Parallels

После похода в магазин и неловкого ужина Баки предложил посмотреть вместе фильм. Стив почувствовал облегчение. Целых два часа ему не придется следить за каждым сказанным словом, ему не придется волноваться, что Баки станет задавать ему вопросы. — Ты помнишь свой любимый фильм? Стив пожал плечами. Он смотрел пару фильмов в кинотеатре, но его куда больше интересовали новости с фронта, которые показывали перед фильмом. — Не совсем. Плюхнувшись на диван, Баки включил телевизор. Стив устроился на краешке у ног Баки. Изображение переключилось на Нетфликс, и перед ними выскочил список фильмов. Баки пролистал их, останавливаясь на одном под названием «Дневник Памяти». — Когда-нибудь смотрел его? Стив покачал головой. Он уже устал от всех этих вопросов. Все время, проведенное в магазине, ему казалось, что он проходит какой-то тест. «Какой твой любимый фрукт? Что лучше купить: цельнозерновой хлеб или вот этот, с повышенным количеством клетчатки?» Если бы у него был выбор, он бы лучше пошел спать. Но на часах было всего шесть. Как только на экране появилась заставка, Баки подскочил выключить свет, после чего сел на место, укутываясь в плед. Диван был не таким уж и большим — Стив знал по опыту, особенно после того как поспал на нем. Всего одна подушка разделяла их. Половина подушки, и Баки просунул под него свои ноги. Сам Стив свернулся клубочком. При нормальных обстоятельствах, к примеру, если бы он был на свидании в своем мире... Почему он задумался о свиданиях? ...Он бы бросил руку на диван, откинулся на его спинку, положил ноги на кофейный столик. Растянулся. Устроился поудобнее. Ну, у него есть на это право. Что если он никогда не вернется в свой мир? Что если это конец, и теперь все это стало его жизнью? Ему должно быть удобно. Схватив одну из подушек, он положил ее на подлокотник и лег, сворачиваясь в клубок, чтобы его ноги не вторгались в личное пространство Баки. В таком положении ему не придется чувствовать на себе взгляд Баки, наблюдающий за каждой его реакцией на происходящее в фильме, который, по его предположению, был его любимым. — Одеялом поделиться? — спросил Баки, приподнимая уголок пледа. Стив посмотрел на плед. Посмотрел на Баки. И помечтал о том, чтобы везде не было этого дурацкого подтекста. — Давай, — произнес он, наконец, и натянул плед себе на ноги. С самого начала, медленной фортепианной музыки и кадров пейзажей, он понял, что этот фильм далек от экшна. Его любимый фильм о любви? О стариках? Они сразу же напомнили ему о Пегги… его Пегги, которая удивлялась каждый раз, когда он приходил. Она никак не могла запомнить, что он не умер в том самолете. Что он вернулся из мертвых. После этого, кино переместилось в прошлое, примерно в сороковые — его время. И пускай фильм был не так уж и точен в деталях, во всем этом он чувствовал какую-то странную внеземную связь. У Баки зазвонил телефон, и он поднялся с дивана, поднося его к уху. — Привет, Нат, — сказал Баки, уходя в спальню. — Кажется, твоя теория о мышечной памяти полнейшая хрень… Да, он чуть в обморок не упал. Он закрыл дверь, и последующий разговор был слишком тихим, чтобы расслышать его на фоне фильма. Стив вздохнул с облегчением. Его чуть беспокоил тот факт, что Баки чувствовал необходимость говорить о нем у него за спиной, но он был рад погрузиться в фильм. И перестать беспокоиться об одном пледе на двоих. Он натянул плед до плеч, вздохнул и сосредоточил свое внимание на разворачивающейся перед ним истории. Сходства, которые он заметил в начале, постепенно исчезли. Но тем не менее, любовная линия его увлекла. Кто знал, каким