложила на стол, так и не спрятав в тумбочку под замок. — Ты сделал что? — резко подошла к Довакину и пнула его в грудь со всей дури. — Кто? Дал? Тебе право? — орала во всё горло, не прекращая толкаться, но Миша продолжил стоять ровно с той же противной лукавой ухмылкой. Не удержалась, врезала ему по морде от всей души и схватилась за клинки. — Доставай свой меч! Чего ты стоишь?! — Я никогда не подниму руку на свою жену, как бы она этого не заслужила. — Заслужила?! — сказать, что я охренела, не сказать ничего. — В таком случае, маленькая поправочка, дорогой мой! Клятву верности перед Марой я тебе не давала! Так что здесь я тебе не жена! Последнее моё заявление сильно разозлило Мишу. Впрочем, этого и добивалась. Он выхвалил свой меч и одним движением руки снял с себя меховой плащ, чтобы тот не мешался. — Ну?! Чего ждешь? Покажи мне, Довакин, на что способен без помощи Лорхана! Он таки замахнулся первым. Разнимать нас никто не собирался — все, как один, энергично жевали свой ужин, наблюдая за этим столь захватывающим зрелищем. Миша не сдерживался — вкладывал в удары всю свою мощь. Я скромничать тоже не стала и спуску не дала. — Ого! Ты где такому научилась? — восхищенно изрек Фаркас, наблюдая, видимо, за моими движениями. — Пока ты торговал помидорами, она занималась с Атисом, — прозвучало от Вилкаса с ноткой гордости за меня. Надо же! — Ты бы приберег свои силы для настоящего врага, мой тан! — эта сука нашла когда вставить своё слово. — Верно говоришь, — поддакнув Лидии, здоровяк спокойно отложил свой ужин и встал между мной и Мишей так, что я чуть не полоснула его мечом по шее. — Батюшки! Да успокойся наконец, ненормальная! — А ты не лезь! — процедила сквозь зубы с полной готовностью надавать ему пинков под зад, чтобы не влезал, куда не просят. Но Довакин, очевидно, послушал товарищей и спрятал свой одноручный в ножны. В отличии от него я не собиралась прекращать бой. — Что ты делаешь? — злобно прошипела. — Я не хочу продолжать эту бессмыслицу. — Что же такого было в тех дневниках, раз тебе удалось её так разозлить? — в шутку поинтересовался здоровяк, вернувшись на место. Вопрос был скорее риторическим, но Миша посчитал нужным поделиться информацией с присутствующими. — Оказывается, я совсем не знаю свою бывшую жену. — И что же такого ты узнал? — с неподдельным интересом спросил Фаркас, не понимая, что в дневниках и на него имеется кое-какой компромат. А вот Вилкас заметно похмурнел. Довакин посмотрел на меня, ожидая какой-то реакции. Думал, начну слёзно просить его молчать, но я не проронила ни слова. — Я узнал, что за несколько несчастных месяцев можно полностью забыть про мужа, — он спокойно посмотрел на Фаркаса, — и влюбиться в другого, — перевёл свой взгляд на его брата. — И эта ситуация, насколько я понял, не изменилась даже с моим появлением. Не знаю, какой была реакция Вилкаса или чья-то ещё. Мне было стыдно на кого-то смотреть. — Про остальные её приключения я вообще молчу, — добавил тихо. В момент почувствовала себя изгоем. Мне казалось, я стою перед ними совершенно голой, все злобно смотрят на меня и презирают, готовясь в любой момент по команде Довакина забросать меня камнями. Молча залезла в свой спальник и прикинулась спящей, хотя до утра так и не смогла уснуть. Гнев всё ещё бурлил в моей груди. Я не собиралась ни перед кем оправдываться и уж тем более не считала себя виноватой за то, что пережила. Да, я многое недоговаривала Мише. Но это не давало ему право рыться в моей голове в поисках скелетов в шкафу, да ещё и выставлять их на всеобщее обозрение. Рано утром мы продолжили путь. Шли молча. Пару раз Фаркас пытался развеять напряженную обстановку, но тут же встречался с моим лютым взглядом, и вскоре энтузиазма у него поубавилось. К полудню