Всё (не) будет по-другому

Разумеется он позвонил. 3 июня Солнце светило в глаза ученикам Райры, отвлекая их от учебы и мешая сосредоточиться, оставалось ещё полтора месяца до наступления летних каникул. Шизуо, сонно развалившийся на парте, не стал исключением. С одной стороны он был рад их наступлению: никаких уроков и раздражающих одноклассников, и он сможет больше времени проводить с братом; с другой... блоха, оказывается, уезжает к родителем в свою чертову Америку, в летние каникулы, когда они могли бы съездить за город или шататься целый день по улицам или сходить в кинотеатр (пару раз такие походы уже предпринимались, и Шизуо на свое удивление даже ничего не расколотил) или посетить летний фестиваль! И вообще, просто валяться у блохи дома и слушать, как слова брюнета мешаются с той странной музыкой, которую Изая отчего-то любит, и просто наслаждаться его обществом. Для Шизуо это было странно так любить чужое присутствие, но Изая, видно, все же как-то сумел завладеть его вниманием и душой почти наполовину за столь короткий срок. Хотя иногда, когда он начинал вести себя, как заносчивый вызывающий тошноту ублюдок, то появлялось желание просто взять и стереть его с лица земли, но оно быстро проходило, стоило лишь брюнету залезть на слишком скользкую, по мнению Шизуо, крышу или, еще на хуже, тонкие перила ограждений, и пройтись по ним на носках, будто канатаходец, будто он вот-вот упадет... Думая об Изае, Шизуо и не заметил того, что его приятель, будущий врач, дергает его за рукав, пытаясь добиться хоть какого-то внимания. - Шизуо! Шизуо! Земля вызывает! Прием! Шатен в конце концов соизволил обратить на друга внимание. - Ты пойдешь сегодня со мной искать Ее? - Шинра, ты опять за свое? - с тоской спросил Шизуо, едва сдерживая желание разбить парту о голову. Не один он изменил свою жизнь за столь короткий промежуток времени, Шинра забросил скальпели и бинты, бывшие игрушками его детских лет, и занимался лишь одним поиском своего "чудного рыжего видения". Шизуо уже даже казалось, что он ее придумал. - Я не могу, занят. – шатен откликнулся, снова собираясь свалить в мир собственных мыслей, но был оттуда грубо изгнан следующей репликой Шинры. - Снова она, да? - голос Шинры стал каким-то заговрщическим, даже мутным. - Она? - Шизуо залился пунцовым румянцем, сам не понимая отчего. - Ты что несешь? Изая мой друг и все! Будущий доктор лишь загадочно блестнул линзами очков (Хейваджиме отчего-то захотелось их разбить), затем наклонился и прошептал: .- Шизуо, я ничего никому не скажу! Но ведь только женщина может так повлиять на характер мужчины! Вот псих! Нет, ну ведь достал же! Шатен схватил приятеля за шкирку и поднял его в воздух, одноклассники и молоденькая учительница вздрогнули, большинство уже отвыкло от резких вспышек Хейваджимы, каждый замечал, что мальчик сильно изменился. - Ш-ш-Шизуо-кун, пожалуйста, поставьте Шинру-куна на место, - заикаясь, попросила маленькая худенькая женщина. До Шизуо дошло, что все-таки они на уроке. - Простите, сенсей. - С-спасибо. Раньше бы Шинра так легко не отделался, но сейчас его просто относительно аккуратно посадили на стул. Шизуо плюхнулся рядом и прошипел ему на ухо: - Псих. Иди ищи свою невесту и оставь меня в покое. - Хах. Судя потому, как ты переживаешь, это не "просто твой друг Изая". - Давай я тебя с ним познакомлю, и ты оставишь меня в покое. - Слова вырвались раньше, чем Шизуо успел подумать об их смысле, и он сразу же пожалел о них. Во-первых, Изая, конечно классный, но псих, Шинра тоже ничего, но явно давно поехал с катушек... А если их двоих познакомить, то это же кошмар кромешный, они его с ума сведут! И Изая ведь может заинтересоваться Шинрой больше, чем им и... - Заметано, - широкая улыбка Шинры показалась почти акульей, Шизуо сглотнул. Ой, что-то будет. Изая сидел на скамейке в парке и ждал, кормя голубей и наблюдая за тем, как они себя ведут: вот один крупный жирный отпихивает всех на своем пути к заветной крошке, как вдруг маленький воробушек вырывает у него законную добычу в последние секунды... По сути животные и люди так похожи, только вторые лгут больше и путаются в своей лжи , поэтому ими легче манипулировать... Животные не врут, так может Шизу-чан и есть животное. Изая тихо смеется, глядя в пронзительно голубое небо, такое, что аж глазам больно. Нет, не животное, а аномалия: совершенно непостижимый, непредсказуемый, самый любимый из его людей. При этой фразе Орихара отчего-то даже морщится от удовольствия. И старается не думать о том, что видеть Шизуо разбитым или обиженным он ненавидит. Это просто