Фортуна

– Сегодня божество сотворило настоящее чудо, – делился за обедом Андрей событиями первой половины дня. – Неужели? – поинтересовался Тимур. – И какое? – Ну, ты помнишь, как Маринка картофелины в землю зарывала? – Такое разве забудешь? – усмехнулся Тимур. – По хребтине чуть не получила и меда не дали. – Потом они ходили смотреть на листочки-цветочки, – напомнил Андрей. – Ей Женька еще рассказывал, что и ягоды есть нельзя. Тим кивнул, демонстрируя, что все помнит и ждет продолжения рассказа. Сегодня для рытья картофеля Николаич созвал половину «личного состава». Наконец, у нас было столько овощей, что Андрюха перестал трястись над каждой морковкой. Горох хомячок вообще высаживал по графику, чтобы примерно четыре раза в год собирать. Оказалось, что нашим принесенным из другого времени плодам здешний климат понравился. Даже зимой та же морковка прекрасно росла. – Сегодня Маринка с божеством снова пошла на огород и выкапывала под чутким руководством плоды, – тем временем продолжал Андрей своё повествование. – Она же не дура, помнит, что в ямки клала по одной картофелине, а когда стали рыть, оказалось, там их много! Гораздо больше, чем было до этого. – Вот это чудо, – хмыкнул Тим. – Бог, ты, как всегда, не подкачал. Может, и мне научиться на гитаре играть? Тоже стану божеством. – Запросто, – не стал возражать Женька. – Давай, как начнутся дожди, устроим занятия. – Вначале сделаешь из древесины фанеру, лобзик у нас имеется, клей сваришь. Потом соберёшь новую гитару, на ней и будешь учиться, – оборвал порыв Тимура командир. – Да как я ее соберу... а струны из чего? – опешил от поставленной задачи Тим. – Сделаешь маленькую. А на струны раньше жилы животных пускали, – категорично заявил командир. – Николаич, а проще никак нельзя на этот Олимп к богам попасть? – развеселился Тимур. – Пожалуй, я займусь гитарой, – прервал я любимого. – Давно думал, что тебе на День Рождения подарить. Сюрприза не получится, но зато подарок будет хорошим. Парни разом притихли. Как-то мы себя не особо баловали подобными «предметами роскоши». Тим же вечером мне долго расчесывал волосы. Перебирал пряди, замысловато заплетал. – Я так полагаю, что у нас будет долгая ночь любви? – шепнул я Тимуру. – Со сменой ролей, – заверил любимый. Как правило, вечером топом был я. Но если Тимке хотелось поменяться, то никогда не возражал. В этот вечер Тим начал еще в бане. Как обычно, отымел меня немного грубо и энергично. Второй раз этот самец овладел мной уже в спальне. А я специально дождался, пока Тим кончит, незаметно пережимая себе основание члена, и уже потом опрокинул это похотливое животное на спину. Целовал, вылизывал, возбуждал языком. И только потом вошёл. Тим стонал и изгибался в такт моим толчкам. Пришлось постараться, чтобы любимый после предыдущих оргазмов кончил еще и со мной. – Ну, наконец-то, можно теперь и поспать, – послышался ворчливый голос Николаича. Все же звукоизоляция в нашем домике так себе. Действительно, пора каждой семье по отдельному коттеджу строить. Эту тему Николаич вскоре озвучил. – Мы следующим летом никуда не поплывем? – уточнил «план мероприятий» Тимур. – Нет. Построим дома и только потом отправимся к первобытным. Думаю еще детишек у них выменять. Мы как-то все разом онемели. Нам и Маринки за глаза хватает. А тут еще детишки в перспективе. И не в единственном числе. – На кой? – высказал я общее мнение. – Чтобы в старости было кому воды подать, – буркнул командир. И снова ни у кого не нашлось слов, чтобы возразить. Каждый из нас подобные мысли гнал из головы. Конечно, пока мы молоды и здоровы. Но Николаич прав на все сто. – Детей нужно совсем маленьких брать, – начал рассуждать вслух Женька. – Учить проще. – Мы с Андрюшкой уже решили, что присмотрим для себя пацанчика в стойбище, – вздохнул Николаевич. – Женя, а мы, может, девочку возьмем? – подал голос Лёвочка. – Как-то я пока к такому не готов, – вопросительно посмотрел на меня Тим. – Аналогично, – заверил я. – Но отдельные дома будем строить, – подвел итог собрания Николаич. Повезло мне с помощницей. Маринка так терпеливо готовила цементную смесь, что даже моего присмотра не требовалось. Так что я спокойно занимался возведением стен. Усовершенствовал свой «уровень». И