мы немного заблудились. Оказалось, долина не была такой уж ровной. Да и долиной это назвать трудно. Приходилось постоянно взбираться на холмы. Достала карту в попытках хоть как-то сориентироваться. Пока всей толпой рассматривали кусок пергамента, Лидия залезла на очередной высокий скалистый холм. — Вижу какую-то башню. И чей-то лагерь. Там, за следующим холмом. Все с облегчением последовали за ней и через пару минут стояли у заброшенного лагеря. — Кто бы здесь не жил, покидали они это место впопыхах. Я нашел сундук с вещами, — сообщил свою версию Вилкас, осматривая избушку, сколоченную на скорую руку. — Это был лагерь исследователей. Они вошли в руины по тем хилым мосточкам, скорее всего, чтобы переждать снежную бурю. Видимо в руинах они были не одни, раз не вернулись. На этот раз моё всезнайство ему не показалось таким уж плохим. Он слушал меня с интересом, как и остальные. Убедившись, что всеобщее внимание на мне, авторитетно продолжила: — Нам нужно попасть в Черный Предел. Он находится под этими двемерскими руинами. У нас есть два варианта: попасть сначала в Альфтанд тем же путём, что и учёные, или воспользоваться вон тем лифтом, что должен спустить нас сразу в Черный Предел, — указала на цилиндрическое строение, которое Лидия ошибочно восприняла за башню. — Единственная проблема — он закрыт и открывается с помощью рычага по ту сторону решетки. — Попытка не пытка, — пробормотал наш герой и отправился в сторону подъемника. Не тут то было! Не были бы двемеры… двемерами, если бы не продумали и это. Добраться до рычага оказалось просто нереально. Да и саму решетку нам удалось лишь поцарапать. — Мы только теряем время. Пошли через руины, — хмуро подытожил Вилкас, намереваясь достать, наконец, свой двуручный и пустить его в ход. — Тогда спускаемся вниз вслед за учеными. Вы идите вперёд и ждите у входа, а мы вас догоним, — приказным тоном изрек Довакин, придерживая меня за рюкзак, и подождал пока Лидия и близнецы отойдут на приличное расстояние и продолжил: — Смысла дальше играть в молчанки нет. — Что же ты хочешь от меня услышать? Ты и так уже знаешь всю мою подноготную. Чего тебе ещё надо? — А объясниться не хочешь? — Так ты ждешь от меня оправданий? Или я извиниться должна? — насмешливо фыркнула. — Ты убеждала меня в своей готовности помочь. Злилась, что я не доверяю тебе. А сама писала письма Ульфрику, действуя у меня за спиной. По-моему это предательство, не думаешь? — А ты в свою очередь не придумал ничего лучше, чем стащить мои дневники и потом тыкать в меня моими же тайнами. Я, прям, чувствую, как твой нож вошел мне в спину! — однозначно, лучшая защита это нападение. — Зачем тогда писать дневники, если их нельзя читать? Развернулась и пошла вслед за остальными. — Ты куда? Мы не договорили! — Здесь холодно! Я собираюсь зайти внутрь и согреться, если ты не против, — остановилась и посмотрела на взбешенного Довакина. — Это я должна злиться, а не ты! К тому же, ты сейчас сам должен прекрасно понимать, что на счёт Ульфрика я всё делала правильно. — А как на счёт остальных? С Вилкасом мне всё понятно. Но Бриньольф! Тот самый Ульфрик! Ты мне просто омерзительна! Я и сама от себя не была в восторге, но его последние слова задели за живое. — Во-первых, с Ульфриком у меня ничего не было, — бегло перебрала в памяти всё написанное о нём и поняла, что эти интимные детали упустила, да и вспоминать их не особо хочется. — А во-вторых, не прикидывайся божьим одуванчиком, Миша! Не успел ступить на порог Йоррваскра, как тут же полез к Эйле. Да и Лидия при виде тебя то и дело слюну пускает. Сомневаюсь, что ты не дал ей повода. На щеках Довакина проступил легкий румянец. На этом разговор был окончен. Мы по очереди спустились по самодельным мостикам, опасаясь, что