Хранитель Леса РисаРунн

Насколько помнил Сигель, его день рождения был летом, а лето — это когда очень и очень жарко. По ощущениям мальчика лето было сейчас. Подойдя к задремавшему на земле Гвену, на котором уже удобно устроился его новоприобретенный питомец, он присел рядом с ним и потыкал ему пальцем в щеку. Мужчина нахмурился и перевернулся на бок, из-за чего нунду скатился с его груди и раздраженно зашипел. — Гвен! — призрак недовольно забурчал, но повернулся к ребенку лицом и вопросительно посмотрел ему в глаза. — Слуша-аю, — на середине слова он зевнул, растягивая буквы и смахивая выступившие на глазах слезы. Несмотря на то, что Сигель знал, что Гвен — необычный призрак, он все не мог понять, как тому может хотеться спать и почему у него есть такие вещи, как слезы, если жидкости в его организме быть не должно. — Мой день рождения летом, сейчас ведь лето? — Хранитель завис на пару секунд, а потом подскочил на ноги, переводя взгляд с мальчика на котенка. — Вот дурная башка, совсем забыл, совсем забыл сказать, да, не голова, а дуршлаг, а вроде бы взрослый человек, — забормотал он себе под нос, потирая подбородок. Сигель поднялся с земли, отряхивая испачканные коленки, и недоуменно следил за расхаживающим туда-сюда взрослым. — Так! — он вскинул в воздух палец и подскочил к мальчику. — Твой день рождения был вчера, именно поэтому Лес решил подарить тебе нунду, — он показал на котенка, из-за чего тот недовольно зашипел от такого неуважения. — Прости меня, маленький Сигель, я совсем забыл тебе сказать об этом. Мальчик помолчал пару секунд, о чем-то размышляя, а после промычал что-то невыразительное, смотря в лес. Повернувшись, наконец, лицом к мужчине, он спросил: — И какое вчера было число? — 31 Июля. Мальчик потер подбородок, неосознанно копируя наставника, и походил из стороны в сторону. — А у тебя когда день рождения? — задал он еще один вопрос, останавливаясь перед старшим Хранителем. — 8 Февраля… — он посмотрел на мальчика. — А что? — Да вот, думаю, когда мне начать тебе подарок готовить… — мальчик мог наблюдать за расширившимися глазами мужчина, а после за его широкой улыбкой. — Хочешь, покажу тебе Лукотрусов? Мальчик также широко улыбнулся и молча кивнул, щуря глаза.

***

Они достаточно долго ходили по лесу, ища этих маленьких существ, пока один из них не попытался вцепиться в лицо Сигелю и его за его маленькие ручки-веточки не поймал Хэгель. Котенок крепко вцепился в сучочки верещащего Лукотруса, тряся головой, и Гвен упал на землю со смеха, так смешно это выглядело. Мальчик посмотрел на взрослого, сам еле сдерживая смех, но все же подошел к питомцу, протягивая ему руку и приподнимая бровь. Хэгель недовольно на него посмотрел, но существо отпустил и то, не прекращая высоко кричать, вцепилось в руку мальчика, карабкаясь по ней до плеча и прячась в отросших волосах. Только отошедший от смехотворной сцены Гвен снова упал на землю без чувств, благо он не мог второй раз умереть — смерть была бы очень комичной. Сигель пожал плечом, так как прикосновения Лукотруса были очень щекотными, и протянул ему палец, на котором лежал маленький кусочек мокрицы. Существо тут же его схватило, прекратив верещать, и начало шумно поглощать. — Ну и ну, — Гвен вытер слезы, держась за заболевший живот и все еще хихикая. — Обожаю Лукотрусов — мог бы, сделал одного из них своим фамильяром. Сигель фыркнул, продолжая кормить зеленого, ростом не больше двадцати сантиметров, «человечка», если его можно так назвать. У него было три ноги-корешка и две руки, с двумя разветвлениями в виде пальцев. Он и правда очень напоминал какой-нибудь сучок дерева, и, как понял Сигель, жил внутри дерева, защищая его от дровосеков. Защита, конечно, так себе. Хотя Хэгель и не обычный котенок, чтобы более-менее безобидным быть, так что… — Гвен, а они живут семьями или поодиночке? — задал мальчик интересующий его вопрос и аккуратно погладил тут же вскинувшегося Лукотруса, пока тот хомячил мокриц. — Хм, — мужчина задумался, садясь на корень и смотря на плывущие облака через прорези в густых кронах деревьев. — Насколько я знаю, на одно дерево не приходится больше одного Лукотруса, но кто их знает, в общем-то. Гвен подлетел к мальчику и медленно протянул руку к существу. Лукотрус замер на мгновение, а после резко дернулся, кусая призрака за палец. Хранитель зашипел, ойкая и тряся рукой, дуя на пострадавший палец и обиженно смотря на сучок. — Всегда они так, никогда меня не любили, — Сигель захихикал, чувствуя обтирающегося об него Лукотруса и сверлящий взгляд Хэгеля. Он наклонился, потрепав мяукнувшего нунду между ушей, и протянул существу на своем плече новый кусочек мокрицы. Мужчина устало выдохнул, драматично падая на землю, из-за чего в воздух поднялось небольшое облачко земли, и громко вздохнул, закидывая руку на лоб. — Никто не любит старого, доброго Гвенеира! — пафос так и пер, и Сигель уже неприлично громко засмеялся, падая рядом с улыбающимся взрослым на землю и хохоча, жмуря глаза и заражая смехом призрака и нунду. Хэгель еще пару секунд недовольно на него смотрел, но после сдался детским чарам и радостно фыркнул, начиная прыгать вокруг хозяина и дергая кончиком хвоста. Потревоженные Лукотрусы удивленно выглядывали из своих деревьев, подходя к мальчику и окружая людей небольшим кольцом. Сигель отдал им сумку с мокрицами, тыкая в Гвена пальцами, пока тот не схватил его, начав щекотать. Мальчик, взвизгнув, попытался увернуться, а потом также попытался достать до Хранителя руками. Запрыгнувший призраку на голову котенок определенно помог.

***

Уставшие, они вернулись к дереву. У обоих горели глаза и были растрепанные волосы. Гвенеир сообщил о том, что приготовит ужин, а мальчик вызвался привести в порядок волосы старшего. Тот позволил, давая ему деревянный гребешок и поворачиваясь спиной, поджигая костер и ставя на него котелок. Мальчик аккуратно провел ладошкой по жестким волосам, слегка распутывая их, и поделил их на пряди, начиная расчесывать. Косичка у Сигеля получилась слегка кривоватая, но Гвену она очень нравилась. Больше всех косичек, когда-либо ему деланных. Наверное, потому что волосы ему заплел именно маленький Сигель. Иначе и не может быть.