Волк-одиночка

      Чем ближе зима, тем раньше темнеет. Чем раньше темнеет, тем позже светлеет. Город спал тихим и мирным сном, пока в полумраке едва различались первые лучи солнца, пробирающиеся со стороны горизонта. Нескоро еще школьники проснутся, нескоро еще взрослые, отойдя ото сна, начнут в спешке собираться на работу. Пока жители Сеула умиротворенно отдыхали, один человек стоял у окна, наблюдая за погодой за ним. Небо постепенно окрашивалось, переходя из темно-синего в холодный голубой. Ветер слегка покачивал голые ветви деревьев, успокаивая своими плавными движениями. Почти белые волосы на пару с бледной кожей сильно контрастировали с черной, как сама ночь, толстовкой. Ее капюшон был накинут на голову парня, прикрывая его лицо, с чем прекрасно справлялась и маска такого же черного цвета. Усталые глаза продолжали наблюдать за красотами природы, пока наручные часы не пропикали ровно пять утра. Чего так рано? Привычка.       На прикроватной тумбе лежал пистолет, дожидающийся столь длительное время своего часа. Те, кто умеют ждать, всегда это получают. Блондин набросил на себя куртку, тщательно закутываясь в шарф. Пистолет сразу был спрятан в джинсах, а нужная информация — в голове. Единственное, что сейчас крутилось там, это полученные раннее данные о жертве. В этот раз Ким был краток.       «Мужчина. Лысый. По росту приблизительно 178. Шрам на брови и стремный взгляд», — даже такого скромного набора описаний хватало Юнги, дабы безошибочно вычислить нужного человека в толпе других. Но сейчас все гораздо легче, ибо в такую рань толпы нет. Слышен звон ключа в замочной скважине, и квартира вновь опустела, покорно дожидаясь возвращения своего временного хозяина.       Как только Юнги покинул пределы подъезда, ему в лицо сразу ударил стойкий мороз, что держал в своих ежовых рукавицах людей уже почти месяц. Полностью игнорируя потоки воздуха, блондин быстрым шагом направился в путь, надеясь никого не встретить по дороге. Спустя час он был уже на месте, стоял у кирпичной стены и попивал кофе из автомата. На той стороне дороги находился выход из метро, откуда через двадцать минут ожиданий показался мужчина, одетый в пальто коричневого цвета и державший в руках небольшой чемоданчик. Юнги, не поднимая головы, наблюдал исподлобья своим лисьим взглядом, следя за направлением мужчины. Это он.       Подойдя к дороге, тот, дождавшись зеленого света, несмотря на маленькое количество машин, перешел ее, скрываясь за углом какого-то магазина. Блондин еще какое-то время выжидал, а потом, скомкав пустой стаканчик и бросив его в урну, непринужденно двинулся с места. Улицы становились более оживленными, и киллеру все легче было теряться в толпе зевак, толкающихся и спешащих на работу. Парень шел уверенно, прожигая внимательным взором в лысом затылке воображаемую дыру. Если бы люди чувствовали на себе чужие взгляды, мужчина бы обернулся еще давным-давно. Но не судьба. Плотный шарф прекрасно скрывал собой черную маску, особо не привлекая внимания прохожих. Сквозь ткань карманов Юнги нащупывал наличие пистолета и каждый раз убеждался в том, что все шло как надо.       Вскоре мужчина завел парня в не очень ему знакомый район, отчего блондин начал невольно бегать глазами по улицам, запоминая все детали. Жертва уверенно шагала в сторону какого-то отеля, и, дабы не вызывать подозрений, Юнги остановился возле первой попавшейся витрины, с поддельным интересом что-то разглядывая, но в то же время наблюдая за действиями своего подопытного кролика через ее стекло. Вот он скрылся в дверях здания, и блондин отходит от магазина, в темпе перебираясь на ту сторону улицы.       