эта хрупкая конструкция не выдержит сразу двоих. Наконец, все были в сборе, и мы вошли во внутрь. Ледяные ущелья чередовались с остатками двемерской цивилизации. Местами гулял лютый сквозняк, а местами ледник таял, образовывая целые водопады. На земле то и дело встречались следы чьей-то крови, пока мы не вышли на место ночлега тех самых ученных с давно потухшим очагом посредине. Здесь в крови было абсолютно всё. — Там кто-то есть, — настороженно прошептал Фаркас, прислушиваясь к звукам. — Я слышу какой-то шепот. — Говорят, в двемерских руинах полно призраков, — таинственно изрек Вилкас. — Если бы, — тяжело вздохнула. — Похоже, их двое, — здоровяк продолжил комментировать услышанное. — Действительно двое, — авторитетно подтвердила. — Два каджита. Один мёртвый, а второй живой, но обезумевший от скумы, — почему-то отчётливо запомнила именно этот момент. — Ты и дальше собираешься нам всё наперед рассказывать? — раздраженно прошипел Миша. — А что в этом такого? — искренне не поняла причину его недовольства. Мы вошли в какую-то комнату с типичным каменным столом посредине, на котором лежали остатки двемерского паука. — Что это? — спросил Вилкас, брезгливо ковыряя его своим мечом. — Двемерский паук. Довольно опасен. Таких здесь полно и, к сожалению, вполне в рабочем состоянии. Особое внимание обращайте на механизмы вроде этого, — указала на трубу, торчащую из стены слева от меня. — Они всегда прячутся здесь. Едва сказала это, как из той же треклятой трубы выскочило механическое чудо. Хором справились с ним быстро, конечно. Но неприятный осадок остался. После этого больше никто не жаловался на мой трёп. Даже вечное желание Вилкаса заткнуть мне рот, дабы я не умничала, и то куда-то делось. Обезумевшему каджиту с топором в следующей комнате уже никто не удивился. Естественно, благодаря мне. Правда, свою благодарность команда Довакина выразила весьма странно. Не сговариваясь, меня вытолкали вперед остальных, так сказать, возглавлять нашу экспедицию, а сами держались у меня за спиной. Чем ниже мы спускались, тем теплее становилось — паровые машины делали своё дело. Наконец, ледник закончился, и дальше мы передвигались уже по каменным коридорам, высеченным когда-то самими двемерами. Времени рассматривать всё вокруг у нас не было. В каждой комнате, за каждым углом что-то выпрыгивало и выкатывалось, намереваясь порубить на части непрошеных гостей. Между схватками бегло объясняла боевым товарищам, куда ступать можно, а где их будет поджидать ловушка. Не смотря на то, что они слушались меня беспрекословно, на парочку кнопок ради доказательства своей правоты, я таки нажала. Продвигаясь дальше по коридорам, мы то и дело натыкались на следы потерявшихся ученых в виде оставленных ими дневников и записей. Пройдя еще немного, уперлись в плотно закрытую дверь и решили сделать небольшой привал, дабы перевести дух. Не скажу, что двемерские машины отняли у нас много сил, но продвигаться по этим руинам с походными рюкзаками наперевес немного сложно. Фаркас отворил дверь, и все учуяли неприятный запах. Конечно же, мои подозрения пали на фалмеров и их верных питомцев. Хотя, сам запах описать сложно — что-то среднее между кошачьим дерьмом, тухлыми яйцами и гнилым мясом. Чем дальше мы пробирались, тем сильнее становился этот дивный аромат, пока не вышли в какую-то очень глубокую пещеру под открытым небом, вдохнув наконец столь желанного свежего воздуха. — Там кто-то есть, — Лидия встревоженно посмотрела вниз пещеры. — Кажется, это женщина. На смену дневникам мы стали находить тела самих членов экспедиции. — Тихо ты. Не ори. Боюсь, ей уже не помочь, — пресекла попытки барышни поспешить мертвому телу на помощь. — Что это за гадость? — Фаркас уже ковырялся в кучке серо-голубой