Между срывом и желанием

Рид стоял в коридоре напротив бельевого шкафа, осторожно доставая с верхней полки старые одеяла. Поначалу Натан бурно запротестовал, когда Рид настоял, чтобы он занял кровать, но через некоторое время уступил и ушёл в спальню. Теперь Рид не хотел оставлять Натана одного, даже на пару минут. Хоть его руки и были аккуратно перебинтованы, Рида больше беспокоило его эмоциональное состояние. Натан достиг того предела, после которого трудно свернуть назад, и отсутствующее выражение на его лице вызывало тревогу и страх. Однако Рид хорошо понимал, что Натану нужно было, чтобы он сдержал обещание, чтобы был рядом и сказал ему, что он не сумасшедший, что его можно спасти. Он был этого достоин, несмотря ни на что. И Рид был обязан ему помочь. Он закрыл дверцу шкафа, сложив подушки и одеяла и сунув их подмышку, а затем поспешно направился в свою спальню. Он медленно открыл дверь и обнаружил, что свет был всё ещё выключен. В комнату проникал лишь свет от бледно-голубой луны и уличных фонарей, по крыше барабанил дождь, но, не считая этого, стояла тишина. Натан сидел на краешке кровати, его обнажённые ступни едва касались пола. Он снял свитер и рубашку, оставшись в белой футболке. Его голова была опущена, руки вцепились в края матраса, но он тут же поднял взгляд на Рида, как только тот вошёл. Мальчик выглядел ещё более утомленным, чем каких-то пару минут назад. - Я могу поспать и на диване, - начал было он, но Рид улыбнулся ему краешком губ и покачал головой. - Всё нормально, правда. – Рид скинул подушки у изножья кровати, и Натан положил на них руку. Его бинты отливали белизной в свете, падающим сквозь испещренное каплями дождя окно. Он нервно дёргал ногой – так же, как тогда в комнате для допросов. Рида охватило странное чувство напряжения. - Простите, что пришёл, - снова произнёс Натан, его взгляд был прикован к подушкам. Его губы снова тронула эта странная самоуничижительная улыбка. – Я знаю, это было глупо. Рид вздохнул. Он не знал, что сказать, чтобы подбодрить мальчика. – Не извиняйся. Главное, что это удержало тебя от того, о чём ты бы потом мог пожалеть ещё сильнее. Главное, чтобы ты был в порядке. Наступила бесконечная пауза. – Вы правда считаете, что я буду в порядке? – тихо спросил Натан. Он продолжал дёргать ногой, словно очень сильно нервничал. – Вы обещали, что скажете мне правду, что бы вы обо мне ни думали. Рид чуть не рассмеялся, растеряв все слова. – Конечно же, я считаю, что с тобой всё будет хорошо, Натан, - сказал он, подойдя к изножью кровати. – Как я сказал раньше, это ты подошёл ко мне, потому что ты не хотел быть под контролем своих порывов. Всё в тебе говорит о том, что ты в состоянии поступить правильно, и я верю, что ты поступишь правильно. Натан подтянул ноги и уселся на колени на постель, пристально глядя на Спенсера. – Вы правда так считаете? – спросил он. Рид кивнул. – Конечно. Натан переместился на краешек кровати и встал на колени так, чтобы его лицо оказалось на уровне глаз Рида. Серебристый свет очерчивал его лицо резкими линиями, и он выглядел настолько беззащитным, со всей своей неуверенностью и неловкостью, которые Рид заметил ещё в их первую встречу. В следующий миг, достаточно быстро, чтобы Рид не успел среагировать, Натан потянулся вверх и обеими руками обхватил Рида за плечи. Его лицо внезапно оказалось в сантиметрах от лица Спенсера, и после короткой паузы, доли секунды, полной сомнения и нерешительности, губы Натана прижались к губам Рида. Рид ощутил, как его голова моментально опустела. Рот Натана на его губах был горячим, и он чувствовал, как дрожит, словно от боли, тело мальчика. Пальцы Натана крепко вцепились в рубашку Рида, и бинты на его руках царапали обнажённую кожу на его шее. Сделав над собой усилие, Рид положил руку на грудь Натана и мягко его оттолкнул – было нетрудно ослабить хватку Натана, и мальчик, широко распахнув глаза, упал локтями на матрас. Они оба тяжело дышали, но сердце Рида колотилось как сумасшедшее. У него никак не получалось перевести дыхание или прийти в себя, чтобы сформировать слова, но, в конце концов, тряхнув головой, он выдавил из себя, запинаясь: - Натан, что ты… я не… что ты делаешь? Невероятно, но Натан, казалось, был не менее поражён случившимся. – Я не знаю, я… Ошеломлённый, Рид провёл рукой по своим волосам. Он издал ещё один странный смешок, тот самый, что отражает всю степень потрясения. – Натан, я… я знаю, что ты сейчас очень расстроен и сбит с толку, но это не… - Нет, всё не так, - горячо возразил Натан, снова поднимаясь на колени. – Это не из-за того, что