Орки

С момента, когда орки оказались на планете элементалей, прошло два года. Два тяжелых, полных борьбы за существование года. Произошедшее слияние сильно изменило племя орков, они изменились не только физически, но и умственно. Сущность элементалей действовала на мозг орков, заставляя их самосовершенствоваться, пытаться понять новое и принять разные факты и мораль их расы, орки переосмысливали свое жизненное кредо. Два года, прошедшие в суровых испытаниях за свое существование, наложили ощутимый отпечаток на племя Тогана. Назвать этих существ просто племенем теперь даже как-то не хотелось, присмотревшись к ним поближе, а особенно заглянув в глаза, можно было увидеть неподдельный, живой интерес и тягу к познанию неизведанного. Социальный строй тоже претерпел изменения, как и семейные отношения орков. Новый уклад был не похож на их предыдущий, да он был не похож ни на один из укладов жизни орков на их бывшей планете. Напоминал он скорее феодально-демократическое правление со значительной свободой воли самих орков. Во главе, конечно же, стоял вождь, их лидер и руководитель, вокруг него была преданная команда из молодых, подросших за два года орчат. Орчата вымахали ростом с вождя, и их умственное развитие было куда более совершенным, чем у остальных орков. Также нескольких преданных орков постарше(шаман - духовный советник, Слоки - что-то вроде начальника над охотниками, которые, в свою очередь, превратились в штурмовой отряд боевиков и Шип - хозяйственная часть жизни орков). Орчата оказались именно той силой, на которую опирался Тоган, они были ему преданы, он их всех чувствовал и их элементали были самыми сильными из своей расы. Слоки все ещё умудрялся удивлять Тогана своими поступками, он принял все нововведения вождя, словно увидел свет в конце туннеля и безоговорочно последовал за своим вождем. Шаман стал очень хорошим духовным лидером орков, он слился в единении с элементалем-хранителем традиций, и они выработали свою линию религии, которая предполагала свободу выбора своих верующих и не накладывала сильных ограничений на своих адептов, стимулировала их самосовершенствоваться и искать пути просветления, не ударяясь в фанатизм. Шаман старался помогать своему народу. Шип… О, это было своеобразное открытие для Тогана. В один из деньков, когда на улице свирепствовал ураган из снега и метели, всё племя сидело по катунам, а сам Тоган, забравшись в шкуры, поглаживал своего мужа, к ним ввалился комок из меха, весь обсыпанный снегом. Извинившись, начал бормотать о нерациональном использовании продуктов питания для всего племени. Тоган тогда слегка обозлился от бесцеремонности визитера, он как раз собирался присунуть своему любимому мужу и тут его жестоко обломали. Наорав на орка и велев тому изложить все свои мысли на, так сказать, бумаге с подтверждениями своих выкладок, отправил того восвояси и таки отлюбил Эйшара, да так, что оборотень не показывал носа из катуны два дня. Ровно через два дня в катуну к вождю поскребся все тот же неугомонный Шип со своими выкладками (шкурки с вязью орков). Плюнув на все и поняв, что он не отделается от этого орка, Тоган стал вникать в написанное и даже офигел от того, какие интересности всплыли из выкладок Шипа. Тоган с уважением посмотрел на довольно-таки здоровенного орка, который, несмотря на свои габариты, был очень смущавшимся существом, и тут же назначил его ответственным за хозчасть народа орков. Шип развел бурную деятельность, ввел первые налоги (очень странные налоги, каждый род должен отдавать в казну кое-какую часть из улова или продуктов, или изделий на благо всего рода). Многие орки орали, им не нравилось такое нововведение, но когда у одного рода сгорела катуна и весь домашний скарб, а Шип отдал погорельцам новую катуну и всю необходимую утварь и запас провизии, орки пересмотрели свои приоритеты и зауважали Шипа. Нужно сказать, что Шип был кристально честным орком и не крал у своего народа, что тоже добавило ему авторитета. Орки научились металлургии, химии, медицине, развили ремесла и искусство, занимались даже земледелием и наукой. Они узнали, как элементали собирались переносить их домой и, поняв, что они вернуться в родной мир вместе с куском своей планеты, на котором их и выдернули из потока, решили основать первый орочий город. Орки с энтузиазмом принялись за