дряни. — Яйца коруса, — нервно сглотнула. — Кто это? — Боюсь, здоровяк, это будет пострашнее пауков. По трубам спустились к телу несчастной. — Какие-то странные стрелы, — Вилкас принялся рассматривать труп. — Фалмерские. Так моя занудная лекция на тему «Двемерские механизмы и ловушки» плавно переросла в лекцию весьма оживленную «Особенности жизнедеятельности местной фауны». Я понимала прекрасно, что они тоже отчасти эльфы, только немного… слепые. Но отвратительней существа я ещё не встречала, не смотря на то, что немного позже была удостоена чести познакомиться так же и с корусом. Всё равно, фалмерская морда бьёт все рекорды по мерзости. Пробираться через их поселения пришлось долго. Было потрачено немало зелий и стрел. Хотя приятные моменты в виде набитых сокровищами сундуков немного сглаживали ситуацию. Потом мы оказались в очередной пещере, на этот раз более просторной. Непонятно откуда доносились едва слышные звуки колокола или что-то в этом роде. К нашему разочарованию кроме толпы ушастых тварей и даже пауков непонятно откуда взялся центурион. Благо, пять человек спокойно справились с этим неповоротливым терминатором. — Эй, идите все сюда! Там кто-то есть! — Лидия топталась у решетчатой двери. — Кто ещё? — Довакин был явно раздражен. Не он один. Мы все изрядно потрудились в тот день и не рассчитывали после центуриона драться с кем-то ещё. — Это люди, — удивился Фаркас, открывая решетку. — Эй! Вы как здесь оказались? — Стой, — схватила его за руку. — Дай послушать, о чём они говорят. До нас стали доноситься какие-то вопли мужика и разъяренной бабы. Они орали друг на друга, упоминая что-то об исследованиях, предательстве и смертях. Видимо, это были единственные выжившие с той экспедиции. За мгновенье они набросились друг на друга, пытаясь если не убить, то покалечить. Едва барышня прикончила мужика, тут же набросилась на нас. Здесь Лидия посчитала необходимым защитить своего тана, так что нам осталось только наблюдать. Осмотрелись в поисках того, что те двое не смогли поделить. Посреди комнаты размещался весьма странный двемерский механизм, в котором явно не хватало одной детали — сферы, полученной у чудака Септимия. Едва эта деталь оказалась на своём законном месте, механизм заработал, с грохотом и скрипом выстраивая ступени и открывая проход вниз. — Нам туда. Дальше будет не легче, — сразу предупредила. — Но вот за той решеткой есть лифт. Он поднимет вас на поверхность, если хотите, — компания посмотрела на меня как на малахольную. — Раз там так опасно, но ты идешь дальше, значит, мы тем более справимся с трудностями, которые нас поджидают, — добродушно улыбнулся здоровяк.  — Понятно. Все жаждут продолжения, да? Ладно. В принципе можно остаться здесь отдохнуть, а можем найти место для ночлега там, — указала на ступеньки, ведущие в Предел. — Я не устал, — как-то тихо сообщил Вилкас. — Я тоже. И я с вами до конца, — торжественно объявил его брат. Лидия лишь равнодушно пожала плечами, а Довакин и вовсе промолчал. — Тогда пошли. По уже сложившейся традиции я спустилась по ступенькам первой. Не без усилий мы отворили огромную металлическую дверь и застыли в полном удивлении и восторге. — Во имя Исмира! Потрясающе! — пробурчал себе под нос Вилкас. — Никогда ничего подобного не видела, — прошептала Лидия. — Дамы и господа! Добро пожаловать в Черный предел, — торжественно объявила. — Здесь мы повстречаем фалмеров, корусов и даже… — Да помолчи ты уже. Дай насмотреться, — Вилкас произнес это очень по-доброму на удивление, за что был незаслуженно одарён неприветливым взглядом Довакина. Гигантские светящиеся грибы и переливающийся минералами потолок, похожий больше на звездное небо, напомнили мне, почему-то фильм «Аватар». Осуждать своих боевых товарищей за отвисшие