Мин, подобно тени, проскальзывает внутрь и незаметно проходит ресепшн, радуясь тому, что работники временно покинули свое место. Все сегодня шло ему на пользу, и он надеялся, что так будет до самого конца. Остановившись за углом, блондин услышал мелодию, раздающуюся при вызове лифта, и остановился в ожидании. Двери лифта открылись, и Юнги выглянул из-за угла буквально за секунду до того, как они сомкнулись железной хваткой, и яркий дисплей вверху не начал отсчитывать этажи.       «Двенадцатый», — блондин отметил увиденную в зеркале нажатую кнопку этажа и в спешке побежал к лестнице. Скорость и ловкость движений, и Юнги быстро преодолел несколько лестничных пролетов, нажимая на каждом из них кнопку вызова, дабы выиграть себе несколько секунд времени. Снова этаж и вновь кнопка. Минуя очередной пролет, блондин услышал еле различимые возмущения, а значит, все шло как надо. Неплохая физическая подготовка позволяла без одышки вбежать на двенадцатый этаж и затаиться за углом в ожидании жертвы. Юнги победно улыбался, думая лишь о том, что все происходит слишком легко и быстро. Он про себя отметил, что, если быть честным, ему жутко не хватало этого адреналина и легкого азарта, наполняющих кровь при выполнении задания. Блондин прислушивался к звону лифта, прячась за углом и дожидаясь, когда же мужчина наконец появится на этаже.       «Раз, два, три, четыре… Пять», — после мысленного отсчета двери открылись, и Юнги напрягся, прячась за большим фикусом, стараясь слиться с темными обоями. Длинные коридоры освещались мутными лампочками, а темно-бардовые обои добавляли еще больше мрака. Юнги затаился, прокручивая в голове возможный план действия. Главное, чтобы никто из постояльцев внезапно не вышел из номера, иначе сегодня стало бы на одну жертву больше. А может, и не на одну.       Прошло несколько секунд, и высокая фигура проскользнула в один из коридоров, не замечая своего «охотника». Мин лишь дождался, когда мужчина не далеко отойдет, и бесшумно выдвинулся за ним, словно тень. Под маской проявился хитрый оскал, и блондин уверенно вышел из-за угла, готовясь действовать, пока…       «Какого…?» — пронеслось в голове у парня, пока тот внимательно оглядывал пустой проход. Он был слишком длинным, чтобы мужчина успел скрыться за поворотом, и было слишком тихо, чтобы не заметить того, как он открыл какую-то из дверей номера. Кажется, все идет не так гладко, как хотелось бы.       Блондин осторожно двинулся по направлению к концу коридора, положив руку на выпирающий в штанах пистолет. Он поправил маску вместе с шарфом, и еще сильнее натянул на голову капюшон. Что-то ему в этом не нравилось. В воздухе царила гробовая тишина, словно на этаже никто и не жил: не было привычной смеси голосов, доносящихся из разных комнат, никакого движения и даже горничной, что с утра уже всегда бодрствовала, простирывая и разнося постельное белье. Единственное, что намекало здесь на какое-либо существование других, так это тележка горничных, на которой обычно они развозили весь свой инвентарь. Юнги двигался медленным шагом, вслушиваясь в малейшие звуки. Лампочка на потолке изредка моргала, нервируя своими действиями парня. Однако он старался быть спокойным. Еще пара шагов и…       «Да что за хуйня-то?» — Мин опустил пистолет, смотря в тупик, пока на его голову не набрасывают что-то плотное и тяжелое, наваливаясь еще сверху. Пистолет отлетел сразу куда-то в сторону от звонкого шлепка по руке, а Юнги изо всех сил старается сбросить с себя тяжелое тело. Темно, душно и трудно дышать. Крепкие руки плотно смыкаются на его шее, перекрывая путь кислорода к легким блондина, отчего на фоне мрака начинают появляться желтоватые пятна. Парень машет руками, пару раз попадая по лицу мужчине, отчего тот шипит и еще сильнее давит на горло. «Лососни тунца, козел!» — Юнги собирает всю оставшуюся силу в кулак, в буквальном смысле, и наугад бьет им в пространство, где магическим образом оказывается чья-то челюсть. Противник на пару мгновений ослабляет хватку, и блондин успевает оттолкнуть его ногами. Стальное кольцо пальцев слетает с горла, и становится легче дышать. Юнги стягивает с себя, как оказалось, простынь, и смотрит на своего нападавшего. Кто бы сомневался, что им был этот мужик.       — Ты вообще знаешь, с кем связался, сынок? — мужчина уже держал себя за челюсть, вытирая пальцем кровь с уголка губ.       — Я тебе не сынок, — прошипев, ответил блондин, ища беглым взглядом по полу пистолет.       — Не это ли ты ищешь? — прокручивая огнестрельное оружие на пальце, жертва ухмыляется. Хотя кто из них еще жертва? Юнги стоял на месте, не шевелясь, дожидаясь действий. Противник лишь посмеивался, рассматривая пистолет, а потом достал оттуда патроны, все с той же ухмылкой роняя их на пол. Туда же полетел и пистолет.       — Поиграем? — в мужчину полетела банка с каким-то моющим, увесистая по ощущением, но тот вовремя увернулся и кинулся на парня. В дело пошел рукопашный бой, так сказать, на равных. И оба изначально так и держались наравне, пока Юнги не оступился.       — Не на того напал, — мужчина уселся поверх парня, надавив коленями тому на плечи. — Ты думаешь, я не понял, что за мной следят еще с того момента, как какой-то сопляк прошмыгнул за мной во временно неработающий отель? Ты думал, что я глуп? — вновь цепкие пальцы обвили горло, выдавливая из него хриплый стон. — Поверь, я стольких повидал в жизни, что твои игрушки для меня — лишь простой детский лепет, — свободной рукой он порылся во внутреннем кармане пальто, доставая оттуда ножик. Противник был так увлечен общением со своей жертвой, что не заметил, как освободившаяся рука блондина упорно тянулась к полтора литровому бидону со средством для стирки. Остриё ножа все ближе, а блондину кажется, что у него скорее рука сама вырвется и убежит далеко и надолго, чем он дотянется до нужной ему вещи.       — Спокойной ноч… — мужчина не успел договорить, как что-то тяжелое до ужаса больно ударило его по затылку, заставляя согнуться в три погибели, хватаясь за больное место. Юнги скинул с себя тяжелое тело, перехватывая ножик. Пока мужчина медленно приходил в себя, блондин кинулся к рассыпанным патронам. Внезапная подножка, и парень упал на пол, продолжая ползти к заветному пистолету. Раз патрон, два патрон. Руки предательски дрожали, рассыпая только что подобранные пули, а сзади его продолжали хватать за лодыжку, оттягивая назад.       — Пошел нахуй! — крикнул блондин и лягнул ногой, отчего хватка исчезла. Он схватил свой пистолет и отскочил в сторону, сшибая небольшой столик со стоящей рядом вазой. Все эти танцульки знатно подбешивали Мина, и когда тот кое-как зарядил пистолет, парень швырнул опрокинутый столик в мужчину, ловко попадая по цели. Прошло еще около десяти секунд, но все летело настолько быстро и медленно одновременно, что казалось чем-то нереальным. Юнги бежал к телеге, хватая подушку, и набросился на свою жертву.       В этой игре роли слишком быстро сменялись.       Подушка в лицо, удар затылком об розетку и глухой «бах». Когда все кончилось, и по стене начала стекать маленькая струйка крови, блондин упал на колени, пытаясь отдышаться. В самой глубине коридора, в районе лестничной площадки, послышалось глухое: «Кто здесь?». Блондин вмиг протрезвел. Распахивая окно настежь, он уже собирался было прыгать, пока единственная здравая мысль за сегодня не спасла своего хозяина.       «Блять, это же двенадцатый этаж!»       Положение улучшила железная лестница, на которую парень, не задумываясь, прыгнул, ловко цепляясь и чуть не соскальзывая с промерзших перекладин. Голоса все ближе, и парень, ухватившись пальцами за прутья, просто отпустил их, падая прямиком вниз. Сердце бешено колотилось, и в самый последний момент Юнги успел вновь ухватиться за лестницу. Она резко обрывалась на втором этаже.       «Похуй»       Блондин прыгнул и быстро дал деру, игнорируя боль от подвернутой ноги. А где-то вдали начинал слышаться гул сирен.

