Кто-то чудесный

* * * Элис очень нравился их новый фургон. Их с Гэлом и Бертой новый дом. Их Жираф — дурацкое имя, но такое для него подходящее. Фургон был повыше, чем бедолага Старикан, но поуже и тоже довольно тесноват, но Элис подобрала сюда самый минимум мебели, стараясь, чтобы этот минимум был максимально удобным и полезным. Особенно для мальчика. Хотя Гэл настоял на том, что будет, как и прежде, обитать на кухне. Элис купила уже и новый холодильник, и маленький телевизор, и микроволновку, обновила душевую кабинку, благо что с теми деньгами, которые скопились на её счету, она смогла себе это позволить. Ша Акичита был совершенно прав: эти деньги дали ей самое главное — свободу. Теперь она и Гэл могли ехать куда угодно… или остаться здесь, но по собственной воле, а не по чужой. Они решили ехать. Элис даже приобрела несколько ненужных, но милых вещиц вроде самодельной вазы для фруктов, напоминавшие те мелочи, что у неё когда-то были. И лэптоп она тоже купила — и Гэлу, и себе — перекинув на свой все данные с восстановленного полицией жёсткого диска от предыдущего сгоревшего девайса. Если бы она так же легко могла восстановить прежнюю жизнь! За текущими хлопотами по обустройству нового трейлера Элис не заметила, как начало темнеть. Спохватившись, она отыскала в кармане мобильник. Было уже шесть часов пополудни. Гэл почему-то так и не явился раскрашивать Жирафа, хотя сам же собирался в супермаркет за баллончиками с краской. Вот же разгильдяй… Вздохнув, Элис набрала номер разгильдяя… и тут же выяснила, что абонент временно недоступен или выключен. Абонент небось опять играл в телефонные игрушки и напрочь разрядил мобильник! В сердцах ругнувшись себе под нос и заперев фургон, Элис села за руль «форда». Дела можно было закончить и завтра. Но где же застрял парень? Ведь они накануне даже вместе подобрали в Сети трафареты для росписи Жирафа. Гэл так радовался в предвкушении живописных работ, и на тебе, куда-то пропал! Когда Элис остановила машину у дома Миллера, там уже стоял его «ровер». К гаражу шериф его не отогнал, видимо, ещё намеревался вернуться в свой офис. Берта и Джой, виляя хвостами, наперегонки кинулись навстречу Элис, и она рассеянно потрепала собак по холкам, отыскивая взглядом скейт Гэла — тот вечно бросал его возле крыльца, и Элис ему за это безуспешно выговаривала. Сейчас она была бы рада увидеть там эту злосчастную доску, но скейта у крыльца не было. Элис стремительно прошла через холл на кухню, откуда по всему дому разносились вкусные запахи. Миллер, как она и думала, колдовал над ужином. В последние несколько дней он возвращался домой пораньше, и Элис, прекрасно понимая, отчего так, невольно чувствовала себя виноватой. Шериф хотел подольше побыть с ними перед их скорым отъездом, вот и всё. Но сейчас ей было не до чувства вины, как и ни до чего другого: только тревога пульсировала, как красные и синие мигающие огни полицейской машины. Гэла в доме не оказалось — она могла бы даже не спрашивать об этом. Не валялся у крыльца скейт, не гремела музыка, в гостиной не надрывался телевизор, комментируя жизнерадостным голосом Клайва Стюарта матч между «Носками» и «Янки»… да и собаки, которые обычно всегда вертелись около парня, встретили Элис на улице. — Шериф… Клод! — окликнула она, быстро пройдя на кухню. — Гэл… где Гэл? Вы его не встретили? Он не звонил? Миллер так же быстро обернулся к ней от плиты. Его брови сдвинулись к переносице, голубые глаза потемнели, но ответил он, как всегда, ровно: — Когда я вернулся, его здесь не было. Я считал, что он с вами, помогает обустраивать трейлер. И он не звонил. Вы сами ему звонили? — Телефон не отвечает. — пробормотала Элис и на мгновение сильно прикусила нижнюю губу. — Наверное, разряжен. Рука Миллера c зажатой в пальцах лопаткой замерла над жаровней, а потом он выключил газ и, больше не обращая внимания на шкворчавшее мясо, развязал и сбросил на табурет свой красно-белый полосатый фартук, над которым всегда