Глава 10. Возвращение блудного сына
7 марта 2020 г., 18:01
— Даже и не знаю, что сказать. — Я знаю. С возвращением, приятель. Сверхъестественное (Supernatural)
Утром после сытного завтрака — домовики постарались на славу — пятнадцать бывших студентов Хогвартса наперевес с чемоданами были взволновали и взбудоражены — их ожидало путешествие на волшебный Остров! Сейчас они находились в холле замка и делились своими эмоциями, высказывали предположения о предстоящих соревнованиях. — Если бы я успел за это время найти работу, — говорил Симус Дину Томасу, — я бы ее точно бросил ради такого. — Мы уже слишком долго здесь торчим, — устало произнесла Джинни. — Сколько можно? — Ты что, успела уже устать? — поддела ее Ханна Аббот. Руководителей и правда не было довольно-таки долго. И Джона Райта тоже. Но тому была причина — несогласованность в преподавательском составе и жаркий спор в кабинете Дамблдора, о чем, конечно же, даже и не догадывались бывшие студенты Хогвартса. Директор в очередной раз всплеснул руками, не зная, как угомонить своих подчиненных. — Дамблдор, это полное безумие отправлять непонятно куда своих, пусть и бывших, студентов! — громогласил Аластор Грюм. — Кроме того, я не могу позволить Тонкс отлучиться на целый месяц. Она нужна нам в аврорате. — Нимфадора недавно была ранена, — пытался уговорить его Альбус. — Девочке следует отдохнуть. — Я в порядке, — вяло отозвалась Тонкс. Она всей душой рвалась на Остров, но понимала, что ее долг быть сейчас в Министерстве. В волшебном мире происходило черт те что. Поэтому она заняла нейтральную позицию, не вставая ни на чью сторону и не высказывая ничего категоричного. — Северус, ну хоть ты-то не передумал? — со вздохом спросил директор. — Мы не можем отправить студентов без сопровождающих. От нашей школы их должно быть двое, так мистер Райт? Джон, смущенный переполохом и стычками среди преподавателей, все же утвердительно кивнул, но предпочел не вмешиваться. Ему с лихвой хватало злобных взглядов, которыми одаривал его одноглазый аврор. Казалось, он смотрел ему прямо в душу, да что там — прожигал ее изнутри! — Мне все равно, — вяло отозвался Снейп, пожав плечами. Он сидел на стуле, блуждая отстраненным взглядом по кабинету директора, время от времени задерживаясь на незначительных предметах интерьера. Северус увидел творение Риты Скитер — «Жизнь и обманы Альбуса Дамблдора» — книга стояла на самом виду, в стеклянном шкафчике, но у зельевара не было сил на удивление, почему же директор ее хранит как что-то ценное и не выкинет? — Хорошо, что так. Значит второй сопровождающей будет Минерва МакГонагалл, — тоном, не терпящим возражений, произнес директор и устало опустился на стул. — Я?! — скорее оскорбленно, нежели удивленно воскликнула замдиректора. — Альбус, за что ты так со мной? Я служила тебе верой и правдой много лет. Ты хочешь, чтобы я раньше времени ушла на покой? — Ни в коем разе! — раздраженно произнес директор. — Но я тут еще пока главный. Студенты вот уже двадцать минут ждут в холле, а мы до сих пор не можем определиться, кто же станет их сопровождать. — Нам и правда уже пора, — вклинился в разговор Джон, подливая масла в огонь. Но все же он смиренно сидел на стуле, терпеливо ожидая, когда же все решится. — У нас что, нет кандидатур помоложе? — взвинтилась Минерва. — Люпин? Альбус Дамблдор развел руками и целиком опрокинул в себя чашку остывшего чая. — У всех уважительные причины. Синистра, например… — Стой, Альбус, — перебил директора Грюм. — Я могу вместо Тонкс прислать отличную кандидатуру! Минерва МакГонагалл с облегчением выдохнула. — Кого же? — спросил директор. — Время поджимает, Аластор. — Отличная кандидатура, — неестественно и как-то слишком бодро произнес Грюм, повторившись и не спеша называть имя. — Мерлина ради, — не выдержала МакГонагалл, теребя в руках волшебную палочку. — Кто же