Глоточек воздуха

Домой я шла с плохим настроением. Виню я, конечно же, географа, потому что не надо было ему меня целовать. Хотя я сама нарвалась. Но он ведь взрослый мужчина и должен нести ответственность за то, что он делает! Да ещё и историк… Странные у нас с ним отношения. Он вроде бы мой учитель. Нет, он точно мой учитель, но ведёт он себя, как говорил географ, «непедагогично». Вздыхаю и начинаю рыться в сумке в поисках ключей от квартиры. В сумке у меня нет ненужных вещей, так что ключи можно легко найти. Но я их не нашла… В голове сразу вспыхивает картина, как я рассказываю родителям о потере ключей, они ругают меня за мою невнимательность, а потом мы вместе идём в магазин за новым замком для двери. Но пока нас не было дома вор, который нашёл ключи и откуда-то узнал от чьей они квартиры, выносит из дома все что можно. И мы возвращаемся почти в пустую квартиру с новым замком для двери, которую у нас тоже украли… Нервный смешок срывается из моих губ, и я судорожно начинаю вспоминать, где я видела ключи в последний раз. Ответ находится достаточно быстро: в квартире историка. Ну кто бы сомневался! Пока я иду к дому историка, навязчивая мысль о том, что в моей жизни вдруг стало слишком много Михаила Ивановича, не даёт мне покоя. Но я отбрасываю её, уверяя себя, что в этом нет ничего особенного и сверхъестественного. «Лучше подумай о том, что делать с Александром Яковлевичем», — напоминает мне моё подсознание. Звоню в дверь, но, не услышав по ту сторону никаких звуков, начинаю со всей силы бить кулаком по двери. Сразу же вспоминаю случай двухдневной давности, когда я утром так же стучала в его дверь. Дверь резко открывается и появляется заспанный историк в одних пижамных штанах. Он спит еще, что ли?! — Здравствуйте, — произношу я. — Я у вас вчера забыла ключи от своей квартиры. — Да? — переспрашивает мужчина и, получив мой утвердительный кивок, задумчиво чешет подбородок. — А, да, точно! Сейчас принесу. Он разворачивается и уходит вглубь квартиры, не закрыв дверь, что даёт мне возможность насмотреться на его спину. Красивая у него спина… Мужчина снова появляется передо мной и протягивает мне ключи. — Спасибо, — благодарю я. — Почему так долго спали? — Фильм ночью смотрел, — улыбается мужчина. — Могли и меня позвать, — в шутку говорю я. В ответ получаю ухмылку мужчины, и он скрывается за дверью. Вздыхаю и медленно иду по лестнице вниз, думая о том, какие фильмы любит историк. Возле своей квартиры минут пять вожусь с ключом, который никак не хотел влезать в замочную скважину. Но оказавшись, наконец-то, в своей квартире, я с облегчением вздохнула. Внезапно накативший голод заставляет меня, не переодевшись, пойти на кухню. Там я разогреваю борщ, который нахожу в холодильнике, и, съев его, ещё раз облегчённо вздыхаю. Жизнь удалась. Вытаскиваю из кармана телефон и захожу в ВК. Появляется мысль найти историка в сети, но она откладывается на потом, так как я не знаю его фамилии. Из-за этого мне становится немного грустно, поэтому я нахожу в друзьях Настю. Юля Привет) Что делаешь? Ответ походит через несколько секунд, от чего я начинаю улыбаться. Настя Привет. Музыку слушаю. А ты, небось, снова у Михаила Ивановича была? ;) Юля Твой парень меня уже бесит. Пусть переселяется в другой район. Настя Нет, он будет моим доносчиком. Ну, а теперь подробнее: какого фига ты к историку ходишь? Юля Друзья мы с ним, вроде бы Настя Вау… Ну ты даёшь! Юля Давай сейчас ко мне? Моих нет — хата на целую неделю моя. Настя Я думала, ты историка позовешь… Настя Ну ладно-ладно, сейчас приду. Юля Жду Настя пришла минут через пять, что очень меня удивило, так как живёт она почти на другом конце города. Увидев моё шоковое состояние, подруга объяснила, что была у своего парня. В ответ я улыбнулась и потащила её на кухню пить чай. Девушка завалила меня вопросами об историке, потому что не секрет, что половина школы фанатеет от него, а тут я, оказывается, дружбу с ним завела. Но