так потешался Гэл. И достал из кармана мобильник, стремительно выходя из кухни в холл. — Сержант? — негромко, но резко сказал он, и Элис поняла, что он связался с городским полицейским участком. — Были какие-нибудь происшествия после моего ухода? Любые, даже самые незначительные? Хорошо. Пошлите патрульную машину проехать по городу. Если ребята где-то увидят нашего парня, Гэла Стефана, пусть немедленно доставят его домой. Да, конечно. Я перезвоню. Он нажал на «отбой» и тут же набрал другой номер: — Харрис? Ты где? — он немного послушал, что ему отвечали, и устало проговорил: — Ладно. Ладно, я понял. У нас тут пацан пропал. Да, наш. Гэл Стефан. Нет, в городе. Я позвонил в участок, но вдруг ты увидишь или услышишь что-то подозрительное… Перезвони. Он снова опустил телефон в карман и поглядел на Элис темными, как грозовое небо, глазами. — Я предупредил патрульных и своего заместителя. Но надо начинать поиски самим. Куда или с кем Гэл Стефан мог пойти? — отрывисто спросил он, чуть ли не на ходу обуваясь и хватая куртку. — Куда он вообще собирался? — В супермаркет за красками для нашего фургона, — ответила Элис, стараясь говорить громко и чётко, хотя чувствовала, как дрожит её голос. — Но это было днём… часа в два пополудни. Он собирался уходить, и я как раз позвонила ему, велела оставить собак здесь, а не таскать их с собой в магазин, тем более что он на скейте и не может смотреть за ними как следует... Это я виновата, я решила, что всё закончилось… и я запретила ему носить пистолет! Она умолкла, задохнувшись и прижав ладонь к губам. Сердце у неё то билось часто и быстро, то совсем замирало. Она ощутила, как кровь отливает от лица и невольно протянула руку, вцепившись Миллеру в локоть, в рукав его потёртой замшевой куртки. Она боялась упасть. Неужели опять? Неужели?.. Только это билось у неё в голове. — Гэл Стефан — несовершеннолетний, — отозвался шериф, крепко взяв её за плечи и пристально вглядываясь в лицо. — Он не имеет права носить оружие, вы поступили правильно. Мисс Хилл? — его сильные руки чуть встряхнули её, пытаясь привести в чувство. — Я в порядке… — пробормотала Элис, отстраняясь. — В порядке. И опасность же миновала! — она снова с мольбой взглянула на шерифа. — Он же мог… просто… заиграться со своим скейтом… и всё… в парке, например, встретить других подростков… Голос у неё опять задрожал. Она и сама в это не верила. — Сейчас мы всё выясним, — уверенно пообещал шериф, выходя на крыльцо и напряжённо всматриваясь в полутьму. Поднялся ветер, и сразу похолодало. — Гэл Стефан — действительно ещё подросток и притом изрядный разгильдяй, как мы с вами знаем... — он нехотя улыбнулся, снова оборачиваясь к Элис. — Так куда он мог пойти, до такой степени увлёкшись, что не нашёл возможности вас предупредить? — Он никого тут толком не знает до такой степени, — пытаясь собраться с мыслями, начала было Элис, но тут же осеклась и замерла, увидев, что от ворот к крыльцу кто-то торопливо идёт. Но это был не Гэл — не его тонкая и гибкая мальчишеская фигура. Собаки, тем не менее, ринулись к пришедшему, виляя хвостами. — Добрый вечер, — раздался знакомый приветливый голос. Это был Мартин Дэвис — улыбающийся, высокий, в длинном тёмном пальто. — Вы не встречали сегодня Гэла? — вместо приветствия спросила Элис, быстро сбегая по ступенькам крыльца. Дэвис озадаченно качнул головой, всё ещё улыбаясь: — Нет. А что? Я как раз хотел пригласить завтра его — вас обоих — и Клода, если он свободен от службы, конечно же, к себе на имбирный чай с лимонным пирогом. Моя экономка, мисс Камингс, великолепно… — он поглядел на лица Элис и Миллера и запнулся на полуслове: — Что случилось? В его карих глазах вспыхнула тревога. — Гэл Стефан не вернулся домой, — коротко пояснил шериф, обходя его и направляясь к воротам по шуршавшему под ногами гравию. Элис поспешила за ним, машинально запахивая куртку. — Не пришёл вовремя, не отвечает на звонки, вернее, у него отключен телефон. Я дал распоряжение