это, Аластор? — Э-э, — Грюм почесал редкую рыжую бороду и произнес: — Патрицию Рейкпик. Присутствующие удивленно воззрились на аврора. Минерва МакГонаггал, казалось, была оскорблена до глубины души, директор выглядел искренне удивленным, и даже Северус Снейп внезапно вышел из анабиозного состояния и дернулся. — Ого, — присвистнула Тонкс. Находящийся в кабинете директора Джон Райт один не понял, в чем дело. — Но разве она работает не в Гринготтсе? — мягко уточнил директор. — К тому же, мы можем отсылать в качестве сопровождающего только сотрудника Хогвартса, верно, мистер Райт? — На самом деле, вы можете отправить кого угодно, кому доверяете, — к неудовольствию директора сказал Джон. — Главное, оформить это письменно. — Кингсли переманил ее, когда начались эти временные колебания. Она перешла работать к нам совсем недавно в Отдел Магического правопорядка, — ворчливо стал объяснять Аластор Грюм. — И уже успела стать занозой в… в смысле, проявить себя очень активно и с хорошей стороны. Все знали, что Грюм не любил инициативных сотрудников, которые ему мешали работать, а точнее — ставили палки в колеса своими смелыми выходками. Только он один имел право на неординарность и эксцентричные поступки. — Разве резонно тогда лишаться такого ценного сотрудника? — лукаво глядя на аврора, спросил Дамблдор. — К тому же, почему ты уверен, что она согласится? — Это же ненадолго, — прокряхтел Грюм, оглядывая присутствующих. — Мы разберемся с этим временным колебанием, и Тонкс отправится на Остров. Ей будет интересно там. — Альбус, — Минерва МакГонаггал встревоженно посмотрела на директора, — я готова отправиться с учениками, лишь бы не… — Поздно, Минерва, — решительно сообщил директор, вспомнив свою рыжеволосую любимицу с факультета Гриффиндор. — Я уважаю твой выбор и прекрасно понимаю, что тебе тоже нужен отдых. Что ж, я согласен, Аластор. Попроси мадам Рейкпик навестить меня.***
Северус Снейп хлопнул дверью директорского кабинета и направился к студентам, ожидающим его в холле замка. Лицо его выражало гнев, походка была решительной, мантия развевалась пугающе и во все стороны, а глаза обещали каждому, кто осмелится встретится с зельеваром взглядом, мучительную и долгую смерть, как в лучшие его годы преподавания в Хогвартсе. Джон Райт с трудом поспевал за ним. — Ого, — только и воскликнула Панси, увидев своего декана в бешенстве. А Гермиона была, наоборот, счастлива. Если Северус Снейп мечет глазами молнии, значит он находится в своем привычном состоянии. Возможно, разговор с Тонкс возымел свое действие, и та поговорила с ним о магловских успокоительных, о том, что эти средства не выход. — Всем заткнуться! — рявкнул Снейп еще издали, и бывшие студенты все разом притихли. — Профессор Снейп, портал во дворе, — напомнил Джон Райт, подоспев как раз вовремя, чтобы разрядить напряженную обстановку. — А где профессор Тонкс? — решила поинтересоваться Хлоя Рэй, несмотря на убийственный взгляд зельевара. — Дора, то есть, профессор Тонкс, присоединится к нашей команде чуть позже, — пообещал Райт и указал на входные двери замка. — Давайте пройдём все во двор.***
— Он исчез, — внезапно схватился за грудь Салазар и обвел других основателей испуганным взглядом. — Ты хотел сказать, «она»? — уточнил Годрик Гриффиндор. — Твоя совесть? Но ведь она уже давно исчезла. Ровена бросила на Годрика сердитый взгляд и подошла к Слизерину ближе, положив ему руку на плечо и наклоняясь ближе. — Что случилось? — тихо спросила она. — Ты про крестраж? — Он самый! — громко взвыл Салазар. — Я его уже больше не чувствую. А что, если его уничтожили?.. Ответом на его восклицание было молчание — никто не знал, как успокоить Слизерина. Вероятность того, что крестраж был уничтожен действительно имела место быть — что зря отрицать и давать Салазару ложную надежду? Но всё же Хельга обладала добрым сердцем