бы мог быть роман с Пегги, если бы обстоятельства сложились по-другому. Баки вернулся в комнату и вновь стянул с него свою половину одеяла. И тут, в мире из фильма, началась Вторая Мировая война. У него из глаз потекли слезы, когда лучший друг главного героя, Ноя, погиб на войне, и он понял, что напрягся, когда увидел, что Элли начала отношения с другим солдатом. Пегги тоже нашла себе мужа после войны. И эта дурацкая выставка в Смитсоновском университете, где он провел слишком много времени, там было интервью с Пегги, рассказывающей о том, как она познакомилась со своим мужем после «смерти» Стива. И когда финальный поворот сбылся, ему на ум вновь пришла Пегги и ее болезнь Альцгеймера, он почти не видел экран из-за льющихся слез. Он, не стесняясь, шмыгнул носом, после того как заметил, что Баки тоже всхлипывает. Просто два взрослых мужчины разревелись из-за фильма. После титров Баки протер глаза и сел. — Обычно я смеюсь над тем, что ты плачешь из-за этого дурацкого фильма, — сказал он с хрипотцой в голосе. У Стива ушла минута, чтобы отделаться от мысли о том, как точно фильм провел параллель к его отношениям с Пегги. Конечно… Баки он напомнил их отношения со Стивом. Стив тоже сел, вытирая глаза. — Баки, — произнес он срывающимся голосом. Он прокашлялся и попытался еще раз. — Баки, я понимаю… что тебе тяжело. И я не хочу делать все сложнее. Он посмотрел на экран и движущиеся титры. — Я не знаю, стану ли я когда-нибудь вновь твоим Стивом, и я знаю лишь, то, что должен встретиться с Пегги… У Баки упала челюсть, и гнев быстро сменил его сентиментальную грусть. — Невероятно, — отрезал он, и снова отправился в спальню. Стив пошел следом за ним. — Ты не понимаешь, — сказал он. В это время Баки бросил на кровать какую-то папку. В ней лежали Айфон с разбитым экраном и кошелек, который судя по виду, кто-то переехал. — Я помню ее. И я помню как… Все было как в этом кино. И я не могу просто отпустить ее. Не могу. Открыв молнию, Баки достал телефон и включил его, доставая свой. Как только он вбил номер Пегги в контакты Стива, он сразу швырнул ему телефон. — Держи. Наслаждайся охеренными старыми деньками со своей новой девушкой. — Баки, подожди, — сказал Стив. Но Баки уже успел уйти на кухню. Стив поплелся за ним. — Ну же, я ведь уже говорил тебе, что я не помню о том, что был твоим парнем или кем бы то ни было. — Или кем бы то ни было, — саркастично повторил Баки. — Видимо, это не в счет, потому что в браке то мы не состояли, да? Он раскрыл холодильник и достал бутылку пива, ударив ей о тумбу так, что крышка отскочила и упала на пол с металлическим лязгом. — Отлично. Охренительно. Давай, не стесняйся. Ты же хотел напиться. Почему бы нет, давай напьемся вместе. — Баки, прости, — повторил Стив. Тот просто вновь поднял бутылку, опорожняя половину содержимого за несколько глотков. — Я не знаю, как все исправить. Стив вздохнул и открыл холодильник, тоже достав себе пива. Он даже не умел открывать пивные бутылки. Он боялся того, что может случиться, попробуй он способ Баки. — Дай мне. Баки вздохнул, и на этот раз воспользовался открывашкой, прилипшей на магните к холодильнику. Он протянул ему бутылку. — Спасибо, — несчастно сказал Стив. Он уставился на открывашку, вместо того, чтобы пить. Капитан Америка не решал свои проблемы выпивкой — он не мог. Наконец, он произнес. — Прости. Я… Я не стану ей звонить. Я не хочу потерять тебя, лишь из-за шанса того, что у меня с ней что-то может быть. Баки не проронил ни слова. Он потягивал пиво, прислонившись спиной к стойке, и смотрел в темное окно. Наконец, после того как Стив