случилось, клянусь, это здесь не при чём. - Тогда зачем ты это сделал? Даже в темноте Рид мог видеть, как густо раскраснелось лицо Натана. Мальчик пожал плечами, избегая прямого взгляда Спенсера. - А вы как думаете? – спросил он сбивчиво, с этой кривой полуулыбкой. - Почему нормальные люди это делают? Они оба молчали долгое, напряженное мгновение. Рид почувствовал, как его накрыло волной душевного волнения, приводя в оцепенение. Это было то самое чувство, чувство, которое заставило его позволить Натану остаться, несмотря на все инстинкты, кричащие ему этого не делать. То самое чувство, которое появилось вместе со странным желанием защитить, которое заставило его раз за разом прокручивать в голове каждое изменение в лице и голосе Натана. В этом не было никакого смысла, и всё же Рида переполняло чувство понимания, от которого вновь перехватило дыхание. Натан снова сел перед Ридом на колени, в каждом его движении сквозили напряженность и неуверенность. Его глаза блестели от непролитых слёз, и каждая деталь его лица стала выделяться ещё сильней: его потрескавшиеся губы, темные ресницы, вьющиеся локоны влажных волос, падающие ему на лицо. Он посмотрел на губы Рида, а затем снова вернулся к его глазам, и Рид опустил взгляд, его руки дрожали. – Натан, - тихо произнёс Спенсер, но имя почти полностью поглотил выдох. Он не мог придумать, что ещё сказать. Натан поднял руку, и она скользнула за ворот рубашки Рида, заставляя волоски на затылке подняться дыбом. В комнате царила напряженная тишина. Натан вновь подался вперёд, неустойчиво балансируя на матрасе, и на этот раз, когда их губы встретились, Рид не отшатнулся. В поцелуе, в выборе момента, в положении их рук чувствовалась большая неуверенность, однако Рид закрыл глаза и зарылся пальцами во влажные волосы Натана, словно поддавшись какому-то неведомому порыву. Он ощутил зарождающееся в груди чувство, странную лёгкость, будто огромная тяжесть разом упала с его плеч. Рид на мгновение разорвал поцелуй, его взгляд был затуманен, когда они без слов взглянули друг другу глаза в глаза. Натан тяжело сглотнул и задрожал, приоткрывая губы, когда тонкие пальцы Рида прошлись вниз по его горлу. Спенсеру казалось, что он прикасается к чему-то хрупкому, но в то же время крепкому; он кожей ощутил судорожный вздох Натана, и его сердце тут же забилось быстрее. В порыве, Рид снова прижался губами к чужим губам. Натан схватил его за волосы, притягивая ближе, и в этот момент Рид окончательно лишился возможности логически мыслить – каждая клеточка его мозга превратилась в ничто. Руки Рида скользнули вниз по спине Натана, прослеживая дорожку из позвонков сквозь всё ещё мокрую футболку. Тело Натана прошило судорогой удовольствия, и с его губ сорвалось что-то похожее на задушенный вскрик. Он потянулся вперёд и раздвинул губы Рида своими, углубляя поцелуй и чувствуя, как тот вздрогнул от удивления. У Рида так громко пульсировала в висках кровь, что ему казалось, что Натан мог услышать, как часто колотится его сердце. Ощущение чужих губ на своих было ему непривычно, он убрал руку со спины Натана и поднял её к его затылку, целуя жёстче и настойчивей. Натан ладонями обхватил его лицо и притянул ещё ближе, и когда Рид подался навстречу прикосновению, то почувствовал, что сердце Натана бьётся ещё чаще, чем его собственное. Поцелуй, который поначалу был нежным и аккуратным, медленно перерос в настойчивый и глубокий – они прижимались губами с нарастающей жадностью. Руки Натана неуклюже прошлись по рубашке Рида и ухватились за ткань, чтобы притянуть его ещё-ещё ближе, совсем вплотную. Пальцы Рида вцепились в его волосы с такой силой, что это, скорее всего, причиняло боль, но Натан даже не дёрнулся, лишь обвил плечи Рида обеими руками и отклонился назад, грубо утягивая его за собой. Чуть не споткнувшись, Рид поставил одно колено на матрас, чтобы удержать равновесие; забравшись ещё дальше на кровать, Натан поменял позу и сел, вытянув руки, он схватил Рида за ворот рубашки и уложил его на себя. Рид упёрся коленями в матрас по обе стороны от бёдер Натана, чтобы не раздавить его, и приподнялся на локтях. Мгновение он медлил, внезапно захваченный нервным ступором; затаив дыхание, он взглянул на Натана, чьи щёки раскраснелись, а волосы красиво разметались по покрывалу, и когда мальчик встретил его взгляд, его глаза сияли, как звёзды, отражая проникающий через окно свет фонарей. В его облике было что-то неземное, и от вида его лица по спине Рида пробежали мурашки. Натан вытянул голову, и рот Рида накрыл его с силой, удивившей даже его; когда их тела прижались к друг