и потому утешительно произнесла: — Всё не так уж и плохо. Мы пока не знаем, может быть, он просто переместился в другое место? Ты же хуже чувствуешь его на далеком расстоянии? — Вовсе нет! — злобно рыкнул на нее Слизерин. — Я его отлично чувствую на любом расстоянии. Но тут он как будто… просто растворился, понимаете? — негодовал волшебник. — Всё это очень странно, — отозвался Гриффиндор, немного посерьезнев. — Для тебя что, действительно так важен этот осколочек твоей жалкой душонки? Ну хочешь, сделай себе еще парочку! — Годрик! — с укором взглянула на него Хаффлпафф. — Ну а что? — хохотнул тот. — Зависни на дыбе, — пожелал Салазар Гриффиндору и встал с дивана гостиной факультета, названного в свою честь. — Пойду прогуляюсь к Чёрному озеру. Завывания гриндилоу как раз то, что может успокоить мои душевные страдания. Как только он вышел, Ровена тяжело вздохнула, проводив его грустным взглядом. — Очень странно, что в летний период по школе ходят студенты, вы заметили? — поделилась наблюдениями Хельга, поежившись от холода подземелий. — Да, я тоже их видел, — хмыкнул Годрик. — Возможно, у них какие-то летние отработки? — Я была свидетелем их отъезда, — кивнула Ровена, поправляя волосы. — Наверное, отправились домой. Замок опустел. — Тут еще куча всяких людей и существ, — отмахнулся Гриффиндор. — Вон одних только домовиков сто штук. — А вам не кажется, что их отъезд связан с исчезновением крестража? — предположила Хаффлпафф. Годрик и Ровена задумались.***
Рон брёл среди ночи, злясь на себя, свой характер, а еще больше на Беллатрикс. Неужели его друзья были правы насчет Лестрейндж — ей нельзя доверять? Уизли нервно усмехнулся своим мыслям. Ну, конечно, ей нельзя доверять. Убийца со стажем, пожирательница смерти, фаворитка Того-Кого-Нельзя-Называть («Уже можно», — поправил сам себя Рон), сколько ещё скелетов у нее в шкафу? Откуда взялась эта Дельфини — он так и не понял, зато точно почувствовал нарастающую беду. Дочурка Беллатрикс была ничем не лучше мамаши — еще более взбалмошной и сумасшедшей. Она чуть не прикончила его авадой, как только узнала, что он носит фамилию Уизли. Неужели любовь настолько ослепила его, что он перестал видеть очевидные вещи? Или это не любовь — страсть, одержимость, стокгольмский синдром? Рон не знал, что это. Он чувствовал до сих пор влечение к Беллатрикс, но чувство самосохранения дало о себе знать с невероятной силой. Конечно, риск быть убитым давно уже присутствовал в его жизни, еще с первого курса обучения в Хогвартсе, поэтому сбегая с пожирательницей он сознательно рисковал — ее увлеченность им компенсировала страх быть пойманным аврорами. Она заверяла его в своей любви и многое делала для того, чтобы они были вместе. Рон это оценил, бесстрашие и жертвенность его новой пассии его восхищали и ослепляли, не давая узреть самого главного — что бы он ни делал и каким хорошим бы ни был, ему не стать лучше Волдеморта. Оказалось, что Беллатрикс успела даже родить этому монстру дочь. Когда? Не важно. Видимо, давно, раз эта Дельфини была его возраста. Факт оставался фактом. Угроза надвигалась, и Рон сомневался, что останется жив к следующему утру, хоть Беллатрикс и запретила своей дочурке его убивать. Сегодня запретила, а завтра разрешит — Рон впервые в жизни так сильно испугался за свою жизнь. Даже во время битвы за Хогвартс не было так страшно. Там он был с друзьями, чувствовал их поддержку, а сейчас остался совершенно один и вынужден был действовать самостоятельно и решительно. Именно поэтому он вскочил среди ночи, наколдовал заглушающие чары и вынырнул из бунгала. Сбежал от угрозы. Он должен добраться до границы, а там попробовать аппарировать. Он никогда не совершал межконтинентальную аппарацию, но знал однозначно одно: он готов рискнуть, чтобы поскорее вновь оказаться в Британии.***
