Варган

Накануне восьмого августа Миша очень нервничал. Завтра у Глафиры Артемовны день рождения! Миша уже приготовил подарок — полную фильмографию актера, фильмы с которым Глафира Артемовна смотрела чаще всего, и старинную, выпущенную до Экспансии книгу про него — с двухмерными древними фотографиями. У Глафиры Артемовны точно были не все фильмы, а книгу Мише нашел Мурчик — у него был магазин таких старинных книг. Книга оказалась намного дороже, чем фильмография, хотя Мурчик, узнав, для кого Миша ее покупает, сделал очень большую скидку. Но волновался Миша не только из-за подарков. На свой день рождения Глафира Артемовна пригласила подруг и попросила Мишу не изображать правильного киборга. Миша догадывался, что Глафира Артемовна что-то рассказывала подругам про него, хотя когда она ездила в гости, Мишу при нем она не обсуждала никогда. О том, что Глафира Артемовна с некоторых пор не скрывала от подруг разумности своего киборга, Миша сообразил по изменившемуся отношению: Энн Беккер стала звать его к столу, когда пили чай, Тайра Каморилько начала смотреть на него как на человека, а не как на предмет интерьера, а вот Светлана Верховецкая сначала побаивалась, но потом перестала. Но как вести себя с этими людьми на своей территории, Миша не представлял. Утешало то, что Глафира Артемовна пригласила и Марка с Глебом. Если что, Миша снова позовет Глеба на карьер. Только надо будет взять пакеты, потому что в прошлый раз он перепачкал рыбой и рюкзак, и футболку. Восьмого августа Миша встал пораньше. Услышав, что Глафира Артемовна уже поднялась, приготовил завтрак и выложил на кухонный стол подарок, завернутый в синюю бумагу и украшенный голубым бантом. Бумагу и бант вместе с книгой прислал Мурчик. Миша целый вечер потратил на просмотр видео о том, как правильно упаковывать подарки. — С днем рождения, Глафира Артемовна, — сказал Миша, когда та пришла на кухню. — Это вам. От меня. Глафира Артемовна оглядела сверток. — Спасибо, Миша. Она почему-то разволновалась, Миша не понял, почему. — Что-то случилось? — спросил он. — Меня просто очень тронуло, что ты приготовил мне подарок. Я не ожидала. — Но вы же мне дарили подарки. Почему я не могу? — Можешь, конечно. Миша налил ей кофе и переложил яичницу со сковороды в тарелку. Но Глафира Артемовна первым делом начала распаковывать подарок. — Ох ты божечки! — воскликнула она. — Книга! Настоящая! А старая-то какая! Две тысячи пятидесятый год! Да еще и подарочное издание! Миша, ты где нашел такой раритет? — У Мурчика. Мне Клара посоветовала. Глафира Артемовна погладила обложку, открыла книгу и начала осторожно перелистывать страницы. — Хорошо, что я английский знаю, — сказала она. — Первая посмертная биография, с ума сойти! Так, а тут что? Фильмография выглядела не так эффектно, как книга — просто набор кристаллов в коробочке, правда, в бархатной. Глафира Артемовна скинула на свой комм каталог и принялась просматривать. — Ух ты! Да тут его фильмы с самого первого! Даже сериалы, он же совсем ребенок был, когда начал сниматься! Так, а «Лети, лети!» есть? Есть… Миша, ты чудо! — Глафира Артемовна встала и обняла Мишу. — Это потрясающий подарок. Ты мне только скажи, у тебя хоть какие-то деньги на счету остались или все потратил? — Остались, — кивнул Миша и тоже обнял ее. Сумму он уточнять не стал. — Миша, ты чудо, — Глафира Артемовна наконец села за стол и начала завтракать. — Только, ты уж прости, раз такие подарки, придется тебе все хозяйственные дела на себя взять — я сейчас читать сяду. — Что надо сделать? — спросил Миша. Своими планами Глафира Артемовна делилась, но Миша хотел убедиться, что не упустит деталей. — Замариновать мясо на шашлык из расчета триста пятьдесят грамм на каждого человека и по пятьсот вам с Глебом. Но учти, что Энн мяса не будет и рыбы тоже. Для нее овощной шашлык сделаем. На Дашу как на людей, на Майю не надо, она детское питание ест. — У нас нет детского питания. — Света с собой привезет. Почистить овощи для салата. Салат порежешь потом, а то заветрится. Торт делать не будем, девочки сладкого на свой вкус привезут. Приготовить лимонад, литров пять, не меньше, сегодня жарко будет. Рецепт ты знаешь. — Да, знаю. Энн Бейкер приедет с детьми? — Нет, им здесь скучно. И собаку дома оставит. Еще надо будет убрать в сарай маленький стол и вытащить большой раскладной и стулья к нему. Скатерть и бумажные салфетки, они в кладовке. Проверить, не осталось ли где в саду инструментов и убрать в сарай. Шланг для полива тоже убрать. Проверить, достаточно ли в ванных комнатах туалетной бумаги и жидкого мыла. Если