***

«Я выполнил задание.»

      «И как все прошло?» — удивительно, что ответ приходит почти сразу.

«Хуево.»

      «Я знаю. Мне уж доложили о трупе мужчины в отеле и о наряде полиции, что прибыл туда по прошествии минуты, как ты оттуда слинял. Похоже, такой долгий отпуск не особо тебе послужил на пользу.»

«Смешно.»

      «Не думаю. Не расслабляй булки, у нас резко сократился штаб, так что приступишь к работе через пару дней. А пока вот твоя плата.»       В дверь постучали, и Юнги слегка насторожился. Глянув в глазок, он никого там не увидел. Мин медленно открыл дверь, словно оттуда на него должен был кто-то прыгнуть. Но на пороге никого, лишь потрепанный конверт, лежащий у самой двери.       — Как он это, блять, делает? — ругнулся вслух Юнги, удивляясь, как начальство вообще узнало о новом месте жительства блондина. И кто этот загадочный невидимка, что вечно испарялся из поля зрения, как только парень открывал дверь?       Вернувшись к ноутбуку, блондин увидел, что его собеседник покинул сеть. Парень закрыл вкладку с почтой и набрал последние новости, разумеется, кишащие уже вовсю информацией об убийстве какого-то контрабандиста. На фото блондин узнал своего верзилу, что чуть не свернул ему шею, оставив после себя синяки. Интересно, как отреагирует Чимин?       «Чимин!» — вспомнил Юнги и бросился к телефону. Пара коротких гудков и бодрое «алло», что греет душу старшего.       — Привет, хен! — казалось, что парень не слышал голоса рыжеволосого сто лет. — Как ты?       — Чудеснее некуда, — в голосе парня читался явный сарказм. — А ты как? Догнал школьную программу, или мне снова тебе помочь?       — Я, эм… Да… — подросток заметно смутился, что насторожило блондина.       — Что-то не так?       — Нет, все так, честно.       — Чи-и-ми-ин? — медленно тянет блондин.       — Честно, все в порядке, у меня все получается. Просто… я вспомнил нашу первую посиделку в библиотеке… и тот поцелуй, — хорошо, что старший сейчас не видел лицо Пака, ибо если бы рядом с ним держали огромный помидор, найти десять отличий было бы не так уж и трудно.       — Забудь. Как ты живешь дома? Общался с отцом? — блондин все старался сменить тему, дабы не смущать Пака.       — Не особо. Так же, как и раньше. «Привет», «пока» и «Чимин, не тревожь меня», — голос рыжеволосого перебивали возгласы других школьников.       — Ладно, я слышу, что тебе не очень удобно говорить. Тогда удачи тебе с учебой, и смотри у меня, не шали, — посмеивался Юнги.       — Хе-ен, — Чимин улыбнулся и бросил трубку, направляясь на урок с приподнятым настроением. Даже такие короткие разговоры со старшим действовали на него, словно бальзам на душу.       Юнги развалился в мягком кресле, крутя в руках добытый нож. Хотя ножом его было трудно назвать, это был самый настоящий кинжал. Серебренное лезвие прекрасно отражало лицо блондина, а острие сверкало на свету. Металлическая рукоятка в виде льва, чья грива развевалась, словно на ветру. На лице животного словно застыл злобный оскал. Такой «ножик» явно не из дешевых вещичек, так что Юнги даже был рад, что успел подхватить его. Ближе к вечеру голова начала гудеть из-за полученных травм: не спасали даже таблетки. Подвернутая нога отдавала резкой болью каждый раз, когда парень неудачно ею двигал в сторону.       В таком режиме Юнги прожил почти неделю: раз в пару дней его посылали на новые задания. Правда, его жертвами были менее грозные и неприятные личности, так что с ними особых проблем не было. Блондин иногда звонил Чимину, интересуясь его жизнью и обещая обязательно встретиться. Как-нибудь попозже…

