6 демонов Камиллы Вей

— Не могу поверить, что ты сказал это! — прошептала я, потирая лоб и прикрыла глаза. — Засунь свои очки себе в зад и умри, отродье! Я переступила через тело Кары и пошла дальше. По телу до сих пор пробегали мурашки от болезненного воспоминания, произошедшего минуту назад. Этот придурок додумался назвать меня «Карамацу-гёрл». Немыслимо! И все же… мне не стоило так бурно реагировать. Мало того, что ударила в живот со всей силы так, что он упал, так ещё и такие грубые слова сказала! Но ведь это вполне нормально. В смысле в этом нет ничего необычного: с Карамацу всегда так обращаются же. Да и я сама по себе личность довольно грубая. Но что бы там не говорили про рыжих, совесть у меня все-таки есть. Она сдавливает моё тело своими костлявыми руками и тянет назад все сильнее при каждом моем шаге. Я протяжно вздыхаю, и останавливаюсь на месте, закусив губу. Оборачиваюсь назад. Кара медленно поднимался на ноги и надевал свои солнцезащитные очки. Зачем они нужны в помещении — остаётся неясным. Я вздохнула и двинулась к нему. Он просто мне не безразличен, вот и все тут. В этом нет ничего постыдного, поэтому я с лёгкостью признаю это и принимаю. Но он такой придурок, ей-Богу. Хочется придушите его, и одновременно пожалеть, прижав к себе. — Прости, — невнятно бурчу я, а он и не думал обижаться. Припустил очки и «дерзко» улыбнулся. Во мне снова просыпается маньяк-убийца. — Не зови меня больше так! — Как скажешь, май лав, — говорит он, и моя ладонь неожиданно познакомилась со лбом. Его лбом. — И как вас — шестерняшек, Земля носит? — бурчу себе под нос, а затем улыбка, против воли, трогает губ, растягивая их к ушам. Качаю головой, растрепав его мягкие шелковистые волосы. Интересно, каким шампунем он пользуется? — Камии-чаан! — нараспев кричит Джуши, и не успеваю я обернуться к нему лицом, как меня резко уводят в сторону и я падаю в чужие объятия. Гиперактивный ребёнок, который, видимо, пытался сбить меня с ног и специально для этого аж подпрыгнул в воздух, стремительно пролетел мимо и проехался лицом по каменному полу. — Ты не ушиблась, лав? — - спрашивает меня Кара над ухом, осторожно отодвигая от себя, но все ещё держит за плечи, обеспокоенно заглядывая в мои глаза. Я коротко киваю. К щекам отчего-то прилила кровь, и я, чтобы скрыть это, ударяю его под дых. Он сгибается пополам, хватая ртом воздух, а я в отчаянии смотрю на это. — Прости, — извиняюсь перед ним уже во второй раз, и в этот раз мне реально жаль его, потому что я не собиралась бить его. Это вышло как-то на автомате. — Я этого не хотела! — Я уже давно понял, — начал он совсем уж мрачно, встав в «крутую» позу. — Любовь — это боль… — Ками-чан! — спасает меня Джуши от этого нудного и излишне пафосного диалога. Он вскочил на ноги и глупо смеялся, растрёпывая волосы на затылке, а из его носа текла кровь. Я сильно хмурюсь, сложив руки на груди. Цокаю на его внешний вид, и увожу за руку на кухню. — Ноздри зажми, — строго говорю я, так как кровь полилась на его жёлтую толстовку. Он послушно выполняет мой приказ. — Что ты хотел? — Подожди, лав, — догоняет нас Кара, и я старательно игнорирую его. Может, мне лучше стоило его посильнее ударить? — Ками-чан обещала сходить покупаться! — радостно заявляет ребёнок чуть ли не на весь дом, и после этого повисло красноречивое молчание. Вот прям настолько, что я неосознанно задержала дыхание, а странная нависшая атмосфера чего-то зловещего, начала медленно угнетать. Повисла тишина, но она продолжалась недолго. По виску потекла капля пота. — Купаться?! — возбужденно закричал Осо, внезапно телепортировавшийся за наши спины. — Я с вами! Мы разом остановились, а парни так вообще к нему развернулись. Я зажмурилась, поднимая голову к потолку. Ну за что, Ками-сама? Где я так нагрешила в своей