Джордж протирал тряпкой стаканы, когда послышался странный хлопок. Ему показалось, что шум шел с кухни, и потому позволил себе ненадолго отойти от барной стойки и заглянуть в святая святых — именно здесь готовились неповторимые закуски и уникальные по составу коктейли. — Дред? — позвал он брата слегка настороженно. Рыжая макушка близнеца тут же появилась из-за кухонного шкафа. — Звал меня, братец? Я тут немного занят… Этот наш новый коктейль «Хагридов соплохвост» то и дело плавит наши стаканы. Я заказал новую партию из более прочного стекла, ты не волнуйся, завтра привезут. Джордж кивнул, все еще настороженно осматривая кухню, но услышал, как зазвенел звоночек, ознаменовавший нового посетителя в баре. Неужели хлопок аппарации ему послышался? — Мне, пожалуйста, что-нибудь, чтобы смочить горло, — за барную стойку сел человек средних лет совсем непримечательной наружности — на нем была будничная черная мантия, вид уставший. — День не задался, а, дружище? — как обычно весело начал общение с клиентом Джордж и плеснул в стакан смородинового рома. — Можно и так сказать, — раздосадованно кивнул посетитель и опрокинул стакан, сморщившись. — Можно сливочного пива? Джорджу показалось странным — пить сливочное пиво после горячительного крепкого напитка, но хозяин — барин. Рыжий достал с полки бутылку и тут же откупорил, привычным жестом послав ее по стойке. Посетитель перехватил бутылку, не дав той разбиться, и тут же к ней присосался. Бар был практически пуст — в будние дни посетителей было в разы меньше, чем в выходные. Конечно, были и завсегдатаи, да и те, кто любил посидеть у Уизли ради необычной атмосферы и теплого отношения хозяев. Но такие забредали днем. У ночных посетителей всегда были какие-то проблемы в семье или по работе — они приходили, чтобы пожаловаться на судьбу и опрокинуть стакан-другой. Сейчас перед Джорджем находился представитель этой категории. — Поссорились с девушкой? — продолжил Джордж ненавязчивый разговор. Близнецы любили поболтать, и были рады, если посетители просто отводили душу в их заведении. Новые клиенты перерастали в постоянных, а постоянные клиенты — это прибыль. — Дело в другом. Я не знаю, как поступить, — охотно начал делиться наболевшим посетитель. — Всё так сложно. — Можете смело рассказать мне, — улыбнулся Джордж и встал напротив мужчины. — Мы с братом не из болтливых, да и запомнить все истории не представляется возможным. Так что не стесняйтесь. Вам станет легче, а мне все равно пока делать нечего, мы закроемся только через три часа. В баре было уютно, мужчина, прежде чем начать изливать душу, оценивающе оглядел обстановку — многие украшения и атрибутика перекочевала сюда из магазина «Ужастики Умников Уизли». — Примерно так я и представлял ваш бар, — внезапно в ответ Джорджу улыбнулся мужчина. — Правда? Вам здесь нравится? Кто вам порекомендовал это место? — Мама меня не простила и не простит, — внезапно сказал посетитель и затяжно глотнул из бутылки сливочное пиво. — Э-э, друг, все в порядке? — растерялся Джордж, теряя нить разговора. Он привык к странностям, но сейчас ему показалось, что душевная рана посетителя гораздо глубже и серьезнее тех, с какими он привык иметь дело. — Она верила в меня, а я ее расстроил… Предал вас и друзей. Огорчил всех на свете. Самое главное, что теперь я должен скрываться, иначе меня ждет Азкабан, а то и поцелуй дементора. — Р-Рон? — неуверенно прищурился Джордж, пытаясь разглядеть в начинающем седеть мужчине своего брата. — Это ты? Посетитель воззрился на него щенячьим взглядом, а затем зашелся в глухих рыданиях. Джордж раздумывал лишь секунду. Он перемахнул через барную стойку и тут же оказался возле младшего брата, обхватывая того за плечи и громко позвав с кухни Фреда.***