я ловко сменила тему, спросив Настю о её собаке. А собака Насти — это нечто. Померанского шпица, по имени Эрик, знала вся школа. Потому что в начале года Настя додумалась притащить его с собой в школу, так как ее родители уехали, а собаку было не с кем оставить. Как по мне, так ничего бы этому Эрику за 5 часов в одиночестве не случилось, но подруга была совершенно другого мнения. Хотя после того, как мы полчаса бегали за Эриком по школе, мнение подруги немного изменилось. А так же изменилось мнение учащихся о нас. Ну да, не каждый день увидишь бегущую по школьному коридору собаку, за которой бегут две девушки с криками: «Эрик, мать твою, стой!» После несколькочасовой болтовни об Эрике у меня разболелась голова. Предложив Насте посмотреть фильм и получив её согласие, мы переместились в мою комнату. Но не прошло и 30 минут фильма, как Насте позвонили. Как оказалось, это её парень, который предлагал ей снова прийти к нему. Настя хотела отказаться, но я сразу же сказала, что она может спокойно уходить. Поэтому Настя ушла спустя пару минут, оставив меня в одиночестве. Недолго думая, я решила приняться за учёбу. Порывшись в расписании, я вздохнула: химия, физика, алгебра, геометрия, английский, биология и физкультура. Мне кажется, или расписание составляет сам дьявол? Ненавижу среду… Ну, а ещё четверг и пятницу, потому что в эти дни у меня есть география. Ну вот почему у меня постоянно какие-то проблемы? Громко вздыхаю и откидываюсь на кровать. Задумчиво смотрю в белый потолок и не замечаю, как мои глаза начинают медленно закрываться. Просыпаюсь от резкого стука. Распахиваю глаза и ещё несколько секунд лежу, неподвижно пытаясь понять, что же заставило меня проснуться. Стук повторяется, а за ним ещё один. Медленно до меня доходит, что стучат в дверь. Иду к двери, не понимая, почему нельзя было просто позвонить в звонок. Распахиваю дверь и смотрю на Михаила Ивановича, который застыл с занесенной для очередного стука рукой. Мужчина неловко улыбается и опускает руку. — Здравствуйте, — медленно произношу я, не понимая, почему это он тут, а не у себя дома. — Привет. Ты спала, что ли? — спрашивает мужчина, оттесняя меня к стенке и входя в коридор. Мда, манер ему не занимать. — Спала, — киваю головой я, а потом добавляю. — А вы меня разбудили. — Прости. Мне просто скучно стало. — Вы могли посмотреть фильм, — язвлю я. — Ладно, на следующий раз обязательно позову тебя! — начинает улыбаться учитель, проходя на кухню и садясь за стул. Ведёт себя как будто у себя дома! — А какие вам фильмы нравятся? — интересуюсь я, разливая чай по кружкам. — Разные, — отвечает Михаил Иванович. — Это какие? — недовольно смотрю на него. — Так ты хочешь посмотреть со мной фильм? — хитро улыбаясь, спрашивает Михаил Иванович. — Размечтались, — отвечаю, в мыслях понимая, что совсем не против посмотреть с ним фильм. — А почему вы пришли? — Повторюсь: мне стало скучно. — Я клоуном не подрабатываю, так что не понимаю, почему вы пришли именно ко мне. Мужчина вздыхает и ничего не отвечает. Он вытаскивает телефон и начинает что-то там делать. — Какой пароль от вай-фая? — вдруг спрашивает он. — Не скажу, — отвечаю я. — Вы мне тоже пароль от своего вай-фая не сказали. — Но ты ведь не просила даже! — восклицает мужчина. — Так нечестно. — Честно. И вообще, я собиралась идти гулять, а теперь не пойду, — обиженно говорю я. На самом деле я блефую, так как о прогулке и речи быть не могло, и единственное, чего я могла хотеть, так это спать. Но услышав мои слова, мужчина буквально просиял, и у меня сразу же появилось плохое предчувствие. — Так пошли гулять тогда, — предлагает учитель. И быстро добавляет. — В парк. Ещё одного заброшенного завода я не выдержу. Вспомнив нашу недавнюю прогулку, я начинаю улыбаться. Это была самая весёлая прогулка. И даже не знаю почему: из-за того, что мы заблудились, или из-за того, что со мной был историк. Мы допиваем чай и, одевшись, выходим из квартиры. На улице