постройку и укрепление своих плато и долины, возводили стены и строили водопровод, выстроили вокруг каждой катуны каменный каркас с запасным выходом в пещеры и улучшали свой быт. Город вырос за год и стремительно развивался. Слоки отбирал наиболее подходящих кандидатов в армию (да, именно армию, примитивную, но от этого не менее боеспособную), Шип руководил экономикой, шаман - религией, а Тоган был их жизненным стержнем и карающей рукой, правовым судьей и организатором всяких нововведений. Семьи у орков тоже разительно отличались от прежних. Женщины занимали равные права с мужчинами, интересы детей соблюдал сам вождь (Тоган все ещё помнил голодные глаза орчат и их потерянный вид), что гарантировало детям защиту от любых проявлений несправедливости, но не защищало от воспитательной трепки. Семьи могли состоять из разного числа особей, как одного, так и противоположного пола, а также не ограничивалось их количество, но… Семья считалась сложившейся, если прожила хотя бы три месяца без драк и скандалов (что было весьма проблематично с темпераментом орков и гарантировало действительно крепкие чувства у доказавших свою состоятельность пар). Так в семье могли быть как несколько мужчин, так и несколько женщин, или же один мужчина и несколько женщин, вариантов было много, орки сразу увлеклись новой идеей, но потом поняли, что скандалы и постоянные драки им ой как не нужны под крышей одной катуны и стали очень внимательно относиться к своим избранникам. У Тогана тоже было много изменений. Орчата, первые его дети, подросли и стали уже почти взрослыми. Они советовались с ним как со своим отцом и лидером рода (чем Тоган очень гордился). Катышек учился быть шаманом, а другие орчата подались к Слоки, девочки же предпочли изучать хозяйство у Шипа и помогали ему (скорее мешали, но Шип не жаловался). Эйшар стал более нежным со своим орком, а сам Тоган полюбил жесткий, властный секс. Он любил доводить своего оборотня до оргазма несколько раз. Иногда только поцелуями и умелым ртом, приказывая ему кончать по команде и вырывая из его горла страстные стоны и просьбы. Эйшар вообще очень сильно реагировал на голос Тогана и быстро возбуждался, стоило Тогану применить свой особый, слегка вибрирующий и рычащий голос. Эйшар просто плавился от желания обладания своим мужем, он отдавался ему со всей пылкостью и страстью. Иногда, когда Тоган был в особом настроении, он разрешал побыть Эйшару сверху и тогда уже сам Тоган постанывал под своим мужем, получая сильнейшую разрядку от постоянно меняющегося в размерах члена мужа в своем заду. В такие минуты Тоган даже радовался тому, что оказался в теле орка. Потому что оргазмы были потрясающими, а Эйшар очень нежным. Конечно, Эйшару больше нравилось быть под Тоганом, чем над ним, но он любил своего мужа и старался его ублажать. Кошки… Кошки стремительно выросли, и теперь у катуны сидело три огромных белоснежных зверя, которые чутко охраняли своих мамочку и папочку. Тоган мог общаться с кошками посредством образов, приходивших ему по их связи, он видел жизнь своего народа, иногда в очень неожиданных ракурсах и это помогало ему в руководстве орками. Кошки также были проводниками между Тоганом и животными, ящерами и разной мелкой живностью, которая попала вместе с ними на планету элементалей. Тоган два года учился управляться с новыми возможностями, которые открылись в нем со времен слияния. Он взаимодействовал со своим элементалем, чувствуя его как теплое, иногда шипящее нечто, где-то в районе живота, магия же ощущалась в затылке, и он мог управлять ею, применив методы медитации и самоконтроля. Два года были очень плодотворными для нового народа орков, нужно также сказать, что год на планете элементалей приравнивался к пяти на родной планете орков. Эйшар, тоже прошедший слияние и на удивление безболезненное, видимо, сказывалась его сущность оборотня и то, что он уже носил в себе зверя, стал усиленно заниматься наукой, его элементаль был кем-то навроде научного гения, и оборотень всячески потакал своему внутреннему сожителю в его экспериментах, от которых его мог оторвать только Тоган и его ласки. Наконец-то Эйшар объявил на вечернем костре (да, традиция прижилась и стала чем-то вроде первой части новой истории его народа) о скором возвращении домой. Орки обрадовались, но и встревожились. Как их примет Родина?