другу, Спенсер почувствовал, как руки Натана пробрались к нему под рубашку, заставляя резко вздрогнуть. Губы Натана на его губах приоткрылись, и в порыве смелости Рид провёл языком по нижней губе Натана, чувствуя, как ногти мальчика тут же впились ему в кожу. Для них обоих это была неизведанная территория, подумал Рид, однако ими управляло нечто иное, а не знания и опыт. Руки Натана вдруг покинули спину Рида, и он, озадаченный, на миг отстранился. Натан вытянул шею, прижимаясь губами к резко очерченной линии чужого подбородка, а его дрожащие пальцы метнулись к пуговицам на рубашке Рида. От неуверенности и сомнений сердце Спенсера подскочило к горлу. Он не знал, насколько далеко они собирались зайти, или насколько далеко он сам готов был зайти, однако он почувствовал, как дрожь снова охватывает его тело, когда ладони Натана заскользили по обнажившемуся участку его торса. – Натан, - прошептал он встревоженно, но его рубашку уже распахнули, а Натан медленно отстранился, протянув руки к вороту своей футболки. Он неуклюже стащил её через голову, оголяя мертвенно бледную кожу, и внутренности Рида резко скрутило от желания и одновременно от страха. - Натан, остановись, - произнёс он нетвёрдо, когда Натан вновь потянулся к нему, и осторожно схватил обе руки мальчика. Натан встретился с ним взглядом, он выглядел немного удивленным и не немного одурманенным. – Что такое? Рид опустил плечи и издал полный сожаления вздох. – Натан, я… я не хочу, чтобы ты делал то, о чём будешь потом жалеть, - сказал он, стараясь тщательно подбирать слова и в то же время восстановить дыхание. Нахмурившись, Натан помотал головой. – Я не жалею, - тихо произнёс он голосом, в котором слышалась обида. – И не стану жалеть. - Ты сейчас находишься в состоянии сильного физического и эмоционального стресса, - мягко возразил Рид, – и я не хочу, чтобы это скомпрометировало твоё поведение. – Он сделал короткую паузу. – Я хочу, чтобы ты берёг себя. Натан сел, отклонившись назад, и провёл рукой по своим спутавшимся волосам. Его губы сами собой приоткрылись, но после продолжительной тишины он кивнул, уступая. – Хорошо, - сказал он, опустив взгляд. Чувствуя его разочарование, Рид подался вперёд и коротко чмокнул его в губы. – Прости, - сказал он, прижавшись лбом ко лбу Натана и ощущая, как в ответ на его действия мальчик втянул ртом воздух. Затем, после мгновения сомнений, Рид прошептал: - Я тоже ни о чём не жалею, - и, к ещё пущему своему смущению, почувствовал, как заливается краской. Наконец, отстранившись, он поднялся с кровати, обеими руками зачёсывая назад волосы. Натан всё ещё сидел на постели со сложенными на коленях руками и выглядел странно опустошённым. - Спенсер, - позвал Натан прерывающимся голосом, когда Спенсер повернулся к двери. Рид повернулся обратно, румянец Натана был заметен даже в синеватой полутьме комнаты. – Вы не могли бы остаться со мной? – спросил он, неосознанно теребя кончики бинтов на своих запястьях. – Пожалуйста. Я… я не хочу быть один. Рид ошеломлённо на него посмотрел. Натан впервые назвал его по имени. После всего, что произошло, его всё ещё охватывали приступы нервозности, учащая сердцебиение, совсем чуть-чуть. – Ты уверен, что это хорошая идея? – спросил он, сразу же осознавая, насколько глупым был этот вопрос. В этот момент это уже, кажется, не имело значения. Натан смотрел на него с серьёзностью во взгляде, и это ещё сильнее подчеркивало линии его напряженного подбородка, похожие на синяки полумесяцы под ресницами, впадинки на скулах. Рид кивнул без слов. После короткой и тщетной внутренней борьбы Рид шагнул от двери и медленно подошёл к кровати. С вернувшимся смущением Натан переместился на другую половину постели, освобождая для него место, и Рид осторожно лёг рядом с ним, ясно чувствуя каждое совершаемое, пусть даже самое мимолётное, движение. Его мышцы постепенно расслабились, и теперь он наблюдал за тем, как Натан устраивается на боку, накинув одеяло так, что из-под него виднелась лишь верхняя часть плеча. Между ними наступила тишина, пока единственными звуками, которые Рид мог расслышать, не стали тихое, равномерное дыхание Натана и отдалённое чириканье сверчков за окном. Он моментально вздрогнул от лёгкого движения под одеялом, но вскоре понял, что это всего лишь рука Натана искала его руку. Слабо улыбнувшись, Рид взял его руку в свою, ощущая шероховатость кожи и грубую ткань повязки. И, когда Натан легонько сжал его ладонь, его сердце пропустило удар. Чувствуя, как тело медленно цепенеет, а разум проваливается в сон, он подумал, что это почти похоже на безмятежность.