патрульным: объехать город и проверить, нет ли его где. Мы собираемся в супермаркет, куда он отправился за покупками, и порасспрашиваем там продавцов, кассира… кого-нибудь. Может, кто-то видел, куда и с кем он ушёл. — Я с вами, — живо сказал Дэвис, догоняя их. — Я не могу поверить, что с Гэлом что-то случилось. Быть такого не может, ведь преступник арестован, не так ли? Этот, как его, Джон… Джордж… Джим Берроуз! В конце концов, мальчик мог просто встретить кого-то и отправиться… м-м… в гости. У него здесь есть друзья его возраста? Подростки иногда так заигрываются в компьютерные игры… — Он ничего не говорил о том, что с кем-то подружился здесь, — ответила Элис, глядя, как шериф запирает ворота, оставляя собак во дворе. — Надо прихватить собак, — озабоченно предложил доктор. — Они могут… м-м… взять след. — Боже, Мартин, ты насмотрелся дурацких детективов. Это не полицейские ищейки, — с досадой бросил шериф, усаживаясь за руль. — Ладно, садитесь все. И смотрите по сторонам внимательно… Господи, если чертёнок и в самом деле просто где-то заигрался, я ему так задницу надеру, что он неделю сесть не сможет! Извините, мисс Элис, но это просто свинство. Он хмуро покосился на Элис в зеркало заднего вида, а та с трудом выдавила бледную улыбку: — Это как-то не совсем… гуманно. И более того, противоправно. — Зато справедливо. — отрезал Миллер, трогая машину с места, а доктор, усевшийся рядом с Элис на заднее сиденье, оживлённо сказал: — Да, если получится, как с той полудохлой пумой, то выдрать за такое вполне справедливо… — он осёкся, в панике округлил глаза и шлёпнул себя по губам, глядя то на онемевшую Элис, то на свирепо выругавшегося шерифа. — Прости, Клод, я совсем забыл, что ты обещал этому бесёнку ничего не рассказывать мисс Хилл. — Какая… пума? — пролепетала Элис, едва шевеля губами. Голова у неё окончательно пошла кругом, и она схватилась вспотевшими пальцами за ручку дверцы, словно собираясь выскочить наружу. — Парень недавно раскололся нам с Мартином. — неохотно начал шериф, с досадой поглядев на Дэвиса, — что нашёл в горах раненую пуму после того землетрясения. И вместо того, чтобы удрать, выволок зверюгу из пещеры, где она лежала, на свет Божий и принялся лечить. К Мартину сгонял за лекарствами. Наврал, что это для вашей Берты – её, мол, камнями поранило. Артист! — Я ему поверил, — сокрушённо признался Дэвис. — Простите, мисс Хилл, он был очень… убедительным. — И что дальше… было? — срывающим шёпотом спросила Элис. Она, конечно, понимала, что тогда с мальчишкой ничего не случилось, но представить рядом с ним огромного дикого зверя было выше её сил. — Засранец уверял, что после его лечения пума просто поднялась и ушла, — проворчал шериф. — Остаётся поверить. Элис только и могла, что застонать, запустив пальцы в волосы и раскачиваясь из стороны в сторону. Спрашивается, что ещё Гэл от неё скрывал?! — Парень явно воображает себя каким-то избранником Божиим, —заметил доктор Дэвис, с состраданием глядя на неё. — Пожалуй, воспитательный метод Клода мог бы и помочь… — он тихо хохотнул. — Не вижу поводов для веселья, Мартин, — сухо обронил шериф, стиснув баранку руля. — Конечно, парень может… — О, минуточку! — проговорил Дэвис, на миг виновато коснувшись плеча Элис. — Я прошу прощения, но… м-м… вот ещё одно вполне логичное предположение: мальчишка кем-то увлёкся! А? — он опять оживлённо и даже с каким-то азартом перевёл взгляд на Миллера. — По-моему, вполне резонная гипотеза, парень так молод и не умеет держать себя в руках. Все мы помним себя в таком возрасте — неконтролируемый взрыв гормонов… — За себя говори, Мартин, — ещё суше отрезал шериф, и доктор развёл руками. — Ты ханжа, Клод, и всегда им был. Я же считаю, что это совершенно нормально. Инстинкт. Зов Матери-природы. Я врач, Клод, и рассуждаю, как врач. Так что мальчик… хм… удовлетворит свои естественные потребности и вернётся, вот увидишь. «Боженька с Марией-Девой и святым Иосифом пошлют мне симпотного