прохладно и дует ветер. Мда, конец ноября не располагает к себе погодой. Подумав немного, мы решили пойти в ближайший парк. Пока мы шли к парку, я слушала смешные истории мужчины о его учёбе в универе. Он уже давно окончил универ, а я только через два года поступлю туда. Но это все равно не мешает мне на равных общаться с историком. Вообще это странно. Никогда не припоминаю, чтобы я могла так свободно общаться с почти незнакомым человеком. Обычно я больше молчу, обдумываю каждую сказанную фразу и ответ. Так же, как с историком, я общаюсь только с Настей: не боюсь показаться глупой, не боюсь почувствовать неловкость из-за глупой фразы или поступка, не боюсь спросить или переспросить что-то по несколько раз. — Ты не слушаешь, — утвердительно говорит мужчина. — Задумалась просто, — пожимаю плечами и озвучиваю внезапно пришедшее желание. — Я хочу мороженого. — В ноябре? — уточняет Михаил Иванович. — Да, в ноябре, — утвердительно киваю я. — И не заболеешь? — Нет. — Ну тогда пошли, — мужчина ускоряет шаг и направляется к одному из магазинов, что расположены через дорогу от парка. Выбирали мороженое мы долго, но вышли из магазина довольные, каждый со своим мороженым. — Тут ужасно холодно, — жалуюсь я, надеясь, что историк намёк поймет, и мы пойдём домой. — Ну пошли тогда в кафе, — предлагает мужчина. — Я хочу домой, — прямо говорю я, жалобно смотря на Михаила Ивановича. — Ну идём тогда домой, — улыбается он и смотрит на меня сверху вниз. Смотрю на него, разглядывая губы мужчины. Красивые у него губы… Внезапно мужчина касается рукой моей щёки и медленно проводит по ней большим пальцем, из-за чего я задерживаю дыхание не в силах хоть как-то пошевелиться. Рука исчезает так же внезапно, как и появилась. — Мороженое, — тихо говорит историк, и я непонимающе смотрю на него. — На щеке было мороженое. У тебя. — Ааа, ясно, — как-то невнятно говорю я. — Так что? Домой? — спрашивает мужчина, выпрямляясь. Кивнув в ответ, я развернулась и медленно побрела к выходу из парка. Мужчина догнал меня и приобнял за плечи. — Могла бы и теплее одеваться, — осуждающе произнёс Михаил Иванович, пока я пыталась скинуть его руку, дергая плечом. — Не дергайся. Вздохнув, я закусила губу, не понимая, какого черта я так странно реагирую на прикосновения историка? Даже эта его рука на моем плече вызвала у меня волну мурашек по всему телу. Да и какого черта он меня обнял? — О чем задумалась? — внезапно врывается в мою голову голос Михаила Ивановича. — Об истории, блин, — хмуро отвечаю я. — Ооо, история — это хорошо, — широко улыбается мужчина. — Если бы вы ответили иначе, я бы разочаровалась, — хмыкаю я. Историк в ответ заулыбался, но ничего не ответил. Так же молча мы дошли до моего подъезда, где историк внезапно отпустил меня. Я непонимающе посмотрела на него, не понимая, почему он убрал руку с моего плеча. — Я домой, — пояснил Михаил Иванович. — Зачем? — ооо, глупые вопросы подъехали. — Потому что уже вечер, — вздыхая, поясняет историк. Привык уже, наверное, к моим тупым вопросам. — Так оставайтесь у меня! — говорю я и только потом понимаю, что сказала. Историк в ответ только растерянно улыбается и приподнимает брови в немом вопросе. Я опускаю взгляд и, сама не понимая почему, краснею. Черт, лучше бы молчала! И что он подумает теперь обо мне? Зову взрослого мужика ночевать к себе в квартиру! Докатилась, блин. — То есть, я не это имела в виду, — поспешно начала я, все еще отчаянно краснея. — Я понял, — медленно, очень медленно, проговорил мужчина. — Ну да, — тихо проговорила я. — Тогда, до завтра, — широко улыбается мужчина, и я залипаю на его губах, но вовремя одергиваю себя. — А, ну да, у вас же в среду тоже уроки есть, — невнятно говорю я. — До завтра. Мужчина разворачивается и уходит, а я несколько секунд стою, неподвижно смотря ему вслед. Потом вздыхаю и иду домой, попутно вытаскивая телефон, чтобы позвонить родителям. А не звонила я им с того дня, когда они уехали, и сейчас меня