жизни? — Сделаем много фоток, Ками-чан! — подтвердил его слова Тодо за моей спиной. Я застонала в голос. Хотелось дать им под дых всем и сразу. — Ано… А, а можно и мне? — послышался робкий голосок Чоро. — Там жарко, — подал свой меланхоличный и тихий голос Ичи. — И наверняка много тупых людей. — А че ты тогда в плавках уже?! — закричали на него братья, и я наконец развернулась. Джуши весело рассмеялся. Осомацу тоже стоял в трусах и в надувном круге, а рядом с ним миленько улыбался Тотти в лёгкой одежде. В сторонке, по разным углам, находились Ичи и Чоро. И последний, в отличие ото всех, был одет, как капуста. Будто он собрался не на пляж, а в поход в горы. — Вместе будет веселее, правда, Ками-чан! — заявляет Джушимацу, довольно оглядывая своих братьев. — Ох, — вздыхаю, устало потирая лоб. — Не знаю даже, взяла ли я с собой купальник, — театрально грустно вздыхаю. — Наверное, нет. Видимо, придётся пойти без меня. Удачно отдохнуть! — и только я хотела сбежать, но надувной круг Осо мне не дал этого сделать. Этот дибил, как знал, что я постараюсь ретироваться и встал возле лестницы. Стоял бы он на пару сантиметров подальше! Можно, конечно бы, и сбежать ещё куда, но моя комната — это самое надежное и проверенное временем место. — Ты можешь и голой купаться, — разводит руками Осо. У Чоро ливанула кровь из носа, видимо, после того, как он это представил. — Ты можешь сдохнуть, — шиплю себе под нос, прожигая его взглядом. Он усмехается мне в лицо. И мы, не сговариваясь, одновременно складываем руки на груди. Я посылаю в него молнии из глаз, а он самодовольно выпрямился и стойко принимал мой убийственный взгляд. — Ками-чан, — снисходительно выдыхает Тодо, улыбнувшись на выдохе, буквально заставляя перевести на него все моё внимание. Но я не поддаюсь: все пытаюсь научиться стрелять лазером из глаз. — Если ты не умеешь плавать, то я тебя научу! — а после этой фразы я аж поперхнулась. И что это за взгляд такой?! Вроде такой милый, но в тоже время такой засранец мелкий! — я тогда тоже не пойду, — фыркает Ичи, и уже собирается стащить с себя плавки, но, благо, его вовремя останавливают Чоро и Тодо. — Брат! — возмущённо воскликнули они, прыгая на Ичи, и повалили его на пол тем самым. Этот ком начал драться за трусы Ичимацу, а я смотрела на это в отрешенном осадке. — То есть… не пойдём купаться? — раздасованно спрашивает ребёнок, обращая на меня свои большие грустные глаза. И я плачу, запрокинув голову к потолку. Кто-то кладёт руку мне на плечо и я оборачиваюсь. Кара обливался потом и неестественно улыбался, поднимая вверх дрожащий кулак с вытянутым большим пальцем. А спереди ко мне подошёл Осомацу, толкая меня в живот своим кругом, и так же положил руку на другое плечо. — Ты же обещала Джушимацу, Ками-чан, — говорит он с садистской ухмылочкой. — Обещания надо выполнять! — Ага! — подтверждает его слова, Джуши, который обиженно дул губы и хмурился. — Я тебя ненавижу, — одними губами шепчу я самому старшему, — готовься утонуть, демон. Сегодня домой ты уже не вернёшься, — скидываю его руку с плеча и смотрю на него отрешённым взглядом, от чего он поёжился. — Иди собирайся, Ками-чан, — миленьким голоском говорит он мне, когда я направляюсь к лестнице. — Мы тебя тут подождём! Уже в своей комнате я начала рыться в сумке, в поисках купальника. Я не думала, что он мне тут пригодиться, но как хорошо, что мать настояла на этом. Она вроде говорила, что здесь должен быть бассейн. Это совсем вылетело из моей головы! Стоп… но тут же нет бассейна? — Ками-чан, быстрее! — торопил меня Джуши. — Да все я! Все мои поиски и сборы он завывал в замочную скважину, заливая о том, что ему не терпится уже искупаться… И тут меня осенило. Черт. Он наверняка подглядывал за мной! Когда-нибудь я их всех прикончу! Я сделала несколько