водилу…» — в смятении вспомнила Элис слова, сказанные Гэлом при их самой первой встрече на дороге… но тут же отрицательно мотнула головой, протестуя. Как бы ни был беспечен Гэл, он не мог не знать, что она будет страшно за него волноваться. Он просто не мог так поступить с нею, вот и всё! — Он не мог, — упрямо прошептала она, сунув озябшие руки в карманы куртки и отворачиваясь от понимающей улыбки доктора. Конечно, тот наверняка посчитал её идиоткой, которая сама подавляет свои, как он только что выразился, «естественные потребности»! Машина подкатила к супермаркету, и мужчины вышли, а Элис осталась сидеть, отрешённо наблюдая, как Миллер и Дэвис идут к крыльцу магазина. Она отчего-то точно знала, что все расспросы кассирш и продавцов ни к чему не приведут. Гэл был здесь, ушёл и… пропал. Как такое могло получиться? Она несколько раз глубоко вздохнула, всё ещё пряча руки в карманах. В голове у неё крутилось только: «Спаситель-Иисус, Мария-Дева и пресвятой Иосиф, простите и помогите…» Ей мучительно хотелось поговорить с Китом или Ша Акичитой. Не то, чтобы она не доверяла шерифу — Клод Миллер сейчас как раз находился на своём месте, а чем ей мог помочь тот же Кит, если рассудить здраво? Он же находился за тысячи миль от неё и Гэла. А Ша Акичита, живший первобытной жизнью своих предков? Да у него наверняка и мобильника-то не было… Но в их присутствии она бы успокоилась хоть немного, а Миллер — она чувствовала это всеми своими натянувшимися нервами — пребывал в такой же страшной тревоге, что и она. Она не спрашивала себя, почему так — просто видела это, и всё. От каждой неловкой шуточки доктора Дэвиса, который просто пытался их немного приободрить, Миллера прямо-таки корёжило, и он с трудом разжимал губы, чтобы ответить — ответить не грубостью. Жаль, что сигареты остались в бардачке «форда», – подумала Элис и, не в силах больше сидеть на одном месте, вылезла из машины. На стоянке возле супермаркета уже зажглись фонари, и в их неярком свете усталые лица Миллера и Дэвиса, только что вышедших из супермаркета, казались застывшими масками. Элис с оборвавшимся сердцем поняла, что да, она угадала — от продавцов и кассирш шерифу так ничего и не удалось узнать. — Гэл Стефан был здесь, — ровным голосом произнёс Миллер. — Судя по кассовым чекам, в четырнадцать пятьдесят. Лора… кассирша его запомнила, парнишка же у нас звезда, — он чуть скривил губы. — Купил краску в баллончиках и пакет мармеладных мишек. Вышел за дверь. Встал на скейт и покатил. Больше ни она, ни продавцы его не видели и, соответственно, понятия не имеют, сел он к кому-нибудь в машину или нет. Запись с камер тоже ничего не показала — только его уход. Стоянку он, по крайней мере, миновал и покатил дальше. Ребята из патруля его не встретили — ни во время последнего объезда, ни раньше. Если парень до утра не объявится, подключим федералов. Гэл Стефан — важный свидетель по двум делам об убийстве, и даже если он просто загулял, а мы будем выглядеть идиотами, тем не менее… Элис мало волновало, как и кто будет выглядеть. Вспомнив кое-что из виденного ею в полицейских сериалах, она выпалила, перебив Миллера: — Есть же какое-то оборудование, которое поможет отыскать его телефон, даже отключенный? — У федералов есть, — лаконично пояснил Миллер, подходя к «роверу» и машинально приглаживая растрепавшиеся от ветра волосы. Элис так же машинально подумала, что свою неизменную форменную шляпу, делавшую его таким похожим на ковбоя, он не надел. Забыл. — Повторяю тебе, Клод, — нетерпеливо и раздражённо воскликнул Дэвис, обходя «ровер» с другой стороны, — есть же этот парень, этот краснокожий, что толкнул такую пылкую речь в баре, призывая собрать средства в пользу леди Элис и Гэла… — он внимательно посмотрел на онемевшую Элис. — Я так понимаю, что мальчик знал его и раньше? До этого… бенефиса в баре? И насколько хорошо знал? Он тогда так на этого индейца смотрел… Не мог он уйти именно с ним… как там его, с Ша Акичитой, строящим