ждет большой и сочный пипец. — Ты почему так долго не звонила?! — заорала мама в трубку. — Мам, прости, но у нас в школе завал полный: контрольная на контрольной. Серьезно, времени не было, — начинаю я поспешно, пока на меня снова не посыпалась волна криков. — Ну ладно, — вздыхает мама. — Как ты там одна? — Отлично, — отвечаю я, открывая дверь в квартиру. — Не забываешь кушать? — типичная мама… — Нет, кушаю даже больше, чем когда вы были с папой дома, — улыбаюсь я, снимая куртку. — Это хорошо. Ты на дополнительные по истории дальше ходишь? — Да, конечно, историк сам мне напоминает, — говорю я. — Какой он ответственный учитель! — восклицает мама, а я сдерживаю смех. Ага, как же! Такого «ответственного» учителя нигде больше не найдешь. — Да, очень, — протягиваю я, войдя на кухню, и направляюсь к холодильнику. — Ладно, мам, я тут кушать собираюсь, поэтому придется закончить разговор. — А что ты будешь кушать? — воодушевленно спрашивает мама. — Утром я приготовила картошку и сейчас буду ее есть, — говорю я, заливая Доширак водой. — Она умеет готовить? — послышался приглушенный голос папы из трубки, от чего я начала улыбаться. — Ладно, мам, пока. Завтра позвоню, — поспешно попрощалась я, пока она не начала что-то еще спрашивать. Отложив телефон, я начала есть свой скромный обед, но мой телефон запиликал. Вздохнув, я взяла телефон в руки и увидела оповещение из ВК: «Михаил Ерёмин хочет добавить Вас в друзья». С аватарки на меня смотрел мой учитель истории, от чего я начала улыбаться, и немедля приняла заявку. После этого мне сразу же пришло сообщение Михаил Привет Юля Здравствуйте. Михаил Как официально. Что делаешь? Юля Спать собираюсь. Михаил Да ну? Одиннадцать вечера только. Посмотрев на часы, я увидела подтверждение слов учителя, поэтому, быстро доев, потопала в свою комнату. Уже раздевшись и переодевшись в пижаму, а потом и уложившись в кровать, я удосужилась ответить. Юля Да, конечно, это еще рано, но мне к первому уроку. Михаил Я могу разбудить тебя утром ;) Юля Интересно, как? Михаил Увидишь. Ну так что? Согласна? Юля У меня был выбор? О.о Михаил Нет. Юля Ну тогда согласна. Спокойной ночи) Отложив телефон, я откинулась на подушку и сильнее укуталась в одеяло. Мои глаза начали медленно закрываться, как мой телефон снова запиликал, от чего я вздрогнула. Пошарив рукой по тумбочке, я взяла свой телефон и увидела одно сообщение Михаил Спокойной ночи. Вроде бы просто сообщение, но улыбка сама появилась на моих губах. Наверное, с такой улыбкой я и уснула. А вот просыпалась я не так красиво, как уснула. Проснулась я от звонка в мою дверь. Рефлекторно взяла телефон, чтобы посмотреть на время. Пять часов утра. Пять, мать твою, часов утра! Кому что-то нужно от меня в пять утра?! Решив проигнорить назойливого посетителя, я сильнее укуталась в одеяло и закрыла глаза, надеясь снова уснуть. Но в дверь уже начали долбить, от чего я резко села на кровати, еще раз кинув взгляд на телефон. Пять часов утра и четыре минуты. Кое-как встав с кровати, я поплелась к двери, желая обматерить человека, что стоял за ней. Резко открываю дверь и вижу за ней улыбающегося историка. — Доброе утро! — весело говорит он, а я только и могу, что беспомощно открыть рот и снова закрыть его. — Я же говорил, что разбужу тебя. — В пять утра?! — Это месть, — пожал плечами историк, оттесняя меня к стенке и входя в мою квартиру. Это скоро станет традицией. Закрыв дверь, я поплелась за ним на кухню. Историк, наверное, уже полностью ориентируется в моем доме, так как, полазив немного по шкафчикам, он нашел кружки и принялся готовить нам кофе. — Да вы тут неплохо прижились, я смотрю, — бурчу я, садясь за стол. — Ты ведь кофе готовить не хочешь, — улыбается мужчина, и передо мной появляется кружка с кофе. — Спасибо, — тихо говорю я, делая маленький глоток. — Почему горячее такое? — Холодное тебе, что ли, сделать? — начинает смеяться мужчина, и я снова мысленно ударяюсь головой о стенку от