сэндвичей, упаковала водички с полотенцами и пледом, а после мы отправились на пляж. Людей там оказалось не особо-то много, но достаточно, чтобы не чувствовать себя одиноко. Парни во все глаза таращились на людей, девушек и их женские прелести, а я брезгливо каждому раздавала по подзатыльнику. Мне честно было стыдно и неловко находиться рядом с этими грязными извращенцами. А так я могла назвать абсолютно каждого, кроме милого Тотти, который нашёл себе двух прелестных подружек и сидел, разговаривал с ними на пирсе. — Вы — идиоты, — заявляю я братьям, которые сидели вокруг меня на песке. И один только Джуши сейчас резвился в море. — Мы загораем! — возмущённо отвечает мне Осомацу, не сводя глаз с моей ложбинки. Карамацу намазался кремом от загара и теперь лежал на солнышке, в надежде стать бронзовым. Но лично я в тайне надеюсь, что от него останется один пепел и на одну мою головную боль станет меньше. — Да вы сейчас сгорите, — фыркаю я, искоса поглядывая на Ичи, который потом обливался. Он был самым бледным из братьев, и я была уверена на все сто процентов, что находиться под прямым воздействием солнечных лучей для него чуть ли не смертельно. — Ками-чан! Давай ко мне! — зазывает Джуши, махая мне рукой. Он игрался в воде с какими-то малолетками, которые были подстать его умственному развитию. — Ладно, — выдыхаю я, вставая с песка. — Пошлите, — словно они моя банда, командую я, и Ичи первый срывается. Кричит и с разбегу прыгает в воду, а затем ещё около минуты не выныривает. Над головой буквально нависла капля. — Я останусь здесь, — слышу тихий голосок Чоро, и удивленно оборачиваясь через плечо. Он сидел в своей клетчатой рубашке и штанах, прижав ноги к груди. Хмурю брови. — Да я тоже, не хочу мочится, — в сторону фыркает Кара, и нервно подрагивая носком ноги. Я подозрительно прищуриваюсь. — Уверены? — на всякий случай переспрашиваю, и они синхронно кивают. — Там буду я, — указываю на реку, и они опять же, но уже с заминкой, кивают. — Окееей, — недоверчиво протягиваю. — Если что подтягивайтесь… Ой! — Хорош болтать! — Осомацу! — злостно выкрикиваю я, так как этот идиот закинул меня на своё плечо. — Отпусти меня немедленно! Ау! Я же тебе руки поотрываю! — угрожаю, так как он шлепнул меня по заднице, а затем по-извращенски засмеялся. В этот день было сделано много фотографий: как плохих, так и не очень, на некоторых я даже пыталась утопить братьев Мацуно в количестве двух штук. Первый по старшинству брат постоянно подкатывал и пытался стянуть с меня лиф, а второй брат и сам прекрасно справлялся с задачей утопленника, разве что я просто не бежала ему на помощь. А так же меня саму не раз пытались утопить — Джуши буквально запрыгивал на меня и не давал мне всплыть, угорая над чем-то и даже не осознавал, что я вот-вот могу отключиться. А бедный Ичимацу лежал на берегу, омываемый волнами. Его почти мог схватить солнечный удар, если бы он ещё немного просидел под солнцем. Но все же оно было с ним беспощадно и сейчас, когда мы голодные и уставшие, идём домой, он оказался единственным, кто обгорел из нас всех. У бедняжки и так все болело, а злобный Осо и тупой Кара постоянно так или иначе дотрагивались до его поврежденной кожи. — Ничего, — улыбаюсь я кошатнику, невесомо прикоснувшись к его плечу, — сейчас купим какой-нибудь лосьон и я тебя обмажу дома. — О нет, Ками! — воскликнул Осо, хватаясь за плечо. — Кажется я тоже обгорел! У меня так болит спина, она вся красная! — и показывает пальцем на свою совершенно не загорелую спину. — вот здесь? — тихо спрашивает Ичи, и со всей силы, чуть ли не на световой скорости, ладонью бьет его спине. Первый брат кричит, и пытается дотянуться до своей левой лопатки. И тут же параллельно удару Ичимацу, Джушимацу тоже оставляет свой отпечаток на спине брата, а затем смеётся и делает