из себя крутого вождя? Дэвис умолк, а шериф тоже испытующе посмотрел на Элис и раздумчиво кивнул. Тут у неё прорезался пропавший от неожиданности и возмущения голос, и она отчеканила: — Ша Акичита считает Гэла своим младшим братом, и он не способен причинить ему зло! Запальчивая, сбивчивая речь прозвучала просто по-дурацки, и Элис только бессильно сжала кулаки. Дэвис покачал головой, снисходительно и тревожно глядя на неё, а шериф сумрачно отпарировал: — Это как минимум наивное суждение, мисс Хилл. Лучше скажите, насколько сильно Гэл Стефан доверял этому индейцу? — Настолько же сильно, насколько я ему доверяла и доверяю, — гневно произнесла Элис. — Вы напрасно думаете… то, что вы думаете! Вы не должны… Она снова запнулась и перевела смятенный взгляд на Дэвиса, который ответил её взглядом серьёзным и печальным. — Я ничего не думаю, я именно что должен проверить все предположения, — хмуро объявил шериф, снова доставая мобильник. — Это крайне странный парень, если на то пошло, мисс Хилл. Кстати, мы его уже обсуждали, и Гэл Стефан, как мне помнится, отчаянно за него тогда заступался. Между тем этого Ша Акичиту регулярно заставали то там, то сям при разных… весьма подозрительных обстоятельствах. — Например? — резко спросила Элис. Она так и кипела от негодования. Глупо, но её доверие к Ша Акичите, как и доверие к нему Гэла, было абсолютным. Ша Акичита не был способен на дурное! «Уоштело Вакан даёт нам жизнь, и никто не вправе отнять её, кроме него…» «Хокши-ла дорог мне… мы с ним смешали кровь, и он действительно стал моим братом по нашим обычаям…» — Например, он взял на себя функцию егеря, которую на него никто не возлагал, — холодно отчеканил Миллер. — Я уже тогда, во время нашего первого спора, говорил об этом, но вы не желали слушать. На него неоднократно жаловались запуганные им туристы, которые находились в горах, когда… Извините, — закончил он, дозвонившись, видимо, до своего заместителя. — Харрис? Тот парень, что был замешан в инцидентах с туристами, Ша Акичита, не встречался тебе сегодня? — он ещё немного послушал, потом коротко бросил: — Еду. Поспешно садясь за руль, он лаконично объяснил, глянув сперва на Элис, потом на доктора, так же торопливо усаживавшихся на заднее сиденье: — Харрис задержал его, и он находится сейчас не где-нибудь, а в камере при моём офисе. Чёрт! Он угрожал двоим туристам в горах и прогнал их с тропы— между прочим, с официального туристического маршрута, ими оплаченного. Сопротивлялся аресту. Какого рожна Харрис мне не позвонил?! — Давно его задержали? — быстро спросил Дэвис, облокачиваясь на спинку переднего сиденья. — Он успел бы…? — Час назад, — коротко сообщил Миллер. — И да, он успел бы сделать с нашим парнем всё, что угодно, в промежутке между четырнадцатью пятьюдесятью и… — он глянул на часы, — и восемнадцатью часами. — Он ничего ему не делал! — отрезала Элис и стиснула зубы, заметив, как понимающе переглянулись мужчины. * * * Гэл куда-то плыл. Плыл в лодке, лёжа на её дне, и это было так странно, потому что он вообще не соображал, где находится, и откуда взялась эта лодка, деревянный остов которой больно врезался ему в голую спину. Когда он с усилием разлеплял ресницы, в глаза ему сразу же бил солнечный свет, заставляя опять зажмуриваться. Но это яркое полуденное солнце совсем не грело. Мерно журчала вода за бортом лодки. Гэл не знал, река это или озеро, не знал, как вообще тут очутился. Он непроизвольно облизнул сухие губы. Как-то вдруг сразу захотелось пить. Надо было, наверное, просто опустить ладонь за борт, зачерпнуть пригоршню воды, которая так сладко там журчала, и попить. Но он почему-то не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Ладно, он ещё немного поспит… и тогда попьёт, решил Гэл, снова отдаваясь головокружительному медленному покачиванию. Лодка плыла и плыла, журчала вода, сквозь ресницы проникало солнце. Всё было хорошо. Гэл улыбнулся, покрепче смежил веки и снова провалился в тёмное забытье.