***

      Просторная комната была погружена в полумрак, в котором легко можно было затеряться. Настольная лампа освещала лишь стол, на котором стояла, и еще диаметр в полметра вокруг себя. Светильник был единственным источником света здесь из-за отсутствия окон. Скорее всего, это помещение было подвалом. Несмотря на такое местоположение, комната напоминала больше чей-то кабинет, чем подвальную комнатушку с бегающими крысами и протекающими трубами, что все привыкли представлять при слове «подвал». Многочисленные полки с книгами, большой ковер и пара кожаных кресел напротив стола. В воздухе летал едва уловимый аромат дорого парфюма. Можно было подумать, что это кабинет какого-то директора или другой важной шишки. Но тогда почему он находился под землей? Или просто пожалели денег на оконные рамы? А может, хозяин этого места вовсе и не желал, чтобы кто-то знал об этой комнатке? Внезапный стук в дверь прервал задумчивую тишину.       — Сэр, можно? — какой-то мужчина просовывал голову в приоткрытую дверь, пытаясь высмотреть во мраке своего босса.       — Конечно, — голос был до жути приятным, но непонятно, откуда он доносился.       Мужчина прошел в кабинет, останавливаясь возле стола и держа в руках какую-то папку.       — Я принес, что вы просили. Это было не так уж и трудно. Мы разузнали всю информацию о парне. Все, что вам нужно, находится в папке. И по недавним новостям: в отеле в дальнем районе города был найден труп одного из контрабандистов, что толкал различные наркотики за неплохие деньги своим дружкам и их заказчикам. Убийцу никто не нашел, но свидетели говорят о каком-то парне в черном, которого запечатлела камера. Я просмотрел запись, но на ней почти ничего не видно из-за плохого изображения. Но что-то мне подсказывает, что это все дело рук Кима и его подопечных, — мужчина закончил говорить, положив папку на стол и смотря куда-то в район спинки большого черного стула, пока тот медленно разворачивался, открывая взору того, кто на нем сидел. Молодой парень в черном, сливающийся с фоном, что внимательно до этого изучал какое-то дело, переключил взгляд сначала на принесенную папку, потом на мужчину и вновь на папку. Уголки его губ расползлись в хитрой улыбке, которая явно не предвещала ничего хорошего.       — Благодарю, — буквально промурлыкал шатен, откладывая ненужный документ в сторону. Он взял в руки принесенную папку, кладя на ее место просмотренный ранее документ, и внимательно пробежался глазами. — Интересно. Свободен.       Мужчина кивнул и удалился, покидая кабинет. Шатен продолжил улыбаться, прикусывая нижнюю губу.       — Эх, Мин Юнги, ничему тебя жизнь не учит, — с этими словами парень убрал дело подростка, в уголке которого была приклеена фотография, на край стола. Надпись снизу гласила: «Пак Чимин, 16 лет». Шатен закурил дорогую сигару, бездумно пуская в воздух идеально ровные кружки дыма. Комнату медленно начал окутывать манящий аромат какой-то пряной сладости. О чем думал тогда парень известно лишь ему самому, и, не докуривая сигарету до конца, он потушил горящий кончик о небольшую фотографию, прожигая дыру в районе лба молодого человека, изображенного на ней.       — Готов ли ты вновь погибнуть? — это был риторический вопрос, устремленный никому и никуда. Скорее даже, просто мысли вслух. Шатен потянулся рукой к выключателю лампы, и в последнюю секунду до того, как комната погрузилась в непроглядную тьму, парень мельком посмотрел на прожженное фото.       «Мин Юнги, 23 года.»       И больше — ничего.