ты не против, пусть Марк с Глебом пользуются твоей ванной. — Я не против, — пожал плечами Миша. — Я хочу снова сходить с Глебом на карьер. — Если Марк согласится — пожалуйста. С нами вы заскучаете. Сколько у нас получается всего человек? — Глафира Артемовна отложила вилку и начала загибать пальцы. — Шесть, — ответил Миша. — Девять, — поправила Глафира Артемовна. — Ты себя с Глебом и Дашу забыл. — Мы не люди. Мы киборги. — А вот Майю ты посчитал напрасно, ей всего год два месяца, она, скорее всего, или у Светы, или у Даши на руках будет. Люди ли, киборги ли, а стульев надо достать восемь. И синий набор посуды, он в коробке в кладовке справа наверху. — Хорошо, Глафира Артемовна. Сейчас займусь мясом, а потом пойду с Варганом. — Лучше наоборот. Все равно раньше трех никто не приедет. Гости начали слетаться с начала четвертого. Первыми прибыли Марки и Глеб. Они посадили флайер на поляну за пределами поселка — на площадке возле дома было место только для одной машины гостей, и Глафира Артемовна попросила Марка и Тайру, которая обещала прихватить с собой Энн, оставить эту площадку для Светланы Верховецкой. /Привет!/ — поймал Миша сигнал от Глеба. — /Мы уже тут. Выходи открывать/ Миша поспешил к калитке. За ней стояли Марк с букетом цветов и свертком и Глеб с тортом. Марк принарядился — футболка на нем была белой, а вместо камуфляжных штанов он надел черные джинсы. Глеб был одет как обычно. — Привет! Где хозяйка? — спросил Марк, входя. — Сейчас позову, — пообещал Миша. Глафире Артемовне очень понравился букет. Мише было интересно, что именно в свертке, но посмотреть ему не удалось: надо было сразу резать салат, застилать стол скатертью и разжигать дрова в мангале. /Помоги с салатом/ — попросил Миша Глеба. /Запросто/ — пообещал тот. В два ножа они действительно порезали салат очень споро, потом занялись мангалом. Глафира Артемовна и Марк тем временем разговаривали. Миша видел, что они рады снова встретиться, и от этого ему было хорошо. /Тебе про «Общество защиты разумных киборгов» писали?/ — спросил Глеб, притаскивая дрова из сарая. /Да. Не понимаю, зачем/ /У нас опыт/ — пояснил Глеб. — /Может быть полезно/ /Не вижу, как/ Миша разжег дрова в мангале и постоял, глядя, как они разгораются. /Никогда не приходилось жечь костры на боевых заданиях. Или демаскировали бы, или дров не было/ /Я один раз смотрел, как жгут/ — поделился Глеб. — /Воняло чудовищно. Ты подарок подарил?/ /Еще утром. Глафире Артемовне понравился. Спасибо за совет/ Глеб довольно усмехнулся. /Пойдем на карьер?/ — спросил он. /Сначала надо дождаться остальных гостей/ /Будут еще?/ /Подруги Глафиры Артемовны. Одна с Mary и ребенком/ Глеб ощутимо напрягся. /Ребенок?/ Миша скинул ему изображение неуверенно стоящей на ножках Майи. Глеб вслух выругался и нервно предупредил: — Я к ней не подойду. — Я тоже, — кивнул Миша. — Слишком маленькая. Над поселком сделал круг сначала золотистый флайер Верховецкой, а чуть погодя — серый с черной отделкой флайер Тайры Каморилько. Гости прибыли. Сидя за столом, Миша сосредоточенно ел и слушал разговоры. Сначала он опасался, что гостьи будут задавать ему вопросы, на которые он не знает ответов, но с ним просто поздоровались, а Энн Беккер подарила ему сложную головоломку из проволоки и разноцветных шариков. Марк много улыбался и говорил женщинам приятные слова, от которых они почему-то смущались. Майя сидела на коленях у Даши и сосредоточенно мусолила кусочек банана. Обсуждали новую книгу Глафиры Артемовны и то, почему у нее открытый финал; обсуждали иллюстрации к книге, которые Тайра разворачивала из своего комма, обсуждали Майю и ее зубы. Говорили и о разумных киборгах, но без конкретики — ни Мишу, ни Глеба никто не обсуждал. Энн, очень тщательно подбирая слова, попросила Глафиру Артемовну сообщить, если та узнает о возможности забрать такого разумного киборга в семью. Глафира Артемовна скинула ей контакты «Общества защиты разумных киборгов». Тайра сказала, что они с Ниной пока понаблюдают. Марк принялся рассказывать про городские квесты для подростков. Энн тут же захотела подробностей для своих детей. Убрав со стола грязную посуду, Миша сказал: — Глафира Артемовна, мы с Глебом пойдем на карьер. Марк, можно? — Идите, идите, — махнул рукой Марк. — Если еще рыбы притащите, я против не буду. /Будет очень рад/ — объяснил Глеб. — /Он в тот раз очень доволен был, и в последний тоже/ Марк и Глеб прилетали к Глафире Артемовне довольно регулярно — раз в две недели. Миша и Глеб каждый раз уходили на карьер, ловили рыбу, один раз притащили пять килограммов грибов из