невинный вид, что он здесь не при чем. — О да, Осо, — с видом знатока, поднимаю брови, — у тебя тут загар как чьи-то руки. — Чтоб вас, — прошипел он себе под нос, обиженно косясь в нашу сторону. Довольный и отомщенный за себя Ичимацу, гордо шёл вперёд и усмехался. Я послала старшему дибилу воздушный поцелуй. — Зайдём к Чибите? — предлагает Тодо. — Я бы сейчас не отказался от пива, — расслабленно соглашается Чоромацу. Его все же мне удалось затащить купаться. И после водных процедур, он казался умиротворенным и отдохнувшим. У меня даже сердечко радовалась, наблюдая за ним. Казалось это единственный день, который он не провёл в стрессе. А на его губах была лёгкая улыбка, наблюдая за закатом дня. — Я за! — воскликнул Осо, подтягиваясь. — Думаю, мы с Джуши лучше домой пойдём, — говорю я, растрепав мокрые волосы ребёнка. Он буквально спал на ходу и еле передвигался — настолько он устал резвиться за целый день. — Уверена? — спрашивает Осо, приподняв бровь. Как ни странно, он даже не начал меня уговаривать и уже, видимо, про себя согласился с моим решением. — Ага, — выходит с зевком. Потираю глаза. Я и сама за сегодня нехило устала. — Окей, — закинул старший руки за голову. — А ты? — обращаюсь к Ичи. — С нами? — Угу, — кивает. Мы зашли купить лосьон после загара, а затем и к Чибите, чтобы оставить там братьев и я заодно взяла с собой еду на вынос, потому что дома страсть как не хотелось готовить. Денег заплатить у меня конечно нет, поэтому я оставила эту задачу на братьев. А они уж там как-нибудь сами разберутся. Карамацу в итоге вызвался пойти с нами, потому что Джуши заснул за стойкой у Чибиты и кто-то должен был отнести его домой. Ичимацу и сам залипал практически, и он чисто физически не осилил бы это дело. И когда Кара закинул младшего на плечо, Ичи шёпотом поклялся убить его, если Джуши хоть как-то пострадает. И с одной стороны это было мило, потому что четверка заботился только о своих кошках. По прибытию, Кара отнёс пятого брата в спальню, и пока он возился с ним, я быстро сбегала в душ и после накрыла на стол. Мы втроём тихо поели — никто даже не пытался ни с кем заговорить, — и затем переместились в зал. Кара сидел на кресле, а мы с Ичи расположились на диване. Четвёрка блаженно прикрывал глаза, когда я начала растирать его спину холодным лосьоном. И когда я закончила, он медленно поковылял в свою спальню, вспомнив, что ему надо покормить и погладить своих котов, который весь день были без его ласки. Я устало завалилась на диван, и начала пялить в телек. Меня начало клонить в сон, но у меня не было ни сил, ни малейшего желания вообще двигаться. — Эй, Кара, — зову его тихо, так как на большее не способна. Он с первого раза услышал меня и тут же повернул ко мне свою голову. — Лав? — Отнесёшь и меня в спальню? — спрашиваю по-детски миленьким голоском. — Хорошо, — улыбается, вставая на ноги. Он наклоняется торсом, осторожно просовывает руки подо мной и легко поднимает. Я тут же кладу голову ему на плечо и прикрываю глаза. Я слышу, как бешено бьется его сердце, и в нос ударяет запах морской волны. Он не спеша идёт к лестнице, чтобы не растрясти меня и лишний раз не тревожить. Потому что для него это по-мужски. В его стиле. Прежде чем войти в мою спальню, он мнётся у моей двери, не решаясь зайти в женскую обитель. А затем еле-еле открывает дверь, уже торопливо идет к кровати, и мягко кладёт меня на неё. Заботливо укрывает одеялом, и я тут же блаженно укутываюсь в него. Сознание постепенно начало засыпать. И может это уже был сон, или случилось на самом деле, мне показалось, что Кара на секунду задержался подле меня, чтобы убрать волосы с моего лица. — Весело сегодня было, — говорит он, тихо. — Я рад, что ты с нами, Камилла… И я ничего не отвечаю на это, потому что сон завладел мной полностью.