Thirty-Eight Days and Counting

Скорее всего лишь пару дней спустя, Баки приходит в сознание в стерильном помещении с вылеченными ранами. Он в смятении опускает на себя взгляд. Он даже опрятно выглядит. Его переодели в чистую одежду, и он может видеть свой естественный цвет кожи без слоев крови, рвоты, мочи и грязи. — Они готовят тебя, — объясняет Брюс, от чего Баки подпрыгивает на пару с быстро рокочущим сердцем. — Прости… Не хотел тебя пугать. Брюс выходит на видное место, подняв руки в перчатках. — Они хотят, чтобы ты был готов убивать как можно скорее, и я в значительной степени способствовал это. Баки тяжело сглатывает, смиренно кивая. — Когда это произойдет? — Сегодня, — мягко произносит Брюс. — Знаешь, я никогда не стану винить тебя во всем этом, — тихо говорит Баки, пытаясь сесть, не потревожив болящие ребра. — Ты хороший человек, Детектив Барнс. — Эй, можно я попрошу тебя об одолжении? — спрашивает Баки, и его живот скручивает от волнения. Брюс кивает. — Проси о чем угодно. — Я забуду… все, — говорит он, морщась, когда у него срывается голос. — Я просто хочу поговорить с кем-то о том, что я, возможно, никогда не вспомню. Это важно для меня. Брюс криво усмехается. — Это также не моя специальность, но я могу выслушать тебя как друг. — Я это и имел в виду. — Тогда конечно. Так, Баки рассказывает Брюсу о Ребекке Барнс и о том, что он вряд ли еще ее увидит. Он рассказывает ему о своей работе частного детектива, и о том, как его соседка временами помогала ему, даже несмотря на то, что она разорившаяся алкоголичка, которую слишком просто разозлить. Он рассказывает ему о переезде в пригород и знакомстве со своими приставучими соседями. Но больше всего, он рассказывает ему о Стиве. — Я не думаю, что кто-то знает, какой он на самом деле, — тихо признается Баки. Брюс работает над препаратом и одновременно с этим слушает. Они оба игнорируют тяжело вооруженную охрану в комнате. — Я не думаю, что кому-то приходило в голову, что в нем есть, что узнавать. — Ты сильно заботишься о нем, — замечает Брюс, не кажась отвлеченным, хотя со стороны выглядит так, словно он делает восемь дел одновременно. — Я люблю его, — говорит Баки, пожимая плечами. — Он знает. Хотя, я не знаю, как он к этому относится. Он поднимает взгляд на Брюса. — Эй, сделаешь мне одолжение? Эм… ещё одно одолжение? Брюс удивленно смотрит на него. — Если ты когда-нибудь встретишься со Стивом, скажи ему, что это все еще так. — Обязательно, — тихо соглашается Брюс. — Надеюсь, ты вернешься домой, — вяло шепчет Баки. — И ты тоже, Джеймс. Пирс входит в комнату. — Все готово, доктор? — спрашивает он Брюса. — Думаю, да, — отвечает Брюс, отойдя в сторону, и протягивает Пирсу флакон с жидкостью. — Просто введите в шею. Пирс бросает взгляд на Баки. — Придется ли мне усмирять вас? — Наверное, — говорит Баки, поднимая подбородок в последней малоубедительной демонстрации неповиновения. Пирс сухо усмехается и кивает охране, которые сразу же оттаскивают Баки обратно на стол, на котором сидел, связывая его руки и ноги. Пирс встает над ним, и его глаза как никогда ледяные и голубые. — Надеюсь, больше никогда не увидимся, Детектив. — Взаимно, — отвечает Баки с ухмылкой. Пирс толкает иглу в шею Баки и опускает поршень. На протяжении минуты Баки чувствует холод. — Последнее, что ты помнишь? — спрашивает Пирс. Баки легкомысленно смеется. — Хорошая попытка, ублюдок. Не сработало, — огрызается он. — Я все еще здесь. — Подождите минуту, — опасливо произносит Брюс. Баки моргает и чувствует, как голову начинает застилать туман. — Последнее, что ты помнишь? Баки в полном смятении хмурится, оглядываясь по сторонам. — Когда я здесь оказался? — неуверенно спрашивает он. Пирс вздыхает. — Доктор Беннер, пожалуйста, дайте мне еще один шприц. — Я настоятельно не рекомендую вводить еще одну дозу, — отчаянно произносит Брюс. Баки медленно моргает. — Последствия могут быть непоправимы. — Еще один, — отрезает Пирс. Баки чувствует, как в шею входит очередная игла. — Последнее, что ты помнишь? Баки растерянно хмурит брови. — Где Стив? — бормочет он. — Как же я… — Подождите еще немного, — прорезается мужской голос, испуганный и напряженный. Баки моргает. — Последнее, что ты помнишь? Баки дергает сдерживающие его ремни. — Я сбежал! — кричит он охрипшим голосом. — Я думал, что сбежал. Пирс ухмыляется ледяной улыбкой. Баки снова моргает. — Последнее, что ты помнишь? Джеймс хмурится. — Где я, черт побери? Кто вы? Человек с ледяной улыбкой ликующе смотрит на него. Джеймс медленно моргает. — Последнее, что ты помнишь? Джеймс в смятении открывает рот. — Я… Я не знаю. Он моргает. — Последнее, что ты помнишь? — Я… Он моргает. — Последнее, что ты помнишь? Он ничего не говорит. В его голове зияющая пустота. — Как тебя зовут? — требует он ответа. Он пожимает плечами, замечая, что он привязан к столу. Хм. — Ты помнишь Стива? Он хмурит брови, но качает головой, когда думать становится все труднее. — Ты помнишь свою сестру? У него есть сестра? Ледяная Улыбка встает, широко улыбаясь. — Все хорошо. Ты известен как Солдат. Живот Солдата скручивает от волнения, но он не знает почему. *** Солдат отслеживает цель через прицел, прежде чем опускает спусковой крючок. Пуля попадает в цель, и жертва падает со всплеском алого цвета. Что-то далекое и приглушенное в нем кричит, но Солдат не обращает на это никакого внимания. Это не имеет отношения к заданию. *** Солдат аккуратно укладывает бессознательную цель в наполненную ванну, прежде чем оставляет длинные, глубокие порезы на запястьях цели, тщательно предусматривая их ракурс. Сноска о самоубийстве появится в завтрашних газетах. Незначительная часть него снова кричит, но ее легко игнорировать. *** Солдат ждет до тех пор, пока жертва не засыпает в своей постели, прежде чем тихо забирается в квартиру и перерезает ей горло. Цель умирает с застывшей на лице улыбкой, застряв в приятном сне на всю оставшуюся вечность. Солдат слышит, как кричит партнер цели, до того как уходит на достаточно большое расстояние. Незначительная часть него плачет. *** Солдат убивает. *** Солдат забывает. *** Солдат убивает. *** Солдат колеблется. *** Солдата заставляют забыть. *** Солдат убивает.