своих глупых вопросов. Я игнорирую его вопрос, и в тишине мы продолжаем пить кофе. — Вам к первому уроку? — осведомляюсь я. Ну не мог он так рано встать только для того, чтобы мне отомстить. — К третьему, — начинает улыбаться мужчина. — Вы псих, — шепчу я. — И не лень было? — Ты ведь не поленилась, — пожимает он плечами. И снова мы молча пьем кофе. Михаил Иванович допивает его первым и, поставив кружку в раковину, вытаскивает телефон, начиная что-то тыкать в нем. — Какой пароль от вай-фая? — спрашивает он, поднимая голову. — Обычный. — Не хватило оригинальности придумать что-то покруче? — криво улыбается мужчина. — Делать мне больше нечего, — фыркаю я и допиваю кофе. Так же поставив кружку в раковину, я плетусь в свою комнату, не обращая никакого внимания на историка, который дальше тыкал что-то в телефоне. Зайдя в комнату и закрыв за собой дверь, я беру в руки телефон и смотрю на часы — 5:33. Прекрасно. Просто чудесно! — Историк! — ору я во все горло. Мужчина появляется в моей комнате спустя несколько секунд. — С каких пор я историк? — приподнимает он брови. — С тех пор, как поступили на исторический факультет, — язвлю я. — И что прикажете мне делать, если до начала первого урока еще три с половиной часа? — Не знаю. Ты когда ко мне пришла, не беспокоилась об этом. — Какой вы злопамятный, — снова бурчу я и указываю ему рукой на дверь. Историк понимает меня без слов и молча выходит, закрыв за собой дверь. Вздыхаю и начинаю одеваться. Зачем? Сама не знаю, но надо же что-то делать. Одевшись, выхожу из своей комнаты и иду на кухню. Историк сидит за столом и снова что-то тыкает в своем телефоне. — И зачем я вам только пароль дала? — бурчу я. Мужчина прячет телефон в карман и с улыбкой смотрит на меня. Тоже смотрю на него, отмечая, что он одет в костюм. — Это вы в школу так нарядились? — спрашиваю я. — Сам в шоке, — говорит мужчина. — Вчера звонит мне завуч и говорит, что теперь все учителя должны ходить в школу в официальных нарядах, потому что в любой день может приехать какая-то проверка. — Хорошо хоть ученикам так ходить не надо, — облегченно вздыхаю я, представляя себя в школьной форме. — Вам, кстати, идет. — Тебе нравится? — Нет, этот костюм ужасен, но из вежливости скажу, что да, — язвлю я снова, от чего историк начинает улыбаться. — А давайте я вас историком называть буду? — Зачем? — Не знаю, — пожимаю я плечами, тоже садясь за стол. — Красиво звучит, мне кажется. Историк… Да, определенно красиво. Разве нет? — Нет. — Ничего вы не понимаете. — Может, хватит выкать? — внезапно спрашивает историк. — Мама учила меня выкать старшим, — мило улыбаюсь я. — Тем более, вы учитель. — По-твоему все учителя так общаются со своими учениками? — приподнимает брови мужчина. — Нет конечно. Хотя, откуда я знаю, я только с вами общаюсь. — И в некотором смысле с географом, да? — задает странный вопрос историк. — К чему тут он? — настороженно спрашиваю я. — Не все преподаватели зажимают своих учениц в кабинетах с целью изнасиловать, — говорит историк, а у меня появляется сильное желание закончить этот разговор. — После того, как вы хорошенько вмазали ему, он больше не лезет ко мне, — улыбаюсь я, стараясь не спалиться на вранье. Да, конечно, не лезет. — Хватит выкать, — снова напоминает историк. — Ну прости, Михаил Иванович, больше не буду, — снова начинаю улыбаться я. — Ты специально, — вздыхает, а потом как-то странно смотрит на меня. — Просто непривычно, — говорю я. — И если я теперь могу говорить тебе на «ты», то называть мне тебя как? — Миша. — Миша, — протягиваю я. Красивое имя. Как и его обладатель. — Красивое у вас, то есть у тебя, имя. Ладно, договорились. Учитель удовлетворенно улыбается и откидывается на спинку кресла, снова вытаскивая телефон, пока я задумчиво смотрю на него, не понимая, какого черта мне так нравится сокращение его имени. Или, может, дело вовсе не в имени, а в его обладателе? Тогда какого черта мне так нравится обладатель этого имени?