— Мы решили выделить вам тот же корпус в Учебном городке, в котором вы проживали в прошлый раз, — радушно объяснял Райт, запуская бывших студентов в двухэтажное кирпичное здание. — Соревнования начнутся только завтра. Сегодня день регистрации участников, необходимо соблюсти все формальности. — А много нас тут таких? — громко поинтересовалась Панси Паркинсон. — Это вы узнаете завтра, — хитро улыбнулся куратор. — Так не честно, скажите! — Ну хоть намекните! — послышались возгласы молодежи. — Ну ладно, ладно, — сдался Райт, который не мог устоять напору возбужденных возгласов и любопытных взглядов хогвартцев. — Участвовать будут все школы, с которыми у нас есть договоренность. — И много таких? — не осталась удовлетворенной ответом Паркинсон. — Много! — громко ответил Райт, все же не желая раскрывать все карты раньше времени. — Располагайтесь. Профессор Снейп, нам с вами нужно в Треугольный зал — оформить бумаги. — Конечно, — сквозь зубы процедил зельевар и, окинув напоследок шумных студентов, последовал за Райтом. — Вам будет предложено другое место. Мы расширили дом для преподавателей волшебных школ — теперь это трехэтажное длинное здание в самом конце Учебного городка. Каждому преподавателю персональный номер со всем необходимом, правда, кухня осталась общей, да и зачем она, здесь же отличная столовая, — улыбнулся Джон. — Хорошо, — кивнул Снейп, которому на самом деле было абсолютно все равно. Все его мысли были заняты более насущными делами. Ему было о чем волноваться, поводов было хоть отбавляй — ссора с мисс Грейнджер, натянутые отношения с дочерью, нагрянувшая ответственность за совершеннолетних волшебников, бывших студентов, странные происшествия и волшебные колебания времени в Британии, неожиданно свалившаяся новая головная боль — Патриция Рейкпик. И как только директор позволил этой взбалмошной особе стать сопровождающей студентов? Разве можно было доверять этой одержимой женщине? За свою жизнь Снейп сталкивался с ней несколько раз, и ему хватило этого времени, чтобы составить о ней не самое лучшее мнение. Во-первых, Снейп учился вместе с Патрицией. Когда он поступил в Хогвартс, Патриция была уже на пятом курсе. И Северус отлично запомнил, что все скандалы, вычеты баллов и прочее было связано с фамилией Рейкпик. Эта эксцентричная гриффиндорка помотала нервы всем и вся за годы своего обучения. Северус отлично помнил, что она искала проклятые хранилища, чем взбаламутила большинство студентов и преподавателей, ей даже удалось найти единомышленников. Но поиски ни к чему не привели, пока Рейкпик не выросла и не стала на один год преподавательницей Защиты от темных сил. Во всем, как обычно, был виноват Дамблдор. Он всегда подыскивал на эту должность самых недостойных и странных личностей. Конечно, Снейп понимал, что должность была проклята и с каждым годом находить нового кандидата в преподаватели было все труднее и труднее, но чтобы назначить на эту должность обезумевшего ликвидатора заклятий? Естественно, произошло то, что должно было произойти. Патриция вновь нашла себе единомышленников, на этот раз в лице своих студентов, и в этот проклятый 1987 год Хогвартсу и его обитателям грозили смертельные испытания похлеще, чем во времена обучения Поттера-младшего. Сначала замок населили боггарты, и ученики повалили в больничное крыло с нервным срывом, затем заколдованная субстанция — проклятый лед — чуть не унесла жизни большинства жителей замка. Затем группой студентов — последователей Рейкпик были найдены и другие хранилища — лесное, хранилище страха. Снейп не раз порывался уволиться в тот год. Если бы не клятва, данная Дамблдору, он бы давно уже покинул «самое безопасное место в Британии». Северус был сильно утомлен этими тяжелыми мыслями — он надеялся только на одно — что Рейкпик с годами поутихла. Правда, слабо верил в это, вспомнив, как отозвался о ней Грюм. Уж если он решил от нее избавиться — чего им ждать от нее? Время покажет. Время не перестает преподносить ему неприятные сюрпризы.