вообще обзавелся более цивильным инструментом. Обычно партии кирпичей, что доставали из печи, мне хватало на два ряда. Но постепенно стены поднимались. Высоту мы планировали чуть выше роста Николаича. Подпол и личный подвал пока только обозначили. Этим можно заниматься, когда крыша будет готова. В очередной раз, пока ждали, пока остынет партия кирпичей, Николаич предложил сходить на разведку вокруг озера. А то скоро мамонты вернутся, и мы опять никуда не пойдем. Сменить обстановку и немного развеяться захотелось всем. Маринка, может, и не поняла, куда это мы сорвались, но свою поклажу добросовестно волокла. Я ей небольшую сумку из обрезков кожи пошил. Она в неё обычно брала закуску, если уходила работать на пляж к Женьке. Так оказалось спокойнее. Это снова наш штатный психолог поработал. Маринка сумку без присмотра не оставляла. Там же еда! А значит, и сама никуда не лазила. Опять же по причине того, что таскать сумку несподручно. Все, что ей выделял Андрей, она не съедала, но прилежно носила с собой этот «ридикюль». Мы же сложили в рюкзаки нехитрые запасы и бутылки с водой. Обернуться хотели в течение одного дня. Ночевать в незнакомом месте точно не стоило. Так что на рассвете вышли и отправились вдоль озера, обходя его по южной стороне, той, что ближе к побережью. Уже когда рощица пальм осталась позади, Николаич внимательно осмотрел округу в бинокль. Тим, что взял свою снайперку, тоже огляделся и присвистнул. – И чего? – поинтересовался Женька. – Не чего, а кого, – поправил Николаич. – Зверья там немерено. – Бизоны? – И не только. Вон, глянь, чуть левее двух высоких деревьев, – передал Николаич бинокль Женьке. – Только что кто-то кого-то словил. Еще пару часов мы двигались вдоль кромки воды. Тим, что внимательно разглядывал следы, уверял, здесь те не очень свежие и только от крокодилов. Почему остальная живность обитает на другой стороне озера, мы узнали, когда подошли к глубокой расщелине. Вода из озера вытекала небольшим водопадиком. Возможно, во время ливней «напор» бывает сильнее, но в данном случае ручей еле журчал. – Интересно, а как мамонты на нашу сторону перебираются? – разглядывал с недоумением Лёва острые скалистые выступы. Тим же, что смотрел больше под ноги, чем по сторонам, тут же ответил: – По воде. Здесь не очень глубоко. Видишь, чуть дальше продолжение тропы на другом берегу. – А мы как? – А мы никак, – констатировал я. – В воду не стоит соваться, скалы слишком уж неприступные. – Здесь невысоко, – возразил Женька. – Местами не больше шести-семи метров. – Но навернуться можно запросто, – не оценил я Женькин порыв. – Вот и ответ, отчего вся живность на той стороне озера, – подвел итог Николаич. – В общем, пора перекусить и идти обратно домой. – Интересно, а почему те же бизоны не воспользовались путем, что выбрали мамонты. Для них, получается, глубоко? – проявил любопытство Лёва. – Скорее не видят смысла покидать хорошее и сытное пастбище, – ответил Николаич. – Да и мамонты именно туда ходят. Но могу предположить, что если бы мы начали обходить озеро по северной стороне, тоже наткнулись бы на какой-то естественный барьер. – Можно взять нашу лодку, притащить на озеро, – продолжал рассуждать Женька. – И для чего? – не поддержал эту идею Николаич. – Мы не голодаем. У себя почти всех хищников извели. Новые к нам не суются. Так что, закончив с перекусом, отправились домой. У нас и так дел хватает, да ещё стройка ждет. На первый домик мы потратили почти четыре месяца и тут же приступили к закладке следующего. Предполагалось, что дома у нас встанут в ряд. Свяжем их каменным забором так, чтобы тыльная сторона домов тоже служила ограждением. Лицевая сторона домов смотрела на юг. Здесь же были окна и двери. Общее помещение получилось примерно четыре на шесть метров. Внутри еще перегородим на две половины, но уже деревом. Большего размера дома мы пока позволить себе не могли. Но даже с учетом того, что парни возьмут себе воспитанника, внутреннего пространства вполне должно хватить. Наш общий дом так и останется местом вечерних посиделок. Когда начались дожди, большую часть времени мы стали проводить внутри дома, занимаясь мелкими делами. Маринка уже перестала заглядывать в каждый закуток и радостно