челюсти не посмела. Это было действительно прекраснейшее место, в котором мне приходилось бывать. Мы немного осмотрелись и нашли пристанище старого ученного, занимающегося изучением алого корня Нирна. Было решено всё-таки отдохнуть, как следует, расположившись в гостях у мёртвого старика. Пока близнецы пересматривали свои трофеи, Лидия уже варила что-то у камина, а Миша рылся в записях учёного. Мне было всё ещё не комфортно сидеть в такой спокойной обстановке с остальными и делать вид, что ничего не произошло. Решила выйти наружу, где воздух не был таким спёртым, как в помещении. Легла на огромный плоский валун неподалеку от входа и принялась любоваться звездным потолком. Но побыть наедине мне не дали. — Хотя бы за Вилкаса мне могла сказать, — Миша решил продолжить семейные разборки. — Что именно? — Что между вами что-то есть. Откровенно не понимала, с чего он это взял. Ведь я не писала «Вилкас» на полях дневника и не обводила его имя сердечками. Да и с приходом Довакина мне было как-то не до него. — Ты невнимательно читаешь. — Твои дневники здесь не при чём. Я видел, как он смотрит на тебя, когда думает, что его не замечают. И я видел, как ты на него смотришь. — Как и на остальных, — продолжила всё отрицать. — Вот только не надо… делать из меня дурака, — едва не заматерился. — Ты его любишь? — А ты меня? — Если бы ты сразу рассказала мне всё, было бы гораздо проще.  — Для кого проще? — спросила с насмешкой. — Для меня! — услышав это, вопросительно на него посмотрела. — Перед тем как попасть сюда я начал встречаться с одной, — он сделал паузу, ожидая, видимо, моей возмущенной реакции. Но мне было почему-то всё ровно. — И? — Тебя это не злит? — он даже как-то расстроился. — Меня не было три года, — равнодушно пожала плечами. — Кто же думал, что мы ещё встретимся?! — Я думал. Надеялся. Ты не представляешь, как меня мучила совесть из-за неё. Из-за себя. Но потом я оказался здесь и подумал — судьба даёт мне второй шанс. Я был дико рад тебя видеть. Но ты изменилась, и я понял что больше не будет так как раньше. Да и я стал другим за те три года. Чувства уже не те. — В общем, не любишь. Миша виновато опустил глаза и не смог ответить. Я не сильно расстроилась. Он был всё ещё очень дорогим для меня человеком, но о любви не было и речи. — Ладно тебе. Не кисни. Значит, так должно быть. Тебе было предначертано вернуться на землю предков. Впереди тебя ждет интересная жизнь полна приключений. Так что, может, я и не твоя судьба. — Хотя попала ты сюда из-за меня, по сути. — А ты из-за меня. Ну и что? Акатош дал мне действительно хорошую возможность начать новую жизнь. Я его за это, конечно, ненавижу. Но что поделаешь теперь?! — подбадривающе похлопала Довакина по плечу. — Пошли лучше посмотрим, чего там состряпала твоя Лидочка, — ехидно улыбнулась. — У нас с ней ничего не было, — нахмурился. — Это пока. Но ты ведь теперь самый завидный жених всея Скайрима, — рассмеялась, и Миша улыбнулся в ответ. Напряженная атмосфера в коллективе слегка развеялась и это почувствовали все. На следующий день или ночь (не знаю, в подземелье трудно сориентироваться во времени) наша компания, находясь в хорошем расположении духа, продолжила исследовать Предел, параллельно зарисовывая его примитивную карту, чтобы не заблудиться. — Зачем этот корень красный, не помнишь? —  Миша сорвал очередное поющее растение. — По-моему, их нужно сколько-то там собрать и отнести какой-то женщине, что их выращивает, — прищурилась, пытаясь вспомнить. — В общем, ничего интересного. — А это что? — Фаркас ткнул мечом в кокон местного насекомого. Я почти успела его остановить, но куколка треснула и «бабочка» выбралась наружу. И тут понеслось: корусы, фалмеры, стоящий неподалёку центурион, проходящий мимо