сделал глоток, он заговорил. — Ты должен сходить с ней на свидание, — сказал он. Стив поднял голову, широко раскрыв глаза. — Но если ты сделаешь это, могу я тебя кое о чем попросить? — Все, что угодно, Бак. О чем захочешь, — сказал Стив. — Сходишь со мной на свидание? Стив моргнул. — Я просто хочу, чтобы ты дал мне шанс. И все. Один шанс. Ты… Ты сможешь сделать это? Во взгляде Баки было столько надежды, и Стив знал, что он не сможет отказать. — Всего лишь шанс. Я хочу сказать, что, может быть, врачи ничего не могут сделать. Возможно, твои воспоминания никогда не вернутся. Но это не значит, что ты не сможешь влюбиться в меня еще раз. И я не собираюсь просто отпустить тебя и позволить встречаться с этой Пегги без боя. Я люблю тебя. Ты можешь и не помнить об этом, но я тебя люблю. И я не могу просто отпустить тебя. Его глаза вновь наполнились слезами, и от моргания они никуда не исчезали. — Конечно, Баки. Конечно, я схожу с тобой на свидание. — Пойдешь? — спросил Баки. — В самом деле? О боже мой, Стив. Баки обнял его за шею, и Стив сомкнул круг, прижимая к себе лучшего друга. — На мгновение, мне показалось, что ты откажешься. Я уж было решил, что ты не согласишься. Баки уже в открытую рыдал, и Стив сморщил лицо. Так что они оба плакали и обнимались, хотя спустя какое-то время, Стив начал чувствовать, что Баки прижал его к себе еще крепче, и их объятие все меньше походило на дружеское. Когда у него подсохли слезы; он вытер лицо и спросил. — Как все прошло, когда ты в первый раз позвал меня на свидание? Я обещаю, если ты расскажешь, я это больше никогда не забуду, как та старушка в фильме. Баки засмеялся и, шмыгнув носом, выпустил Стива из мертвой хватки. — Я просто предположил, что это ты сделал первый шаг, — сказал Стив, поднимая свое пиво и делая глоток. — Я, кажется, за всю свою жизнь звал куда-то девушек ровно два раза, и одним из которых ты был свидетелем. На секунду ему показалось, что он ошибся, сказав слово «девушек», но Баки просто рассмеялся. — Ну, полагаю, мы не особо ходили на свидания, скорее просто начали целоваться во время наших «ночевок», — сказал Баки. — Так значит, мы вместе со старшей школы? — По большей части, — Баки пожал плечами. — То есть, мы вроде как встречались с другими людьми в старшей школе. Например, ты был с той Рэйчел, а она была той еще сучкой. Не обижайся, но она вертела тобой, как хотела. Мы, скажем так, встречались тайком, пока ты, наконец, не расстался с ней. Стив не помнил ни одной Рэйчел .— А ты когда-нибудь… встречался с девушками? — Да. Баки пожал плечами и запрокинул бутылку пива, допивая его. — Хотя, ничего серьезного с ними у меня не было. Я всегда знал, что люблю тебя больше кого бы то ни было. Он покраснел. Представил, что его Баки тоже это испытывал, но только так и не признался Стиву. — У меня ушло немало времени, чтобы набраться смелости и признаться тебе. Мы всегда устраивали эти ночевки, каждое лето, мы проводили ночь под открытыми небом в палатке. И я заставил тебя сыграть со мной в «Правду или Вызов». — И каким-то образом, я заставил тебя признаться в своих чувствах? Баки ухмыльнулся. — Я заставил тебя сказать, что ты в меня влюблен. — Как тебе это удалось? — спросил Стив со смехом. — Ты выбрал правду. И я спросил тебя, — Баки засмеялся. — Вот каким был вопрос: «Если бы тебе пришлось поцеловать любого парня из нашей школы, кого бы ты поцеловал?» И ты сказал, что поцеловал бы меня. И после этого мы поцеловались. И под поцелуем я имею в виду, мы страстно ласкались всю ночь и уснули в одном спальном мешке. Стив закашлялся и использовал свое пиво, чтобы