Мой учитель - очкастый пижон. Но как неумело он ставит зачеты!..

Я успел забежать, сломя голову, ноги, и, похоже, сердцебиение, ровно за полсекунды до начала пары. А он, как всегда, был на своем любимом месте. Подпирал своей персоной учительский стол, поправляя очки небрежными жестами и глядя на своих подопечных как на говно. Меня он, однако, не захотел пропускать. Конечно, такая возможность поиздеваться еще. Давай, валяй. - Вы выглядите усталым, Артур. Как по-отечески. Спасибо, напомнили. А то я сам не знаю. - Ничего, просто я всю ночь провел у вашей кровати, господин учитель. Веселые "ооо!" со стороны ученического "коллектива" были мне наградой за смелость. Наградой за трусость меня обделять, кажется, не собираются. - Хм, и что же Вы там делали, позвольте полюбопытствовать? Я не помню всех подробностей, не освежите мне память?.. Хитер, зараза. Это был удар в лицо. Отчаянный шаг. Он знает, как надо действовать. И что же мне ему ответить?! - Эмм.. Спал, профессор. Как, неужели меня так легко забыть?!.. Лажаю я, по крупному. Надо идти до конца. - Хм... Если бы Вы спали сегодня ночью, пускай и на моей постели, вы бы выглядели лучше, Артур. Чего? Откуда эта "нежность"? Ты реально думаешь, что я бы смог уснуть на твоей постели, садяра?! - А сейчас... Я прочту вам этот любопытный отрывок из... Ну вот и все. Я потерял связь. Нить оборвалась. Он говорил со мной - а теперь просто проходит мимо, говоря со всеми. Так не честно. Я что, зря так страдал всю эту чертову ночь?! И почему я думаю о разных неприличностях?.. Ладно. Так уж и быть. В следующий раз спрячусь не под кроватью, а где-нибудь в ванной. Уговорил сам себя. Ну да, конечно. *** - А Вы, - указующий жест в мою сторону, - останьтесь. Все помчались из аудитории со скоростью антилоп, убегающих стадом от не менее многочисленного стада слонов. Задавят же, ну. Правда, нашлись умники, делающие нам с учителем неприличные намеки. Ну, дескать, ночи нам не хватило, вот и... Я показал Сидорову фак. Он образумился. Представьте - пустая комната, класс, пустые парты, стулья. Я сижу на первом ряду, заложив руки за голову, и заставляю себя не напрягаться. Он подходит ко мне с указкой в руке. И минут 15 мы просто смотрим друг на друга. Он - серьезно и даже как то "наставительно", я - недоуменно и восторженно. Именно восторженно. Ибо меня приводит в восторг то, что я не знаю, что ему сказать. И что скажет мне он. Это мне совершенно неведомо. И меня прет. Он вздохнул, поправил очки и "посмотрел укоризненно": - Ну-с, и что с Вами не так?.. Я немного опешил. Я был слегка не в себе. Я просто был слегка не в себе, и поэтому ответил: - Со мной все нормально. Обычно я отвечаю "хорошо". Снова вздох. Ну и зачем нависать так надо мной, я ж не пятиклассник тебе. Совсем не страшно, наоборот... - И что же мне с Вами делать, господин бунтарь?.. Господи, только не это, не надо опираться на мою парту обеими руками, она же может упасть... - Вызывать родителей я, конечно, не буду, но я делаю вам последнее предупреждение. Я так усердно старался не смотреть ему в глаза, что мне это удавалось, но зато я видел последнюю пуговичку на его рубашке, а за ней - полосами белую кожу, и бьющиеся синеватые вены. - Ннне надо со мной ниччего делллать... - Ну, это уже будет, как я решу. Он так внезапно отстранился и отвернулся, мне показалось, что я для него - как мышка на веревочке, жуть какая. - Можете быть свободны, - холодно и четко, закладывая книжку закладкой, спиною ко мне. Мне вдруг стало так обидно, что даже на все насрать. К черту все. Просто нужно... - Профессор, а вы не дадите мне... индивидуальный урок? Успокойся, расслабься, Артур, ты же не сказал ничего страшного - хотя, почему тогда он так странно удивленно на тебя таращится?! - немного храбрости и спиртного, и ты сможешь общаться с ним на равных, почему нет... Да и вообще, такая возможность разгадать все его замыслы... Чересчур соблазнительно. Я сдаюсь. А он... Он выгнул черную бровь, и, хлопнув книгой перед самым моим носом, пояснил: - Обычно я не даю дополнительных, но, думаю, для вас я сделаю исключение... Я моргал так быстро, как только возможно. Авось прокатит. - Жду вас завтра... Я не дал ему договорить: - К шести в библиотеке, вас устроит?.. Ответом мне был легкий, ничего не обещающий кивок и слабое движение рукой со значением "вон отсюда, ну быстрее же". Домой я летел, как на крыльях. Я ведь не прочел до конца всю школьную программу. Как насчет "Лолиты", к примеру?.. *** Я решил последить за ним еще немного. Почему бы и нет, я ведь уже вошел во вкус. Если пихнут с универа, пойду в частные сыщики. Коронный