леса и потом долго их чистили. Варгана они больше с собой не брали. В этот раз киборги шли не спеша, примечая грибные места. — Сейчас нарежем, — спросил Глеб, — или на обратном пути? — Давай сейчас. Обратно я бы пробежался. Вода холодная. — Вот еще скажи, что ты под лед не нырял! — Мне не нравилось, — коротко ответил Миша. Он наклонился и срезал большой и безупречный белый гриб. — А вот еще, — показал ему второй гриб Глеб. Некоторое время они молча собирали грибы. В этом лесу из трубчатых грибов росли только белые. Съедобных пластинчатых тоже было много, но с пластинчатыми при чистке было столько мороки, что Глеб и Миша после первого раза их просто не брали. — Четыре двести сорок, — оценил Глеб веc своей добычи, сложенный в пакет. — С собой заберу. — Пять пятьдесят, — похвастался Миша. — Наверное, хватит. Смотри, какой смешной, — он указал Глебу на ярко-желтый рогатик, выросший на влажном черном стволе. Потом отщипнул кусочек гриба, попробовал и с удивлением сказал: — Тоже съедобный. — Будешь брать? — Пусть растет. Миша сунул пакет с грибами в рюкзак, Глеб понес в руках. — Тебе все еще снится всякая дрянь? — спросил Миша. Глеб покачал головой. — Нет. Почти не снится. Как катер улетает, давно не снилось. А тебе? — Прошло, как только Глафира Артемовна начала укладывать меня спать. Очень странно было. Приходила, одеяло поправляла, рассказывала что-нибудь смешное. — Ты системную побудку раньше физиологической не настраивал? — Нет, — покачал головой Миша и перепрыгнул замшелый ствол. — После снятия контроля с эмоций — ни разу. До этого было. После того как я спалился. Потому что если опять кошмар, и она придет, и я нападу, не проснувшись? Глеб похлопал Мишу по плечу. — У меня побудка на ритм дыхания Марка настроена, — сказал он. — Ему иногда спину сводит во сне. Все равно сегодня приснилась эта дрянь с Альбеды. Ты встречал? Кишка фиолетовая, от двадцати пяти до сорока сантиметров в диаметре, норовит с головы засосать. Зубы к глотке загнуты, по кругу в несколько рядов, слюна — однопроцентный раствор соляной кислоты, длиной от двух до пяти метров. Живет в камнях, прыгает сверху. — Встречал, — кивнул Миша. — Пока я там был, двоих засосала. Один отлить отошел, а другой отстал. Я не успел. Глеб бросил на Мишу понимающий взгляд. — Выжили? — Комиссованы, — равнодушно ответил Миша. — Сами виноваты, — согласился Глеб. — Эта пиявка на группы никогда не нападает. Они вышли из леса и постояли, осматриваясь. Вокруг никого не было, только у дальнего края карьера, там, где из него вытекал ручей, скользнула в воду выдра. Солнце понемногу клонилось к западу, с юга на северо-восток пронеслась, крича, озерная чайка. — Хорошо тут у вас, — Глеб раскинулся на траве. — В городе сейчас духотища. А тут тихо. У нас квартира в паре километров от космодрома, неделю назад там какой-то корабль грохнулся из-за отказа левых маневровых, у нас чуть стекла не вылетели. — Что за корабль? — Миша достал бутылку воды и протянул Глебу. — «Роза Галактики». Миша напрягся. — Выжившие есть? — Только киборги, которые в ячейках для отдыха были. Остальных по космодрому размазало в хлам. Еще врач выжил, он в криокамере почему-то оказался. Миша стиснул кулак, чувствуя, как бешено колотится сердце. — Ты чего? — немедленно напрягся Глеб. Миша оскалился. Повернул к нему голову. — Меня оттуда продали в ноябре. Дай комм. Что с киборгами сделали? Глеб пожал плечами и протянул Мише комм. — Не знаю, — ответил он. — Думаешь, там были как мы? — Перед тем как меня продали, хозяин купил двух армейских шестерок. Четыре и пять лет. Пусть Гибульские проверят. Миша быстро набрал письмо для Киры Гибульской и вернул комм Глебу. — Заведи свой, — посоветовал Глеб. — Глафиру Артемовну попроси — номер к паспортной карте привязан. Пусть будет. — Мы все время вместе. — Все равно пусть будет, — упрямо сказал Глеб. — Ты своей говорить станешь? Ну, про «Розу Галактики»? Хотя это во всех новостях было. — Она новости не смотрит и не читает почти. Может, пропустит. Она не знает, с какого корабля меня продали, только имя бывшего владельца. Попроси Марка ей не говорить. Глеб немедленно скинул сообщение Марку. — Почему ты не хочешь, чтобы она знала? — спросил он. — Потому что нормальные люди не радуются смерти других людей. А я рад. — Вижу, — кивнул Глеб. — Это он тебе, — он провел пальцем по своему лбу, — оставил? — И не только, — Миша с недоумением посмотрел на свои сжатые в кулаки руки, полные выдранной с корнями травы. — Больше он никому не навредит. — Человек-говно? — Глеб смотрел понимающе. — Еще какое. Пошли рыбу ловить.