странно так часто думать о том, как все-таки красиво он улыбается или смеется... Изая сердито трясет головой и смотрит на часы. Нет, ну как можно так безнадежно опаздывать? И слышит знакомый голос: - Шинра, оставь меня в покое! Я его должен в начале спросить! Так-так, а это еще кто там рядом с Шизу-чаном? - Значит, все-таки девушка, да? Девушка, какая девушка, нет у Шизуо никакой девушки, Изая бы знал, да и рано им еще… Не выдержав, информатор подкрадывается к спорящим и видит рядом с Хейваджимой мальчика, примерно его возраста, с темно-русыми, как у Шизуо, волосами и в круглых очках. - Шинра, я не хочу ничего тебе доказывать, и то, что ты больной на голову, - твои проблемы. Изая решил вылезти из засады и посмотреть на их реакцию, особенно на Шизуо, будет ли он злиться или просто равнодушно пожмет плечами. Никогда ведь не угадаешь, и это как раз самое интересное, будто русская рулетка, только не смертельная. Наверное. - Шизу-чан, нехорошо быть таким грубым! И опаздывать, кстати тоже. Шизуо, казалось, был несколько шокирован внезапным появлением Изаи, Шинра, кстати тоже, он до последнего был уверен, что это всё-таки девочка. - Эм... Привет, - жизнерадостно воскликнул Шинра . - А ты Изая, да? Та самая надоедливая мелкая блоха? Изая кинул обиженный взгляд в сторону друга, на что Шизуо как-то съежился, ну не умеет он говорить о людях хорошо, чего этот бестолковый ждал? - А ты Шинра Кишитани, тот самый будущий доктор психопат? - усмехнулся Орихара, протягивая ладонь для рукопожатия. Киштани без раздумий сжал его его руку и энергично потряс ее, добавляя: - Я бы не назвал этот термин корректным. - Ну, это же всего лишь цитата, а Шизуо, кажется, не очень хорош в терминах? - Изая улыбается, глядя краем глаза в сторону уже злящегося Шизуо. Ха! Ревнует, надо же, как мило. - Думаю. Мы хорошо проведем время. - Определенно, - улыбается Изая, и у Хейваджимы будто первый раз в жизни разбивается сердце, - определено. И Шизуо, не трогай дерево, оно ни в чем ни виновато. Следующие три часа были одними из самых кошмарных в жизни Шизуо. Изая был невыносим, хотя нет, даже отвратителен, вежливая улыбка, когда он слушает одно и то же по пять раз, внимательный, заинтересованный тон, которым он задает вопросы, а Шинра ведь принимает всё за чистую монету и радуется, словно восторженный щенок возможности.выносить кому-то мозг. Ну что же, прекрасно они нашли друг друга… А Изая лишь ухмылялся, поглядывая на хмурое лицо Шизуо. Хах, ревнует, как же это мило… Кто бы мог подумать, что этот монстр привяжется к нему настолько сильно? А Шинра довольно-таки забавный экземпляр, знакомство с ним определенно обещает много веселья, вот как интересно про анатомические театры и эксперименты Павлова рассказывает… Тут Кишитани запнулся на полуслове, будто вспомнил что-то очень и очень важное. - Я же не рассказал тебе о моей невесте! - тон будущего врача сразу же стал крайне патетичным, он встал в позу и, выпятив вперед цыплячью грудь, начал интенсивно изображать ветряную мельницу, размахивая руками во все стороны. - Я встретил ее месяц назад и по участившемуся сердцебиению сразу понял, что это то самое, то есть в начале у меня было подозрение на такихордию, но оно исчезло, как только я взглянул в ее глаза. Ее цвет радужки был медово-карим, и, глядя в эти карамельные глаза, я понял, что вот она - судьба. Рыжие волосы пламени в лучах солнца, а улыбка, казалось, могла заставить северный полюс растаять… Изае в момент этой речи казалось, будто кто-то поднес дрель к его голове, а то, что чувствовал Шизуо, нельзя описать цензурными словами. Но обоих едва ли не тошнило. - Но когда я спросил ее имя, она ничего не ответила мне, так что я понятия не имею, где ее искать! Рыжая, не сказала и слова… В голове у Изаи что-то щелкнуло, и все элементы мозаики соединились, он полез в карман за мобильником и в недрах его памяти среди компромата на всех знакомых и огромного количества фотографий Шизуо, которые рука удалить не поднималась, он нашел изображение своей рыжей одноклассницы и с довольной ухмылкой протянул телефон Шинре. Тот, вглядевшись в изображение на экране, обомлел: - Как? Откуда? - Моя одноклассница. - Как ее зовут? - в голосе Шинры была такая одержимость, что Изая даже засомневался в правильности своего поступка, но затем решил, что эта встреча обещает слишком уж много интересных ситуаций, чтобы просто взять и отказаться от нее . - Селти. Стурлусон. Я даже могу дать тебе ее адрес. - Орихара широко ухмыльнулся и полез за листком бумаги. Получивший заветную записку Шинра умчался куда-то вдаль, а Изая почувствовал