великан… Всё смешалось. Замертво пал последний враг, а мы уже сами едва стояли на ногах, вытирая пот с лица и залечивая раны. — Ради богов, больше ничего не трогай, брат, — умоляюще пробормотал Вилкас, вырывая стрелу из своей филейной части. — Все целы? — заботливо спросил Довакин, обращаясь к каждому из членов команды. — Тогда идем дальше. — А нам, случаем, не туда надо? — здоровяк указал на крепость в метрах ста от нас, которая освещалась той самой гигантской сферовидной люстрой. — О нет. Туда нам точно не надо. Крепость битком набита фалмерами. А вот тот шар видите? Если Миша крикнет на него, может появиться дракон, — зря я это сказала. — Тогда чего ждем?! — Довакин подмигнул близнецам. — Кто хочет увидеть дракона? — Не смешно, — покосилась на нашего героя, подозревая его в слабоумии. — Должен признать, я всегда хотел его увидеть, — скромно изрек Вилкас, едва они с братом переглянулись. — Лидия? — понадеялась на её трезвость ума и благоразумие. — За своим таном я пойду куда угодно, — доблестно выдала барышня. Впрочем, предсказуемо. — Как хотите, — скрестила руки на груди, демонстрируя всем мои намерения остаться стоять на месте. — Я в этом не участвую. Только-только волосы отросли. — Ладно тебе, — улыбнулся Фаркас и полез в свой набитый трофеями рюкзак. — На вот, шлем надень и пошли с нами, — дружески, но больно хлопнул меня по спине и направился в сторону крепости. — Будет весело, — добавил Вилкас, следуя за братом. — Хочешь всё пропустить?

***

— ФУС РО ДА! — прогремело на весь Предел. Со своих нор повылезали фалмеры посмотреть (или понюхать) кто там такой крикливый и нарушает покой постояльцев. Дракона не было видно. Уже подумала, что ошиблась, рассчитывая на то, что здесь всё будет как в игре. К тому же, со всех сторон на нас налетели фалмеры, и я побоялась, что завела собратьев в ловушку. Но рептилия, видимо, ждала, пока соберется больше народу и, наконец, явилась перед нами, демонстрируя всю свою красоту, величие и огненное дыхание. Должна признать, потомки снежных эльфов пришлись весьма кстати. Благодаря их участливой натуре с драконом было справиться не так сложно. К тому же, его зрение явно ослабло. Одному Алдуину известно, сколько он просидел здесь, находясь в постоянном полумраке. Миша поглотил душу, и все принялись рассматривать скелет рептилии. Таким довольным я Вилкаса ещё не видела. — Куда дальше? — спросил наш герой, заглядывая в самодельную карту у меня в руках. — Туда, думаю, — ткнула на башню, к входу которой вел мост. Честно говоря, не ожидала, что на этот раз мы попадём куда нужно. Ведь проверяли мы всё подряд и заглядывали, куда только можно, неоднократно оказываясь на поверхности с помощью многочисленных подъемников. — Откуда ты всё это знаешь? — наконец Лидия набралась смелости задать мне этот вопрос. — Возможно, когда-нибудь твой тан расскажет тебе. Но, возможно, ты всё равно ничего не поймёшь. Мой ответ ей явно не понравился. Смерив меня недовольным взглядом, барышня благоразумно промолчала. Главная комната, хранящая в себе Древний свиток, впечатлила всех не меньше Черного Предела. Наша компания долго её разглядывала, а потом молча уставилась на меня, ожидая, видимо, очередного зрелища. Не стала тянуть время, да и убраться отсюда хотелось поскорей. В общем, достала словарь, от балды пробежалась по кнопкам, параллельно оспаривая с Довакином логику своих действий, и, наконец, мудреный двемерский механизм заработал, открывая нашему взору гигантское стеклянное яйцо, а оно в свою очередь — Свиток. Толпа тихонько ахнула. От увиденного никто не остался равнодушным. Довольные, но усталые мы поднялись наружу, где нас встретил морозный свежий воздух. Весело обсуждая увиденное и пережитое, двинули в сторону таверны «Ночные ворота».