номер - "ночь под кроватью подозреваемого", результат обеспечен. Эй, господин профессор, как вы там? Еще не ушли? Я иду, подождите меня. Пока я преследовал сам себя по дороге в универ, ничего значимого не произошло. Зато потом... Ух, ну и влип же я с этим учителем. Понимаете, я... *** Когда я зашел в здание университета, закат ярко освещал кабинеты, поэтому по тени в классе я догадался, что он все еще там. В аудитории. Мы утром сидели там. С ним. А вот как он меня запалил, я не представляю - вроде не видно меня было ну никак за закрытой дверью, только мааааааленькая щелочка, или он ждал меня?.. - Чего же вы там стоите, заходите, раз пришли. Черные волосы упали на лицо. Его фигура за учительским столом, что на возвышении, выглядела и вправду выигрышно. Каждый излом, небрежно закинутая на ногу нога, пальцы на желтой книжной странице, очки на тонкой переносице - все слишком четко. Как и тогда. Только тогда он стоял, фигурой ангела с заменой из солнечного света вместо крыльев, а теперь - сидел, но хуже от этого общий вид не становился. Я послушно зашел и прикрыл за собой дверь. Так мы сидели где-то с полчаса: он - читая книгу, я - смотря на него с той же первой парты в первом ряду. Только теперь каждый из нас был огорожен, защищен "стеной" из дерева и металла. Какая-никакая, а защита. Но меня она почему-то не спасла. Поэтому, когда он подошел ко мне, сверкая зрачками и ничего не говоря, я просто накинулся на него, послав к черту свою же броню - хлипкая парта, что в ней особенного. А вот его губы... Он явно не ожидал. Он весь сжался, когда я схватил его за черную шевелюру и прижал к себе. Он дышал часто-часто, когда я отпустил его, но взгляд лишь отражал холодное недоумение и нечто, сходное с чувством превосходства. - Вы не умеете целоваться, Артур. Вашу ж мать, так он и сейчас будет надо мной смеяться?!.. Так что я не помню, как захлопнул дверь. Очнулся я только на автобусной остановке, весь красный, испуганный и прифигевший. "То-то будет", - думал я. Но я был еще более удивлен, когда узнал, что ничего не будет. Совсем. *** - Вы опоздали, опять. В голосе явно издевка. Даже девчонки в третьем ряду захихикали, видимо, надеясь на его одобрение. "Что за хрень со мной творится", - думал я, когда шел по улице, по замершей улице, серой, унылой, еще только ночью пережившей дождь. А на меня ночью напал мор. Я думал о том, чтобы пойти к Джульетте на балкон. Вернее, не думал - мне это снилось. Залезаю я такой на балкон, а там, страшно подумать, голый учитель танцует лезгинку. Это из за занавесок я решил бы, что это учитель, и даже собирался было посмотреть, но вдруг на плечо мне легла чья то тяжелая ладонь. Жутким был вид того, кто сказал из тьмы: "Познакомься, это Ашот". Я проснулся весь в холодном поту. Муть какая. Ну то есть, конечно, обычно мне всегда снится всякий бред, ежели еще вообще снится, так что каждый сон для меня - как манна небесная, но манна выматывающая и печальная (недаром говорят, что мозг человека не отдыхает, когда "генерирует" сны, и поэтому усталость остается, или вообще даже...). Но все равно. Ладно. - Эй, студент, вы собираетесь проследовать на свое место, или будете стоят у дверей вечно?.. Профессор изогнул тонкую черную бровь... Ну а я, ни слова не говоря, уныло поплелся вглубь класса. Чтоб не заметил никто. Но все равно, все взгляды весь урок были будто приклеены ко мне. - Артур, что-то у тебя случилось?, - соблазнительно полуголая Кристина наклонилась надо мной в притворной заботе. - Может, помочь надо с чем? - из за ее открытого плеча выглянула голубоглазая Анжела. - Ты только скажи, я сразу тебе... - Что значит "я", ты, овца недорезанная?! Любо-дорого глядеть. По-моему, они даже не заметили, как я ушел. *** - Вы все еще хотите заниматься со мной? Оторвись уже от своих бумажек, олух, у меня тут судьба мира на кону. Кстати, как можно было прийти одному и занять собою весь стол, а ведь он в учительской один?! Занять... собой... весь стол... Ух, черт. Лениво подняв на меня взгляд из за занавеси черных волос и стекол очков, Немезида вяло проговорила что-то вроде "Смотря чем". Я продолжал напирать (телом, а не словесами), упершись в стол, как лягушка, передними лапами. И молчать. И буравить взглядом. Это потом до меня дошло, что игнорит он мастерски. - Чего встали-то, освободите территорию, - возникла вдруг какая-то алгебраического вида женщина. Пришлось фыркнуть и отдать моего профессора прямо в ее хищные лапы. И пока они обсуждали какие-то там мероприятия, я уныло поплелся к двери - по шагу в час, разумеется. Когда я уже почти поравнялся с вешалкой у входа, меня вдруг