чью-то руку, сомкнувшуюся у него на шее, это было захватывающе: по спине побежали мурашки от ощущения опасности, хоть и мнимой. Орихара нараспев произнес: - Шизу-чан, отпусти меня, ты же не хочешь сделать мне больно, - сердце в груди билось, словно бешеное, в ожидании скорой драки. - Может и хочу, чертова ты блошка, - почти прошипел мальчик ему на ухо. - Какого хрена? - Ты о чем, Шизу-чан? Я всего лишь помог ему! - А о той бедной девочке ты подумал? - рявкнул Шизуо на Изаю, по правде говоря ему было мало дела до Шинры и его зазнобы, но Орихара… Зачем вести себя так, будто он конченый ублюдок? Он же не такой на самом деле (ну…не совсем такой). - Шизу-чан, ты же просто ищешь драки, нэ? Прилив ярости накрыл Хейваджиму с головой. Да что он себе позволяет? Да как у эта блоха смеет такое говорить? Он ведь ненавидит насилие! С рыком Шизуо кинул Изаю на асфальт, блоха тут же вскочила на ноги, будто ей и больно не было, ну что еще взять с паразита, и весело выкрикнула: - Эй, Шизу-чан, поймай меня, если сможешь! - и помчался на огромной скорости вниз по улице. Хейваджиму долго упрашивать не пришлось, перехватив ближайший дорожный знак с надписью STOP, он побежал следом за мелкой тварью, выкрикивая проклятья в адрес брюнета. А вот Изая находился в состоянии эйфории: кровь кипела, сердце, казалось, было готово разорваться на части, все тело болело, ободранные ладони жгло огнем, стопы при соприкосновении с асфальтом ныли, но сам он, был бы счастлив умереть в эту секунду. Цепляясь за любую поверхность с риском свалиться, уворачиваясь от тяжеленных предметов, кидаемых в его сторону, мчась от зверя со скоростью света - он был выше любого человека на Земле, они были. Поворот на другую улицу и снова бесконечный бег, кажется, вот-вот ноги откажут, но это только, кажется, потому что скоро откроется второе дыхание. Увернуться от знака дорожного, выкрикивая: "Шизу-чан, это уже не оригинально". И горячий воздух обжигает легкие, режет горло на части, перед глазами все плывет, все укрыты красным, и шокированных лиц людей не видно. Свист чего-то там тяжёлого над ухом, наверное, мусорка, увернуться на автомате, обернуться волчком вокруг своей оси и с широкой ухмылкой метнуть нож, не целясь. Крик: «ИЗААААЯ!», который заполняет собой весь мир, который его разрушает, образ огромного волка, пожирающего луну, мелькает перед глазами на секунду и снова бесконечный бег по улицам, уже известные, выученные наизусть. Кажется, кто-то пытается их остановить, но разве можно?.. Широкая улыбка-оскал расплывается по лицу Изаи и дикий смех сам собой рвётся на волю, а мысли пляшут, кружатся как сумасшедшие… "Шизуо, - мысленно молит Орихара, - можешь орать мое имя в ярости, можешь переломать мне все кости, вырвать язык, лишить зрения и слуха, только не переставай бежать за мной. Никогда". Резкая боль в ноге появляется, будто из ниоткуда. «Доигрались» - обречённо думает Шизуо, когда слышит резкий, режущий ухо мальчишеский крик. Злость на бестолковую блоху испарилась, будто её и не было А злость на себя никуда не исчезает, она рядом, вьётся вокруг души, проснувшейся от долгого сна змеёй, постепенно превращаясь ненависть. Монстр – знакомая фигура, распластавшаяся на асфальте, будто поломанная кукла, будто бы он мёртвый. Монстр – знакомые, и теперь уже видно, что карие глаза, смотрят с такой болью, что больше не хочется жить на этом свете, а слёзы, стекающие по чужим щекам хуже пуль. Монстр - Изая дёргается в сторону, когда Шизуо прикасается к нему, и Хейваджиме становится противно от самого себя, но не оставлять же Орихару здесь…И поэтому приходится прикасаться к нему, ощущая как вздрагивает чужое хрупкое тело, и не понимать, как раньше можно было не замечать этой хрупкости, будто он почти ничего не весит. Такой слабый, такой человек и всё особенно остро это ощущается, когда, взяв его на руки, шепчешь всю дорогу никому не нужные извинения, а он утыкается тебе в плечо и кусается, лишь бы не реветь. Шизуо не помнил, как они дошли до больницы, не помнил, как он сдал, упавшего в обморок от боли Изаю врачам, не помнил, как он сидел в приёмной, освещаемой белым мертвенным светом. Ничего до слов: «Открытый перелом». А после этого Хейваджима встал и ушёл, приняв решение больше никогда не встречаться с Орихарой Изаей. В следующий раз может быть хуже… да и вряд ли этот следующий раз будет, ведь кто захочет терпеть рядом с собой монстра? Блоха и так сделала ему королевский подарок – целый месяц почти человеческой жизни, а он и купился. Дурак. Это был хороший месяц. А глаза просто слезятся. И щёки у него вовсе не мокрые.