скрыть улыбку. — Мы занялись сексом сразу после первого поцелуя? — Нет! — Баки захохотал. — Мы вроде как оба боялись делать каминг аут. То есть, никто в школе не знал, что мы геи. Бисексуалы, то есть мы, хорошо это скрываем. Как бы то ни было, в колледже у нас уже были довольно серьезные отношения, поэтому мы решили попытаться быть парой. Нам казалось, что в колледже быть геями проще. — Ладно, у меня есть вопрос, и я не знаю, обидишься ли ты, но… — Давай, — сказал Баки, доставая очередное пиво. — Итак, если ты бисексуал, но встречаешься с парнем, разве это не делает тебя геем? Баки сморщил лоб. — Нет. То есть, очевидно, ты заинтересован в девушках. Это просто значит, что в данный момент ты в гомосексуальных отношениях. — Просто мне кажется, если мы уже столько встречаемся, как ты сказал… это не делает нас геями? — Нет. Баки чокнулся своей бутылкой об пиво Стива. — Пей. Хочу, чтобы ты напился. Стив подчинился, но спросил. — Нам разве завтра не на работу? Понедельник же. — Мне с утра надо провести пару занятий, а остальные уже после обеда и вечером. А ты, мой друг, не ходишь на работу. Никогда. Ты просто сидишь здесь и рисуешь, черт побери, весь день. Оглянувшись и посмотрев на чертежный столик, Стив признался. — Не уверен, что смогу это сделать. — Эй, не паникуй раньше времени. Завтра я расскажу тебе все, что знаю, и ты с этого начнешь. И если все будет совсем плохо, мы можем рассказать все твоему редактору. Кажется, до крайних сроков тебе еще далеко, так что большой проблемой это не станет. — Ладно. Он знал, что умеет рисовать, но целый комикс? — Пей, — настойчиво требовал Баки. — Оставь работу на завтра. Выпив три бутылки пива, Стив начал чувствовать эффект. — У меня все покалывает, — произнес он. Они вернулись в гостиную, и Стив поставил одну из новых пластинок. Он постукивал ногами в ритм музыки. Когда Стив закрыл глаза, он почувствовал одновременное желание улечься и нужду соскочить потанцевать. — Так с чего вдруг Свинг? — спросил его Баки, пихнув локтем, чтобы разбудить. — Хммм? Да, мне нравится, а что? — Да ничего. Просто ты вроде никогда не увлекался подобной музыкой. Стив пожал плечами. — Ну же. Ты что-то мне недоговариваешь. — Я не знаю, в ней есть что-то ностальгическое, что ли. — Ностальгическое… Баки откинулся на спинку дивана. — На какой там войне, мы по твоему мнению, вместе воевали? Стив начал придумывать, как соврать. — Подожди, ты думаешь, что ты, черт возьми, Капитан Америка? Тебе снился Капитан Америка? Видимо, Стив не умел сохранять непроницаемое лицо… Наташа говорила ему об этом… Потому что Баки выглядел так, будто только что все понял. — Теперь все это имеет смысл. — Ты о чем? — спросил Стив, притворяясь дураком. — Ты считал, что мы вместе служили. Ну, Капитан Америка… Ты знаешь о Капитане Америке, я точно знаю, твой вид, когда ты в первый раз увидел плакат на кухне… То есть, ты наверняка знаешь. Капитан Америка сражался во времена Второй Мировой, бил Гитлера по лицу. Эта музыка напоминает тебе об этом, я прав? — Ну, я же бил Адольфа по лицу раз двести. Стив слабо рассмеялся, пытаясь обратить это в шутку. Баки кивнул. — В этом довольно-таки много смысла. — Я не сумасшедший. — отчаянно произнес Стив. — Я просто немного пьян. — Нет, все хорошо. Слушай, Наташа кое-что рассказала мне по телефону, и она придет завтра вечером… Если ты не против? Кажется, она провела небольшое исследование и обнаружила несколько исследований случаев, схожих с твоим. И я не считаю тебя сумасшедшим, понял? — Хорошо. Тем не менее, он не мог ничего поделать с чувством того, что должен находиться в психушке.