окликнули (а я как бы и не рад, ага): - Сегодня в библиотеке в пять вечера. И не опаздывайте. Такое чувство, что в конце было "хе". На крыльях любви - к литературе, разумеется, - я примчался в библиотеку, как только смог. Перед этим я даже дома успел побывать, ну переодеться там, почему нет. Как никак, надо себя показать. Вот жешь противный, специально назначил в библиотеке, чтобы побольше народу и пошире стол между нами. Но этот поцелуй я не забуду никогда. Уж очень он был... Кажется, я собирался выяснить, не гей ли наш профессор глубокоуважаемый. А на деле выходит, что это я к нему пристаю. Вот же черт. Я запутался. Но мне уже плевать. Идем до конца. И не унывать! Когда-то давно я дал себе клятву делать то, что хочу. В разумных пределах, разумеется. Но, если я хочу послать кого-нибудь, плевать - я все равно его пошлю; если я хочу прогулять учебу, почему бы и нет, но нужны довольно веские причины, чтобы я такое захотел. А если я хочу поцеловать своего профессора, то он сам виноват - нечего быть таким соблазнительным!.. Я все сказал, да. В библиотеке, как всегда, было шумно и уныло. Ну, не шумно, нет,но вы знаете такой характерный гул приглушенных голосов? Как можно учиться в таких условиях. Выбрав себе подходящее место за столом у входа, чтоб не упустить долгожданного гостя, я немного похихикал, посмотрев на кипу газет у стенда - ностальгия, ага, и тут на меня нахлынуло... Я так и не понял, как оказался в нашем классе. *** - Эй, с тобой все в порядке? Напряженное выражение лица этого очкастого сенсея говорит о том, что дело дрянь. - Чччто? Где это я?.. - Я нашел тебя в библиотеке, спящего крепким сном, и подумал, что это странно. Пока я оглядывался и пытался понять, в чем тут дело, сидя на учительском столе (!), он продолжал: - Ты когда спал в последний раз, герой? Сосредотачиваю расплывающийся взгляд на серьезном лице "с примесью легкой издевки". - Хоть иногда-то надо. - Дда, точно. - Еще не пришел в себя? Кажется, он обижен. - Подождите, какого..?! Тут я замечаю, что сижу на учительском столе, в пустом холодном классе, наедине с этим садистски настроенным извращенцем. Нормально, нет? - Ну, не надо так орать, и дергаться, кстати, тоже. Все книжки мне перемешаешь. Вот такая вот немая сцена - я, в шоке, упираясь ногами в стопку каких-то тетрадей, а под правой рукой чувствуя коробку с карандашами; левой рукой я прикрываюсь от противника, как бы желая сказать "сгинь, нечистая", рот у меня открыт в состоянии ахуения, и глаза, наверное, с блюдца; и он, сложив руки на груди, с видом скучающим и "я ничего не делал", смотрит куда то в закат поверх очков, причем оказывается, что я как бы сверху, имеется ввиду, выше - на столе ведь, и ощущение это странное, доложу я вам. Прошла секунда, и мы дружно начали ржать. Никогда не думал, что у него такой заразительный смех. И нос так мило морщится. Что его лицо может быть таким беззаботным, когда он так искренне улыбается. Так и сидел, смеясь, и сквозь смех наблюдая за его смехом. Я попал, ребят. Но понял я это слишком поздно... *** Как бы то ни было, я не помню той ночи. И не собираюсь вспоминать. А было все так: не знаю, почему, но он внезапно пригласил меня, как настоящий мужик мужика, выпить и закусить, сразу после того, как мы просмеялись. Потом мне пришлось нести его до дома - хотя я уже точно не помню, кто кого там нес, а это значит, что самым пьяным, скорее всего, был я. По дороге мы успели перемолоть косточки всему, что нам обоим было известно, поржать, и выговориться. Ну, как в анекдоте. Оказалось, что он очень годный парень, даром что такой злобный на работе. Он рассказал, что обычно ученики не воспринимают его всерьез, коли он не сделает такую моську - и я полностью с ними согласен, как можно воспринимать всерьез такого шалопая. Еще оказалось, что живет он один, что в учительскую профессию он ударился чисто из насолить отцу, который хотел сделать его счетоводом, а негоже это тонким гуманитарным натурам, как мы. Оказалось, что он тоже не любит числа, смотрит аниме и обожает суши и чай. А вот что было потом, я не помню - помню только дорогу - асфальт, ну и, кажется, это было приятно. Это я так говорю потому, что проснулся я в той самой пресловутой постели, разбуженный настойчивым запахом свежего кофе, и на прикроватном увидел записку типа "у меня работа, а ты спи". Да какого он о себе возомнил, что даже командовать вздумал?! Но было уже поздно куда-то идти, да и лень. А еще, хотелось плясать и петь. Хорошее настроение. Так что кофе я пить не стал, а проснулся уже вечером, разбуженный чьим-то теплым, настойчивым дыханием. - Я дома. Долго ждал?