восклицать. Женька научил девушку плести корзины, и она с этим успешно справлялась. Самое интересное, что более мелкую работу у нее не получалось выполнять. – Моторика не развита, – констатировал Николаич. – Помню, своих пацанов в детский сад водил, так воспитательница специально акцентировала внимание на том, как важно ребёнку лепить из пластилина, развивая чувствительность пальцев. То, что мелкие вещички у Маринки не получается делать, мы давно поняли. Да и не старались привлечь ее к подобной работе. Это Тим у меня готов целыми вечерами вязать крючком. Они с Лёвочкой обычно спорили на тему, что лучше: вязаная вещь или тканое полотно. Николаичу и Олегу обычно было начхать на спор. И пока у нас была крапивная кудель, они привычно крутили нитки. На самом ткацком станке работал не только Лёва, но и Женька. Я с Ильей обычно выделывал кожу, а Андрюха шил. К зиме всем парням он штаны изобразил. Для сшивания деталей одежды использовались шелковые нити. Маринка, когда эту обновку увидела, долго приставала к личному божеству с вопросом, в чём она так провинилась, что ей штаны не дали. Понятия, что у «девочек» и «мальчиков» должны быть разные вещи, наша первобытная подружка не имела. Оттого штанишки вскоре получила. А еще Лёва решил, что единственную даму нужно поощрять украшениями. Он сам на берегу насобирал мелких ракушек, дырочек в них насверлил. Но нанизывать ожерелье на нить стал Илья. Он же Маринке и подарил. Вот удивительно, как она сразу смекнула, что это для украшения? Может, видела, как я Тиму фенечки из кожи плел и сообразила, что мелкие вещички пусть и не несут функционального назначения, зато смотрятся красиво. Я же потихоньку собирал гитару в подарок Тиму. Кстати, Николаич сам был не рад, что поднапряг меня к этому делу. Я вспомнил, что кроме клея еще и лак неплохо бы получить. Хорошо, что среди нас имелся художник. Лёвочка сразу заявил, что нужен шеллачный лак, и он даже в курсе его компонентов. Мол, там все просто: смола какого-то дерева и спирт. Насчет нюансов самой смолы Лёвочка не знал. Но точно не хвойные породы. А вот про спирт он был уверен. Мы давно собирались это дело замутить. В общем, пока Николаич собирал самогонный аппарат, ковал трубку (вначале вокруг ломика) и загибал ее, я экспериментировал с покрытиями. Олег советовал использовать еще воск для грунтовки. Женька категорично заявлял, что тот воск нужно тщательно очистить и желательно тем же спиртом. Андрюха в споры по поводу лаков и грунтов не вступал. Но бражечку уже поставил. Маринка было сунула нос в емкость и потом пыталась доказать Андрею, что продукт в этой посудине с «истекшим сроком годности». Запах, конечно, был соответствующим. А первые полученные порции спирта так воняли сивухой, что их только на лак для музыкальных инструментов и пускать. Но следующие пол-литра спирта мы употребили по прямому назначению. В смысле, внутрь. Образовался достойный повод. Николаича зубная фея посетила. Он сам не поверил, когда ему Андрюха сообщил, что на месте вырванного клыка вырос новый. Командир за всеми этими хлопотами на себя внимания не обращал. А тут такой сюрприз! В общем, водочки мы испили. Потом громкие хоровые пения устроили. Утром, как и положено, все с головной болью бродили, пугая Маринку. На том решили и закончить. Отныне спирт – только на медицинские цели. Иначе никакой работы. Между прочим, лак я получил. Долго думал, как ту смолу в спирте растворить. По идее, подогревать нельзя, спирт испарится. Потому в один из кувшинчиков засыпал измельченную и просушенную смолу. Налил туда спирт, плотно закрыл, потряс и оставил. Еще несколько дней взбалтывал, пока не понял, что, наверное, смола больше не растворится. Тогда уже отфильтровал. На небольшой деревяшке опробовал свой лак. – Да, это лак! – мечтательно закатил глаза Лёва. – Потом себе в доме мебель с лаковым покрытием сделаем... Андрюха аж поперхнулся и сообщил, что финики переводить не даст, и остальные продукты тоже. Если найдем альтернативный продукт для перегонки спирта, то пожалуйста, а так можем только мечтать. – Ладно, пока помечтаю, – согласился Лёва. А я презентовал любимому на День Рождения шикарную по нашим меркам гитару. Если Тимур хочет на Олимп взойти, то я этому поспособствую.